Хрустальные бабочки

***

      Хлоя не могла поверить своим глазам. Натаниэль — Натаниэль Куртцберг собственной персоной! — стоял прямо перед ней да ещё и улыбался к тому же! Нет, она наверняка спит или бредит, или ещё чего похуже.       Пожалуй, лучше по-тихому дать заднюю, подумала Хлоя и уже хотела убежать или на худой конец вновь вернуться обратно в здание университета, как Натаниэль сделал шаг к ней и схватил девушку за руку.       — А вот и ты, — просиял он. — Я целый день тебя жду, Хлоя. Привет.       — Вот же чёрт, — проворчала она. — Всё-таки не приснился.       Мысль, что Нат всё же мог ошибиться, лопнула как мыльный пузырь. Они ведь не виделись вот уже… сколько? Пять лет? Шесть? А он до сих пор помнит. Неожиданно и… даже приятно.       Хлоя высвободила руку и гордо вскинула голову — хотела как прежде свысока посмотреть. Но не тут-то было: Натаниэль вымахал на целых полголовы, и общаться с ним теперь гораздо сложнее.       — Ну ты и каланча, — пробормотала она. — Прям как Адришу.       Натаниэль весело улыбнулся, и Хлоя неожиданно отметила, что он больше не прячет лицо за чёлкой. Наоборот, длинные волосы собраны в тугой хвост на затылке, бирюзовые глаза смотрят лучисто и как-то по-странному ласково.       — А ты всё такая же колючка, да? — Он наклонил голову, рассматривая бывшую одноклассницу. — Только красивее стала.       Хлоя выдержала испытание комплиментом и даже не вспотела, но внутри как будто пятилетка заорала от радости.       — А я что, раньше некрасивая была? — хмыкнула она, прищурившись. — Всё-таки джентльмен из тебя — всё равно что художник в балетной пачке.       — А я не собираюсь в балет, — парировал Нат. — Но в театр бы сходил. У меня даже билеты есть. — И он вытащил из кармана лакированные бумажки. — Как тебе идея?       Хлоя не знала: плакать ей или смеяться. В итоге она избрала компромисс — схватила Натаниэля за руку и оттащила в сторону, где людей ходило поменьше, и уже там, в небольшом скверике, вывалила на парня:       — Во-первых, нечего выскакивать как чёрт из табакерки. Во-вторых, какого дьявола ты такой высокий? В-третьих… В-третьих, я на этот спектакль уже ходила, и не зрителем, а пробоваться на роль, но не меня не приняли, и я бы хотела забыть о нём как о страшном сне. — Она перевела дыхание и, глядя Нату прямо в глаза, выпалила: — Как ты меня нашёл?! Это же абсолютно нелепо!       Он нервно рассмеялся.       — Это самое главное, что тебя волнует?       — Я уже перечислила, что именно волнует. Но ты мог бы быть поконкретнее.       Натаниэль хмыкнул и выбросил злосчастные билеты в мусорку. Хлоя с удивлением наблюдала за их полётом. Дорогущие же, заразы! Но не успела она открыть рот, как Нат продолжил:       — Слушай, за эти пять лет я о многом успел передумать. И о том, как несправедливо тебя отправили в Америку, что даже не дали шанса всё исправить. И том, что я чувствовал по этому поводу. Поэтому я здесь и пытаюсь сделать то, чего не успел пять лет назад: позвать тебя наконец на свидание.       Хлоя молча смотрела на него, на мальчика, который когда-то смущался от одного только взгляда и тайком рисовал её портреты и который вдруг неожиданно вырос и превратился в мужчину — высокого, уверенного в себе и нашедшего её спустя сорок три тысячи восемьсот часов и почти шесть тысяч километров. Она изо всех сил постаралась сохранить строгое лицо, по получалось из рук вон плохо.       — Знаешь, Куртцберг, — начала Хлоя с расстановкой, — билетами на такие спектакли всё-таки лучше не разбрасываться. — Она подошла к мусорке, скривилась, но всё же достала билеты и вернулась к ошарашенному Натаниэлю. — Но в следующий раз лучше спроси меня, на какой я бы хотела пойти, окей? А теперь давай отдадим их кому-нибудь как благотворительность и просто пойдём попьём кофе? Я весь день не ела.       Повеселевший Нат забрал у Хлои билеты и взял её под руку.       — Не злишься?       — Злюсь. Но только потому, что ты напугал меня, когда выскочил как жук из-под кота.       Натаниэль улыбнулся странному сравнению.       — Ты мне всегда нравилась, Хлоя. Прости, что не подошёл раньше.       И вот тут-то Хлоя всё-таки покраснела.       — Нет, ну что за человек! — возмутилась она, вырвала у него руку и зашагала быстрее. — Только объявился, а уже в чувствах признаётся! Так и до мэрии и регистрации брака пять минут! Эй, ты вообще будешь меня догонять или как? — хмыкнула Хлоя, обернувшись, когда поняла, что опередила своего спутника.       Натаниэль продолжал улыбаться. Злосчастные билеты он сунул под нос какой-то мимо проходящей парочке и поспешил за Хлоей, которая уже говорила о плюсах и минусах длинных волос.       До кафе они дошли минут за пятнадцать, а до мэрии — за два месяца. И каждый день этой новой жизни, начавшейся у них после неожиданной встречи, был в миллион раз лучше, чем все года, проведённые порознь.