Меч и Цветок

      

      Акина

             Прошло три дня, в течение которых я смогла все спокойно обдумать и прийти к выводу, что в итоге во всем виновата сама. И еще, пожалуй, одна очень коварная француженка… Включать Асано Кеншина в список виноватых почему-то не хотелось.       Киоко успокоилась, хоть и кидала на меня странные взгляды, однако не пыталась больше напоминать о чуть ли не самой большой ошибке в моей жизни. Король не объявлялся в школе — говорили, что он снова в отъезде. Я была рада этой передышке, поскольку требовалось некоторое время на то, чтобы снова спокойно о нем думать.       Единственное, что действительно напрягало — это пакости со стороны Камомэ, которая, пользуясь отсутствием Асано, из кожи вон лезла, лишь бы сделать мне какую-нибудь гадость. На шутки вроде помоев в шкафу и под партой (и даже на ней) я уже не обращала внимания, они стали чем-то обыденным. Однако в последнее время ее «шалости» стали принимать нехороший уклон. Так, например, однажды она начала фотографировать меня в душе после физкультуры. К счастью, я успела «нечаянно» разбить новенький телефон извращенки, на что у той чуть не случился сердечный приступ.       После этого случая я стала вдвое более бдительной. В следующий раз дождалась, пока остальные примут душ, и я смогу спокойно запереться. Синна только фыркнула и, нехорошо сверкнув глазами, пожелала не простудиться. Смысл ее слов дошел до меня, когда я выскользнула из душа в полотенце и не обнаружила своей одежды в раздевалке. Спасло чудо в виде спортивной формы, которую я в пакете затолкала под скамейку по старой привычке. Форму я нашла снаружи, в мусорных контейнерах. Наверное, напрасно я недооценивала мстительность Камомэ.       Сегодняшний урок физкультуры начался с новостей от Такамори, который сообщил, что Король пришел в школу. Вообще, о присутствии или отсутствии Асано можно было легко узнать по разговорам учеников, которые следили практически за каждым его шагом. Очевидно, чтобы успевать постелить красную дорожку у ног. Хотя после более тесного знакомства с Королем я поняла, что стелившего этот несчастный коврик тот просто закатал бы в него и отправил восвояси.       Физрук не пришел, поэтому нам дали полную свободу в выборе занятия. Содержание урока оказалось до банального простым — вышибалы. Казалось бы, безобидная такая игра, когда в ней нет озверевшей от злости химеры в лице Синны и ее точных и болезненных ударов мячом. В общем, к концу замечательного командного избиения одной цели, мои одноклассники, донельзя довольные и жизнерадостные, покинули спортзал. Поймав на себе заговорщицкие взгляды Камомэ и еще двух одноклассниц, я благоразумно задержалась в спортзале. Они некоторое время наблюдали за мной, затем ушли. Я не вышла даже тогда.       Только когда последний ученик покинул спортивный корпус, я осмелилась сунуться в женскую раздевалку. К счастью, я вовремя услышала тихие перешептывания за дверью в душ и, недолго думая, вместе со своей формой дала деру. При этом я не забыла (разумеется, «нечаянно») задвинуть засов на двери и изобразить фирменную усмешку а-ля злобный гений. Однако не помыться я не могла, ибо воняла потом и даже кровью, которую мне-таки пустили из носа. Выйдя в коридор, я в нерешительности остановилась. Тихо выругалась и стала думать, что теперь делать. Решение пришло неожиданно и казалось до того простым, что даже дрожь по позвоночнику пробежала. Точно зная, что сотню раз могу пожалеть об этом, я с невинным видом подошла к мужской раздевалке и прислушалась. Никого. Конечно, занятия уже давно закончились, все ушли по домам.       На всякий случай осмотрев несколько больших спортзалов, я также не обнаружила никого и приступила к исполнению маленькой авантюры. Наверное, никогда в жизни я не купалась так быстро! Выключив воду и закутавшись в полотенце, я осторожно выглянула из душа — вокруг никого. Облегченно вздохнув, я кинулась к своей одежде. Только бы выйти отсюда без приключений.       Нет, надо что-то решать с Камомэ! Не могу же я каждый раз подвергаться такому риску? Размышляя об этом, я как раз собиралась скинуть полотенце, когда дверь в раздевалку открылась, и внутрь вошел…       Кеншин.       Сердце на миг перестало биться, а душа резко ухнула вниз, в пятки, куда часто сбегала в последнее время. Но как? То есть, откуда?! Я же все проверила!..       Только про стадион забыла.       Увидев меня, Асано замер, а я так и стояла, полусогнувшись, с широко открытыми глазами — смешное, должно быть, зрелище! Только мне было совсем не до смеха. Пораженный взгляд парня скользнул по мне и замер на сжимающих полотенце у груди пальцах. Он мгновенно угадал примитивный ход моих мыслей и, сунув руки в карманы, прислонился плечом к двери, перекрыв тем самым пути к отступлению.       — Какой приятный сюрприз, — протянул он, вернув самообладание, а вместе с ним и весь свой скепсис. — Не ожидал обнаружить здесь такой подарочек. Перепутали раздевалки, Оби-сан?       Злится? Или смеется? Ками-сама, и что теперь делать? Что сказать?       — А ведь только недавно обсуждали безрассудные поступки и их последствия, — не дождавшись ответа, задумчиво заметил брюнет. От этих слов, сказанных с ленивой укоризной, дыхание перехватило: как будто я хоть на миг забуду о нашем «обсуждении».       — Это не то, о чем вы подумали, — хрипло пробормотала я. Сразу стало как-то очень нехорошо. В глазах запрыгали черные пятна, а сердце колотилось где-то в затылке.       — И о чем же я мог подумать, увидев тебя в мужской раздевалке? — усмехнулся он. — Что идти в женскую ты по какой-то причине побоялась и весьма находчиво решила воспользоваться этой, пока никого нет?       — Я... — Замолчав на полуслове, я уставилась на парня, пока смысл его слов медленно доходил до меня.       Так он догадался?       — Глупая, кто, кроме тебя, додумается такое выкинуть? — Кеншин покачал головой. И вышел. Вот так просто?..       Я растерянно смотрела на закрытую дверь, пока из коридора не донеслось насмешливое:       — У тебя три минуты, прежде чем я войду и начну приставать.       Мне и одной с лихвой хватило.       Накинув пиджак, я застыла перед дверью, соображая, как сделать ноги и не быть при этом пойманной. В итоге решив, что если резко выскочу, то застану парня врасплох и смогу проскочить мимо, я глубоко вздохнула и выбежала в коридор. Правда, почти сразу споткнулась о выставленную подножку и непременно растянулась бы на полу, если бы меня не поймали чуть выше локтя и не впечатали в стену.       — Неплохая попытка, — услышала я издевательский смех Асано, — но плохая затея.       Я не стала сопротивляться, когда мои руки прижали к стене над головой — все равно бесполезно.       — Знаю, но попытаться стоило, — буркнула я, отвернувшись.       — Я же не стал домогаться тебя, так зачем?       Я не ответила, хотя мысленно перечислила кучу оправданий своим действиям.       — Кстати о домогательствах, знаешь, чем могло это кончиться, если бы зашел кто-нибудь другой?       — Ничего бы не случилось, — пробормотала я: — Здесь всем известно, что я принадлежу вам.       Ну почему с каждым разом эти слова даются мне все легче?       — Всем, кроме тебя, — усмехнувшись, Кеншин отпустил меня. — Тем не менее, если еще раз поймаю в подобном месте, высеку так, что неделю сидеть не сможешь.       А вот это было сказано тоном раздраженным, даже злым. Я отвернулась, снова промолчав. Наверное, следует чаще это делать. Так я выгляжу жертвой, этакой стоически несущей свой крест монашкой, которую мучает сам Люцифер (мучает, кстати, совершенно беспричинно).       — Мне тоже нужно помыться, компанию не составишь? — вдруг спросил «Люцифер», мгновенно сбив с меня маску молчаливой девы-мученицы.       — Нет? Жалко.       Уже толкнув ногой дверь в раздевалку, он бесстыже улыбнулся:       — Буду принимать душ и думать о тебе...       Красная до корней волос, я сорвалась с места, спеша удрать подальше от опасного типа. И все же мне еще нужно было кое-то сделать, поэтому я присела на лестнице у входа в корпус и стала ждать Асано. Только бы смелости хватило.       

      ***

      Когда Кеншин увидел сидящую на лестнице Акину, то сначала решил, что кого-то с ней перепутал, однако длинные косички и прямую осанку не узнать было сложно. Странная девчушка, разве не должна быть уже за несколько миль отсюда? Когда он остановился напротив, она встрепенулась и вскочила с места, подозрительно бледнея и отводя глаза.       — Это... Скоро время ужина… и я х-хотела бы… вас… — Она запнулась, не осмеливаясь закончить.       — Прямо так и хотела бы? — не удержавшись, ехидно поддразнил ее Асано. — Ты желаешь меня в качестве любовника или, собственно, ужина?       Акина побледнела, потом покраснела, потом обрела дар речи, коим и воспользовалась незамедлительно:       — Вы-ы-ы-ы! — взвыла она, не найдя более походящей формы для выражения одолевающих ее стыда и злости.       — Даже не надеюсь, что этот стон означал пробуждение в тебе хотя бы малой части низменных страстей.       — Вы невыносимы! — негодующе воскликнула Акина. — Просто поужинайте со мной, мне нужно с вами поговорить!.. Пожалуйста, — уже не так решительно добавила она.       — Предлагаешь поужинать вместе?       — Д-да.       — И с чего вдруг такая смелость? — спросил Кеншин, но, увидев, как она смешалась, тут же сдался: — Я согласен.       Девушка облегченно вздохнула, однако следующие слова заставили ее снова напрячься:       — При одном условии.       — Что за условие?       — Ты перестанешь мне "выкать".       — Что? — От удивления девушка даже рот открыла.       — Называй меня по имени, как этого... Такамори. — По тому, как Асано замялся, Акина обоснованно предположила, что обращаться к Юкио парень собирался совсем не по имени.       — Не знаю, смогу ли, — пробормотала она.       — Почему нет? — Кеншин склонил голову набок. — Ему ты можешь «тыкнуть», а мне силенок не хватит?       — Не в этом дело...       — Тогда в чем?       — Вы не он.       Кеншин заметно напрягся:       — Чем он лучше? — Под его требовательным взглядом Акина сжалась и опустила глаза.       — Рядом с парком аттракционов есть закусочная...       — Предлагаешь мне ужинать в закусочной? — При упоминании о Такамори злость проявлялась сама по себе.       Акина смутилась еще сильнее и густо покраснела. Кеншин вдруг понял, что рискует обидеть ее. Сердце странно сжалось при виде склоненной головы несчастной девушки, и парень тут же подавил раздражение. Слишком редко выпадала возможность нормально пообщаться с ней, жаль было упускать.       — Я понял, на большее денег у тебя не хватит, — сказал он, повинуясь привычке не щадить чувства окружающих, и сразу же мысленно велел себе тщательно пересмотреть некоторые свои привычки. — Но сейчас мне нужно развеяться, поэтому аттракционы будут кстати.       Акина с сомнением взглянула на него, однако Кеншин сделал вид, что не заметил этого.       — Пошли, покажешь, куда ехать.

      

      ***

      Спустя полчаса они сидели в закусочной и ели. Точнее, Акина пыталась, а Асано смотрел. Хоть девушка и не ощущала угрозы с его стороны, но расслабиться не могла и опасалась теперь, что попросту не сможет заставить себя поговорить с парнем, как собиралась.       — Почему не ешь?       — Я ем, — тихо возразила она.       — И так трясешься, будто это занятие может тебя убить.       — Мне немного неудобно.       — Быстрее давай, пойдем развлекаться. — Кеншин отвернулся и достал из кармана телефон, старательно делая вид, что нашел в нем что-то безумно увлекательное. Иначе взгляд против воли возвращался к Оби.       — Вы тоже, — заметила она тихо, — не едите.       — Мне редко нравится то, что приготовлено не личным поваром.       Она кивнула с мыслями о капризах богачей, но он развеял ее преждевременные выводы:       — Этот старик был поваром у нашей семьи, сколько я себя помню. Еда из его рук кажется домашней.       Акину поразило это небрежно уроненное замечание, ей и в голову не приходило, что Короля трогают такие мелочи.       После ужина они отправились в парк аттракционов, где в этот вечер было на удивление малолюдно. Акина сразу взяла на себя инициативу и повела Асано к американским горкам, от которых у парня остались довольно приятные впечатления, затем на высокий столб, к которому были привязаны цепями стулья, вращавшиеся по широкому кругу с бешеной скоростью. Как называется эта махина, Кеншин не знал, но быстро начал замечать странности в поведении девушки. Вместо спокойных и красивых каруселей она водила его к самым внушительным и ужасающим сооружениям, а после каждого с особой заботой спрашивала, как он себя чувствует. Пряча улыбку, Асано позволил ей управлять своими передвижениями и втайне наслаждался все более беззаботным видом Акины.       Так, исходив все любимые карусели, Оби усадила его за один из столиков и куда-то убежала. Когда она вернулась с двумя огромными рулонами розовой сахарной ваты, Кеншин окончательно сдался и перестал пытаться понять детский образ ее мыслей. Однако вата понравилась ему почти так же, как счастливое выражение на лице девушки.       Настроение Акины и впрямь значительно улучшилось. Она даже периодически забывала, рядом с кем находится. Присутствие Кеншина постепенно перестало ее напрягать. Быстро поглощая сладость, она продумывала, куда бы еще его затащить. Девушка испробовала все самые ужасающие, на ее взгляд, карусели на аттракционе, однако Король даже в лице не изменился.       — Вы часто бываете в таких местах? — спросила она, предположив, что он просто-напросто все здесь уже перепробовал.       — Сегодня первый раз.       Акина закашлялась.       — То есть, вы никогда не были в парках развлечений? Но у вашей семьи вроде есть развлекательные центры!       — Есть, но я их не посещал. Отец считает этот бизнес побочным, хотя он кажется достаточно прибыльным.       Парень выглядел таким безразличным, что Акина не стала расспрашивать.       — Кстати о развлечениях, разве они не слишком дорогие для тебя?       Вопрос о деньгах смутил девушку.       — Ну, это… Я редко здесь бываю, к тому же все не так дорого, как кажется, и любые свои финансы я четко распределяю.       — Тебе это необходимо, — бесчеловечно констатировал Кеншин.       Акина уставилась на рожок у себя в руках. Из глаз исчезла беззаботность, и их выражение стало почти грустным. Она и не думала обижаться на слова Асано, однако они лишний раз напомнили ей, насколько далеки их с Королем миры. Такая огромная разница в материальном и социальном плане никогда не позволила бы им говорить на одном языке.       — Почему ты боялась войти в женскую раздевалку? — неожиданно спросил Кеншин, выдергивая девушку из раздумий.       — А? — растерянно отозвалась она.       — И откуда эти синяки на руках и плечах? Тебя избивают?       — Н-нет! Конечно, не...       — Да, избивают, — закончил он за нее. — Кто?       — Никто! Я же сказала...       — А я предупреждал, чтобы не врала мне. Кто это? Синна? Или кто-то из ребят?       При упоминании одноклассницы Акина смешалась.       — Синна, значит, — протянул Кеншин, и, прежде чем Акина успела возразить, задал еще один неожиданный вопрос: — Ты боишься ее?       — Что?       — Ты никогда не боялась этой сумасшедшей, так что такого происходит, что ты предпочла сунуться в мужской душ?       Акина отвела глаза.       — Она прячет мою форму.       — Прячет что?       — Форму! Когда я была в душе, она сунула ее в мусорный контейнер у входа!       Выражение лица Кеншина стоило пережитого смущения.       — Интересно. И как же ты вышла? В полотенце? — Парень даже не пытался скрыть ехидства, внимательно, с намеком оглядывая Акину.       — Нет! — смущенно воскликнула та. — У меня есть спортивный костюм!       Асано хмыкнул и покачал головой:       — Почему ты пригласила меня?       Очередной неожиданный вопрос выбил девушку из колеи.       — Потому что, — пробормотала она после короткого колебания, — хотела сказать спасибо.       — За что на этот раз?       — За маму. Вы передали ей бумаги...       — Я не хочу об этом говорить! — так резко оборвал Кеншин, что Акина поняла — эта тема теперь под запретом. Интересно, почему? Неужели то… происшествие так сильно задело его? Повисла неловкая тишина. В такие моменты тишину между ними Акина не выносила, потому что она давила почти физически. Ей казалось, что чем дольше Асано молчит, тем сильнее разгорается его раздражение.       — Вы часто пьете кофе, — внезапно выдала она.       — Что? — удивленно посмотрел на нее парень. Девушка медленно покраснела. Да, мирный диалог у них не вязался. Она просто пыталась сменить тему, но не ожидала, что это будет первым, что слетит с губ.       — К-кофе, — пояснила она, — я заметила, что вы часто пьете его.       — Я много работаю, кофе помогает думать.       — Он вреден для здоровья, — пробормотала Акина. — Вам нужно пить зеленый чай. Он укрепляет нервы. И не сидеть столько времени за компьютером. Зрение портится, и вообще...       Кеншин несколько секунд изучал ее недоуменным взглядом, потом признал свое поражение и покачал головой:       — Я посчитал бы, что ты издеваешься, если бы не знал тебя. Учитывая наши с тобой отношения, такая забота просто нелепа.       Акина передернула плечами и решила пустить все на самотек — в конце концов, весь ее день перевернулся вверх тормашками, начать хотя бы с того, что она пригласила Короля на прогулку в парк развлечений и угостила его сладкой ватой! Разве это не значит, что сегодня можно себе позволить немножко стереть границы?       — Сама себе удивляюсь, — вздохнула она и непривычно открыто и немного даже дерзко улыбнулась: — Должно быть, я святая!       Асано одарил девушку таким взглядом, что ее ослепительная улыбка тут же подувяла.       — Доедайте скорее, следующее место вам непременно понравится.       Десять минут спустя они входили в Пещеры страха - большой комплекс напичканных ловушками и монстрами помещений, соединенных между собой тесными переходами и ведущих в итоге к разгадке незамысловатой истории. К этому моменту Кеншин уже понял, чего добивается Оби. Поведение девушки в туннелях только утвердило его догадку, ибо она глаз с него не спускала каждый раз, когда на них обрушивалось очередное «чудище». Сама Акина не обращала внимания на такие сюрпризы, из чего Асано понял еще и то, что она воин бывалый.       — Могу ли я хоть на секунду предположить, что ты хочешь напугать меня? — саркастично спросил парень, проходя мимо очередного чучела, довольно безвкусного, на его взгляд.       Все это время с разочарованием вглядывавшаяся ему в лицо Акина поспешила отвернуться.       — Я буду глубоко задет, если это так.       — Все равно вас ничем не пронять, — еле слышно проворчала девушка. У этого парня либо не было рефлексов, либо он был чертовски наблюдателен и замечал «сюрпризы» еще до их появления.       Асано остановился и напрягся, но Акина продолжила идти, не заметив этого. Лишь отойдя на несколько шагов, она обернулась и удивленно посмотрела на него.       — Так все же хотела?       — Да, хотела! — Она зарделась. — Просто стало интересно, способно ли ваше лицо выражать хоть что-то, кроме холода и надменности!       На последних словах Акина отвернулась и решительно пошла вперед, твердо намерившись не поворачиваться, даже если Асано будет угрожать расправой всей ее семье и человечеству в целом. Однако эти храбрые планы были сорваны, когда с потолка свалился огромный мохнатый паук и приземлился прямиком ей на голову. Вскрикнув, девушка отпрыгнула, но зацепилась о что-то ногой и потеряла равновесие. Ожидая, что больно грохнется об пол, она зажмурилась, однако удара не последовало: крепкие руки подхватили ее и прижали к чужому телу гораздо сильнее, чем это требовалось. Оби замерла, постепенно приходя в себя, а парень у нее за спиной тихо рассмеялся.       — Что с тобой, котенок? Испугалась паука, а ведь только что была такой смелой!       Девушка дернулась, пытаясь скинуть его руки со своей талии.       — Он просто застал меня врасплох!       Кеншин готов был поклясться, что она покраснела. Не спеша выпускать девушку, он положил подбородок ей на плечо и, повернув голову, коснулся губами ее шеи. Акина вздрогнула от неожиданного прикосновения, а парень с удовольствием вдохнул знакомый цветочный аромат ее волос. Акина всегда пахла цветами.       — Отпусти меня, — негромко попросила она, в глубине души зная, что он не выполнит просьбу.       — А если я не хочу? — Она оказалась права: Король крепче прижал ее к себе. — Что ты сделаешь, если не отпущу?       — Я закричу.       — Вот глупая, — усмехнулся парень, — это же аттракцион ужасов, здесь на тебя никто не обратит внимания.       Акина не ответила. Асано прекрасно чувствовал, как дрожит ее одеревеневшее тело и понимал, что бесчеловечно так обращаться с ней после того, что произошло между ними всего несколько дней назад… Но отпускать так не хотелось!       К счастью для Акины, у него имелось неотложное дело, с которым нужно было разобраться прямо сейчас.       С тяжелым вздохом отстранившись от девушки, Асано повернул ее к себе лицом и внимательно посмотрел в растерянные глаза.       — Хочешь сыграть в игру?       — Какую? — охрипшим голосом спросила она.       — Прятки. Ты прячься, а я буду искать. — Кеншин хитро улыбнулся.       — Я не хочу! — Акине стало страшно уже при мысли о такой игре, однако по выражению лица Асано она поняла, что отказаться не сможет.       — Считай это своим наказанием.       — За что?       — За мысль, желание, попытку поставить меня в неудобное положение.       — Но я не!..       — Убегай! — оборвал ее Асано. — Если не сделаешь этого, мне снова придется приручать тебя...       Не дожидаясь, пока он закончит, Акина сорвалась с места и нырнула за ближайший поворот, а Кеншин сунул руки в карманы и мысленно начал отсчитывать секунды, давая ей шанс отбежать подальше.       — Можно уже не прятаться, — громко сказал он, глядя в пол, когда прошло достаточно времени. Один за другим из боковых переходов в небольшой пещере появилось несколько крепких парней в ничем не примечательной одежде, позволяющей легко затеряться в толпе. Привычно отметив количество противников и самых потенциально опасных из них, Асано вздохнул.       — Бесполезно спрашивать, я полагаю. Ну и чего вы ждете?       Дважды просить не пришлось: из рукава парня в центре неровного круга выпала короткая толстая цепь, и он начал медленно приближаться к Королю, на ходу раскручивая ее отточенным движением.       — Ты бы убрал ее, — Кеншин взглядом указал на оружие: — Не соблазняй воспользоваться.       Бандит немного удивленно ухмыльнулся, глядя на него, как на безумца, и крепче сжал цепь.       Сам так захотел, про себя безучастно заметил Асано. Без серьезных травм эта драка не закончится. Приблизившийся бандит резко размахнулся, рассчитывая ударить его по плечу, однако Кеншин среагировал мгновенно: плавно уйдя в сторону, он перехватил запястье противника; тот на миг растерялся, машинально попытался ухватить цепь другой рукой, чтобы не оказаться обезоруженным, однако внезапная острая боль в вывернутом запястье заставила его разжать пальцы. Асано тут же завернул ему руку за спину и швырнул в стену с такой силой, что парень, ударившись головой, мешком рухнул наземь.       Все это случилось в считанные мгновения, поэтому остальные даже среагировать не успели. Подняв с пола тяжелую цепь, Асано окинул парней приглашающим взглядом. Следующие двое храбрецов оказались вооружены тяжелыми металлическими трубами, которые извлекли из-под мешковатой одежды. С ними Кеншин управлялся немного дольше.       Увернувшись от первого парня, он поднырнул под удар второго, цепью обмотал трубу в его руке и резким движением отбросил ее в сторону. К тому моменту первый восстановил равновесие и обернулся, но Кеншин уже зашел за спину его обезоруженного друга и накинул цепь ему на шею. Не останавливаясь, Асано завершил поворот и перебросил парня через себя, при этом сильно повредив ему глотку. Не выпрямляясь, Кеншин перекатился, чтобы уйти от удара третьего нападающего, и, едва остановившись, с помощью цепи резко подсек ногу, на которую тот опирался. Парень рухнул в нишу в стене, проломив собой деревянные заграждения и вывалившееся из-за них чучело, а тем временем парень с трубой подбежал к Асано, метя ему в лицо. С поразительной ловкостью Кеншин откинулся назад и почти упал на спину. Когда труба пронеслась над ним, он тут же оттолкнулся руками и вскочил на ноги.       Навстречу ему уже несся четвертый противник — огромный мускулистый парень, явно рассчитывающий в любой драке на массу и кулаки. Он намеревался протаранить парня и повалить его наземь, однако Асано не привык принимать удары. Краем глаза он видел, что бандит позади сгруппировался и вновь занес свое оружие, чтобы обрушить ему на затылок, и в четко рассчитанный момент просто ушел в сторону. Труба с неприятным звуком встретилась со лбом коренастого, но тот уже не мог остановиться: оглушено дернувшись и громко крикнув, он пробежал еще пару шагов и рухнул у стены. Со стонами и матом он завозился, а пока он пытался подняться, Кеншин мощным ударом в челюсть дезориентировал его ошарашенного произошедшим товарища. Тот пошатнулся и сумел удержать равновесие, но несколько хорошо поставленных, чудовищно сильных ударов по лицу отправили его на пол, где он и затих.       Кеншин глубоко вздохнул, унимая возбуждение от короткой, но бодрой драки, затем наклонился и забрал из обмякших пальцев злосчастное оружие. Не спеша он подошел к массивному детине и равнодушным ударом по затылку отправил его в забытье. Бросив трубу, Асано настороженно огляделся.       Одного не хватает.       Вспомнив про Акину, он направился вглубь лабиринта туннелей, а затихший в обломках заграждений бандит наконец осмелился выдохнуть.       

      ***

      Акина бежала недолго. Она была убеждена, что, как бы далеко и хорошо она ни спряталась, ее все равно найдут. Так не проще ли закончить все поскорее? С такими мыслями девушка забилась в небольшую комнатку, не обращая внимания на силуэт девочки с длинными волосами, появившейся в окне и злобно скалившейся оттуда. Прижавшись к стене, она стала ждать, уверенная, что Асано появится с минуты на минуту.       И правда, вскоре рядом раздался звук чьих-то шагов, и ее кто-то ухватил за запястье, однако прикосновение показалось Акине незнакомым и агрессивным, поэтому она встрепенулась и попыталась вырвать руку. Ответом послужила сдавленная ругань, после которой ее потащили в туннель, эта часть которого освещалась настолько плохо, что разглядеть человека рядом Акина толком не могла. Приготовившись сопротивляться, она было открыла рот для крика, но в следующий момент ее жестко ухватили за другую руку. На этот раз ощущения были знакомые, чему Акина даже обрадовалась.       Остальное происходило настолько быстро, что она с трудом поняла, что случилось. Асано, а это был именно он, сильно дернул ее на себя. От неожиданности другой парень отпустил ее руку, и Акину мягко оттолкнули в сторону. Незнакомец поднял короткую биту и кинулся на Кеншина. Тот увернулся и, одной рукой схватив парня за плечо, а другой сжав кисть, ударил его ногой под колени. Парень упал на живот и с глухим рыком попытался встать, однако Кеншин так жестко заломил ему руку, что он мгновенно отказался от этой затеи.       — Кто нанял тебя? — спокойно спросил Кеншин, словно подобные ситуации были обычным делом для него. Бандит ничего не ответил, тяжело дыша сквозь стиснутые зубы. Тогда Кеншин потянул его вверх, так, чтобы он почти повис на своей конечности. — Не люблю спрашивать дважды, но дам тебе шанс.       — Я тебе ничего не ска-а-а-а-а!.. — слова парня переросли в вопль, когда Асано с чудовищной силой ударил его ногой по лопатке. Кость с жутким хрустом вышла из сустава, а искалеченный бандит заорал во все горло от адской боли. Вместе с ним закричала и Акина, которая с ужасом наблюдала этот кошмар. Кеншин поднял голову и устремил на нее пустой, совершенно беспощадный взгляд.       Девушка попятилась, чувствуя острую нехватку кислорода. Асано отпустил руку своей жертвы и шагнул к ней, но Акина хрипло вскрикнула и, развернувшись, бросилась прочь. Она бежала, не разбирая направления. В ушах стоял леденящий душу крик незнакомца, а перед глазами застыло не выражающее эмоций лицо Асано. В тот момент он показался ей таким холодным, незнакомым и страшным, что разум отключился, остался лишь страх, который заставлял ее бежать сейчас в поисках выхода.       За очередным поворотом она споткнулась и упала, чудом не разбив себе нос. С жалобным стоном девушка села и отползла подальше к стене небольшого помещения. Подняться не было сил, а пещера уже не казалась перепуганной Акине такой безобидной. Обняв себя за плечи, она постаралась успокоиться, но ей это не удалось, поскольку, кажется, она заблудилась...       Она долго просидела так, не зная, сколько прошло времени, ищет ли ее Асано или же просто ушел. Произошедшее вновь и вновь прокручивалось у нее перед глазами. Акине казалось, что она спит и видит дурной сон. В ее мире люди не ломали друг другу конечности с таким видом, будто это обычное дело. Нет, она и прежде знала, что Асано страшный человек, но за время, что он был рядом, успела позабыть все те невероятные истории, которые рассказывали о нем якобы очевидцы. Она даже решила, что большая часть из них была раздута до смехотворных размеров, однако сегодняшние события пошатнули ее хрупкое доверие к Королю.       Мягкие шаги совсем рядом заставили Оби вскинуть голову. В полутьме она разглядела знакомый высокий силуэт и подобралась, не зная, чего ждать. Асано молча глядел на нее несколько секунд, а потом присел, и Акина смогла рассмотреть его лицо, на котором отражалось чувство, напоминавшее сожаление.       — Испугалась? — тихо спросил он.       Акина сглотнула ком в горле и ответила кивком — жест получился до забавного обиженным. Подавив неуместную улыбку, Асано протянул ей руку.       — Давай уйдем отсюда?       Она посмотрела на руку парня, потом перевела взгляд на его лицо. Темные глаза в этот момент выражали такую мягкость и заботу, что ей снова захотелось плакать; захотелось выбросить ту жуткую картину из головы и списать все на разыгравшееся воображение, минутное помутнение, не более.       — Ты сломал ему руку, — прохрипела она, и парень поджал губы.       — Потому что он собирался сломать мою, — ответил он просто. Акина напряженно свела брови и с минуту изучала его выражающее мрачную решимость лицо.       В следующее мгновение она, игнорируя его все еще протянутую руку, сорвалась с места и совершенно неожиданно повисла у Асано на шее. Тот чуть не полетел на пол вместе с ней, однако сумел подставить ладонь и удержаться, а другой рукой обхватить девушку за талию. Ошеломленно распахнув глаза, он в растерянности замер, мгновенно напрягшимся телом ощущая ее близость.       — Не делай так больше, — срывающимся голосом прошептала Акина.       — Не буду, — так же тихо ответил Асано, сбитый с толку бешеным стуком своего взволнованного сердца. — Обещаю.       Секунда, и она, опомнившись, неловко отстранилась от него. К огромному сожалению Асано. Он молча помог девушке подняться и повел ее к выходу. Вновь оказавшись на свежем воздухе, Акина быстро пришла в себя и выпустила его ладонь, которую до этого крепко сжимала.       — Ты в порядке? — спросил Кеншин, пока она украдкой пыталась стереть следы слез, но Акина не ответила, с вытянувшимся от удивления лицом уставившись на свою окровавленную ладонь. Беглый осмотр показал, что ран у нее нет, поэтому она перевела взгляд на руку Асано.       — У тебя костяшки разбиты! — в ужасе охнула она все еще не окрепшим голосом. Кеншин безразлично пожал плечами.       — Несерьезно.       — Нужно перевязать! — возразила Акина. — Здесь недалеко книжный магазин, где я подрабатываю. У хозяйки есть аптечка…       Она двинулась было вперед, но остановилась и, обернувшись, негромко добавила:       — Если ты не против, конечно.       Асано против не был и позволил провести себя на усеянную магазинами улицу. Пройдя мимо нескольких лавочек, они вошли в небольшой книжный. Здесь царила приятная тишина, резко контрастировавшая с шумом улицы. За прилавком сидела тучная женщина с толстым томом зарубежных женских романов на коленях. Поздоровавшись с ней, Акина попросила аптечку, и та, не отрываясь от увлекательного чтива, подала маленький металлический сундучок.       Проведя Асано поглубже сквозь книжные ряды, Акина указала ему на единственный стол, размещенный внутри квадрата из высоких стеллажей, а сама убежала мыть руки. Вернувшись, она обнаружила парня сидящим прямо на столе с первой попавшейся под руку книгой. При ее появлении он отложил книгу и с интересом стал наблюдать, как она достает из аптечки обеззараживающий раствор, мази, бинты и вату. Скептично вскинув бровь, парень хмыкнул — столько суеты из-за царапины!       Однако вся эта суета вовсе не казалась ненужной, когда девушка, как уже делала когда-то, начала осторожно обрабатывать его руку. Костяшки и правда оказались разбиты, хотя сам Кеншин не мог вспомнить, в какой момент это случилось. Зато он точно знал, что готов разбивать их снова и снова, чтобы еще раз ощутить подобную заботу и внимание. Невольно у него перед глазами встала похожая картина: мальчик с порезанной коленкой изо всех сил закусывает губу, сдерживая ненавистные слезы, а хрупкая темноволосая женщина шепчет ему успокаивающие глупости, одновременно очень аккуратно перевязывая рану; ее шепот успокаивает, и постепенно мальчишка перестает плакать и вслушивается в ласковые слова матери. В этот момент, такой редкий и оттого ценный, он как никогда открыт и спокоен — доверяет женщине…       — А кто это был? — тихий голос Акины вывел парня из воспоминаний.       — Кто?       — Тот парень в пещере.       — Не знаю. — Асано посмотрел на склоненную голову девушки, неосознанно сравнивая ее и ту женщину — его мать.       — Такое часто случается? Я имею в виду, нападения.       Акина задавала вопросы бесцветным и усталым голосом, из чего Кеншин заключил, что она все еще подавлена увиденным.       — Довольно часто, хотя в последнее время желающих переломать мне ребра стало меньше.       Оби промолчала, но в ее молчании было столько вялого скепсиса, что слов и не требовалось. Признаться, парень поначалу ждал от нее истерики и кучи нелестных реплик в свой адрес, ведь случившееся в туннелях отнюдь не назовешь нормальным. Однако Акина быстро сделала верные выводы и не спешила ни в чем его обвинять. Контраст, характерный для Оби: не по годам мудра и спокойна в одних поступках, и до нелепости бездумна и импульсивна в других.       Размышляя так, Кеншин пристально следил за каждым движением девушки, когда она закончила возиться с бинтами и стала складывать все обратно в аптечку. Она не заметила этого взгляда, иначе наверняка бы испугалась.       — Все. Теперь можно идти домой.       — Ты пойдешь домой? — глухо спросил он.       — Ну да.       — И завтра я тебя не увижу…       — Завтра воскресенье, потом короткие каникулы. — Она пожала плечами и развернулась, но успела сделать только шаг, потому что ее вдруг поймали за локоть и дернули обратно. Резко повернув ее к себе, Кеншин всмотрелся в растерянное личико.       — Акина, — произнес он, и на мгновение его голос наполнился столь не свойственными ему нотками нежности. Она изумленно смотрела на него полными недоумения глазами…       — Поцелуй меня.       Просьба прозвучала так неожиданно, что Акина замерла, не веря своим ушам. Сильнее сжав аптечку, она судорожно искала насмешку за серьезным выражением лица парня, но ее не было, а значит, никакими словами его было не переубедить. Тогда Акина зажмурилась, собираясь с мыслями, и начала лихорадочно соображать, что делать в данной ситуации, хотя вряд ли, конечно, существовали определенные инструкции. Страшно и неловко было самой поцеловать Асано…       С другой стороны, гнев этого человека пугал не меньше.       А вдруг он все-таки издевается? Хочет с ней поиграть, а потом посмеяться?       Но его глаза такие серьезные...       Нет, она не сможет этого сделать. Не сделает!       Акина быстро напомнила себе, что случается каждый раз, когда она пытается сопротивляться… В этот момент Асано коснулся ее лица и ласково провел пальцами по щеке.       — Не надо так бояться. Это всего лишь поцелуй.       Акина сглотнула, у нее кружилась голова. Сказал не бояться, как будто это легко! Но вся эта ситуация пугала сама по себе: маленький, отсеченный от мира книжный магазинчик, холодный и непредсказуемый парень, сжимающий ее в объятиях и требующий поцелуя, да еще при том, что она не может отказать ему...       Кеншин вдруг наклонился к ней ближе, так что их лица оказались всего в сантиметре друг от друга.       — Если поцелуешь, отпущу тебя на сегодня, — пообещал он. — И завтра тоже не трону...       Акина нерешительно посмотрела на него. Ее взгляд скользнул по красивому лицу парня и остановился на его губах. В конце концов, что она теряет? Все равно Король уже похитил ее первый поцелуй… да и все последующие тоже. Но какая разница? На самом деле, это всего лишь прикосновения, которые по сути ничего не значат...       Или нет?       Приказав себе не думать, чтобы не увязнуть в беспросветной трясине, Акина зажмурилась и глубоко вздохнула, а затем подалась вперед и быстро прижалась к губам парня в коротком и смущенном поцелуе. Тут же отстранившись, она опустила голову, пряча за волосами густо покрасневшее лицо.       — И это все? — Кеншин казался разочарованным. — Это, по-твоему, поцелуй?       Акина не ответила, изо всех сил напоминая себе дышать. Несколько мгновений Асано смотрел на нее, затем отодвинулся.       — Что ж, очевидно, большего я не заслужил! — усмехнулся он.       Эти слова, словно ведро ледяной воды, окатили Акину с головы до ног. Сердце девушки горячо запротестовало, вынуждая прислушаться к себе, а в голове моментально ожили воспоминания: вот они с Киоко на парковке, окруженные хулиганами, тогда Асано помог не только ей, но и ее подруге; и потом, когда Миями угрожала опасность, он спас ее. О происшествии с гонками и вспоминать не требовалось!       Если подумать, Король не раз делал ей больно, но почему тогда приходилось прилагать усилия, чтобы вспомнить о нем что-то плохое? Да, он, конечно, ужасно обращался с ней поначалу, но в серьезных ситуациях, там, где кто угодно другой и пальцем бы не пошевелил, Асано бескорыстно и не задумываясь помогал ей. Он вел себя странно и часто грубо, но никогда не переходил черты и даже проявлял своеобразную заботу, которую она от окружающих видела крайне редко. Акина, вопреки всем сомнениям, в глубине души была благодарна ему за многие вещи, в которых даже мысленно не призналась бы самой себе.       И он впервые просто попросил ее. Как еще она могла отблагодарить его, кроме как выполнить просьбу? Ведь для этого она и пригласила его сегодня.       Все эти мысли со скоростью света пронеслись в голове, и Акина твердо решила хотя бы так показать этому жестокому и непредсказуемому парню свою благодарность.       В конце концов, сегодня ей можно все.       Поэтому, когда Кеншин отпустил ее и оттолкнулся от стола, собираясь уйти, она вдруг схватила его за рукав. Асано удивленно обернулся, и в этот момент она поцеловала его. Охваченная глубоким волнением, Акина перестала обращать внимание на горящее от стыда лицо и прильнула к ошеломленному парню. Она вспомнила, как Кеншин целовал ее раньше, и попыталась повторить за ним. Скользнув руками по его плечам, нерешительно обняла Асано, а затем робко начала ласкать его губы своими. Ей было ужасно стыдно, щеки покраснели, а губы, казалось, жгло огнем, но она пообещала себе, что этот поступок, несомненно, занявший место номер один в списке самых безрассудных ее порывов, станет последней глупостью, которую она себе позволит.       Кеншин замер. Говоря о поцелуе, он и не ожидал от Акины ничего больше короткого прикосновения, но то, что она сейчас вытворяла, заставило его забыть обо всем на свете и рвануться ей навстречу. Парень в мгновение ока напрягся, отвечая на несмелую ласку, порывисто обнял девушку и крепко прижал к себе. Конечно же, она сразу испугалась такого напора, переполошилась и попыталась оттолкнуть его.       — Тише, не сопротивляйся... пожалуйста, — прошептал Кеншин прямо в губы перепуганной девушки, легко поднимая ее и усаживая на стол. — Просто позволь мне...       Акина собиралась что-то сказать, но не успела опомниться, как он продолжил прерванный поцелуй. Тогда она уперлась ладошками ему в грудь, но почти сразу убрала их, вспомнив, что сама это начала. Вместо этого она вцепилась в его плечи, от души надеясь, что Король сумеет вовремя остановиться и не захочет большего, восприняв ее действия, как приглашение. Впрочем, эти мысли, как и любые другие, не долго мучили девушку. Горячие губы Асано ласкали ее рот, вместо привычного ужаса вызывая новые, незнакомые чувства, очень похожие на те, что она испытывала в Нью-Йорке после приема в доме его отца. Акина постепенно перестала думать о чем-либо еще, кроме этих прикосновений, и незаметно забылась в головокружительных ощущениях.       Она не заметила, как оказалась лежащей на столе. Асано навис над ней, ни на секунду не отрываясь от сладких губ, наслаждаясь каждым мгновением трепета, впервые возникшего в ней. Он не привык безответно желать кого-то и не справлялся с волнением, которое вызывала только эта недоступная и серьезная девчонка. Он не верил даже, что такие чувства существуют в природе, но Оби заставила его пересмотреть многие убеждения. Он не смог презирать ее, ненавидеть или игнорировать, как собирался с самого начала, более того, она начала менять его самого, пусть он и не мог пока сказать, нравится ему это или нет. Зато он точно знал, что дрожь в пальцах и неутолимый голод, с которым он сминал податливые губы девушки, вызваны не простым физическим влечением, но более глубоким чувством, пугающе смахивающим на зависимость.       Он потерял счет времени и не до конца осознавал, что делает, но не намерен был повторять их последнего опыта и пугать ее еще сильнее. Поэтому, когда Акина заметно напряглась, резко и неизбежно приходя в себя, он сам оторвался от нее, тяжело дыша и борясь с настойчивым порывом вновь поцеловать.       Девушка выглядела ошеломленной и потерянной. Минуту она осознавала произошедшее, а потом подскочила и попыталась сесть. Асано покорно отступил, позволяя ей это сделать, но не дал слезть со стола. Акина взглянула на него. Ее щеки тут же вспыхнули, и она спрятала лицо в ладонях.       — И эта девушка никогда раньше не целовалась, — шутливо подколол Кеншин, чтобы немного развеять напряжение, однако смущенный и напуганный взгляд Оби заставил его самого напрячься. Поймав за подбородок, он повернул ее к себе.       — Акина, был кто-то еще? — ледяной голос и жестокое выражение лица мгновенно вернули ему облик Короля. Акина сжалась и замотала головой.       — Я никогда ни с кем не встречалась… честно, — пролепетала она.       Кеншина это не убедило. Хоть это и было не разумно, но даже при мысли, что кто-то мог прикасаться к Оби так же, как он сейчас, его обуяла злость. Поэтому он приблизился к ней и четко произнес:       — Не важно, был у тебя парень или нет, с этих пор я запрещаю тебе общаться с кем-либо. Это ясно?       Акина опустила глаза и кивнула, старательно скрывая нежданную обиду: только что такой нежный и чуткий парень, первый, кого она сама поцеловала, теперь угрожал ей и причинял боль. Асано понял ее эмоции и мгновенно успокоился, но брать свои слова назад не стал. Наклонившись, он запечатлел на ее губах короткий ласковый поцелуй.       — Запомни, Акина, так могу делать только я!