Меч и Цветок

— Итак, класс, все слышали о предстоящей на этих выходных поездке? — громко поинтересовалась учительница по истории, открывая журнал и окидывая ребят полным энтузиазма взглядом. Вялое «да» было ей ответом. Акина хмыкнула, подумав, насколько избалованы и пресыщены жизнью эти богатенькие дети, что даже дорогая, по ее меркам, поездка на горячие источники кажется им скучной. — Тогда начнем заносить ваши имена в список. Котако Миями? — Еду. — Курама-кун? — Мы с отцом на этих выходных в Нью-Йорк. — Понятно, Синна Камомэ?.. Учительница перечислила всех в классе, и оказалось, что половина ехать не намерена. Имя Акины она деликатно опустила, чем вызвала смешки и тихие издевательства со стороны ребят. Девушка не обратила на них внимания, дорисовывая на листочке очередной рисунок. В последнее время ей очень нравилось этим заниматься. — Мизуки-сенсей, вы Акину забыли спросить, — неожиданно заявила Синна, отчего смешки стали громче. — Кхм, да… Акина, ты поедешь? — замялась Мизуки, неловко поправляя очки. — У нее наверняка более интересные планы, правда, Акина? — ехидно сощурилась шестерка Камомэ — Хана. — Ага, — ответила Акина, не поднимая головы и не отрываясь от своего увлекательного занятия. — У меня дома настоящий телепорт стоит: захочу, в Америку махну, захочу — на Нидерландах окажусь. Достаточно включить воображение, и мой замечательный телевизор двадцатого века почище 3D вдарит. Поэтому извините, поехать не смогу. Слова прозвучали ровно, безразлично и дерзко. Ребята зафыркали: кто одобрительно, кто язвительно; учительница сдержала улыбку, а Синна возмущенно нахмурилась. — Значит, Акина не едет. — Мизуки сняла очки и закрыла журнал. — Едет. — Жесткий и вечно холодный голос убил все звуки в помещении, тут же лишив это место любых признаков веселья. Ученики начали оглядываться на стоявшего в дверях Асано. Король сложил руки на груди, опираясь на стену и не сводя тяжелого взгляда с единственного человека в кабинете, не соизволившего обернуться. — Занесите ее в список. — Да, хорошо. — Учительница кинулась записывать девушку, остальные девочки растерянно зашептались. Король вышел, а класс неизбежно взорвался удивленными и возмущенными голосами. Одна Акина молчала, все так же не поднимая головы. Остро наточенный карандаш в ее руке застыл на месте, медленно, но верно проделывая дыру в глазу ни в чем не повинного котенка, заваленного учебниками — маленькая жизненная зарисовка. И что на этот раз задумал Король? Возможность задать ему этот вопрос лично представилась Акине сразу после уроков. Выйдя за высокие стеклянные двери школы, она огляделась и подметила странное поведение учеников, которые сгрудились неподалеку от входа. В толпе девушка различила предмет всеобщего волнения: Асано Кеншин ждал у обочины, присев на капот бардового спорткара и лениво прокручивая в руке телефон. Акина тут же попятилась, надеясь незамеченной скрыться в здании школы и выскользнуть через черный ход, однако ее планам не суждено было сбыться, так как парень заметил ее. Поднявшись, он кивнул головой на машину. Молчаливый приказ был понятен. — У меня нет денег на такую поездку, — глухо сказала девушка, когда они выехали на трассу. — У меня есть. — По тону парня было ясно, что он не настроен разговаривать. Акина стиснула зубы и отвернулась, старательно скрывая обиду. И когда она вдруг начала так близко к сердцу принимать слова Короля? Ведь давно уже поняла, что он даже не считает ее кем-то, кто заслуживает объяснений. Шмыгнув носом, девушка нахохлилась и по-детски выпятила губу. Асано кинул на нее удивленный взгляд и не смог удержаться от смешка. — Акина, — мягко позвал он. — Да, меня так зовут! — буркнула она, не глядя на него и не пытаясь убавить раздражение в голосе. — Что? — Ничего! Вы чего-то хотели? Кеншин недоверчиво глянул на нее, затем прищурился и резко свернул с дороги. Затормозив на обочине рядом с мостом, он выключил мотор и в наступившей тишине откинулся назад, внимательно рассматривая побледневшую девушку. — Что-то случилось? — ломким голосом спросила Акина, вжимаясь в сиденье. — Мне кажется, или ты только что пыталась дерзить мне? — проникновенно спросил он, почему-то приближаясь к ней. В тесном салоне машины стало еще меньше места. Акина почувствовала внезапную нехватку воздуха. Трель старенького мобильника разрядила обстановку и дала девушке призрачный шанс на спасение.  — Ответь на звонок, — велел Асано, и она поспешила достать телефон, при этом стараясь не задевать парня. — Д-да, мам… Да, я сейчас еду домой. — Акина с трудом смогла выровнять голос, однако Асано, кажется, не намерен был дожидаться конца разговора. Взявшись за стягивающую ее густые волосы резинку, он аккуратно снял ее, позволяя локонам свободными волнами упасть на плечи — как назло, Акина не заплела их с утра в косы. — Твои документы? Нет, они в комнате… в к-коробке на шкафу… У Акины вырвался резкий вздох, когда Кеншин поднял пальцем ее подбородок, заставляя вскинуть голову. Пристальный оценивающий взгляд изучил ее лицо и опустился ниже, к воротнику школьной рубашки. — Н-нашла? — Теперь дрожь стала слишком сильной. — Нет, просто замерзла… Пока. Не успела она сбросить звонок, как Асано вырвал телефон у нее из рук и принялся неспешно снимать свою кожаную куртку. — Что вы делаете? — У Акины перехватило дыхание. — Наказываю тебя, — спокойно ответил парень, закидывая куртку назад вместе с ее телефоном и придвигаясь к ней. Акина вжалась в дверцу, а он начал расстегивать ее рубашку. — За что? — пролепетала она, чуть не плача от безвыходности. — За дерзость, и за «настоящего драчуна», — все так же спокойно пояснил Кеншин. Акина боялась возражать ему, но, когда третья пуговица была расстегнута, не выдержала и схватила парня за запястья. Он остановился и в упор посмотрел на нее. — Хочешь сказать что-то? — недобро спросил он. — Убери руки. Но Акина не двигалась, лихорадочно ища в его лице хотя бы намек на мягкость. Понадобилась всего секунда, чтобы понять — пощады не будет. — Я сказал, убери руки, — начал злиться Асано. — Ты не забыла, что бывает за непослушание? Уже соскучилась по своему ожерелью? На этих словах Акина не выдержала и разжала пальцы, но оставаться в машине больше не могла. Открыв дверцу и не обращая внимания на потрясенное лицо Короля, девушка бросилась бежать. Сойдя с дороги, она кинулась под мост к реке, в панике даже не подумав, как собирается пересечь ее. Она не оглядывалась, потому что знала, что если обернется, то обязательно упадет… Уже находясь под мостом Акина почувствовала у себя на талии сильные руки Асано и завизжала, бешено отбиваясь. В ответ на это ее попросту подняли и опрокинули на землю. Кеншин уселся на нее сверху, прижимая тонкие запястья к холодной траве и дожидаясь, пока она закончит кричать. Акина быстро стихла и перестала сопротивляться, вместо этого она заплакала, отвернувшись в попытке спрятать слезы. — Прекрати, ты выглядишь жалкой, — прошипел парень, тяжело дыша от злости. — Отпусти меня!!! — К его изумлению, Акина яростно дернулась и вперила в него такой ненавидящий взгляд, что, кажется, освободи он ее, и она набросилась бы на него в самой натуральной попытке убить. — Надо же, — удивленно протянул Кеншин. — У котенка прорезались коготки? Она упрямо стиснула зубы и промолчала. — Советую тебе перестать так на меня смотреть, — с металлическими нотками в голосе, мгновенно превратившими насмешку в угрозу, предупредил Асано. — Не забывай, чем ты пожертвовала, чтобы спасти свою любимую подругу. Разве разумно будет сейчас пустить все эти унижения коту под хвост? В больших глазах промелькнуло сомнение, но вызывающая дерзость никуда не делась. Тогда Кеншин наклонился к самому лицу девушки и прошептал: — Если хочешь начать все сначала, твое право… ведь есть еще твоя мать. У Акины все внутри похолодело и оборвалось, стоило только представить, что Асано может обратить свой страшный темперамент против Минако. Она взглянула на него со смесью недоверия и отвращения, отказываясь верить, что этот человек действительно так низко пал, однако в глазах Кеншина разглядела только ошеломляющий холод. — Ты себе не представляешь, на что я способен, Акина, никогда не забывай об этом. — Он словно прочел ее мысли и дал им подтверждение. — Если дорожишь своими близкими, не нарушай моих правил. В любом случае, ты проиграешь. Можешь сопротивляться, кричать, бросать мне вызов снова и снова, но знай — в итоге я буду с огромным удовольствием ломать тебя каждый раз, когда ты захочешь возразить. — Но почему?! — закричала Акина, бессильно дернувшись всем телом. — Почему я? Зачем ты делаешь это со мной?! — А ты сама как думаешь? — со внезапной злостью рванулся к ней Кеншин. — Ты первая начала это в тот миг, когда объявила мне войну. Я предупреждал тебя, дал шанс закончить все быстро и безболезненно, но ты со своим ослиным упрямством решила испытать мое терпение! Так что я всего лишь дал тебе то, на что ты так отчаянно нарывалась — теперь расплачивайся сполна за свою смелость, потому что только я решаю, когда эта игра закончится, а до тех пор я буду причинять тебе боль, изводить и мучить, пока мне не надоест! И ты можешь обманывать себя, утверждать, что ты свободна, но это не так, потому что ты целиком в моих руках, и как бы ты ни ненавидела это, пока мне интересно, ты будешь терпеть. Выбора у тебя нет! На этих словах Кеншин резко поднялся и отошел. Начинался дождь. Первые редкие капли быстро переросли в настоящий ливень, и возможность добраться до машины была потеряна. Под мостом рядом с рекой было прохладно, но сухо. Усевшись на землю, Асано прислонился к бетонной стене и откинул голову назад. Минут пять он просидел так, даже сквозь шум дождя и реки улавливая рваное дыхание неподвижно лежащей неподалеку девушки. Игнорировать ее становилось все сложнее, и в конце концов парень не выдержал. — Иди сюда, — велел он. Акина услышала его, но не двинулась с места. — Я сказал, иди сюда! На этот раз она встала и на ватных ногах подошла к нему. Когда девушка приблизилась, он схватил ее за руку и дернул вниз, усаживая себе на колени. Она тут же попыталась вскочить, но он обвил руками ее плечи и, вновь прикрыв глаза, предупредил: — Если не желаешь искупаться в реке, лучше прекрати это. — Угроза подействовала — девушка затихла. Ненадолго, так как вскоре ее начала бить крупная дрожь. Кеншин недовольно сжал ее сильнее, стараясь хоть так защитить от пронизывающего ветра, но, похоже, Акина дрожала не только от холода. — Да перестань ты так трястись! — не выдержав, рявкнул он. — Никто не просил обнимать меня! — незамедлительно огрызнулась она в ответ, правда, тут же прикусила язык. — Кажется, наш разговор прошел мимо твоих прелестных ушек, котенок, — зловеще протянул Асано спустя бесконечно долгие секунды молчания. Акина сумела спрятать побледневшее лицо за волосами, однако дрожь собственного тела, прижатого почти вплотную к парню, она скрыть не могла. — Услышала каждое слово, — пробормотала она. — Не похоже. — Просто отпусти, — тихо проворчала она, почуяв, что он не собирается выходить из себя, и снова попробовала встать, однако тут руки Асано соскользнули с ее плеч и обвили талию, притягивая ближе и заставляя замереть. — Сладкая, если не хочешь, чтобы я изнасиловал тебя прямо здесь и сейчас, лучше помолчи, — сказал он таким проникновенным тоном, что сомнений в искренности его слов у Акины не возникло ни на секунду. Из себя не выходит — это да… вот только лучше бы вышел, чем так «шутить». Мысленно прокляв Короля и свою неспособность просто подчиниться обстоятельствам, девушка постаралась успокоиться, но из-за стальной хватки у нее на талии стало только хуже. «Сладкая»… дрожь пробежала по позвоночнику от такого обращения. И что вообще значило «здесь и сейчас»? Как будто сам акт изнасилования был… неизбежным. — Тебе не следовало убегать, — вдруг сказал Асано, оборвав мысли девушки, у которой уже готовы были проклюнуться первые седые волосы. — Я не собирался ничего с тобой делать. — Но сказали совсем другое, — еле слышно пробормотала она. — Я хотел поиздеваться, а ты разозлила меня. Снова. — Мало верится, особенно после того, как вы пообещали мне вечные муки. И кто вообще так издевается? Это… бесчеловечно. Кеншин открыл глаза и посмотрел на нее. Акина отвернулась. — Хочешь, помогу согреться? — неожиданно ласково спросил он, подаваясь к ней и жарко дыша в ухо. Акина вздрогнула и напряглась, мгновенно оборачиваясь к парню, который теперь находился неприлично близко. — Не нужно! — Ну что ты, мне не сложно. Не могу смотреть, как тебя трясет, — с издевкой возразил тот и опасно сощурился. В следующий миг Акина почувствовала, как ловкие пальцы пробираются к ней под рубашку и обжигают холодом кожу на спине. С диким паническим криком она выгнулась, пытаясь избавиться от смущающих и пугающих одновременно прикосновений, но Кеншин не намерен был так легко отпускать свою жертву, пустив в ход и вторую руку. Акина закричала еще громче, забилась что было сил, и в результате непродолжительной борьбы оба покатились по земле по направлению к реке. Почти у самого берега Кеншин сумел затормозить и удержать от падения Акину, а девушка, дезориентированная падением, не сразу поняла, что лежит на нем. Когда осознание этого факта пришло к ней, она замерла, с ужасом расширив глаза. Кеншин странно смотрел на нее и не предпринимал попыток сбросить, но едва Акина попыталась встать, как он схватил ее за запястье и рывком перевернул, подминая под себя. — Неплохо, — севшим голосом прошептал он, глядя в ее широко распахнутые от испуга глаза. — Но я предпочитаю быть сверху… Щеки Оби медленно и неотвратимо залились густой краской, а на лице отразилось замешательство невинной школьницы, к которой на улице подошел незнакомый мужчина и с самым будничным видом предложил работу «на ночь». По сути, Акина такой и была — наивной и неиспорченной. Кеншин с недоверчивой усмешкой разглядывал ее невозможно милое смущенное личико, разрываемый жгучим желанием поцеловать и пониманием того, что это сильно напугает ее. Почему-то пугать не хотелось, особенно сейчас, поэтому он просто слез с девушки и сел рядом. Она тут же поднялась, не глядя ему в глаза, все еще красная, как отборный томат. Асано с трудом мог представить, чтобы девушка так смущалась от простых слов, ведь в его окружении дамы краснели либо для публики, либо не краснели вообще. — Согрелась? — Она непроизвольно икнула от звука его голоса и тут же зажала рот рукой, покраснев еще больше, хотя, казалось бы, куда уже? Мгновение Кеншин удивленно смотрел на нее, а потом вдруг откинул голову и громко рассмеялся: — Если продолжить в том же духе, скоро начнешь узнавать о моем приближении заранее! — Хорошо бы! — буркнула она, чем вызвала очередной взрыв смеха. — Но я могу передвигаться совершенно бесшумно, — успокоившись, с сарказмом предупредил парень, — так что удрать у тебя в любом случае не получится. — Буду по запаху определять, — машинально отбилась Акина, не рассчитывая, что он услышит. — Ты и это можешь? — миролюбиво поинтересовался Асано, с удовольствием наблюдая, как от стыда огнем занялись еще и ушки «котенка». — Что тут сложного, если вы пахнете… — Она замолкла на полуслове, с изумлением осознав, что чуть не сказала «потрясающе». — Что? — зловеще переспросил Кеншин, смерив ее хищным взглядом. — Договаривай, раз взяла на себя смелость. Но Акина быстро замотала головой, испугавшись не столько его реакции, сколько своей собственной предательской мысли. — Снова хочешь вывести меня из себя? Отвечай за слова. — Асано поймал ее за руку, не позволив отстраниться. — Я не могу сказать! — Девушка снова замотала головой и зажмурилась. — Мне очень жаль, правда, я больше не буду. Пожалуйста, не заставляйте! — Когда ты так сопротивляешься, мне только сильнее хочется вынудить тебя говорить, — заметил Кеншин, с некоторым замешательством прислушиваясь к собственным чувствам, которые требовали выполнить просьбу и оставить девушку в покое. — Ладно, живи! Он выпустил ее запястье и встал. Дождь закончился, лишь редкие капли падали в накопившиеся лужи. — Ужасно не хочется этого делать, но придется все же отвезти тебя домой. Асано разочаровано вздохнул и протянул насторожившейся Акине руку. После недолгого раздумья она ухватилась за нее и встала. Дорогу домой они провели в полном молчании. Тишина совсем не была угнетающей, просто обоим было о чем подумать. Уже остановившись у дома Оби, Кеншин предупредил: — Своей маме скажешь, что поездка за счет школы, ничего не нужно объяснять. Девушка кивнула и вышла из машины. — Акина, — неожиданно окликнул Асано. — Да? — насторожилась она. — У тебя дома и правда есть телевизор двадцатого века? — Что? — Акина встревоженно уставилась на него, но парень только усмехнулся. — Расслабься, — сказал он и, дождавшись пока она закроет дверь, добавил: — Загляну как-нибудь посмотреть… Вдавив педаль газа, он рванул с места, зная, что она прекрасно услышала его слова через приоткрытое окно.

***

— Едешь куда?! — Тарелка выпала из рук Киоко и разбилась на маленькие осколки, разлетевшиеся по кухне ресторанчика. — В поездку с классом, — уныло повторила Акина на том конце провода. — То есть Асано собирается взять тебя с собой? Но зачем? Что на него нашло? — Не спрашивай меня, Киоко, я не могу понять этого человека. — Акина бессильно застонала в трубку. — Он никогда не объясняется — просто приказывает. — Но одна… с ним… Ты точно будешь в порядке? Твоя мама знает? — Да, считает, что я еду за счет школы. Сейчас буду собираться, а завтра с утра в аэропорт. Прости, что приходится отменить традиционную прогулку. — Ничего страшного, главное, береги себя. И прошу, помни, что ты не обязана терпеть все его выходки! Не позволяй манипулировать тобой! — Хорошо, я постараюсь. — Ты так говоришь, чтобы меня успокоить! — Прости, Киоко… мне очень жаль. — Снова извиняешься. Ты неисправима! — Я тоже тебя люблю. — Будь осторожна. И звони мне! — Конечно, обязательно. Пока. — Жаль, я не могу помочь тебе, — глядя на потухший экран, с грустью проговорила Киоко. Со вздохом сунув телефон в карман, девушка оглядела беспорядок. Было уже очень темно. Обычно в такое время Хатори возвращалась домой, однако сегодня из-за отсутствия Акины и еще одной девушки-судомойки ей пришлось самой справляться с наплывом посетителей. — Что ж, приберусь тут, и домой! — подбодрила себя Хатори и принялась собирать осколки. Внезапно тренькнул колокольчик над входной дверью, оповещая о посетителе. Киоко выпрямилась и отложила веник, мысленно ругая себя за то, что забыла запереть ее. — Мы закрыты! — громко оповестила она, выходя из кухни. На пороге лапшичной стоял высокий красивый парень в дорогом костюме и явно не из здешних мест. — Прошу прощения, не знал. — Он обворожительно улыбнулся и оглядел пустое помещение. Киоко на секунду растерялась, впечатленная внешностью незнакомца, но быстро взяла себя в руки и виновато указала на табличку с графиком работы. — На сегодня мы закрыты. Там у входа есть… — Я ищу кое-кого, — перебил парень. — Оби Акина здесь работает? — Да, но сегодня не пришла. А вы знаете Акину? — Лично не знаком, но пришел это исправить. Завтра она работает? — Нет, она кое-куда едет на выходные… — Киоко вдруг поняла, что машинально отвечает на расспросы о подруге совершенно незнакомому человеку. — Жаль, — вздохнул тот. — Что ж, значит зайду потом. А вы?.. — Он вскинул брови, ожидая, что она представится. — Официантка, — «приветливо» отрезала Киоко. — Я передам, что вы заходили, господин?.. — Незнакомец, — в тон ей ответил парень и, насмешливо поклонившись, вышел. Киоко хмыкнула. Ну и кто это был? Тоже из Академии? И ведь не поленился сюда приехать! Хатори беспокоилась об Акине, ее проблемы в школе не давали спокойно спать, но, по крайней мере, они ограничивались территорией школы. А сейчас этот. Только вот здесь ее ненормальных одноклассников не хватало!