Жизнь повторится

На этот раз меняться местами с братом оказалось трудно и как-то неуютно. Возвращаться домой, даже если Чизуру позвал отец, хотелось в последнюю очередь. А видя неприкрытое раздражение брата, хотелось подойти и сказать: «Я тоже больше не хочу меняться, я хочу поехать отдыхать». Брюнетка слишком хорошо знала своих друзей, чтобы не хотеть хорошенько повеселиться с ними, ввязываться в неприятности и портить настроение Хиджикате, хотя вроде изначально никто и не собирался проверять нервную систему заместителя директора на прочность. Просто так выходило само собой, а Тошидзо, даже раздавая наказания направо и налево, не выглядел слишком недовольным. А теперь вместо нее на остров отправится её брат, который злился настолько сильно, насколько грустно было самой Чизуру. А ещё ей было страшно. Юкимура хотела избавиться от своего недуга ровно с того момента, как стала понимать, что отличается от других демонов, и отличается явно не в лучшую сторону. Мечтать о том, что снова станет здоровой с того момента, как об этом впервые заговорил её отец. И вроде всё это время Чизуру казалось, что когда этот момент настанет, она будет счастлива, как никогда. Ведь болезнь вредила и ее семье, Каору отказывался оставлять сестру надолго, сам лишаясь общения с другими детьми, а отец работал явно на износ, оставшись без жены. Пусть дети и были послушными, они всё же оставались всего лишь детьми. Но сейчас ей было страшно, страшно потому что с братом не успела попрощаться, не успела рассказать правду своим новым друзьям, не успела поблагодарить Кондо и Хиджикату за их доброту. Чизуру, как оказалось, была ещё совсем не готова к тому, что её ждало. И было совсем не справедливо то, что в такой важный для неё день она осталась почти одна. Почти, потому что… - Твои глаза и без этого говорят о том, как сильно ты ненавидишь меня в этот момент, - скрестив руки на груди, возмутился Кё. – Прекрати хотя бы гримасничать. Ты вгоняешь меня в тоску. - Вы могли и не ехать со мной, - ещё сильнее нахмурилась Юкимура, невольно копируя позу старшего демона. Самую малость девушке всё же казалось, что, возможно, откажись Ширануи поехать с ней, то за ней приехал бы ее отец. И тогда ей сейчас было бы не так страшно. - Мог бы, и удачно повеселился с ребятами, - цыкнул Ширануи, а потом, поняв, что ляпнул, чуть не выругался. Грустная девушка, казалось, стала ещё меньше и печальнее. - Вы ещё можете передумать, - Чизуру и сама удивлялась своей неожиданно проснувшейся наглости, обычно она никогда не стремилась показывать свою печаль. Но Ширануи на выказанную грубость лишь привычно растянул свои губы в хитрой ухмылке. - А знаешь? Я даже рад, я наконец-то одет так, как хочу сам, а не Хиджиката, - Кё явно успокаивала реакция его подопечной. Если бы брюнетка молча копила бы в себе злость и печаль, было бы намного хуже. - По-моему, вас и запрет Хиджикаты особо сильно не останавливал, - хмыкнула Чизуру, вспоминая рубашки их своевольного преподавателя. – Но всё же, почему вы поехали со мной? Я могла бы доехать и сама. Не то, чтобы Юкимуре действительно хотелось ехать одной, тогда она возможно и не доехала бы до отца. Попросту сбежала бы от волнения. - Я бы ответил, но, Чизуру-тян, ты по прежнему ничего не помнишь из своей прошлой жизни, а значит и я не смогу ничего объяснить, - развел руками Кё. - Мы…были знакомы? Вы помните свою прошлую жизнь? – удивилась Юкимура, забывая о своем страхе. - Мы были знакомы,- улыбнулся Ширануи. - Но почему это в прошлой жизни? Я ещё не умирал. - Что? И без того большие глаза девушки приобрели форму правильной окружности, заставив Ширануи улыбнуться. Демон даже не предполагал того, что Юкимуру младшую настолько сильно беспокоит ее прошлая жизнь. - О, кажется, твой отец давно тебя ждёт, - кивнул в сторону Кодо, который действительно ждал их у ворот дома, Ширануи, отвлекая внимание Чизуру в очередной раз. Кё же про себя тяжко вздохнул, признавая правоту Амагири. Познакомься он с Чизуру раньше, то к этому моменту уже успел бы наболтать многое из прошлой жизни девушки. Только увидев отца, Чизуру поняла, как сильно она успела по нему соскучиться. Как и отец. Мужчина крепко обнял дочь, благодарно кивнув Ширануи за то, что тот всё это время приглядывал за его дочкой. - Пойдем, - поцеловав Чизуру в лоб, сказал Кодо. – Тебе стоит познакомиться ещё кое с кем. Он очень сильно помогал мне всё это время. Подхватив вещи дочки, Юкимура старший направился в дом, позвав за собой и Кё. На самом деле Кодо в этом деле помогали многие: и люди, и его сородичи. Но, наверное, именно этот демон понимал его лучше всех, в какой-то момент он даже согласился испытать сыворотку на себе. А Кодо почти согласился, к его стыду остановило его не то, что за всё это время они подружились, а то, что демон был здоров, и конечный результат всё равно бы ничем не помог. - Ты сказал, что я там буду не долго! – только завидев ожидающего гостя, возмутился Ширануи, с трудом сдерживая желания швырнуть что-нибудь в друга. Будь они в другом месте, сошла бы любая ваза, желательно подороже, но испытывать границы чужого гостеприимства на себе хотелось в последнюю очередь. - Только не говори, что тебе не понравилось, - заметив возмущенный вид брюнета, поспешно добавил Амагири. – Если бы не понравилось, ты бы сбежал. - Кюджу Амагари, приятно познакомиться, - обратился рыжеволосый демон к застывшей девушке, что до этого скромно пряталась за спиной отца. - Юкимура Чизуру, - поклонилась в ответ девушка, вглядываясь в мужественные черты лица. – Вы кажетесь мне очень знакомым. - Мы знали друг друга раньше, но для вас это наша первая встреча, - улыбнулся Амагри, на что Кё лишь усмехнулся. - То есть вы, как и Ширануи-сан, знали мою прошлую жизнь? – удивилась Чизуру, всё же почему-то именно эта тема не давала ей покоя. Брюнетке всегда казалось, что её душа оставила незавершенное дело и поэтому сейчас не дает ей покоя, ведь за Каору она ничего сомнительного не наблюдала. Брат на вопросы о прошлом лишь пожимал плечами, довольствуясь тем, что ничего не помнит. - Знал, но Ширануи-сан стоит держать язык за зубами. Вы должны всё вспомнить сами, - подарив девушке очередную улыбку, Кюджу лишь недовольно посмотрел на Ке. Его напарника ничто не исправит. Амагири был готов поспорить на то, что его следующая жизнь будет такой же ветреной, как эта. - Дочка, я и Амагири-сан будем следить за твоим состоянием всё это время. А Ширануи-сан, как самый быстрый, связываться с твоим братом. Пойдемте, у нас мало времени. Если мы хотим успеть к приезду Каору, нам следует начать прямо сейчас.

***

На самом деле Рюноскэ не собирался спать. Он явно считал, что спокойный сон после сделанной гадости, это полное согласие на их последующую казнь. Сдавать ребят парень не собирался, в Ямадзаки он нисколько не сомневался, и как результат оставалось спрятаться самому. В том, что подозревать будут их неугомонную компанию, Рюноскэ ни на миг не сомневался, ибо в школе больше таких самоуверенных самоубийц не водилось. И вроде бы парень уже был готов к тому, чтобы прийти к отчаянию, как в усталую голову пришла простая, но достаточно хорошая идея. И, не собираясь ждать рассвета, так как ненормальные предпочитают вставать очень рано (Ито вставал действительно слишком рано для нормальных), Рюноскэ отправился прятаться, открывая счет, в конце концов, даже если его ненормальные друзья не высказали вслух, давно установившееся соревнование «кто спрячется лучше», то это не значит того, что его (соревнования) нет. Вторым, кто знал о странных пристрастиях длинноволосого и бледнолицего преподавателя, был Ямадзаки. Молчаливый парень и сам любил вставать рано, но на этот раз, даже он восхитился стойкостью, может даже глупостью, мужчины. Поэтому этой ночью он поспал пару часов, вставая в три утра, это было самое подходящее время для того, чтобы начать играть в экстремальные прятки. На самом деле место, где можно было бы уютно устроиться и безопасно за всеми наблюдать было найдено давно, оставалось самое малое, натаскать туда еды и питья, чтобы не мучиться весь день. И, наверное, сходить в туалет. Остальным повезло явно меньше, ибо рано вставать любил только Сано, но его рано было явно поздно для Ито. И в четыре утра весь корпус разбудил долгий и мужественный (Рюноскэ бы на этом моменте явно поспорил, децибелы явно были женскими) крик, медленно затухающий (ибо воздуха в легких больше не становилось), но невольно повторившимся несколько раз. Ито решил благородный порыв временных учеников оценить по полной программе, и одного визга ему не хватило. Натворившие дел ребята, поняв, что нужное время побега, они удачно проспали, мгновенно поспешили недоразумение исправить, выскакивая из комнат. Соджи, Хаджиме, Каору и Хейске из корпуса выбегали вместе, первый этаж располагал к побегу из места катастрофы, а вот Шимпачи и Сано, которые расположились на третьем этаже, встретились с проблемой. Мат Ито несся вперед него, удачно оповестив о том, что единственный ход отступления был оккупирован. Застыв по средне коридора второго этажа, где вроде бы имелось окно, но проверять прочность костей не сильно то и хотелось, как и попадаться злому Ито. И Шимпачи уже было шагнул в сторону окна, голос Ито приближался, как Хараду посетила гениальная мысль, и он потянул друга в другую сторону. В этот же момент, но уже в другом месте, парни, когда хотели, могли бегать на сверхзвуковой скорости, очнулись уже достаточно далеко от корпуса с комнатами. Хаджиме и Соджи, переглянувшись друг с другом, одновременно посмотрели на рядом бегущих Каору и Тодо. В прошлый раз, так как и Юкимура, и Хейске представляли собой образец неуклюжести, Соджи и Хаджиме разделились. На этот раз Юкимура был другим, и был явно на порядок удачливее сестры, поэтому, бросив короткое «удачи», Сайто и Окита убежали в другую сторону. - Я впервые без понятия, где можно спрятаться, - задумчиво произнес Хаджиме, оставшись с Соджи один. – Не успел всё осмотреть до конца. - Куда точно не пойдет Ито-сенсей? – задумчиво протянул Окита, так как и сам не успел до конца освоиться на новом месте. Надругаться над терпением нового преподавателя было веселее. - Я знаю! – одновременно воскликнули парни, улыбнувшись друг другу. Хейске, который достался на попечение Каору, проклинал Юкимуру, который неожиданно оказался достаточно шустрым и быстрым. Тодо никогда не жаловался на свой бег, но сейчас он был близок к тому, чтобы развалиться где-нибудь и притвориться камешком, в надежде на то, что Ито его не заметит. - Стой, я больше не могу, - прохрипел Хейске, тормозя Юкимуру. – Когда ты успел научиться так быстро бегать? Ты же спотыкался всегда. Каору вздохнул, его сестра была невыносима, демон, который спотыкается, это явно было что-то новенькое. Но в этом была вся Чизуру, и Каору даже стало чуточку смешно. Они явно доведут ребят с ума, меняясь местами друг с другом. - Не думаю, что пешая прогулка в четыре утра, это самое то, чтобы не попасться на глаза Ито-сенсею, - улыбнулся Каору, давая время отдохнуть Хейске. - Ты прав, но бегать в надежде на то, что Ито-сенсею надоест за нами носится, и он устанет, тоже не вариант, - возмутился Тодо, в очередной раз поражаясь тому, как умело стал переводить темы Юкимура, не отвечая на его вопросы. - У тебя есть идеи? - Нет, - покачал головой Тодо. – А хотя, знаешь, есть одна. Пойдем, но перед этим, нам необходимо посетить туалет!

***

Если быть честным, то Хараде хотелось повыть, или же постучать по стене…своей головой, ибо такой подставы он никак не ожидал. Судя по недовольным лицам, все остальные были мысленно с ним солидарны. Кажется, рад был только Хиджиката, что тихонько посмеивался на удобной кровати, когда им, в очередной раз, приходилось ютиться в небольшой комнатушке. Харада уже стал задумываться о том, что коллективное мышление это не вымысел, а жестокая реальность, так как таких совпадений просто быть не могло. Первым, прятаться у Хиджикаты пришел Рюноскэ, который с самого начала приметил то, что в апартаментах заместителя директора имелась небольшая комнатушка. Правда, для чего она была нужна, осталось непонятным, так как была пустой, а Хиджиката заполнять её вещами не спешил. Брюнет, прихватив с собой одеялко, незамеченным Тошидзо проскочил в комнатку, сразу же задремав. Проснулся Рюноскэ из-за активного шуршания, источником шума оказался слегка удивленный Ямадзаки, который, не смотря на неожиданное соседство, уверенно начал расставлять свои запасы еды. Хиджиката беженцев по-прежнему не замечал, а Рюноскэ, не смотря на свои не самые радужные рассуждения на счёт нового соседства, новое место искать не решился. Мог бы просто не успеть. Когда по корпусу пронесся оглушительный визг, успевшие задремать, парни вздрогнули и переглянулись, облегченно выдыхая. Хиджиката, кажется, от неожиданности ударился об стену, тихонько проматерившись. На секунду, Тошидзо даже показалось, что кричит он, а его ребята в очередной раз над ним подшутили. Но когда крик повторился снова, до Хиджикаты дошло, что орал кто-то другой. Но не успел брюнет обдумать свою мысль, как в его комнату вбежали испуганные Сано и Шимпачи, уставившись щенячьими глазами на преподавателя. Уловив за дверью приближающийся мат Ито, Тошидзо, недолго думая, кивнул в сторону неприметной двери. Повторять ребятам второй раз не пришлось, и они, ураганом пронесшись мимо Хиджикаты, забежали в комнатушку, встретившись взглядами с удивленными глазами Рюноскэ и Ямадзаки. Рюноскэ со стоном уронил свою голову на одеяло, обреченно что-то промычав. Теперь мысль спрятаться у Хиджикаты, показалась ему не самой удачной. Примерно через час, когда уже не сдерживающий довольного смеха Хиджиката, снова открыл дверь комнатки, но уже для того чтобы впустить Окиту и Сайто, Рюноскэ честно захотелось провалиться куда-нибудь или испариться. Маленькая комнатушка, которая удобно вмещала в себя два небольших и относительно тощих тела, для шестерых становилась уже тесноватой. И только парень подумал о том, что хуже быть не может, как дверь открылась в очередной раз, запуская последнюю потерянную парочку – Каору и Хейске. - У меня затекла задница, Рюноскэ, двигайся, - заговорил Шимпачи, наглядно хрустя позвонками. - Ты опоздал, здесь уже я сижу, - хмыкнул в ответ Соджи, быстро плюхаясь рядом с накуксившимся брюнетом. Для облегчения своих страданий ребята решились усесться в круг, чтобы места хватило всем. Рюноскэ, тяжко вздохнув, принял сидячее положение, умостив свою тощую задницу ровно посередине расстеленного у стены одеяла. Рядом с ним примостился Хейске, а после и Соджи, улыбнувшись нахмурившемуся Шимпачи. - И что нам здесь делать? – печально вздохнул Сано, положив подбородок на поднятые колени. – Ито-сенсей злиться будет ещё долго. - Мы могли бы здесь вообще не сидеть, - хмуро отозвался Тодо, мимолетно взглянув на Соджи. И, возможно, Соджи бы сказал что-нибудь колкое в ответ, но в этот момент дверь резко открылась, заставив ребят затаить дыхание. - Сделайте лица попроще, - хмыкнул Хиджиката, не отказывая себе в удовольствии широко улыбнуться. – Я решил вас пожалеть и принёс карты. - Вы не будете против? – удивился Шимпачи, поймав кинутую колоду. - Нет, скорее я буду счастлив, если вы снова что-нибудь учудите. Как я понял, карты вам в этом очень помогают, - с этими словами дверь за Хиджикатой захлопнулась, оставляя ребят снова одних. - Я не хочу играть на желания! – возмутился Хейске, обреченно вжавшись в стену.

***

В общей сложности ребята сидели в комнате пять часов, два из них они провели в напряженном ожидании возмездия, а после получения карт и осознания того, что находить их вроде и не собираются, время пошло быстрее. Последующие два часа тоже прошли весьма благоразумно, ученики, перекидываясь шутками, играли в карты, вспоминая интересные случаи из жизни. Но на пятый час, когда Шимпачи заявил, что хочет в туалет, туда вдруг захотелось всем. Коллективное мышление, чтоб его. Выйти из комнаты не представлялось возможным (Ито пусть больше и не матерился, но его недовольные речи всё ещё было слышно), звать Хиджикату и просить помощи тоже (заместитель директора и без этого улыбался так, что страшно становилось, а вдруг щёки треснут?). Да и что брюнет мог сделать? И вроде бы тут на помощь пришли незаменимые карты. Тодо побелел, проблеяв что-то вроде «кажется, мне расхотелось», но, заметив уверенные взгляды своих друзей лишь молча придвинулся ближе. Минут через пять единогласно было решено, что проигравшие выходят из убежища с интервалом в пять минут и обратно не возвращаются. Победивший выходит самым последним, но это могло и не понадобиться, так как виновным становился тот, кто первым попадется Ито. Обсудив правила, которые Хейске даже не пытался понять, он был уверен в своей карме, парни приступили к игре. Ребята старились играть тихо и быстро, в туалет всё же хотелось сильно, Ямадзаки оказался действительно запасливым парнем, газировки хватило явно всем. Так же про не прозвучавшее правило в следующий раз играть честно (Хейске действительно должен был получить шанс на реабилитацию) никто не забыл. Но, не смотря на все свои благородные помыслы, сыграть честно получилось только у Хейске (Каору в тот момент пришла мысль самому научить Тодо играть «правильно»). Выходить первым явно никому не хотелось, как и снова подставлять одного из младших, поэтому крупно не повезло человеку, сидевшему перед Хейске, все возможные и невозможные карты стекали к нему, а отдать их Тодо было невозможно. Проигравшим оказался Сайто, который без лишних возмущений пересел к двери. Неугомонная компания быстро смекнула что к чему, и желающих занять освободившееся место Хаджиме резко поубавилось. Конфликт быстренько замяли (камень-ножницы-бумага была великой игрой, разрешающий многие споры без пролития лишней крови), и перед Хейске уселся ухмыляющийся Соджи, который через пару минут и стал проигравшим. Хейске стал подозревать неладное, когда проиграл Ямадзаки, который так же занял освободившееся место предыдущего проигравшего, но ничего говорить не стал. В конце концов, жизнь полна обычными случайностями. Когда же проиграл Рюноскэ, так же усевшись перед ним, Хейске не выдержал и в следующей игре специально проиграл сам. Своих друзей Тодо любил, пусть и вели себя они иногда странно и совсем не по-дружески. Следом за Хейске в стан проигравших прописался Каору. Сайто, решив не дожидаться конца, очередь и без Шимпачи с Сано выстроилась, вышел первым. Пяти минут хватило для проигрыша Шимпачи и выхода Соджи. Хиджиката, узнав про новое пари лишь хмыкнул, выходя из своей комнаты после Ямадзаки, ибо сидеть дальше на одном месте было бы неинтересно. Рюноскэ, пусть и в глубине души понимал, что поймать вышедших будет трудно, тихо надеялся на то, что очередь до него не дойдет, но время быстро шло, и пять минут несправедливо быстро истекли, открывая ему двери в коридор. За ним, широко улыбаясь, ушел и Хейске, заставив Каору нахмуриться. Брюнет боялся, что поймают Тодо, возможно, шатен и был хорош в маскировке, но его потрясающая невезучесть могла бы смело соревноваться с неуклюжестью Чизуру и… А дальше развить мысль не дал зашедший Хиджиката. - Выходите, закончилось. Странно было бы говорить, что Каору ждал пойманного и грустного Хейске, но это на самом деле было так. И, когда он увидел красного от возмущения Ито, держащего за футболку Соджи, Юкимура потерял дар речи. Шатен с рыжеватым отливом волос явно не классифицировался брюнетом к тем типам людей, которые обычно попадали под раздачу. Хмурое лицо Сайто, который обычно предпочитал держать нейтральное выражение лица, вызывал лишь ещё большое удивление. - Я всё ещё жду признания. Кто это сделал? – строго поинтересовался Ито, хмуря тонкие брови. Если с утра мужчина дрожал от гнева, то сейчас, уже успев слегка успокоиться, брюнет сумел совладать со своим голосом, не переходя на крик. Свои волосы мужчина любил, но не настолько сильно, чтобы убиваться по ним целый день, просто хотелось получить возмездие за свои труды, что он потратил, ухаживая за волосами. Пойманный Соджи и остальная толпа учеников молча рассматривали неровно подстриженную шевелюру учителя. Где-то они доходили до плеч, а где-то одинокие пряди доходили до пояса, напоминая о былом величии когда-то длинных волос. - Ито–сенсей, вы не справедливы к себе, даже я не обратился бы к вам как к «это». И, думаю, вопрос будет правильно задать вашим родителям, - улыбнулся Соджи, пытаясь выдрать из стальной хватки несчастную футболку. Убегать он всё равно не собирался, а мять футболку зря не хотелось. Хиджиката кашлянул в кулак, умело пряча смех. Заместитель директора не собирался вмешиваться, так как видел, что Ито держался на удивление достойно (утренний шок не будем брать в счет). Заместитель директора не спрашивал, кто из них умудрился это сделать, изначально Тошидзо предполагал, что это дело рук Окиты. Шатен в детстве успел и над его волосами поколдовать, Хиджикате тогда пришлось подстричься едва не под ноль. Но сейчас, наблюдая за удивленными и хмурыми лицами детей, начал сомневаться в том, что это Соджи. - Если ты сейчас мне скажешь, кто это сделал, я обещаю закрыть глаза на твое неуважительное отношение, - хмыкнул Ито, не собираясь отвлекаться на провокации подростка. Конечно, было бы легче обвинить пойманного ребенка, в конце концов, настоящая профессия Кашитаро не предполагала воспитание разбушевавшихся подростков. Но дети чем-то цепляли за душу, хоть и раздражали до белого каления, и посему дать шанс на реабилитацию хотелось всё-таки больше. - Не стоит, мне нравится, когда вы на меня смотрите, - снова улыбнулся Окита, так и не сумев отвоевать край своей футболки. И, не переставая растягивать губы в ухмылке, Соджи предупреждающе посмотрел на Хейске, что всё время не спускал с парня виноватого взгляда. На самом деле невезучесть Хейске и на этот раз сыграла с ним злую шутку, так как, едва выйдя из комнаты, он почти попался в руки Ито, если бы не Соджи, который привлек к себе внимание, уронив вазу с цветами. Окита просто с самого начала не собирался подставлять Хейске, желание загадывал он, а значит, и отвечать за последствия следовало ему же. Но и Хейске просто так стоять и смотреть на это не собирался, совесть не давала ему покоя, да и то, что ребята целый день все вместе пытались его уберечь, тяжелым грузом давило на сердце. И, видимо, ребята действительно научились коллективному мышлению, так как на очередной вопрос Ито о том, кто это сделал, не сговариваясь, выпалили «Я». От удивления Кашитаро, под облегченный взгляд Соджи, выпустил футболку, явно удивленный ответом. То они все молчали и прятались по углам, то они признаются, все вместе. - Все восемь человек? – скрестив руки на груди, переспросил Ито. - А как же, каждый оставил себе по локону на память, - усмехнулся Каору, поражаясь самому себе. Юкимура и не собирался вмешиваться, он не думал о том, какое наказание получит неугомонный шатен. В любом случае эта неразумная идея принадлежала Соджи. Но почему-то, смотря на расслабленные и решительные лица друзей своей сестры, не смог поступить иначе. Что-то подсказывало парню, что так поступить было бы правильно. - Что? – возмутился Ито, явно теряя дар речи. Что они сделали с его волосами? - Шутит он, я могу вернуть их вам, - дав легкий подзатыльник улыбающемуся Юкимуре, поспешил добавить Сайто. – Если вы, конечно, хотите этого. К вечеру я собирался их сжечь. Каору недовольно цыкнул, пихнув молчаливого брюнета в бок, помешавшего ему подшутить над преподавателем. - За мной, в мою комнату, - раздраженно выдохнул Кашитаро, заметив смешки остальных детей. До серьезного Тошидзо ему явно было далеко, так как дети, которые должны были бы его бояться и уважать, этого не делали и вроде даже не собирались. Хиджиката же счастливо улыбнулся, он не ожидал, что его дети так быстро повзрослеют. На самом деле брюнет не думал, что это произойдет и позже, учитывая их поведение. Если раньше, когда он обнаружил петарды, за Хейске заступилась Чизуру, невольно заставив так поступить и других, то теперь это был осознанный поступок его детей. Никто из них не стал ждать, когда кто-то выступит за них, а сделали это сами и вместе. А Ито продолжал всё больше и больше удивлять Тошидзо, Кашитаро с завидным упорством продолжал терпеть выходки учеников, решая все проблемы сам, не прибегая к помощи Хиджикаты. Ведь даже сейчас, обратись бы он к нему с просьбой наказать ребят за шалость с волосами, Хиджиката не отказал бы ему. А в том, что Кашитаро не знал, где прячутся дети, верилось с трудом.

***

- Ух, я думал, он нас всех на лысо побреет, - рассмеялся Хейске, взяв в руки очередную картофелину. Наказание его явно устраивало, это было лучше того, что они могли бы получить. - Я могу это сделать, если ты так сильно этого хотел, - прищурился Окита, кидая в огромную кастрюлю чистую картошку. – Это самое скучное наказание, которое я получал. - Ты можешь попросить что-нибудь повеселее, думаю, Ито-сенсей тебе не откажет, - нахмурился Каору, которого не радовала перспектива весь вечер начищать картошку. Это было действительно убийственно скучное занятие. Заведя провинившихся детей в свою комнату, Ито величественно уселся перед зеркалом, предварительно вручив Сайто в руки, как самому спокойному, ножницы. - Раз уж вы мне умудрились начать делать прическу, вам и стоит ее закончить, но чтобы было ровно, - погрозил мужчина пальцем, подзывая Сайто ближе к себе. А после так же невозмутимо добавил. - Я целый день гонялся за вами и слегка утомился, на ужин хочется картошечки, думаю, наши любимые повара, что по сей день кормили нас, будут рады вашей помощи. Так и оказались они у мешков с картошками рядом с огромной кастрюлей, в которую, со слов Хейске, могли бы свободно сесть Каору и он. - Давайте устроим соревнование? Кто быстрее вычистит побольше картошки? – оживился Шимпачи, сверкая широченной улыбкой. - Ага, а ты в конце огорченно представишь самую маленькую кучку вычищенной картошки, - усмехнулся Соджи, брызнув в Нагакуру водой. – Нет уж, не будем торопиться. Хотя, я бы согласился, если проигравший согласиться в полночь пробежать голышом до моря и нырнуть. Желающих на спор так и не нашлось, на что Окита лишь усмехнулся. Не смотря на все причитания Рюноскэ, что закончат они к ночи, ибо картошка на удивление мелкая, к ужину перед поварами предстала полная картошкой кастрюля (в последний час мучений Окита не выдержал и подлил воды, чтобы заполнить кастрюлю). И под счастливый взгляд Ито ребята отправились в корпус, каждый решив, что картошки с них хватит, а поесть можно завалиться и к Ямадзаки, кровать Ито-сенсея для этого занятие подошла бы лучше любой столовой. А крошки на последней можно было бы объяснить производственным дефектом. И, возможно, ребята снова заработали бы себе очередное наказание, если бы не вмешавшийся Хиджиката. Сотовые телефоны перед поездкой были изъяты Кондо, средства связи были только у учителей. Зайдя в комнату Ямадзаки и Ито, брюнет хмуро посмотрел на Каору, решая как преподнести новость. Расстраивать парня не хотелось, пусть он и был в интернате пару раз за это время, Хиджиката всё равно считал его своим ребенком. Да и парень в любом случае был ужасно сильно похож на свою младшую сестру. - Мне звонил твой отец, Каору, - заговорил Хиджиката, перервав Хейске. – Он говорит, что твоя сестра зовет тебя. Тебе стоит срочно выехать домой, собирайся, я буду ждать тебя в своей комнате. Каору удивленно уставился на дверь, где раньше стоял Хиджиката, надеясь на то, что ему послышалось. Это были не те слова, которые парень ожидал услышать. Отец ничего хорошего не передал, но и о самом плохом не сообщил. Юкимура вскочил, явно собираясь бежать следом за вышедшим брюнетом. Вдруг заместитель директора не правильно передал смысл услышанных слов? - Каору, у тебя есть сестра? – спросил Хейске, заставив застыть у двери Юкимуру. Брюнет обернулся, думая, что сказать, но заметив взволнованных Соджи и Хаджиме, нахмурившегося Рюноскэ и удивленных друзей, снова почувствовал, что не может соврать. В любом случае, им же надо будет рассказать друзьям правду. - Есть, её Чизуру зовут, - улыбнулся Каору, вспомнив свою неуклюжую близняшку. – Она очень сильно похожа на меня и так же сильно хочет познакомиться с вами. - Правда? Тогда ты обязательно должен привести ее к нам в школу после этой поездки! - Обязательно. И Каору действительно верил в свои слова, не смотря ни на что, Чизуру была обязана сама познакомиться со своими друзьями.