Мгновения грёз

      Что может быть хуже неудачно прочитанного заклинания? Ну, например, то, что это заклинание вступило в реакцию со схомяченным намедни перцем чили и дало непредсказуемые последствия. Или что отчасти эти последствия были вызваны скудной половой жизнью одного из несчастных попавших под заклинание. Или что вторым попавшим оказался Дин Винчестер, и без того не жалующий заклинания в его присутствии и на него направленные — раз, заклинания вообще — два, заклинания в моём исполнении независимо от результата — три.       Но кто же виноват, что сегодня мне, похоже, по прогнозу самих звёзд не стоило баловаться колдовством, а гороскоп об этом не предупредил, скудно черкнув лишь что-то об изменениях в отношениях со второй половинкой? Чем, к слову, немало удивил, ведь какие могут быть изменения там, где половинки не наблюдается?       Ладно, если говорить конкретнее, то я нашла в поистине необъятной библиотеке Просвещённых ещё одно заклинание на обмен телами. Немного похожее на то, какое испытали на себе мы с Джо в битве против демонов, но не такое садистское по механизму действия. И кто я такая, чтобы тут же не прочитать его вслух — оценить звучание?       Дин подходит к полке за своей порцией сверхъестественного чтива как раз не вовремя: бормотание вполголоса магически распознаётся как команда на свершение ритуала по перемещению душ.       В итоге Сэм даже не успевает понять, что случилось, а Дин уже выдаёт череду ярких ругательств на моём родном, великом и могучем. И добавляет, от удивления уронив фолиант на ноги — не особо спасают даже кеды. Мне же остаётся стоять рядом и пытаться сохранить лицо, а не бежать и… делать какую-нибудь глупость. Вроде исследования физиологических реакций Дина Винчестера на собственном примере. Проще говоря, во имя фикрайтерства нынешнего и перспективного… впрочем, не важно.       Гораздо важнее то, что, в отличие от случая с Джо, обратное перемещение возможно лишь спустя двенадцать часов после изначального. Зато никаких ограничений по времени нахождения в чужом теле: развлекайся — не хочу.       Естественно, работу по изучению нюансов библейского Апокалипсиса приходится поставить на паузу ввиду сложившихся отвлекающих факторов.       Я веселюсь, наблюдая за попытками Дина дать мне «леща» в моём же теле при нашей с ним разнице в росте, комплекции и силе, которая теперь играет отнюдь не в пользу охотника. Веселюсь от созерцания кислой мины Винчестера, разгуливающего в шортиках — это я решила разнообразить свой гардероб и заодно даровать вторую жизнь героически погибшим на одной из охот джинсам, поэтому обрезала разодранные штанины и прострочила края найденным у Просвещённых «Зингером». На сегодня как раз назначена торжественная примерка, и угадайте, кто первым обратил внимание на фривольно короткую длину? (Вообще это был Сэм, заметивший, насколько голодным взглядом Дин пожирает мои ноги и туго обтянутую тонкой джинсовой тканью задницу. Всё-таки в расход пошли узкачи.)       И, наконец, я веселюсь от того, как кипятится Дин на откровенно ржущего над ситуацией Сэма. А когда брат пытается пнуть его хорошенько, младший Винчестер просто ловит тонкое тельце в свои крепкие объятья и, заливаясь хохотом, кружит его над головой до помутнения. Пару раз после такой «мести» мне приходится ловить путающегося в ногах Дина, чтобы он не наставил на мне же новых синяков. И это тоже оказывается по-своему весело.       Весело перестаёт быть, когда, не проходит и часа, Дин начинает ко мне приставать. Сначала ненавязчиво, бросая томные взгляды и незаметно касаясь бедра, пока мы сидим рядом на диване, потом постепенно доходит чуть ли не до сталкерства. Именно тогда-то я и вспоминаю, что перец чили действует как афродизиак, я слишком люблю острое и слишком давно подавляю своё либидо, а на страничке с заклинанием описаны примерные провалы исполнения от неравнодушных пользователей такой магии.       Додумать остальное не составляет труда.       Более того — Дин, похоже, сам не понимает, что творит. Как я помню по собственному опыту, в такие моменты мозг попросту отключается, а потому винить Винчестера в поползновениях не стоит.       Приходится выкручиваться и ловить все «ненавязчивые» щипки, предназначенные временно-моей заднице, на подлёте. Стоит ли упоминать лишний раз, что Сэм ржёт и с этого в перерывах между скорбными покачиваниями головы и сетованиями на «представший его глазам срам».       — Ещё не хватало, чтобы меня отымело собственное тело! — заявляю я, наконец, в сердцах, заваривая Дину ромашку, тимьян, мелиссу и прочий успокаивающий бурьян в убойной пропорции. Охотник в это время прижимается ко мне и обнимает за талию.       — Ты не Кристина Орбакайте, чтобы возмущаться, — парирует он, прежде чем драматично заткнуться и поражённо вытаращить глаза. Сглотнуть и робко спросить: — Кто такая Кристина Орбакайте?       — Моё криминальное прошлое, — отмахиваюсь я и морщусь, сбившись со счёта — для верности решила поделиться с Дином кое-чем из своих запасов теоретически для крепкого и здорового сна, поэтому в ход идёт валерьянка. Если это не поможет… что ж, Клара как-то помогла достать без рецепта неплохие седативные, которыми я клятвенно обещала не самоубиваться. — Не обращай внимания. И не вздумай копаться в моих мыслях дальше!       К моему дикому недовольству, Винчестер краснеет. Да, моё тело умеет так делать, вот только постараться требуется ну очень-очень.       — Я же сказала!       — Лучше бы раньше рассказала, — отзывается Дин чуть охрипшим голосом.       — О чём это она? — не врубается Сэм и, поймав выразительный взгляд брата, спешно исправляется: — Прости, он. То есть ты. Что уже случилось?       — Оказывается, Люси баловалась… — с гаденькой ухмылочкой начинает Дин, но я спешу перебить поток компромата, грозящий выплеснуться в самом неприглядном виде, и смягчить удар:       — Дело в том, что я начала смотреть «Сверхъестественное» в пятнадцать. Тогда же стала фикрайтером — начиталась фанфиков, решила, что могу не хуже.       — И-и-и? — зловредным тоном подсказывает старший Винчестер.       — Первыми моими работами стали PWP. С ОЖП, — теперь я чувствую, как наливается жаром уже моё лицо. Дорого же я отдала бы, лишь бы иметь возможность полюбоваться на покрасневшего Дина! А тот только продолжает измываться, изверг. — Ладно-ладно, Мэри Сью. Совсем немножко… у неё ведь даже волосы были не радужными!       — Она писала порно со своей героиней, — услужливо переводит Дин на обывательский. — Иногда дело доходило до групповушек. По «Сверхъестественному».       Теперь они прыскают вдвоём. Кажется, жизнь братьев Винчестеров, особенно младшего, за сегодня продлится лет на десять. Если, конечно, они переживут Апокалипсис в полном составе.       — Ах так?! — восклицаю я с неприправленным долей юмора возмущением. — Хорошо.       Бросаю валерьянку и травяной настой, в два длинных шага пересекаю расстояние между мной и Сэмом, который никак не реагирует на мой грозный — похоже, дело тут всё-таки не во внешности — вид и встречает моё приближение лишь озорной улыбкой.       Я не размениваюсь на слова: хватаю его за загривок огромной лапищей Дина, притягиваю к себе и, пока он не успел опомниться, целую.       Да, целую.       Да, по-французски.       Да, жёстко и бескомпромиссно, не давая возможности сделать нормальный вдох, осознать происходящее или воспротивиться.       Да, так, словно собираюсь трахнуть его прямо тут. Так умеет целоваться Дин, и его тело само ведёт меня в диком танце губ и языков.       А что? В конце концов, я — девчонка, имею право.       Ошеломлённый Сэм отвечает на поцелуй на чистом автомате, и какое-то мгновение кажется, будто он тоже участвует в этом цирке безумия. Будто сейчас обнимет в ответ, прижмёт к себе покрепче и подарит всю свою нерастраченную на случайных девиц нежность. Наваждение, как и его податливость, длится жалкие секунды, после чего руки охотника упираются мне в грудь и отталкивают с особой настойчивостью, обещающую перерасти в физическую расправу, если я как можно скорее не прекращу гарантировать обоим Винчестерам глубокую психологическую травму. Глядя на их одинаковые, размером по пять рублей, шокированные глаза и вытянувшиеся в непритворном ужасе лица, я не сомневаюсь, что эта картина им обоим ещё долго в ночных кошмарах сниться будет.       — Ближе к шестнадцати я уже стала слэшером, — довольно сообщаю я, наконец оторвавшись от губ Сэма, и удаляюсь восвояси — найти Дину какие-нибудь брюки, потому что эти короткие шортики, похоже, имеют какую-то магнетическую силу.       О том, что я не шипперю винцест, никто из Винчестеров не вспоминает.