Секс не по работе.

«Сегодня в твоём с Вадимом любом кафе, милая. В четыре. Целую, моя лживая, маленькая шлюшка :**» Арина в который раз прочитала сообщение от шантажиста и наложила еще один слой своей любимой алой помады. Окинув себя взглядом в зеркале, девушка отметила, что выглядит вполне привлекательно, и, перекинув сумку через плечо, пошла в коридор. – Куда? Подвести? Из спальни раздался голос Вадима. Нацепив улыбку, Арина подошла к комнате и спокойно ответила: – Нет, спасибо, сама. У меня дела появились. Вернусь вечером. Поцеловав и помахав ручкой на прощанье, Арина спустилась вниз лифтом и села в машину. Не хочется. Не хочется ехать в это проклятое кафе. Не хочется разговаривать с этим ублюдком. Не хочется с ним находиться рядом. Не хочется… Арина с ненавистью ударила ладонью по рулю автомобиля. Но нужно. Нужно узнать, какая тварь так ненавидит её. Так хочет испортить ей жизнь. Сегодня Арина едет поразительно медленно – растягивает время перед унижением всей своей жизни. Она вглядывается в лица прохожих с неприсущей ей наглостью и полным игнорированием норм этикета. Все эти люди вечно спешащие, вечно занятые и вечно нагруженные работой и делами, вовсе не обращали внимания на девушку, невольно залюбовавшуюся ими. Ведь, если задуматься, стоит остановиться посреди улицы, среди таких людей, как поймёшь – жизнь идёт своим чередом. Сколько бы мы ни стояли, всё равно: время и окружающие будут двигаться дальше вопреки всему. Арина мягко подъехала к тому самому кафе, припарковав машину ближе к входу. Вдруг придётся бежать – машина близко. На ватных ногах Арина подходит к двери и, когда пальцы задерживаются на дверной ручке, её отвлекает дрель телефона. Новое сообщение. «Крайний столик. За которым вы с Вадимом так любите сидеть. Шевелись быстрее, пока я не передумал, маленькая.» Арина проходит мимо столиков к тому, заветному, такому знакомому и вызывающему страх. Она так долго хотела узнать – кто же это, и теперь её охватывает чувство безвыходности и нетерпения. Девушку пробивает холодным потом, когда она видит знакомые зелёные глаза, черные волосы и издевательскую полуулыбку. Человек напротив – Вадим. Вадим Дубравин. Дубравин медленно попивает из стакана неизвестную жидкость бардового цвета и окидывает взглядом Арину. Она замирает от неожиданности и, когда наконец-то обрела возможность говорить, восклицает: – Вадим??!! Громко. Настолько громко, что посетители кафе с удивлением озираются на девушку не в силах понять, что же вызвало столь бурную реакцию. – Не надо орать, Ариша. Да, к сожалению, я ношу имя твоего «любимого жениха». И к счастью, я не он. Садись. – Вадим встаёт с места и, взяв девушку под локоть, сажает напротив себя. – Как дела? Чего такая напуганная? Будто беседа двух светских подруг, ей-богу. Арина давится слезами и обидой, комом застрявшими в горле; и смотрит на Вадима из под опущенных ресниц. С отвращением, так. – Ничего. Она старается говорить спокойно и холодно, но её голос предательски дрожит, обнажая и демонстрируя истинные чувства. Вадим же, напротив, абсолютно спокоен. Он сидит рядом и продолжает пить из стакана, иногда поглядывая на девушку. Арина отворачивается. Они же дружили. Неужели, сейчас так круто спать с невестой своего близкого друга? Путём шантажа… Так низко, господи, как низко… Вадима вовсе не беспокоят ни раздумья, ни такие тяжелые мыли. Парень задумчиво перебирает светлые пряди Арины, скользит пальцем по скуле, нижней губе, медленно переходя к шее и изгибу плеча. И Арине противно, Арина дёргается – она никогда его не хотела. В ответ Вадим качает головой со странной улыбкой, блуждающей по его губам, и допив содержимое стакана, встаёт, схватив девушку за запястье. – Пошли, Арина. Это как приказ. Оплетённая не видимыми нитями Арина следует за ним и ей кажется: достаточно одного его взгляда или движения – она выполняет его волю, непрекословно. Они подходят к машине и Вадим, открыв дверцу, подталкивает девушку к салону автомобиля со словами: – Садись. Арина долго смотрит то на машину, то на её хозяина так, будто у неё есть выбор. Парню это быстро надоедает и он с силой сажает её в автомобиль. Девушка устраивается поудобней. Она чересчур спокойна и теперь знает одно: она не будет выполнять, то чего он хочет. Пусть даже не надеется на секс не по работе. Она уже давно не в этой организации. Но теперь, выплыла замечательная возможность разузнать что-то важное про его отца. Всё складывается, как ни есть хорошо, если забыть, что Арину хотят трахнуть. И больше ничего. Они едут молча. Вадим смотрит на дорогу и иногда поглядывает в зеркало заднего вида – убеждается, что жертва на месте. Арина же, продумывает план проникновения в кабинет отца Вадима. Лишь бы это шантажирующее чмо жило вместе с родителями Несколько минут спустя, они подъехали к новостройке. Вадим открывает дверь перед Ариной, грубо бросив: – Приехали. Выходи. Арина неуверенно выходит, игнорирует протянутую её руку и спрашивает: – Ты один живёшь? Парень смеётся, всё же берёт Арину за руку и отвечает: – Не бойся: родителей нет, не помешают. Арина молчит. Кусает губы. Вопрос так и вертится на языке, не осмеливаясь высказаться вслух. – Точно? Они по работе уехали? – Арина замирает: ей нужно узнать кем же работает его отец. Быть может, Вадим проговорится, может… – Отец уехал по делам своего модельного агентства. Мама отдыхает в Италии. Значит, он имеет модельное агентство. Тут то грязи будет предостаточно. Они заходят в лифт и поднимаются на девятый этаж. Арина теребит лямку сумки – нервничает. Когда Вадим с Ариной выходят из лифта, девушка думает: а может взять и убежать. Забыть про задание, забыть про всё. Но взгляд Вадима, пронизывающий такой, будто читает мысли Арины, говорит: даже не думай. И Арина глубоко вздыхает, и проходит в открытую перед ней дверь. Квартира большая, светлая и просторная. Комната наполнена богатым ароматом роз и сирени. Всё богато, аккуратно, опрятно и со вкусом. Даже приятно на душе от запаха сирени вперемешку с розами, если забыть: где ты и зачем. Арина оставляет пиджак и сумку в прихожей, следуя за Вадимом. Парень открывает одну из комнат ключом и поясняет: – Всегда закрываю комнату: часто заходит сестра, которая не раз ломала пианино. Арина улыбается и следит за тем, куда Вадим положит ключ. На то самое пианино. Отлично. Вадим подходит к окну и открывает его. В комнату проникает поток свежего воздуха, который немного приносит жизни в это холодно-богатое помещение. Парень щелкает зажигалкой и закуривает, продолжая любоваться шумной улицей и радостными прохожими с высоты девятого этажа. Уже поздно – скоро закат, и Арина думает, что могла бы его встретить в гораздо более романтичной и приятной обстановке, нежели здесь. Когда Вадим затягивается последний раз, Арина думает – пора действовать. Она подходит, встаёт на носочки и целует Вадима – сейчас самое время подыграть. Он отвечает: грубо, жадно, больно оттягивает нижнюю губу и кусает до крови. Это вовсе не поцелуй. Это насилие. Это демонстрация собственного доминирования, своей силы и власти. Он подталкивает девушку к кровати и Арина падает на белую простынь. Парень продолжает терзать губы свои садистским поцелуем, а руки, такие ненавидимые и чужие, скользят по изгибу плеча, по округлости груди, исследуя сквозь бирюзовую ткань кофты, плоский живот. Его руки скользят по телу, стягивая, обнажая… Кофта оказывается брошенной на пол, парень касается лямки лифчика и тогда девушка понимает – самое время. Арина резко ударяет ногой в паховую область, царапает лицо и отшвыривает с себя обезумевшего парня. Бросается к пианино, быстро хватает ключи и запирает шантажиста в его же комнате, слыша вслед разочарованные вопли: – Черт…Сучка!!! Эту фразу могла запросто услышать соседи – с такой грубостью, злостью и так громко она была сказана. Арина судорожно бегает по квартире в поисках кабинета отца, понимая – дверь ненадолго задержит Вадима, нужно поторапливаться. Кабинет оказался смежным с комнатой Вадима, и Арина отлично слышала его крики: – Малолетняя, наглая шлюха! Ты за это ответишь! О твоей работе узнают все! Твой жених, его… Арина усмехается. Угрозам она уже давно не верит. – Дружок, я уже давно там не работаю. А когда работала, Вадим знал! Не старайся! – Прокричала Арина в ответ, перебирая бумаги на рабочем столе отца в одном лифчике. На каблуках не удобно. Она берёт туфли в руки. Счета, счета, счета… Чьё-то резюме, документы на квартиру… Черт… Арина бросается в сторону странного шкафчика в углу комнаты с не менее странным замочком. Снимает с головы шпильку и легко справляется с мешающей преградой. Открывает дверцу. Внутри располагался альбом с фотографиями моделей его агентства. Или не просто с фотографиями? Арина просматривает одну фотографию за другой и понимает, откуда у Вадима такая тяга к насилию и жестокости. Усмехается и понимает, что хоть в чём-то он прав: Вадима с её любимым связывает лишь одно – имя. Обнажённые девушки в оковах, кожаных костюмах, полуживые, привязанные и избитые. На одной из фото Арина узнала недавно убитую Ксению Смирнову. Господи, дата на фото совпадала с датой убийства. Боже… Арина закрыла дверцу шкафа, забрала альбом и ринулась в прихожую – работа была выполнена, и теперь ей не терпелось покинуть эту пропитанную гнилью квартиру. Заталкивая альбом в сумку и надевая туфли, Арина вспомнила про кофту, которая валялась на полу в комнате Вадима. – Черт… Это как надо просчитаться, что бы забыть часть верхней одежды в запертой комнате. Арина крутится перед большим зеркалом в прихожей не в состоянии понять: будут ли видны её прелести, если она пойдёт лишь в пиджаке. Решив, что другого выхода у неё всё равно нет, девушка натягивает пиджак, продолжая слышать обрывки фраз, предложений и всхлипов Вадима: – …я тебя любил… –А ты выбрала его. Тебе всегда было всё равно на меня. А я любил… Я думал, что когда начну с тобой общаться посредством «Секс по телефону» мы хоть как-то станем ближе, ты хоть ненадолго станешь моей, но ты свалила… – Оказалась полной лгуньей… – Ты выбрала его… Арина сочувственно качает головой и выходит из квартиры, громко хлопнув дверью. Больше она сюда не вернётся. Арина нетерпеливо постукивает каблуком – ждёт лифта. Стоящая рядом дама преклонного возраста с капусткой в руках и ногтями, накрашенными бардовым, смотрит на блондинку презрительно и даже с подозрением – не видела никогда прежде. Когда они, наконец, заходят в долгожданный лифт, Арина всё больше убеждается – двери лифта закрывается чересчур медленно, и девушка в страхе смотрит в сторону квартиры шантажиста в страхе, что он разъярённый и злой, оттуда выскочит. Но благо, никто не выскочил, и Арина благополучно спустилась вниз. Копошась в сумочке, девушка думает: хватит ли её денег на такси и, решив, что хватит, ловит первую машину, специализирующуюся на перевозке пассажиров. Садится в автомобиль, диктует водителю, явной азиатской внешности, адрес того самого кафе – нужно забрать Лексус. Водитель довольно кивает и начинает движение, напевая себе под нос песенку на родном языке. Арина поджимает ноги к груди и прислоняется к запотевшему стеклу. Контраст холодной поверхности стекла и её разгоряченной от нервного возбуждения кожи ударяет в голову адреналином и перед её глазами всё ярче всплывают болезненные воспоминания сегодняшнего дня. Перед глазами мелькают дома, витрины магазинов и несколько влюблённых парочек – уже ночь и люди практически не встречаются, лишь несколько подвыпивших молодых компаний. В одной из них Арина четко различает рыжие волосы Веры, её хрупкий силуэт и слышит звонкий смех. Действительно она. Девушка смеётся, шагает на своих громоздких каблуках, качаясь из стороны в сторону. За руку её поддерживает, парень, на пол головы ниже её, и что-то говорит девушке. Что-то явно забавное, ибо Вера начинает смеяться на всю улицу. Арина прячет голову – не хватало только, что бы Вероника сейчас её заметила. Когда машина отъезжает от радостной компании Арина открывает окно и, вдохнув свежий воздух, ужасается: в воздухе до сих пор чувствуется запах сирени вперемешку с розами.