Взаперти

      Тихий хрип. Подергивание век. Шерлок открыл глаза.       - Вот, попей, - Джон протянул ему стакан воды, который приготовил ожидая, когда Шерлок очнется.       После приступа Шерлока мучила жажда. Он сделал несколько жадных глотков и обессилев, рухнул назад. Глаза тусклые, пульс слабый, из-за обильного кровотечения — обезвоживание. Вторая фаза шока.       - Магнуссен выходил на связь       - Ясно.       Апатия.       - Сказал, что Майкрофт согласился приехать.       - Соизволил.       - Что, прости?       - Ты хотел сказать... "соизволил приехать".       - Шерлок, послушай, - Джон встал перед ним на колени. - Я знаю, что тебе тяжело, что тебе больно и страшно — но ты не должен уходить в себя! Мы на одной стороне.       Шерлок равнодушно отвернул голову.       - Черт возьми, даже сейчас ты не можешь отказаться от своего упрямства! - Джон в негодовании вскочил на ноги и тяжелыми шагами обошел комнату.       - Я просто устал.       - Жить? - зло бросил Джон. - Жить ты устал?       - Выживать... Зачем?       - Затем! - Ватсон снова бросился на колени рядом с Холмсом. - Затем, что ты обещал!       Холмс устало вздохнул, но тут же поморщился от своего смелого шага. Боль в груди никуда не прошла, наоборот, обнажилась, растеклась по телу до кончиков пальцев. Язык не слушался, мысли путались. Силы, злость, желания — все вдруг пропало, растворилось в тяжелом чужом воздухе. Почему-то вдруг стало все равно. Равнодушие ласкало его мысли, съедало его сердце. Такое сладкое, такое привлекательное. Зачем пытаться что-то изменить, если игра уже сыграна и любой ход будет станет проигрышем? Бороться, пытаться что-то доказать. Кому? Себе? Себе он уже все доказал. Доказал что он не так умен, как хотел быть, не так гениален, как хотел казаться. Зачем продолжать? Только мучать себя. Игра закончилась. Он проиграл. Собаке собачья смерть. Гордыня подняла его выше солнца и с такой же легкостью бросила о землю.       - Ты обещал, что всегда будешь там, где нам нужен. Где нужен мне, Мэри и нашему ребенку. Ты нужен сейчас. Здесь и сейчас. Ты нужен мне.       - Я не хочу больше... ничего...       - Ради нас, пожалуйста, постарайся. Ты сказал, что ты не даешь обещаний, но нам его дал. Это много значит. Прошу тебя.       Шерлок посмотрел на Джона. Знакомые темные усталые глаза. Чуть прищурен правый глаз. Ты мне нужен... Никому не нужен. Зачем? Одни неприятности.       - Ты изменил мою жизнь.       - Будешь скучать?..       - Сойду с ума.       Шерлок вдруг вспомнил, как два года назад, прячась у своей могилы, слушал Джона и сердце его сжималось. Это было предательство, он знал, но руки его были связаны. Он должен был защищать своих близких, которых сам втянул в опасную игру. Он должен был положить конец войне, которую развязал Мориарти и последствия которой он устранял два долгих года. Он сам тогда сходил с ума от собственного бессилия, но у него была цель. Цель - сохранить жизни. Десятки знакомых и сотни незнакомых жизней. Герой тогда, сегодня он и сам попал в беду.       Джон верил в него. Верил тогда, когда никто не верил. Верит и сейчас. Когда он сам уже потерял всякую надежду.

***

      - О чем ты думаешь?       - О себе.       - И что ты решил?       - Ничего.       - Это так просто.       - Не для меня.       - Не нужно бояться.       - Ты слишком надменный.       - Ты просто мальчишка.       - Я просто устал.       - Я буду с тобой, мой сломленный брат.

***

      Шерлок открыл глаза и образ пропал. Он снова увидел панорамное стекло с разноцветными окнами соседних зданий. Стены, цвета экрю и косой потолок. Повязку на своей груди, уже ставшей краповой, и Джона, сидящего рядом, напряженно обхватив голову руками.        Понимая, что в нем говорит усталость, страх, боль — Шерлок осознал, что невольно поддался своему отчаянию. Он не хотел сдаваться, но силы ушли, не давая возможности разуму спасти свое тело. Что своим упрямством он ничего не докажет. Ты мне нужен... Нужен Джону, Мэри, попавшей в беду. Нужен своей семье. Отцу, маме. Майкрофту. Он не мог уйти. Уйти так просто, так легко сдаться. Не найти ответ. Шерлок с детства не любил загадки, а погибнуть так, не решив головоломку, означало бы уйти побежденным. Да он готов переспорить Бога, Дьявола, Смерть — лишь бы последнее слово осталось за ним! Кроме того, нельзя было допустить, чтобы Майкрофт так просто отделался. Пусть нервничает. Он снова начал терять форму.       - Джон...       - Да, Шерлок, я рядом.       - Я не хочу умирать.       - Я знаю, Шерлок.       Лицо Джона стало мягким, светлым.       - У тебя был жар, ты бредил. Повторял, что не хочешь. Я надеялся, что умирать, а не жить.       Я тоже надеюсь.