The Painful Dream

На улице идет проливной дождь, и, если бы я была человеком, то давно уже промерзла бы до самых костей. Однако, теперь меня мало беспокоит погода за окном, и это не единственный подарок после окончательного становления бессмертной. Чувствительность всех моих органов чувств сбивает с толку и не дает сосредоточиться. Стоя довольно далеко от дворца, на территории, которую Ребекка скромно называет "задним двором", если прислушаться, я могу легко узнать, что именно сегодня кухарки готовят на обед. К сожалению, обостренный слух, зрение и обоняние идет в комплекте с жаждой, и жуткими перепадами настроения. Именно по этой причине Елена и Деймон, слишком сильно заботящиеся о своей человеческой девушке, стоят от меня почти в пяти метрах, а спальня Никлауса напоминает собой поле боя. После завершения обращения прошло почти 2 дня, но я его так и не видела. Как мне сказал Деймон, он уехал по срочному делу, и я совсем не понимала, что в данный момент может быть более срочным, чем я. Также я не понимала, чего именно мы ждем. Я не могла понять, почему мы никак не можем начать похороны Давины. Гроб, сделанный из красной древесины, покрытый лаком и расписанный древними рунами, стоял под небольшим навесом, защищающим десятки букетов цветов от дождя. Резкий порыв ветра заставил меня задрожать. Скорее по привычке. Холода я не чувствовала. Физически. Внутри, кажется, все замерзло и покрылось льдом. Мне хотелось и дальше злиться на Клауса, на его неожиданный отъезд и на факт того, что, как только он услышал о моем отказе заканчивать превращение, то тут же сел в машину и уехал. Но я не могла больше злиться на него - я злилась на саму себя. Как я могла поставить под сомнение мое желание жить? Пусть вампиром, чудовищем, главное рядом, вместе с ним. Другое не имело значения. Ведь именно об этом я всегда мечтала. О жизни, в которой мне не придется врать ему и скрываться в лесу, а ему, выбирать между семьей и мной. Я могла стать частью его семьи. Я могла быть с ним единым целым, находится рядом целую вечность. Вместо этого, я заставила его и себя усомниться в собственных чувствах. Как я вообще могла заставить его снова пройти через страх потерять меня? Я люблю его, и это чувство приносит страдания сейчас, когда его нет рядом. Это словно зависимость, острая потребность. Просто быть рядом. Видеть его. Все молчат. И это сводит с ума. Я хочу заставить их сказать мне где он, и скоро ли он приедет. Я больше не могу стоять тут, ожидая церемонии похорон, потому что осознание, что Давина умерла из-за меня сводит с ума. Совсем молодая, прожившая не более 30 лет, она так много еще могла сделать в своей жизни. Решив помогать Майклсонам, она лишила себя полноценной жизни и семьи. У Кола звонит телефон, и он его быстро вытаскивает из кармана брюк. Стоящая рядом с ним Бонни, тут же смотрит на экран, и устремив взгляд на меня, говорит одними губами "Клаус". Все внутри переворачивается, мне хочется выхватить чертов телефон из рук Кола, но я себя останавливаю. У главного входа слышен звук подъезжающей машины. Он появляется в поле зрения через несколько минут. Мне хочется выть от того, как медленно он идет, но этому есть причина. Он не один. За ним, держась за руки идут мужчина лет сорока и совсем маленькая девочка. Я слышу, как быстро бьются их сердца. Несмотря на сильный дождь, я чувствую запах, исходящий от них. Люди. Подойдя, он молча становится в полуметре справа от меня. Это расстояние убивает меня. Мне хочется приблизиться к нему вплотную, ударить его, накричать и обнять. Прижаться как можно ближе и больше никогда не отпускать. Элайджа кивает головой и двое вампиров, которых я никогда раньше не видела, опускают гроб в заранее вырытую яму. Внутри все сжимается. Теперь, когда похороны, точнее их подобие, начались, все становится реальным. И осознание того, что Давины больше нет с нами, обрушивается на меня с невероятной силой. Я никогда раньше не чувствовала боль утраты так остро. Не знаю, вампирская ли это особенность, или что-то еще, но мне хочется сжаться от тупой боли в груди. Теперь, разглядел девочку поближе, я вижу невероятную схожесть между ней и Давиной. Те же глаза и волосы, те же пухлые губы. Тот же сосредоточенный взгляд. Она не плачет, но красные глаза и опухшие веки говорят о уже пролитых слезах. Она и держащий ее за руку мужчина первыми подходят к яме. Взяв в руки по горсти земли, оба кидают ее в яму. Мокрая от дождя почва ударяется о лежащий на дне гроб с глухим звуком. По телу бегут мурашки и меня снова передергивает. Клаус молча снимает с себя куртку и накидывает ее мне на плечи. Я пытаюсь поймать его взгляд, но он игнорирует меня, смотря на подошедших к яме Деймона и Елену. Все, по очереди бросают горсть земли, ничего при этом не говоря. Когда подходит наша с Клаусом очередь, мне кажется, что у меня кружится голова. В этой жизни мне не приходилось еще быть на похоронах связанных со мной ведьм. Мне даже кажется, что в этой жизни это мои первые похороны, но я не уверена - слишком много воспоминаний в голове. Бросив землю в яму, я устремляю глаза к небу и тихо шепчу "спасибо". Голос дрожит и на глаза наказываются слезы. Прости меня, Давина. Прости меня.

***

По завершении церемонии, точнее ее подобия, мы все неторопливым шагом устремляется в дом. Миа оказывается дочкой Давины, а сопровождающий ее мужчина - Оливер - отцом девочки. Давина никогда даже не упоминала о том, что у нее была семья и ребенок. От этого мне становится лишь хуже. Вполне возможно, что если бы Давина не была связана со мной, то все еще оставалась бы живой, а Миа - не потеряла бы свою мать. Ей 8, и в ней уже пробудилась сила. Пока мы идем, она играет, заставляя кучи опавшей листвы кружить в воздухе, образовывая разные фигуры. Я замерзаю, но не из-за плохой погоды, а скорее из-за холода, с которым Клаус относится ко мне. Мы добираемся до дворца за несколько минут, и, зайдя в главный зал, вызывающий во мне много не очень хороших воспоминаний, усаживаемся за накрытый стол. За несколько минут Миа заканчивает с трапезой и начинает с упорством исследовать помещение. Ее внимание привлекает огромная лестница и отполированные перила, она замирает с распахнутым ртом около невероятно большой картины, занимавшей почти всю стену между окнами, на которой изображены представители семьи Майклсон. Кажется, она никогда в жизни не видела такой роскоши. Она подходит ко мне, и внимательно посмотрев в мое лицо, опускает руки мне на руки, а потом на живот. - Мне очень жаль,- тихо говорит она, тыкая пальчиком мне в солнечное сплетение. На глаза наворачиваются слезы. Я крепко сжимаю ее маленькие ладошки. - Прости меня,- так же тихо говорю я, позволяя слезам свободно стекать по щекам. Она лишь слабо улыбается и тянется ко мне. Я наклоняешь и крепко обнимаю ее. Я пытаюсь выразить свои соболезнования, но на самом деле это она утешает меня, мягко гладя своей маленькой ладошкой по моим волосам. Обед заканчивается быстро. Через пару часов мы уже стоим у заведенной машины, прощаясь с семьей Давины. Приближенный Клауса отвезет их обратно домой. Оливер пожимает протянутую мной руку и тихо благодарит меня. Я в удивлении смотрю на него. - Давина погибла не просто так. За это я тебе благодарен. Ты разрушила эту связь. Теперь я знаю, что ни мою дочь, ни ее детей не постигнет участь Давины,- он грустно улыбается и садится в машину. Я провожаю взглядом отъезжающую машину, мысленно прося прощения у Давины. Клаус же сразу уходит в дом, так и не сказав мне ни слова.

***

Я резким движением распахиваю дверь, от чего она с характерным звуком ударяется о стену. Клаус стоит посреди комнаты, оглядывая учиненный мной беспорядок, после извести об его отъезде . - Извини, я не хотела устраивать такой погром. - Прекрати наконец извиняться!- срывается он.- Ты не виновата, что из-за тебя умирали ведьмы, они были связанны с тобой не по твоей воле. Ты не виновата ни в одной из этих смертей! Прекрати уже думать о других. Подумай о себе... О нас. - Именно поэтому я до сих пор жива. Потому что я думаю о нас,- говорю я, медленно подходя к Никлаусу.- Прости меня, что я поставила под сомнение мое желание быть с тобой. Просто... - Я больше не хочу слышать от тебя этого слова, Кэр. Не нужно извинений. - Я думала ты рассердился на меня, потому что... - Конечно я был в ярости! После всего того, что мы пережили... Через что мы прошли... Ты не могла просто сделать хотя бы один чертов глоток... Но я понимаю твои сомнения. Стать таким, как я. Чудовищем. Стоит ли оно того... - Конечно стоит! Я договорилась со Стефаном. Он научит меня охотиться. Мне не обязательно пить человеческую кровь. Мне всё равно что я буду слабее... Всегда есть способ найти компромисс. - Всегда есть способ...- тихо повторяет он.- Когда ты умерла... Когда я нашел тебя у источника... Я не знал, что с тобой произошло, очнешься ты, или нет. Но я был уверен, ты прекрасно знала, что с тобой происходит. Почему же еще тогда ты не нашла компромисс?! - Тогда было не время!- срываюсь на крик я. - Не время для жизни?! Не время для счастья?! Если бы тогда ты не погибла, если бы я обратил тебя, то не стал бы освобождать Сайласа. Все было бы так же. Даже еще лучше. Мы... Ты не прошла бы через все то, через что тебе пришлось пройти! Заклятие было бы разрушено, ты стала бы бессмертной, оставив всю силу при себе. Связи с ведьмами больше бы не было! И ты была бы в безопасности, рядом со мной. - Клаус, я... - Я просто не понимаю,- он перебивает меня.- Я не понимаю, что тогда произошло с тобой. Я прождал почти сутки, но ты не пришла в себя. Я отнес тебя к ведьмам, но в поселении их почти не осталось. Они забрали твое тело... И заставили меня уйти... - Клаус, я клянусь тебе, я не знала, что это произойдет так скоро, я думала, у нас еще было время. Я хотела тебе все объяснить, попрощаться. После того, как тогда на рынке умерла ведьма, сила осталась только у клана, который растил меня. После шести моих смертей они стали самыми могущественными, и боялись потерять силу. Если бы со мной что-то случилось, сила от старшей ведьмы перешла бы ко мне. Они не хотели этого допустить. Имея на много больше силы, чем клан ведьм рядом с которыми я тогда жила, они решили забрать меня с собой и оберегать. Они хотели продлить мне жизнь, хотели пользоваться этой силой дольше. Однако старейшины поселения почувствовали их приближение, что не укрылось от меня. Они не могли позволить другому клану обладать этой силой, в то время, когда у них ее уже не осталось. Они хотели убить меня, лишив их силы. Перехватив ведьм уже в наших лесах, я направилась с самой старшей в наше место, пытаясь скрыться, потому что я не была готова уйти. Как я и сказала, я хотела попрощаться с тобой. В его глазах стоят слезы. Воспоминания приносят страдания нам обоим. Не в силах видеть боль на его лице, я отворачиваюсь и продолжаю: - Ведьмы нагнали нас. Ранили ведьму, мы обе, истекая кровью, еле добрались до водопада. Она погибла из-за потери крови. Это была моя седьмая жизнь. Очнувшись человеком я начала медленно умирать. Энергия прожигала меня изнутри, я мучилась, желая лишь скорее покинуть этот мир. Холодная вода из источника помогала, но я больше не могла терпеть. Я понимала, что не смогу тебя дождаться. Джоди украл из поселения коня. Он оказался там быстрее тебя. Я уговорила его избавить меня от страданий... - Это сделал Джоди...?- рычит Клаус.- Я видел его в поселении, он не сказал мне ни слова! - Он помог мне, Ник! Я страдала. Единственным моим желанием было, чтобы боль прекратилась... Я не хотела больше мучиться. Он подходит ко мне сзади и крепко прижимает к себе. Его голова оказывается у меня на плече. От него пахнет дождем и кровью. Я поворачиваюсь к нему лицом, не в силах оторвать взгляда от темных кругов под его глазами. - Я здесь. И я обещаю тебе, что больше никогда не покину тебя, пока ты сам этого не пожелаешь. Я буду рядом с тобой, разделяя все проблемы. Я никуда не денусь. Единственная причина для моей вечной жизни - это ты. Если бы тебя не было, я бы никогда не завершила превращение. Ты это все, в чем я нуждаюсь. Я мягко целую его в губы, вкладывая в этот поцелуй всю свою любовь. - Ты обещаешь?- спрашивает он, разрывая поцелуй. - Обещаю.