Попугай

На торговой площади было необычайно шумно и многолюдно, как и на любой другой в Средиземье во время крупных мероприятий. Однако ярмарки в Шире отличались от всех прочих одной приятной особенностью. Покупателям не нужно было работать локтями, расчищая себе дорогу к интересующему прилавку. Хоббита и попугая вежливо пропускали, некоторые здоровались с пернатым господином или обменивались с Бильбо ничего не значащими фразами о погоде или товарах. Мистер Бэггинс купил себе пирог с печенью, а Торину яблочный, защипанный косичкой. Лотки со всевозможными сладостями и цветными леденцами они обошли стороной потому, что впереди их ждали бочки с сидром и пивом всех сортов. Вишневое привозили отнюдь не каждый год, так что Бильбо выбрал именно его и неторопливо завтракал, пока Торин изучал названия. – Пернатому господину нальем бесплатно! – радостно заулыбались хоббиты. – Выбирайте, Ваше сиятельство! А выбирать было из чего. У них имелось даже пиво Волчья яма, получившее свое странное название потому, что пивоварня, в которой его готовили, располагалась на самой кромке леса, откуда зимой частенько выходили голодные хищники. Конечно, ребята рекомендовали произведенный здесь, в Хоббитоне, сидр Косой лучник, так понравившийся Кили, а также темный эль, самый крепкий во всем Средиземье. Также можно было отведать Короля гоблинов, Страшилу, Ведьминого котла и даже Бычьего рева, на создание которого вдохновил пивоваров пращур Бильбо – незабвенный Бандобрас Тук. Вот его-то и решил попробовать Торин. Это было пшеничное пиво, светлое, немного мутноватое, с пушистой пенной шапкой и весьма приятным ароматом. Бильбо пришлось подергать увлекшегося попугая за хвост и напомнить, что не мешало бы закусывать. Шумный попугай, кажется, принялся объяснять, что за пару столетий можно узнать свою меру, неловко взмахнул крыльями, едва не свалившись с насеста, и, нахохлившись, взялся за свой пирог. – Никогда не видел, чтобы птица выпивала! – восхитился мистер Фаулер. – По-моему, кое-кому уже хватит, – объявил Бильбо и ничтоже сумняшеся отпил из стакана Торина. Удивительно, но тот не стал ругаться: как видно, славное пиво положительно сказалось на его настроении. Заводчик почтарей тем временем начал болтать о том о сем. Впрочем, Бильбо пропустил мимо ушей почти все и заинтересовался, лишь услышав о том, что приехали гномы из Белегоста и привезли серебряные зеркала. То, что птицам нравится заниматься самолюбованием, его не взволновало, зато он был уверен, что Торину будет интересно повидать сородичей, пусть и из другого клана. – Понимаю, они твои соседи, – проговорил хоббит, увещевая недовольного попугая. – А с соседями тебе трудно найти общий язык, насколько я успел заметить. Попугай возмущенно квакнул и принялся остервенело расклевывать корочку от пирожка, придерживая ее жутковатыми когтями. Как видно, хоббит попал в точку, и Торин относился к собратьям из Белегоста лишь чуть лучше, чем к эльфам. – Ну сам посуди, разве они узнают тебя в таком виде? – Бильбо примирительно погладил оттопыренное крыло со вздыбленным оперением. Попугай отставил крыло еще сильнее, чуть пригнулся и, слегка покачнувшись, почесал лапой под клювом. Но видно было, что пирожок несколько ослабил воздействие хмеля. Хоббит очень надеялся, что у попугая от выпитого не разболится голова, последствия могли быть непредсказуемы. В любом случае, он решил оставить на ночь в вольере бадейку с водой. Гномы нашлись очень скоро, Бильбо заслышал их издалека. Несколько развеселых юношей с волосами цвета жженой умбры придумали необычный способ привлечения клиентов. Они пели. Их отец или дед – суровый гном, сплошь седой и очень прижимистый, тем временем заключал сделки. В основном спросом пользовались небольшие зеркальца: такие, которые можно спрятать в карман или поставить на туалетный столик. Резные рамы из дерева и черненого серебра наверняка поразили бы любого… однако Бильбо довелось побывать в Эреборе и своими глазами увидеть работы непревзойденных мастеров: статуи, при взгляде на которые кажется, что они вот-вот вздохнут и сойдут со своих пьедесталов, и редкие растительные орнаменты, выполненные с такой филигранной точностью, что кажется – если подольше посидеть и внимательно понаблюдать за причудливой вязью, можно будет заметить, как побеги растут и тянутся к вечно ночному своду подгорных каменных небес. – Финли и сыновья к вашим услугам, – поздоровался зеркальщик. – Бильбо, сын Банго – к вашим, – хоббит поклонился по гномьему обычаю, что явно понравилось новым знакомым. Молодые мужчины и юноши тут же стали представляться, правда, хоббит запомнил только то, что их имена заканчиваются, как и у отца, на слог Ли. Бильбо, в свою очередь, представил им Торина, снова назвав только краткое имя, чтобы не вызвать подозрений. Попугай держался немного высокомерно, но наблюдал за гномами с явным интересом, а самому младшему из братьев Ли, еще безбородому, даже дал потаскать себя за крыло, чтобы рассмотрел маховые перья. – И не стыдно вам, господа гномы, докучать нашему пернатому господину? – раздался звонкий голосок хоббитянки. – Вы позволите украсть у вас мистера Бэггинса? Он обещал сопроводить меня на праздник, но мы разминулись. Шарлотта подхватила Бильбо под руку и потянула прочь от телеги с товаром, шепча на ухо: «Эти гномы кажутся такими странными и мрачными! Неужели это – ваши друзья?» Хоббит мотнул головой, а в следующий миг вынужден был подставить Торину руку под клюв, чтобы тот ненароком не порвал нарядное платье хоббитянки. – Это хорошо, потому что мне они показались чересчур напыщенными и так заломили цену! – мисс Мэй-Лили театрально всплеснула руками. – Полагаю, теперь, когда мистер Финли знает, что вы – моя подруга, он сделает скидку и будет более… – начал хоббит, но в этот самый миг Шарлотта с радостным возгласом резко потянула его куда-то в сторону. – Смотрите, мистер Бэггинс! Это как раз то, что нам нужно! – она указала туда, где была выставлена на всеобщее обозрение огромная бадья высотой примерно до середины бедра. – Обожаю яблочный бобин! В Йаваннин день не возбранялось вести себя несерьезно, так что девушка с большим энтузиазмом присоединилась к забаве, положила ладони на край посудины и сразу приметила самое вкусное яблочко, покачивающееся на воде. Взломщик быстро объяснил, что суть нехитрой игры – поймать спелый плод зубами без помощи рук и съесть его раньше прочих участников. Попугай принял вызов и с самым решительным видом взгромоздился на бортик между Бильбо и Шарлоттой. По сигналу девушка, взвизгнув, окунула личико в прохладную воду, ее кудряшки поплыли по волнующейся поверхности. Хоббит невольно залюбовался прихотливой игрой солнечных бликов, забыв, что тоже собирался принять участие в забаве. Что-то звонко хрустнуло – это Торин одним точным клевком извлек лакомство и, прижав его лапой к бортику, принялся уплетать. Он не замочил перьев, да еще и выбрал яблоко понравившегося сорта. Хоббитянка резко распрямилась, волосы взметнулись и ударили по спине и плечам, предварительно подбросив высоко вверх множество капель. Платье местами потемнело от впитавшейся влаги, но хоббитянка не обращала на это ни малейшего внимания, впиваясь белыми зубками в красный бочок своей добычи. – А чего это вы такой сухой, мистер Бэггинс? – спросила она, смешно прищурившись, и отправила огрызок в специально предназначенную для этого корзинку. Бильбо попытался придумать какое-нибудь оправдание, а девушка уже зачерпнула целую пригоршню воды и плеснула ему в лицо. Хоббит поднял палец, пытаясь призвать ее к порядку и что-то возразить, но расшалившаяся хоббитянка снова плеснула в него водой, а потом еще несколько раз, пока он из почтенного сквайра не превратился в подобие Лобелии после знакомства с Торином. А Торин еще и потворствовал этому, делая вид, что выбирает из своего кушанья косточки. – Ах, так? – воскликнул взломщик и вступил в водную битву, а потом и вовсе подхватил Шарлотту на руки и поставил прямо в лохань. Зрители и те, кто успел приобщиться к их выходке, вынуждены были признать, что среди плавающих яблочек она выглядела весьма аппетитно. Отсмеявшись, Шарлотта подобрала намокшую юбку и предложила пойти в Зеленый дракон, чтобы обсохнуть у камина и выпить немного подогретого вина с пряностями.