Навестить сестренку или Готовься, мусор!

Вот уже пять лет Занзас не тешил себя лишними надеждами, перестал мечтать и относился к жизни с большой долей пофигизма. В свои пятнадцать он мог спокойно уложить на лопатки взрослого обученного бойца, обзавелся почти полным набором хранителей и пристрастился к виски. Он считал себя слишком взрослым и самостоятельным, чтобы снова получать затрещины от судьбы, но как же он ошибался. Занзас прочитал дневник этого чёртового ублюдка, который называл себя его отцом, и его трясёт от гнева. Кажется, пара секунд и всё вокруг вспыхнет от его ярости, устремившейся наружу и нашедшей своё лучшее воплощение в пламени. Хренов мерзавец. Долбанный хренов мерзавец, который решил пригреть сироту. Один хрен его мамаша жива – в её случае что есть, что нет. Пригрел, приодел, воспитал. И что дальше? Наверняка, должность ему тоже уже уготована. Будет остаток жизни подтирать сопли этой маленькой дряни, которая единственная и законная наследница Вонголы. Занзас чувствовал себя самым большим идиотом в мире. Его можно сравнить с человеком, вдохновенно наслаждающимся миражом, чтобы через несколько минут понять, что он жрал песок, а не пил воду. Он ждал, ждал подходящего момента, разрабатывал план, и вынашивал внутри злость, которая в будущем сотрет все на своем пути. Скуало, самый преданный патлатый мусор, проигравший ему в поединке, уже наловчился уворачиваться от стаканов, прицельно метаемых ему в голову. Мармон занимался закупкой оружия, Леви инструктировал рядовых, а Бел просто шишикал, задумчиво подбрасывая в воздух стилет. Конечно, гораздо проще было свернуть девочке шею, пока она спит, а не устраивать показательно-провальный захват особняка, но что-то внутри говорило, что он просто не сможет этого сделать. И вот настал «судный день»: особняк методично разрушается его людьми, всюду гремят взрывы, выстрелы, кое-где бушует огонь, а посреди всего этого рыдает маленькая девочка в обнимку с тем самым плюшевым зайцем. - Какого черта, мелкий мусор? – даже не задумываясь, рявкнул он. Тсунаеши подняла на него большие карамельные глаза, пару раз моргнула, а в следующее мгновение кинулась к нему, уткнулась лицом куда-то в живот и разрыдалась еще громче. Занзас стоял как громом пораженный, а малышка рыдала, сжимая в маленьких ладошках край его некогда белой рубашки. Минут через пять рыдания превратились в негромкие всхлипывания, а позже и вовсе прекратились. Он мог ее убить. Вот прямо сейчас взять и прострелить тупой мелочи голову, раз и навсегда лишив Вонголу основной наследницы, но вот только доверительный взгляд детских глаз не давал это сделать. - Братик? – это был второй раз, когда она с ним разговаривала. Тихий дрожащий голос, трясущиеся коленки. Ему было противно смотреть на этот мусор. Именно противно. Это было единственное объяснение, почему сейчас он тащил мелкую дрянь в кабинет отца. - Чтоб ни звука. – бросил парень и уже собирался уходить, когда Тсуна снова схватила его за край рубашки. - Как мышка? – немного шмыгая носом, спросила она. - Как тараканчик, - мрачно рявкнул Занзас, и тут же осекся – у неё опять потекли слёзы по щекам. Он потоптался на пороге, сжимая руки в кулаки, и вышел, заперев за собой дверь. - Сын, - устало сказал Девятый, - прости, что я не сказал тебе всё сразу. Просто, я думал, что это не так уж важно. Что главное – это любить свою семью. - Да кому ты нужен со своей любовью! - почти заорал Занзас. – Думаешь, это весело, всё детство слушать, что я стану боссом Вонголы, а потом учиться и тренироваться как проклятому, чтобы быть достойным, и в итоге узнать, что я всего лишь подобранный из жалости оборванец?! Девятый покачал головой. - Прости. Я и, правда, сам почти забыл, что ты не мой сын. Занзас поднял руку с пистолетом. Та почему-то едва заметно подрагивала, хотя раньше проблем с нажатием на курок у него не было. - Наверное, я должен это сделать, - печально сказал Девятый, поднимая трость, которая начала мигать странным светом. - Братик!!! – ему под ноги подкатилось что-то маленькое. - Какого хрена? – Занзас удивлённо посмотрел на мелкую. – Я же тебя запер. Она шмыгнула носом и смущённо покосилась на отца: - А я дверку сожгла… - Нет, босс, - из-за колоны выполз раненый и нервно ржущий Скуало, - эта мелочь точно в тебя, плевать на кровь. Методы решения проблем – один в один. - Мусор, я думал, что ты сдох, - невпопад сообщил Занзас. - Дети, - Девятый опустил своё оружие, - вам не кажется, что вы уже достаточно наигрались? Занзас посмотрел на девчонку и скривился. Убить старого козла на её глазах он не мог. Слишком уж они были… понимающие. Наверное, именно в тот момент что-то в его отношении к девочке изменилось, иначе как по-другому можно было объяснить то, что он спокойно терпел этот мелкий мусор в своем особняке. Ну как терпел… - Врой, чертов босс, какого твоя младшая сестра живет с нами. – капитан, в очередной раз проснувшись с заплетенными косичками, просто не мог уже это выносить. - Свали, мусор. – рявкнул Занзас, не намереваясь что-либо обсуждать с подчиненным. Маленькая Тсуна, не смотря на то, что была до чертиков труслива и неуклюжа, так же не была обделена мозгами, и, поняв, что ей никто ничего не сделает, уже третью неделю изводила всю Варию. Исчадие ада, как за глаза прозвали Тсунаеши рядовые, не давала покоя никому, ураганом носясь по всему поместью. Вместе с малявкой в особняк переехала и громадная гора игрушек. Вот только в комнату она не поместилась, да и девочка их растащила по всему дому. Занзас до сих пор не понимал, почему Леви заорал, когда с утра наткнулся на большого плюшевого льва прямо возле своей комнаты. Воспитание малышки парень скинул на своих офицеров, чем их безмерно порадовал. Девочка выучила слово «Врой» и теперь не забывала его кричать при любом удобном случае, соревнуясь с капитаном по громкости. Бела сделали ответственным за укладывание малышки спать и рассказывание ей сказки на ночь, и теперь девочка очень интересовалась человеческой анатомией. Солнышко всея Варии тоннами скупал в детских магазинах платья, чем очень радовал Мармона, которому приходилось выделять на это деньги из бюджета. Сегодня у девочки был день рождения, вот только почему никто не обрадовался, когда Тсуна, сделав самое серьезное лицо, заявила, что хочет быть как братик, а для этого ей нужен пистолет. Пистолет Тсунаеши предоставили, правда, пластмассовый, и стрелял он вовсе не огоньком, как у Занзаса, а непонятной пробкой, привязанной к нему за веревочку. Малышка, конечно, расстроилась, но ненадолго, вспомнив, что в библиотеке на стене висел пистолет, почти такой же как у брата. Будучи вовсе не глупой, она понимала, что просто так пистолет ей никто не даст, и план по захвату мира, и отдельного пистолета в частности, уже появлялся в маленькой голове. На кухне как бешенная орала сигнализация, всюду слышался топот ног, мат офицеров, и вроде никому не было дела до маленькой девочки в библиотеке, которая, высунув язык от усердия, карабкалась по книжным полкам вверх, к своей цели. Загребущие ручонки уже потянулись к пистолету, висящему на стене. Вот только нога соскальзывает с полки, и библиотеку заполняет перепуганный писк. Перепуганный, но какой-то довольный, ведь маленькие ручки мертвой хваткой вцепились в заветное оружие. Но долететь до пола и получить новые синяки малышке не дает твердая рука, схватившая ее за шкирку, как провинившегося котенка. Ее развернули и подняли на уровень головы, так что девочка, доселе висящая тряпичной куклой, подняла голову и встретилась взглядом с винными глазами. -Привет, братик. – Тсунаеши улыбнулась и для достоверности сложила губки бантиком, стараясь как можно сильнее надавить на жалость. В этом особняке ей никто не мог причинить вреда, никто не мог наорать или наказать, никто, кроме очень разозлившегося старшего брата, держащего ее за шкирку. - Что ты тут учудила, мелочь? – почти безразлично выплюнул Занзас. - Ничего. – девочка тут же спрятала за спину руку с пистолетом. - Зачем он тебе? – босс Варии был необычно многословен сегодня, и искренне недоумевал, зачем этому мелкому мусору, боящемуся даже собственной тени, понадобился пистолет. Девочка ничего не ответила, и спустя какое-то время была возвращена на пол. Пистолет, к сожалению, тоже отобрали, и перепрятали понадежнее, подальше от загребущих ручонок. Правда, после всего, малышку ждал серьезный семейный разговор. Офицерский состав расселся в гостиной, девочку посадили между Бельфегором и Лусурией. - Мелкая, зачем тебе пистолет? – Скуало старался говорить не громко, чтобы не пугать и без того трусливое создание. Девочка подняла на него свои большие глаза и пожала маленькими плечиками. - Тебе тут страшно? – всплеснул руками Луссурия. –Тебя обижают? Мамочка Лу все исправит, тебе нечего бояться. Малышка отрицательно помотала головой. - Ты хотела его продать, тебе не хватает денег? – выдвинул предположение Мармон, за что удостоился испепеляющего взгляда от Скуало. Девочка вновь покачала головой, а потом, спрыгнув с дивана, заявила то, что подвергло весь офицерский состав в шок, из которого они не скоро выйдут: - Я просто так хочу, Мусор. Девочке недавно наняли репетиторов, ведь Девятый решил, что ради безопасности малышку стоит отправить жить с семьей внешнего советника в Японии, о которой в мафии ни сном ни духом. И вот теперь девочка усердно изучает японский. Потихоньку, вместе с криками и седыми волосами учителей язык поддается. Медленно, но поддается. Вот только преподавателей менять приходится слишком часто: девочка неусидчива и просто мечтает выкурить из особняка незваных гостей, желающих разлучить ее с братиком. Дона Фернандес, женщина лет сорока, с железными нервами, только что залетела в кабинет босса Варии и залпом осушила стоящий на столе стакан виски. Признаться, от такого поворота событий Занзас слегка прифигел. - Дон Занзас. Я отказываюсь учить этого маленького монстра. – чуть ли не взвизгнула женщина. А он то надеялся, что эта продержится хоть немного дольше. - И что на этот раз? – с тяжелым вздохом интересуется хозяин особняка. Это далеко не первый человек, отзывающийся о его сестре в подобном ключе. Впрочем, мелкая уже сколько времени воспитывает в нем просто безграничное терпение. Как оказалось, Тсунаеши, от природы слишком не усидчивая и постоянно вертящаяся за партой случайно вымазалась потекшей ручкой, после чего выругалась такими словами, которые итальянские сапожники и произносить постесняются. Дона Фернандес, и без того еле удерживающая самообладание, стерпеть такого уже не смогла, и легкой рысью кинулась в кабинет Занзаса жаловаться. - Вы уволены. Можете больше не возвращаться. И не забудьте закрыть за собой дверь. – рыкнул парень, заставив итальянку побледнеть. Женщина тут же выскочила за дверь, не забыв ей хорошенько хлопнуть, а Занзас рассмеялся. Похоже ему придется научиться следить за языком. И не помешает провести с мелкой воспитательную работу… Тсунаеши уезжала. Девочка плакала, обнимала Варийцев, и обещала, что никогда их не забудет. Дольше всего она обнимала брата, получая от него наставления и легкий подзатыльник для профилактики. Вот только почему даже смуглый от природы Леви стоял бледный как смерть, когда девочка, высунувшись из окна машины, пообещала еще вернуться.