Неизвестный номер

1 декабря Всем должно быть насрать на то, что я делаю, но все всегда лезут в мои дела. - Знаешь, - мы с Бобом шли в школу, обсуждая проблемы нашего мирка и, как вы поняли, под мирком я имею в виду наш лагерь, - здесь просто очень однообразно. Я в том смысле, что вот ты приехал, и ровно через год ты уедешь отсюда, и все. Мы шли по асфальтированной дороге, идущей через весь лагерь. Она огибала корпуса «выпускников», тех, кому уезжать через пару месяцев. Когда ты пробудешь в этой дыре десять жалких никому не нужных месяцев, тебя переселяют в специальный корпус, где тебе разрешается делать почти все, что не разрешалось делать ранее. Ты можешь курить (и курилки, как раз, построены были для выпускников), тебе разрешено не ходить на вечерние тренировки, даже иногда разрешают прогуливать школу. Но мне ждать еще долго. - Ну…иногда времена года сменяются, - мы с Бобом засмеялись, осмотревшись. Наверное, это было сделано рефлекторно, когда ты слышишь что-либо, тебе хочется проверить, так ли это. И, к сожалению, я не убедился в своих словах. - Иногда - это никогда? Это все-таки юг, здесь ты не дождешься того, к чему привык у себя, в Нью-Джерси, - Боб похлопал меня по плечу и достал сигару. Когда я говорил, что за нами ведется пристальное наблюдение, я забыл упомянуть, что его почти нет. Если тебя застукают, то да, тебе не поздоровится, но вот если никто тебя не видит, то делай все, что в голову взбредет. Как только мы зашли в школу, я сел на свое место и достал телефон. Моя парта находилась в самом конце кабинета, идеальное место. Учителя еще ни разу не ловили меня на том, что я сочинял музыку, и вряд ли поймают на том, что я сижу в доисторическом телефоне, у которого даже яркость экрана отрегулировать нельзя. «Я в школе». «Дома». Вот значит как, он дома сидит, а я трачу свое время, просиживая его за школьной партой? Сейчас у нас был урок «чистоговорения», когда все сидят и слушают, как наша молоденькая учительница правильно ставит ударение, не заглатывая звуки. По идее, всем американцам надо ходить на такие уроки, ведь наш английский такой же хороший, как и китайский. Мне было это неинтересно. Я любил пропускать все мимо ушей, чтобы, когда кого-нибудь выгоняют с урока, не быть этим кем-то. Легче не ответить на прямо поставленный вопрос, чем ответить неправильно, не так ли? «С какого хрена?» - совсем не было желания писать, какой он мудак, так что одно маленькое слово заменило все. «С большого, прямо как у меня. У тебя ведь с этим нет проблем?» - весело день начался… Ну ладно, теперь я знаю, какой у него…хрен? Черт, так неудобно писать что-либо, когда не знаешь, как назвать вещь, чтоб не звучало слишком выпендрежно. «С чего вдруг», - ответил ему я и оглянулся. Не знаю, зачем я это сделал, но наша учительница вовсю смотрела на меня и, видимо, ждала ответа. Я показал головой, мол, не знаю, и она продолжила свой рассказ. «Ну и отлично», - не пришлось мне долго ждать его ответа. Ну и хорошо, теперь можно и послушать. *** Мы вернулись в корпус довольно рано. Сегодня был один из тех дней, когда мы могли прогулять тренировку и сесть за компьютер. Я был очень счастлив. Пару дней назад Джерард кинул мне ссылку на свой профиль, и, хотя я не был любителем этого, я поспешил добавить его в друзья. Вы никогда не догадайтесь почему. Хотя ответ очень прост: я, наконец-то, увидел, как он выглядит. Я смотрел на фотографию и не мог поверить своим глазам. Он был прекрасен. Черты лица, подбородок, глаза, губы – все было превосходно. Черные волосы скрывали половину его лица, а его медного цвета кожаная куртка идеально сочеталась с оливкового цвета глазами. На его профиле была лишь одна фотография; ни информации о себе, ни записей на стене, совершенно ничего. Пара тройка друзей, незначительное количество сообществ, зачем он кинул мне ссылку на пустую страницу? «Да ты сексуальный», - неожиданно услышал я звук входящего сообщения. Джерард в своем духе. «Зачем тебе эта страница?» - поинтересовался я, на что он ответил: «Просто». Знаете, все в этой жизни происходит постепенно. У всего есть свое определенное место в цепочке событий, о которой я уже упоминал ранее. Ничто не может произойти раньше или позже, ничто не может не произойти вообще. Есть события, над которыми мы властны, но большинство событий нам не избежать. Я не был разочарован в том, как скоро он увидел меня или я его, даже наоборот. Для всего есть определенное время, если так произошло, то оно и должно было так произойти. Никто не вправе диктовать тебе, что и как ты должен делать, от каждого твоего даже самого маленького дела зависит твоя дальнейшая судьба. Люди постоянно лезут туда, куда им не следует лезть, они ничего не получают за это, расплачиваться нам. - Что это у нас? – я почувствовал довольно тяжелую руку на своем плече. Быстро обернувшись, я увидел накаченного выпускника. Он сверлил взглядом монитор компьютера, за которым я сидел, и явно ему не понравилось одно из сообщений, что я успел написать Джерарду, или что он успел написать мне. - Что тебе надо? – даже не зная этого человека, мне хватило смелости спорить с ним. Не скажу, что это нормально для меня, даже наоборот, это чертовски ненормально! - Дерзкий? Ну, ничего, мы это исправим, - он оглянулся, затем сильно ударил меня кулаком в глаз. Следующий удар был в нос, в челюсть. Я видел его лишь одним глазом, ведь второй опух. Из носа шла кровь, во рту был металлический привкус. Меня побили, опять. Я ничего не мог с этим поделать. Все вокруг просто стояли и смотрели, таковы правила этого места – не вмешиваться. Если вмешается один - вмешаются все. - Получил, пидорас? – он вытер мою кровь о мою же рубашку и, толкнув стул, на котором я сидел, ушел к друзьям. Ко мне сразу же подбежали Боб и Майки. Подняв стул, они помогли мне дойти до туалета, где я, вообразив себя девчонкой, расплакался. Представьте себе такую картину: пятнадцатилетний пацан сидит в туалете, забившись в угол самой дальней кабинки, и плачет. Лицо его в крови, а на руках нет ни единой царапины, которая подтверждала бы, что он хоть как-то пытался отбиться. Что бы вы подумали? Слабак. Именно так и подумал я. Я всегда был изгоем. Замкнутый парень, который ни с кем не говорит и является лишь живой мишенью для кулаков. Тот, которого побить - одно удовольствие. Мне надоело жить так, вот тогда я и начал нарушать закон. Грабить маленькие магазинчики, угонять машины, срывать городские праздники…мне было весело, и никто меня не наказывал. Но потом меня загребли за то, что нашли травку. Я не употреблял, даже не думал об этом, меня просто подставили. Но я был счастлив оказаться здесь, ведь тут я был кем-то другим. Я не был изгоем…до этого момента. *** Я потерял счет времени. Суббота. Еще один веселенький день в этом уебищном месте. Я давно забыл о том, что произошло в день отдыха. Да, в общем, все забыли. Никому не нужны проблемы в этом месте, зачем? Надсмотрщики расспрашивали меня, что произошло, и не раз, а я все молчал. Удобно быть на голову больным: от тебя ничего не ждут. Самое хорошее, что уже почти все прошло, и ничто не напоминает о том дне. «Суббота! К поездке готов?» - сообщение от Джерара…к поездке? В смысле? «Как бы я заперт», - решил напомнить ему я. Обычно люди не забывают про такое, но мало ли. «И что? При чем здесь ты вообще? Еду-то я», - я все еще не понимал, о чем он. Ладно, я тут не при чем, но… «Я к брату еду, Фрэнк, твоя задача-болтать со мной» Я все еще пытался осмыслить его слова. Он за рулем будет со мной болтать или как? Только для того, чтобы он не разбился, я отказываюсь писать ему что-либо. «Бля, сексуально молчать в трубку сможешь?» Это сообщение оказалось очень ободряющим в данный момент. Я громко засмеялся. Несмотря на то, что все спали, меня никто не услышал. Боб храпит так, как свинья в луже. Странное сравнение, но насрать. «Ну, смогу», - написал ему я и тут же услышал звонок. - Помнишь свою задачу, - говорил он, - просто молчи. Всю дорогу он рассказывал мне разные истории из жизни. Смешные и грустные моменты с ним, его семьей, братом. Я же, как обещал ему, молчал. - Ты возбуждающе дышишь, - вдруг сказал он, перебивая свой же рассказ о Майки и плюшевом медведе. - Мне надоело молчать, - неожиданно для Джерарда сказал я, разбудив Боба. - Ты чего, молчи! – крикнул на меня Джерард и мило промычал что-то. Я лишь кивнул, но что Джерард ответил «вот и отлично», и продолжил свой рассказ. *** В комнату для встреч я пошел лишь для того, чтобы увидеться со своими друзьями. Они были выпускниками (не те, что меня избили), и не хотели портить свою репутацию. Придя туда, первое, на что я обратил внимание, были совершенно пустые столы. Лишь пара человек, разговаривающих с родителями, и надзиратель. Никогда еще я не видел такого. За все время, что я провел тут, в комнату выстраивалась огромная очередь, каждый пытался попасть туда. Наверное, все дело в том, что из нее очень просто сбежать, чтобы привлечь к себе внимание. В итоге они делают все, что ты попросишь, лишь бы ты оставался в этом гадком месте. Я сел за угловой столик, откуда было видно всю комнату. Стулья и столы, прикрученные к полу, голубые стены, железная дверь. Больше здесь не было ничего. Расписание посещений было порвано, а журнал визитов валялся на полу. Я так привык к этому месту, что все казалось для меня совершенно нормальным. Я просидел здесь около часа. Друзья, видимо, решили не связываться с тем, кого в их кругах считают лохом. Ладно, я все понимаю. Я медленно встал со стула, попрощался с надзирателем, был готов уйти, как открылась дверь, и я увидел знакомое лицо. Он стоял в черной жилетке и белой рубашке, оглядывался по сторонам. Джинсы идеально сидели на нем. Аккуратно уложенные волосы, он готовился к этой встрече. Я посмотрел в его оливкового цвета глаза и поймал его взгляд на себе. - Фрэнк! – заорал он и расплылся в улыбке. - Дж…Дж..Джерард? Дни бывают хорошими и плохими. Этот день оказался просто никаким. Я не знаю, что я должен сказать про него.