Ersatz

Телефон, компьютер и множество других жизненно важных вещей были под запретом, но изредка, когда матери не было рядом, сестра позволяла отправить со своего мобильного ответные сообщения Мину, которыми он меня буквально закидывал. Хотя в тот момент времени я ничего особенного к нему не чувствовал, такое внимание со стороны взрослого и столь неприкрытый интерес к моей скромной персоне, безусловно, льстил. Он все чаще приезжал к моему дому и простаивал под окнами моей комнаты до поздней ночи. Я садился на подоконник, свешивая ноги вниз, и таким образом мы могли разговаривать с ним часами. В такие моменты я невольно благодарил родителей за то, что они выбрали себе спальню с противоположной стороны дома и не слышали нас с Мином. Я быстро привык к подобным вечерам в компании Сонмина, и уже, наверное, не смог бы от них отказаться. Однажды Мин дал мне старый мобильный телефон, обосновав это тем, что ему надоело получать одну-две смс, и он хочет полноценного общения даже тогда, когда он может приехать ко мне. Я не сильно возражал, после мы начали переписываться часами. В наших с ним разговорах, а в дальнейшем и в сообщениях он никогда не переступал за грань дозволенного, и хотя мне нравилось, что он все же уважает меня, в глубине души, мне хотелось, чтобы он, наконец, проявил инициативу, которой все не было. Мне кажется, что именно тогда я и начал в него влюбляться, а может, это случилось гораздо раньше, просто я не осознавал этого. Подходил конец моего домашнего ареста, решимость во мне росла, но ничего особенного я все равно не делал, надеясь, что он все же возьмет инициативу в свои руки. Терпение заканчивалось, а Сонмин ничего не делал, и в один прекрасный день я решил, что пора действовать самому. До этого я столько раз писал ему и звонил, даже не задумываясь о своих действий, но в тот момент простая смс со стандартным «как ты?» далась мне значительно труднее. Ответ от него обычно приходил если не мгновенно, то через пару минут точно, но тогда я прождал не менее получаса. Решив, что лучше себя не изводить по столь глупому поводу, я взялся за учебник, но все мои мысли крутились около моей смски, и пара абзацев, прочитанных мною за время ожидания, никак не хотели откладываться у меня в голове. «Нормально. Что-то хотел?» Сообщение сильно отличалось от всех предыдущих, от него так и сквозило холодом и равнодушием. В тот момент, закусив губу, я напряженно думал над тем, что же теперь делать. С одной стороны мне хотелось увидеть Сонмина и поговорить с ним, но с другой было заметно, что с ним что-то не так. Пока я размышлял над этим, пришла еще одна смс, в корне отличающаяся от той, первой. «Прости, я так был занят, ты соскучился? :)» Я облегченно выдохнул, чувствуя, как сковывающее меня напряжение мгновенно исчезает. Обычно я писал короткое «нет», а он все равно приезжал, в этот раз, я решил, что теперь все должно быть иначе. Ответ на мое «Конечно, хочу тебя видеть» пришел незамедлительно. Сонмин писал, что будет так скоро, как только сможет, и я не мог сдержать улыбки. Мне казалось, что даже мать, истерящая где-то в глубине дома, не сможет испортить мое настроение. Он приехал уже минут через двадцать, когда я, нетерпеливо притоптывая, стоял на улице, рядом с крыльцом, он не стал сигналить, а я не стал ждать приглашения и тут же уселся в его машину. Он был весь в черном, и лицо его казалось темным, измученным, иссохшимся. - Неважно выглядишь, - сказал я, жадно рассматривая черты его поменявшегося лица. Он просто пожал плечами, не отвечая мне. - Что-то случилось? – в тот момент мне почему-то думалось, что молчать нельзя, что нужно растормошить его, привести в чувство, но только как именно это сделать я не знал. - Ничего, - он измученно улыбнулся, - все нормально. Кюхен-а. Спасибо что переживаешь. Было так странно слышать от него своё имя, обычно он предпочитал обходиться без него, мне сначала было немного непривычно, а затем я перестал обращать внимания, но сейчас оно почему-то резануло мой слух, показалось ненужным и неправильным. Хотя он ещё пару раз заверил меня в том, что у него все нормально, отлично и ну очень хорошо, я видел, что это совершенно не так. Было видно, что ему плохо и мне безумно хотелось это исправить. - Сонмин, - я погладил его по плечу, это было первое, что я позволил себе за все время нашего с ним странного знакомства, - я же вижу что что-то не так, - он молча погладил мою ладонь, а я не стал её отдергивать, в общем-то, мне было приятно его прикосновение, - если я могу хоть чем-нибудь помочь, скажи. Он улыбнулся и посмотрел на меня. - Ты уже мне очень помог, - он запнулся на мгновение. - Кюхен. Очень помог. Тот день прошёл странно. Сонмина явно что-то тяготило, хоть он этого и не признавал. А желание изменить его настроение к концу дня только усилилось. Я весь извелся. Все дошло до того, что я принялся открыто к нему лезть, а он, не выдержав, решил отвезти меня домой. Отчаявшись, я совершенно потерял голову, чем-то другим тот поцелуй я объяснить не могу, хотя это стыдно называть поцелуем. Чмок в губы, причём от прикосновения я кроме стыда ничего и не почувствовал. Он же, наконец, осознав? что произошло, что это сделал именно я, вдруг резко протянул меня к себе. Понимая, что сейчас будет, я попытался отстраниться, возразить, но он заглушил мои протесты поцелуями, а через некоторое время, сдавшись, я начал ему отвечать.