1+1

– Завтрак подан, юноша! – Найл толкнул дверь плечом, неся тарелку с тостом и чаем. Он сел на кровать, поставив завтрак на тумбочку, и помог Гарри сесть ровно. Найл заметил, что с лица Гарри все то время не сходила улыбка. – Я принес тебе тост с арахисовым маслом, потому что ты опоздал на завтрак, ленивая задница.       Гарри кивнул, показывая ямочки на щеках. – Тяжелая ночь, – ответил Гарри. Найл кивнул: он уже в курсе событий прошлой ночи. Блондин был несказанно рад, что Луи смог помочь ему, даже не зная, что нужно делать. Найл передал Гарри тост. – Знаешь, Рождество не за горами. В этом году снова позовем всю семью?       Гарри простонал и потер лицо свободной рукой. – Джемма сама не может этим заняться? Или родители? Кстати, где Джемма?       Найл вздохнул. – Они сказали, что тебе пойдет на пользу, если ты чем-нибудь займешься. И я не видел ее сегодня утром. Скорее всего, она не ночевала дома. Хочешь, я напишу ей? – Гарри кивнул, и Найл достал телефон, набирая сообщение сестре Гарри. Краем глаза Найл заметил, что Гарри снова весь светится, и фыркнул. – Ладно, приятель, рассказывай, а то светишься весь, как новогодняя елка. Ну, что я пропустил?       Выражение лица Гарри стало растерянным. – Не понимаю, о чем ты.       Найл нажал «отправить сообщение» и всем телом повернулся к Гарри, наблюдая за каждой эмоцией на лице друга. – Ага, ну-ну. Я не видел тебя таким счастливым с тех пор, как твои родители приезжали домой. Давай, рассказывай, из-за кого ты такой счастливый?       Гарри слабо улыбнулся Найлу. – Почему ты думаешь, что это из-за кого-то, а не чего-то? – Найл снова фыркнул и толкнул его локтем. Гарри хихикнул. – Ладно, да, из-за кого-то.       Найл прошептал почти не слышно «я же говорил», одновременно с этим добавляя молоко в чай Гарри. Найл знал, что Гарри станет некомфортно, если тишина будет слишком долгой, и он проболтается, кто этот кто-то. Так что Найл терпеливо мешал чай ложкой и ждал, пока Гарри расколется.       Ну ждать долго не пришлось, в принципе. – Мы с Луи поцеловались.       Найл с удивленным выражением лица вскочил на ноги, проливая чай на белый ковер. Выругавшись себе под нос, он начал вытирать чай с ковра салфеткой, одновременно с этим пытаясь привести дыхание в норму и придумать, что ответить на заявление Гарри. Стайлс сделал вид, что не слышал, как тот выругался себе под нос, и продолжил играться с тостом в руке.       Найл прочистил горло, разрывая тишину. – Так... он тебе нравится?       Гарри закусил губу. – Я... – он вздохнул, уткнувшись лбом в ладонь левой руки. – Я не знаю. Наверное? – Такой ответ меня не устроит, – Найл покачал головой. – Ты хотел бы с ним встречаться?       Гарри нахмурился. – Каждый хотел бы. Он, вроде как, идеальный.       Найл взглянул на коричневое пятно на ковре, тут же проклиная себя за столь бурную реакцию. Он должен был предвидеть это, но было неожиданно услышать от друга о том, что он влюбился в парня. – Не соглашусь с тобой, но, видимо, он тебе нравится, – зрачки Гарри стали шире, подтверждая подозрения Найла. – Определенно да, приятель, – заявил Найл, стараясь быть непринужденным. – Может, позовешь его на свидание?       Гарри покачал головой. – Я не могу рисковать. Если он захочет на свидание, он сам меня позовет, ла? – Логично, – сказал Найл. – Я могу поспрашивать, узнать, нравишься ты ему или нет.       Гарри выглядел удивленным. – Можешь сделать это ради меня? – Найл его слегка толкнул. – Все, что угодно, лишь бы мой друг нашел своего человека, – Гарри счастливо улыбнулся и вытянул руки, чтобы Найл его обнял. Найл и правда был рад, что наконец-то, наконец-то, спустя столько лет, после всех этих непонятных свиданий с девушками, Гарри встретил человека, в которого влюбился. После той аварии Джемма сказала, что больше не собирается играть роль свахи, заявив Гарри «сам ищи свою настоящую любовь».       В тот вечер Найл, Лиам и Зейн поклялись друг другу всегда быть рядом с Гарри, потому что знали, что вся эта штука с настоящей любовью вряд ли на нем сработает. К нему приходило много девушек, но Джемма посылала их куда подальше, потому что видела их сквозь эти фальшивые улыбки. «Деньги,» – всегда говорила она, когда Найл спрашивал ее об этом. И она была права: большинство приходило в надежде на то, что, выйдя замуж за Гарри, станут обладательницами большого состояния. Найлу некоторые даже понравились, но он доверял Джемме настолько, что знал, что она бы никогда не предложила Гарри встречаться с неподходящим для него человеком.       Пока Гарри с удовольствием жевал свой тост, Найл понял, почему у Гарри никогда не получалось с девушками: он ими никогда просто не интересовался. Ну, возможно. Не стоило сейчас спрашивать об этом у Гарри, потому что тот все еще пытался бороться со своими эмоциями. Найл должен был это предвидеть. Иногда до него долго доходит.       Он в тот же вечер хотел поинтересоваться у Лиама и Зейна, знают ли они что-то о чувствах Луи, потому что если их чувства взаимны, то жизнь Гарри заиграет новыми красками. После аварии Гарри очень изменился: он казался более отстраненным, и Найл делал все, чтобы вернуть того Гарри, но все было бестолку. Гарри верил, что до конца жизни будет один.       Верил до этого момента.

***

      Когда Найл зашел на кухню около пяти, Зейн нарезал овощи. Он надеялся, что Лиам скоро тоже заглянет на кухню, потому что не виделся с ним весь день. Найл все это время был с Гарри, смотрел, как Луи читал ему книгу, и делал свои выводы по поводу этой парочки. Вывод был такой: они идеально друг другу подходили, и было видно, что они любили друг друга. Но, так как Найл — самый невнимательный к мелочам человек во всем мире, к тому же еще и чересчур романтичный, ему нужен проницательный Лиам. Зейн тоже мог бы высказаться по этому поводу, потому что он всегда каким-то образом знал, кто и кого любит. Просто он не говорил об этом вслух. Найл был уверен только в том, что расскажет им об этом поцелуе, и будет надеяться, что это останется между ними.       Лиам вместе с Джеммой готовился к предстоящей рождественской вечеринке. Гарри каким-то образом убедил Джемму самой заниматься всем этим, и Найл выяснит, как он сумел это сделать. Никому в доме не нравилась эта вечеринка, за исключением мистера и миссис Стайлс. Для них эта вечеринка не только по случаю праздника, но и по случаю возвращения домой, так как обычно они прилетали за два дня до нее после трехмесячного отсутствия.       Гарри будет рад их возращению домой. Он всегда радовался их возращению. Гарри был счастлив, когда они вернулись. Ни с кем в этом доме у него не было такой связи, как с ним, и Найл понял, почему Джемма, Энн и Робин так много значили для него: они с ним всю жизнь, с самого рождения, и они будут любить его несмотря ни на что. Хоть он, Лиам и Зейн пообещали ему, что тоже всегда будут рядом с ним и всегда будут любить его, Найл чувствовал, что Гарри боится однажды проснуться и осознать, что они ушли. Но они все еще рядом, пытаются доказать, что он не прав.       Найл запрыгнул на столешницу и стал наблюдать за Зейном. Оба молчали. Ему было интересно, заметил ли Зейн, что между Луи и Гарри что-то есть. – Тебе не кажется, что Гарри в последнее время выглядит счастливым? – как бы обыденно спросил Найл. Зейн фыркнул и на секунду остановился, взглянув на Найла. – Найл, ну это трудно не заметить, – сказал он, возвращаясь к нарезанию.       Найл пожал плечами. – Знаю, просто он мне все рассказал.       Зейн уронил нож, посмотрев на Найла с выпученными глазами. – Гарри рассказал тебе, что ему нравится Луи?       Найл посмеялся над такой же реакцией Зейна на эти новости. – Не совсем, но он сказал, что они поцеловались.       У Зейна аж челюсть отвисла, и он повернулся к Найлу. – Вау. Это... – Зейн закусил губу, пытаясь подобрать нужное слово, – рано. В смысле, я знал, что это случится, но не думал, что так скоро. Я видел, что Гарри по уши влюблен, но я сомневался насчет Луи. – Я тоже, – кивнул Найл. – Но я весь день наблюдал за ними и... – Найл замахал руками. – Я даже не могу описать это. Мы с Лиамом в таком случае вообще, наверное, не выглядим как пара.       Зейн начал смеяться. – Я бы так не сказал.       Он услышал два знакомых голоса, двигающихся на кухню и что-то оживленно обсуждающих. – Нет, Джемма, елка не может быть больше, чем была в прошлом году. Она прямо в потолок упиралась, хочешь в нем дыру проделать? – Я просто хочу большую елку, чтобы отпраздновать возвращение мамы и папы домой, я что, многого прошу? – Вообще-то да? Послушай, я могу развесить больше всяких украшений по дому или куплю сделанный на заказ торт, но- – Но нам все это не надо, потому что мы покупаем большую елку.       Лиам разочарованно простонал и подошел к Найлу, кладя голову ему на плечо. – Малыш, скажи что-нибудь, чтобы она заткнулась. Я не буду покупать большую елку.       Справа раздался чересчур громкий вздох. – Зейн, Лиам не хочет покупать большую елку, – Зейн закатил глаза и покачал головой. – Я согласен с Лиамом, прости, малышка.       Лиам победно вскинул кулак в воздух с огромной ухмылкой на лице. – Черта с два тебе, а не большая елка.       Джемма устало потерла виски. – Этому дому требуется больше девушек.       Найл рассмеялся и яро покачал головой. – Ну уж нет Я с одной-то справиться не могу. – Именно поэтому ты гей, – сказала Джемма с улыбкой. Найл изобразил фальшивую улыбку в ответ, подняв большой палец, и Джемма рассмеялась.       Зейн повернулся к ней с вопросительным выражением лица. – Не возражаешь, если... в этом доме появится чуть больше геев?       Джемма пару раз моргнула, а затем медленно покачала головой. – Да, без проблем. Хочешь сказать, что тебе нравятся парни? – Нет, вообще-то они нравятся Гарри, – заявил Зейн. У Джеммы за секунду расширились глаза, и они прикрыла рот рукой. – Зейн, я думал, это секрет, – простонал Найл. Зейн пожал плечами. – Да все и так уже в курсе, – Джемма тут же покачала головой, а Лиам нахмурился. – Джемма, ты серьезно? Разве ты не заметила, как он улыбается, стоит ему только подумать о Луи? Гарри не был таким счастливым с тех пор, как случилась та авария. Я думал, это очевидно, – Джемма медленно опустила руку, прикусив зубами губу. Она медленно кивнула и посмотрела на улыбавшихся ей Лиама и Найла. – Может, ты поговоришь с Гарри об этом, – предложил Найл. – Мне кажется, он сам до конца еще ничего не понял.       Джемма сглотнула. – Ребята, вы же знаете, я ничего не имею против геев. Я не против, что Гарри — гей! Просто... – Луи, – закончил Лиам, и Джемма кивнула. – Знаешь, он неплохой парень, – сказал Лиам, скрестив руки. Все тут же повернулись к нему с громким «что», но Лиам лишь пожал плечами. – Знаю, мы с ним не лучшие друзья, но я разговаривал с ним сегодня утром. Он заботится о Гарри, понимаете? Просто не так, как это делаем мы. Но я готов с этим смириться, особенно, если Гарри тоже о нем заботится.       Найл посмотрел на парня с широко открытыми глазами. – Лиам Пейн, никогда бы не подумал, что услышу от тебя такое. – Я не говорю, что он мне нравится, Найл, – сказал Лиам. – Просто могу относиться к нему со снисхождением теперь, вот и все.       Найл чмокнул Лиама в губы и улыбнулся. – Ну, вот и хорошо. Мне он тоже нравится, так что давайте будем одной большой, дружной семьей.       Найл и Лиам улыбнулись друг другу, теряясь в своем мире. Зейн заметил, что Джемма начала грызть ногти — она нервничала. Он подошел к ней, схватив за запястье. – Остановись, – сказал он, но Джемма покачала головой. – Что не так? – Я волнуюсь, Зейн, – она вытащила руку из руки Зейна. – В смысле, это все слишком быстро, но, если у них взаимно, я буду только рада, но... – она замолчала, и Зейн сильнее начал нервничать. – Но что, Джемма?       Она посмотрела на него большими зелеными глазами. – Луи не понравится папе. Он не против геев, но он хочет, чтобы брак Гарри был с человеком нашего социального статуса. Ему даже не нравится, что я общаюсь с персоналом. А Луи — беспризорник, Зейн. Робин будет в ярости.