1+1

– Так, Гарри, ты в курсе, какой сегодня день? – спросил Найл, когда разбудил Гарри. – Эм, шестнадцатое декабря? – Найл легонько толкнул Гарри в плечо. – Да, но что сегодня должно произойти?       Гарри растеряно посмотрел на Найла, но уже в следующую секунду на его лице расплылась широкая улыбка. – Сегодня приезжают родители?       Найл рассмеялся. – Да, приятель. Будут здесь к обеду, – Найл приподнял Гарри так, чтобы он мог облокотиться о спинку кровати. Гарри чуть ли не прыгал в предвкушении встречи. – Не могу дождаться, чтобы познакомить их с Луи! Они явно будут удивлены, что Луи до сих пор у нас работает. Или ты уже рассказал им о Луи? – Нет, не рассказывал. Кстати, как ты и просил, я тут поспрашивал насчет Луи. Так вот, Лиам сказал, что он о тебе сильно заботится, и он полностью одобряет Луи, если так можно сказать. Не знаю, что произошло между ними, но если верить словам Лиама, то ты, похоже, нравишься Луи, – улыбка на лице Гарри стала только шире. – Правда? О Боже, что мне делать? – Гарри тут же запаниковал. – Должен ли я сделать первый шаг или что-то типа того? Может, мне позвать его на свидание? И как мне представить его родителям? Парень? Нет, слишком рано. Просто друг? А вдруг это ранит его чувства! Что мне делать, Найл? Помоги!       Найл начал смеяться, похлопывая Гарри по плечу. – Приятель, Луи, правда, неплохой парень. Просто поговори с ним и расскажи о своих чувствах. Называть его своим парнем, наверное, еще слишком рано, но если он не против, то почему бы нет? Знаю, тебе страшно, но ты же помнишь, как складывались отношения у нас с Лиамом. Просто будь мужиком и скажи ему.       Гарри кивнул, закусив губу. – А вдруг он отвергнет меня? Я не переживу этого. – Он не отвергнет тебя, Гарри, иначе бы он не целовал тебя. Это будет лучший день в твоей жизни, клянусь, – Найл наклонился, обнимая его, и Гарри обнял его в ответ. Блондин почувствовал, как он улыбнулся ему в шею. – Наверное, ты прав.

***

      Луи заметил, что с тех пор, как он зашел в комнату, Гарри был каким-то напряженным: нервный смех, едва ли мог заставить себя поесть, все время комкал пальцами простынь. Луи начал думать, не случилось ли чего. И потому, что он — Луи Томлинсон, он решил спросить у него напрямую. – Эй, Хаз, что-то случилось? Ты сам не свой с утра, – догадки Луи подтвердились, когда Гарри резко вскинул голову, а зрачки испуганно расширились. Луи похлопал по его колену, пока тот не начал все отрицать. – Все нормально, приятель, не держи в себе.       Он видел, как Гарри сомневался, поэтому мягко сжал его колено. Младший прочистил горло и глубоко вдохнул, прежде чем выпалил что-то похожее на вопросительное «я тебе нравлюсь».       Луи испугался, что это сон или его галлюцинации, в результате которых он мог не так понять его слова, поэтому пару секунд в ступоре смотрел на Гарри, пока не почувствовал нарастающее напряжение. – Прости, что? – Гарри сильнее скомкал простынь пальцами и что-то тихо пробормотал себе под нос — Луи не расслышал. Он пальцем приподнял его подбородок, заглядывая младшему в лицо. Ему нужно знать, что сказал Гарри. Вдруг это признание в любви — Луи ни за что не пропустит это. – Я не расслышал, что ты сказал, малыш, – Гарри несколько раз моргнул и вздохнул. – Луи, я тебе нравлюсь? – Луи фыркнул, проводя рукой по кудрям Гарри. Так вот в чем дело. Боже, знал бы Гарри, что он ему не просто нравится. Не в платоническом смысле точно. Вряд ли Гарри об этом когда-то узнает, потому что поцелуй был лишь моментом слабости. Если ему нужна эта работа, такого больше не должно повториться. Луи — не тот, кто нужен Гарри. Ему нужен кто-то лучше него. Поэтому ему приходилось сдерживаться и прикасаться к нему только когда в этом была необходимость. Сейчас ведь как раз тот случай, да? – Конечно, глупенький. Мы же ведь друзья, – Луи заметил, как Гарри съежился. – Я нравлюсь тебе только как друг? – Луи почувствовал, как сердце забилось быстрее, и он решил, что сейчас момент истины. Ему не придется больше сдерживаться либо потому, что его уволят, либо потому, что в этом больше не будет надобности. Он искренне надеялся на последний вариант. Потому что, несмотря на то, что ему страшно, он просто взял и влюбился в этого дерзкого мальчишку, мысли о котором не покидали его голову, которого он всегда старается заставить улыбнуться. Луи медленно опустил руки и вздохнул. Сейчас или никогда. – Я хотел бы быть не просто другом, Гарри.       Несколько секунд он слышал лишь стук собственного сердца. Он так боялся поднять голову и увидеть реакцию Гарри. Он никогда не влюблялся в кого-то так быстро. Сейчас он живет ради Гарри. И если он потеряет Гарри, то в его жизни не останется никого. У него остался только он. – Тогда будь моим парнем, – Луи мог поклясться, что в эту самую секунду сердце перестало биться. Он взглянул на ослепительно улыбающегося Гарри. Томлинсон до сих пор не мог поверить, что это правда. – Знаю, что я тороплюсь, и мы можем притормозить, но ты мне тоже нравишься, Луи. Очень. И я хотел бы представить тебя родителям как своего парня, но я пойму, если ты не хочешь, просто я-       Луи заткнул Гарри поцелуем. – Было бы замечательно, Гарри.       Гарри рассмеялся, обнимая Луи. – Это ты замечательный.       Гарри улыбнулся своей прекрасной улыбкой, заставляя внутренности Луи свернуться в комок от счастья. Потому что он стал причиной его улыбки. И эта улыбка была только для него. Поэтому он наклонился, крадя еще один поцелуй с губ, которые теперь принадлежали ему.

***

      Зейн влетел в комнату Джеммы без стука, без разрешения. Она что-то писала, сидя за столом, но повернулась, встречаясь взглядом с Зейном. Ручка тут же выпала из ее рук, когда она заметила его выражение лица. Дыхание сбилось из-за бега, и она спросила «что случилось?». Ему удалось выдавить из себя лишь несколько слов. – Подслушал... их разговор, – Джемма нахмурилась, когда Зейн сел на пол, пытаясь отдышаться. – Гарри и Луи... признались.       Джемма улыбнулась, вставая из-за стола и останавливаясь перед Зейном. Она радостно хлопнула в ладоши. – Серьезно? Это же здорово! – Зейн быстро закачал головой. – Что? Почему нет? Луи отверг его? Пожалуйста, скажи «нет», я не хочу брать на душу грех убийства, – Зейн снова покачал головой и попытался объяснить все жестами, но Джемма не понимала. – Да я ничего не понимаю! Возьми себя в руки, Малик. – Гарри хочет познакомить его с родителями, – наконец сказал Зейн. Джемма вскинула бровями: она не видела проблемы в том, чтобы познакомить новую сиделку с родителями. Зейн, наконец, поднял голову, смотря ей прямо в глаза. – В качестве своего парня.       Зрачки Джеммы от испуга расширились, и она уставилась на Зейна. – Они не... Нет! Черт! Зейн, все плохо. Они не могут это сделать! Папа сразу же уволит его! Мы снова вернемся туда, откуда начали. Или, может, будет даже хуже! – Джемма мельтешила по комнате, бормоча что-то себе под нос — Зейн не мог разобрать. – Рождественская вечеринка! Папа явно опять пригласил потенциальных по его мнению невест. О Боже, он же беспризорник. Папе не понять, он не поймет, как счастлив Гарри с ним. Не вовремя все это! – Джемма вцепилась в волосы от отчаяния, и Зейн, наконец, поднялся. – Какой план? – Мы не ничего не расскажем ему, Зейн. Не сейчас. После вечеринки. Когда папа увидит, как счастлив Гарри с ним. Может, тогда он не будет против. Если мы расскажем ему все сейчас, у Луи нет никаких шансов — он может уже паковать свои вещи. Нам нужен план. Гарри нас не послушает, но я знаю отца, Зейн. Надо повременить с этим, – Джемма повернулась к Зейну, грызя ногти. – Я хочу, чтобы Гарри был счастлив, Зейн. Поможешь мне? Пожалуйста? – Зейн вздохнул, схватив ее за запястья, пытаясь заставить ее прекратить грызть ногти. – Конечно я помогу. Если у тебя есть план. – Есть. Надо сказать Найлу и Лиаму тоже, – Зейн кивнул, но глубоко внутри он понимал, что это хреновая идея. Джемма улыбнулась, обнимая его. – Спасибо.

***

– Оу, – сказала Джемма, когда заглянула в комнату Гарри, застукав своего брата целующегося с Луи. Она может поклясться, что видела, как он схватил Томлинсона за задницу, но предпочла не думать о том, что ее младший братишка на такое способен. Зейн, видимо, забыл ей сказать, что они не просто признались в чувствах друг другу, но и открыто показывают их. – Ну, не сказать что я удивлена, – заявила она, проходя в комнату и замечая, как Луи повернул голову, покраснев, словно помидор. Гарри тоже повернул голову, но она заметила, что они до сих пор с переплетенными руками, и она не смогла сдержать улыбку, потому что заметила, как Гарри пытался скрыть ухмылку на лице. Она вспомнила, почему вообще придумала этот план, и почему это хорошая идея: потому что папа не может помешать счастью Гарри из-за своих принципов о том, что Гарри должен жениться на ком-то их социального статуса. Поначалу она была только «за», но Луи, похоже, какой-то волшебник. Сейчас она лишь хотела защитить их обоих. Так что она начала претворять свой план в жизнь. – Что ж, я знала, что этим все и закончится, поэтому я все рассказала родителям, – Гарри тут же поднял голову, и Джемма заметила, как хватка Луи усилилась. – Рассказала что? – спросил Гарри. – Что вы двое встречаетесь, глупый. В смысле, трудно не заметить ваши чувства, – она начала собирать тарелки с завтраком Гарри, которые, к ее удивлению, были даже не тронуты. – Так они знают? – спросил Луи. – Что они сказали? Как мне вести себя рядом с ними?       Джемма села по другую сторону кровати Гарри и улыбнулась Луи. – Ладно, слушай. Папа зациклился на том, чтобы женитьба произошла с кем-то нашего статуса. Ты, очевидно, под эту категорию не попадаешь, но он решил дать шанс этим отношениям. Попытайтесь не так открыто проявлять свои чувства, хорошо? Докажи папе, что ты заслуживаешь Гарри. Двадцать четвертого декабря у нас будет рождественская вечеринка, и я уверена, что после нее папа поймет, что Гарри никто не интересен, кроме тебя.       К тому времени Джемма надеялась убедить папу, что Луи и Гарри идеально подходят друг друга, и он должен с этим смириться. Она уверена, что когда-нибудь они будут вспоминать об этом с улыбкой на лице, а пока ей нужно как-то подготовить папу ко всему этому.       Гарри медленно кивнул, и Луи вскочил. – Подождите, двадцать четвертого декабря? Это же совсем скоро! – Через восемь дней, если быть точнее. Думаете, сможете продержаться дольше?       Они с Зейном понимали, что времени не так уж и много. Лиам, Найл и Зейн уверены, что Робин ничего не заподозрит, и Джемма в это время как раз поговорит с ним. Так что к концу вечеринки, может, даже раньше, Робин одобрит эти отношения. Потому что в каком-то смысле у него нет выбора. – А я разве приглашен на вечеринку? – спросил Луи, и Гарри кивнул. – Конечно, глупенький.       Луи закусил губу. – Есть ощущение, что в этот день будет что-то важное, – Джемма фыркнула. – Да, вечеринка. Ребят, я серьезно. Если хотите, чтобы все получилось, постарайтесь убедить отца, ладно? Так что никаких больше обжиманий с открытой дверью, – оба парня кивнули. Гарри улыбнулся. – Спасибо, Джемма. Ты лучшая, – Джемма улыбнулась и встала, оставляя поцелуй на щеке Гарри. – Главное — чтобы ты был счастлив, – Джемма забрала тарелки и направилась к двери. – Они приедут через два часа, так что одень его уже, Томлинсон! – Будет сделано, мэм! – крикнул Луи, закрывая за ней дверь. Джемму переполняло чувство гордости, что она помогала младшему брату не потерять свою любовь.