Краденая жизнь

Он не закончил своего дневника. Он довел его лишь до момента своей смерти. Станислав Ежи Лец.

Она перевернула последнюю страницу дневника и только тогда заметила что плачет. Лицо было мокрым, а губы солеными от слез. «Они меня бросили. Они все меня бросили». Это были последние строчки, написанные мелким, немного наклоненным влево почерком, за два дня до той аварии. В дневнике было описано все так, как рассказала Милорадович. Но было и то, о чем Арбитр умолчала. И именно это так пугало Галину. Внезапно в памяти всплыл их последний разговор, ее слова, сказанные в порыве злости и тот грустный, с легким укором и обидой, взгляд сестры. Последний разговор, последняя встреча, последняя ссора… За эти двадцать без малого лет она научилась с этим жить. Прятать все глубоко, не только от окружающих, но и от себя. И только в те редкие дни, когда она выкраивала время и приезжала на старое кладбище, где под огромной липой были похоронены два самых близких для нее человека, она давала выход эмоциям. Но в последнее время такие приезды становились все реже и реже. Отец был огорчен этим, но в разговорах старался эту тему не поднимать. Непривычно громкий и неожиданно резкий звонок мобильника заставил полковника дернуться и тихо выругаться себе под нос. - Да?! - У тебя все нормально? – раздраженно поинтересовался на другом конце Круглов. - Да. - Я приеду? - Нет. - А более содержательно ты отвечать можешь? – через несколько секунд молчания поинтересовался Николай. - Круглов, чего ты хочешь? – устало спросила она. - Помочь я тебе хочу, - огрызнулся он. – Но ты же не позволяешь этого делать! Я волнуюсь. - Не надо. - Чего не надо? - Волноваться не надо, - Галина прошлась по комнате и остановилась у окна. - С тобой невозможно разговаривать, - почему-то засмеялся он. - Зачем тогда позвонил? - Я и сам не понимаю, - пробормотал майор. – Ладно, Галь, постарайся немного отдохнуть. Я утром за тобой заеду. Рогозина молча кивну и отключила телефон. - Я постараюсь. *** Полковник быстрым шагом вошла в лабораторию, чем заставила Тихонова выйти из состояния сомнамбулы и начать активно думать. - Мне нужна вся информация, которую ты мне можешь добыть из вот этой вот тетрадки, – Рогозина протянула гению дневник сестры. – Сделать это нужно, как можно быстрее. Иван, не ожидавший такого напора, медленно съехал в кресле. - Когда у нас что-то было не срочно, – проворчал он, поворачиваясь к компьютеру. - Что? – раздался сзади грозный голос полковника. - Я все понял, Галина Николаевна, – поспешно кивнул начальник компьютерного отдела. *** Две женщины сидели на открытой террасе и тихо переговаривались. Несколько человек охраны толпились неподалеку. - Ты затеяла опасную игру, Айна. Это ФЭС, там профессионалы работают, – девушка лет 30 говорила с легким акцентом. - Вот эти профессионалы и найдут мне Вадима, – усмехнулась Арбитр, медленно размешивая сахар в чашке кофе. – Они ведь уже установили личность трупа из Империаля. Светлые брови взлетели вверх. - Откуда у тебя эта информация? - Мира, здесь работаешь не только ты, но и я, – ушла от ответа Милорадович. – Ты мне лучше скажи, как там наш полковник. - Пока нормально, ни о чем не подозревает, но это пока, – девушка сделала ударение на последнее слово. – Айна, я справки про нее наводила, она профи. - Поэтому я и выбрала ее, – засмеялась Милорадович. - Ты понимаешь, что они тебя грохнут, если с ней что-то случится?! Глаза Арбитра полыхнули. - Откуда такая забота, Мира? - Зачем ты полезла в это дело? – проигнорировав вопрос Милорадович, поинтересовалась она. – Что ты с этого будешь иметь? - Иметь? – Айна откинулась в кресло и внимательно посмотрела на свою собеседницу. – Почему я обязательно должна с этого что-то иметь? - Потому, что ты ничего не делаешь просто так. Милорадович немного помолчала, а потом поднялась из-за стола и направилась в дом. - Работай! – бросила она через плечо. *** В районе обеда в кабинет главы ФЭС с шумом ворвался Тихонов. - Галина Николаевна, удалось запеленговать телефон собеседника Мешкова. Рогозина быстро поднялась и вышла за Иваном. В лаборатории уже маячили Майский и Круглов. - Это недалеко от Москвы. Полузаброшенная деревня, – отчитался гений. - Ты можешь определить, зачем включили телефон. Он что с него звонил? – Галина внимательно всматривалась в монитор. Тихонов застучал по клавиатуре. - Да, 2 минуты назад был сделан звонок на номер… Сергея Лисовского. Губы полковника сложились в холодную улыбку. - Вот ты и попался, - зло подумала она. - Галь, мы поехали, – услышала она за спиной голос Майского. - Я еду с вами. Майор удивленно посмотрел на начальницу и уже собирался возразить, но увидел выражение ее лица и понял, что решения она не поменяет. Перечить ей было глупо и небезопасно. *** Она медленно зашла в ветхий деревянный дом и остановилась на пороге небольшой комнаты с наглухо забитыми окнами, в центре которой на полу, заложив руки за голову, под прицелом ее охраны сидел Вадим Лисовский. Айна Милорадович улыбнулась. Сегодня был поистине хороший день. - Ну, здравствуй, любимый! Лисовский смерил ее злым взглядом и предпринял попытку подняться. - Не рыпайся, - властная рука резко вернула его на место. - Чего тебе надо, Айна, - хрипло спросил он. - Разговор у меня к тебе, - Арбитр присела на корточки и внимательно посмотрела ему в глаза. – И предложение. Деловое. - Да, пошла ты! – огрызнулся Лисовский. - Заткнись, - взгляд женщины стал жестоким. – И слушай меня, только очень внимательно слушай! Майский вышел из машины и от души выматерился. Круглов смерил обстановку хмурым взглядом и отдал приказ ОМОНУ. - Я так понимаю, это люди Арбитра? – полковник равнодушно смотрена на нескольких вооруженных людей, рассосредоточившихся по небольшому участку. В подтверждение ее слов из дома вышла Айна Давидовна в сопровождении нескольких охранников. - Что-то не оперативно вы работаете, товарищ полковник, - крикнула она. - Где Лисовский? – пропустив колкость мимо ушей, спросила Рогозина, предусмотрительно сняв пистолет с предохранителя. - В доме. Живой и здоровый! - Галь, чего мы ждем? Ее надо брать! – Майский нетерпеливо переминался с ноги на ногу. - Нет! – поспешно отрезала полковник. - Ты ее что отпустишь? – Сергей с недоумением смотрел на начальницу. - Да. - Ты мне дашь уехать, полковник? – на губах Арбитра светилась улыбка. Рогозина усмехнулась и направилась к Милорадович. Майский и Круглов напряглись. Айна Давидовна стояла неподвижно, немного склонив голову на бок. Ее лицо, как всегда, ничего не выражало, а глаза были спрятаны за темными стеклами очков. - Так я могу ехать? – переспросила она. - Можешь, - спокойно кивнула Галина. – Только я тебя все равно достану. Чего бы это мне не стоило. Милорадович медленно сняла очки и протерла толстые линзы белоснежным платком, а потом внимательно посмотрела ей в глаза. - Я буду ждать. *** Рогозина стояла, опершись руками о стол, и с жадностью вглядывалась в лицо человека, которого считала погибшим. Вадим сидел в допросной в компании Круглова, и заметно нервничал. Полковник уже несколько раз порывалась зайти к ним, но ее что-то останавливало. Глубоко в душе она знала, что именно. А между тем Лисовский затравленным взглядом изучал Круглова. Майор не спешил приступать к допросу, хотел посмотреть, на что способен этот генеральский сынок. - Чего вы ждете? – не выдержал Вадим. – Вы же меня для чего-то арестовали. Задавайте свои вопросы, – он исподлобья посмотрел на Николая. – Хотя… вам ведь чистосердечное нужно, да? Круглов даже в лице поменялся. - И вы сделаете чистосердечное признание? – удивленно уточнил он. Лисовский молча кивнул и непроизвольно поежился. В памяти всплыл горящий ненавистью взгляд. - Это я убил того парня, которого вы нашли в моем номере гостиницы Империаль, – начал Лисовский. – У меня в данный момент очень большие проблемы по бизнесу, поэтому мне нужно было, что бы меня признали умершим. Я нашел в Добинске человека, который был внешне похож на меня, дал ему денег, сказав, что это розыгрыш, – Вадим говорил спокойно, глядя куда-то поверх головы майора. - Почему ваш отец опознал в трупе Мешкова вас? – у Круглова была стойкая неприязнь к этому субъекту. - Я попросил. И покушение на него тоже организовал я. - Зачем? Вадим усмехнулся. - Ну, если вы занимаетесь этим делом, я думаю, что с моей бывшей женой вы уже познакомились? - Айна Милорадович? - Да. 5 лет назад она открыла на меня целую охоту, мне нужно было, что бы в моей смерти вы заподозрили ее. Майор внимательно слушал своего собеседника и все никак не мог взять в толк, почему он все так легко рассказывает. - Ну, хорошо, с этим все понятно. Меня интересует вот что: если вы говорите, что Милорадович так жаждала с вами поквитаться, то почему после встречи с ней вы живы и вполне здоровы. Зачем она к вам приезжала? О чем вы говорили? Лисовский коротко хмыкнул. - О жизни! – огрызнулся он. - И все же? – гнул свое Круглов. Вадим низко склонился к столу. - Послушай, майор, у вас было дело об убийстве в Империале, вы его раскрыли. Если нудно я все покажу на месте. Все остальное вас не касается! Николай зло посмотрел на Лисовского и вышел с допросной. Галя стояла, облокотившись о стол и скрестив руки на груди, взгляд ее был сосредоточенным. - Скажи, - полковник медленно села и перевела взгляд на зама, - как тебе Милорадович. - В смысле? – не понял майор. - В смысле как женщина. Круглов в недоумении смотрел на Рогозину, не знаю, что ответить. - Ну, … ничего, - пробормотал он. Брови начальницы изогнулись дугой. - Очень ничего, - добавил Николай. Галина улыбнулась и кивнула. - Вот и я так думаю. Только вот зачем внешне интересной, материально обеспеченной и далеко не глупой женщине понадобилось тратить свое время и деньги на Вадима? Зачем? - Есть что-то, чего я не знаю? – тихо спросил он, удивленный таким поведением начальницы. Рогозина немного помолчала, вспоминая злополучные строчки, написанные отчаявшимся человеком. - Саша считала, что Вадим связан с наркотиками, - медленно выговорила она. – Я дала Тихонову задание проверить это. Сомневаюсь, конечно, что в официальных сводках что-то будет, но все же… Майор выругался про себя. Он видел как ей сейчас тяжело, но прекрасно понимал, что помощь она не примет. Справится с этим сама, если справится… - И еще, - полковник перевела на него взгляд, - Сашка боялась за свою жизнь. Николай молча прикрыл глаза. Говорить что-то было бессмысленно. Она считает себя виноватой в том что случилось и переубедить ее в обратном невозможно. Это ее крест, который она обязана пронести. - Из этого следуем, что смерть твоей сестры совсем не несчастный случай. Рогозина метнула в его сторону уничножающий взгляд, но от комментариев воздержалась. - Сейчас Лисовского в камеру, пусть посидит, подумает. Завтра делайте с Майским что хотите, но мне нужна вся информация. Она резко поднялась и вышла из комнаты, оставив майора наедине со своими мыслями. *** Она поставила на бортик ванны стакан с соком и прислушалась и звуку приближающихся шагов. Дверь хлопнула, снова послышались шаги, а в следующую минуту дверь ванной комнаты резко распахнулась, и он заполнил собой все пространство небольшого помещения. Весь его вид выражал крайнюю степень раздражения. - Что ты, черт возьми, устроила? – голос звенел от ярости. Она снова отпила немного сока и с усмешкой посмотрела на него. - Мне спросить, что ты имеешь в виду или почему ты такой злой? - Айна! – заорал он и одним рывком выдернул ее из воды. – Это переходит всякие границы! Женщина больно ударилась щиколоткой о край ванны, отчего чуть не упала на пол. О том, что ей больно он подумать не успел. Она сделала резкий выпад, и он рухнул на кафельный пол, так и не успев заметить, как пистолет из его кобуры оказался у нее в руках. И вот теперь он, бравый офицер в неприглядной позе корчился на полу, а над ним стояла абсолютно голая женщина с пистолетом в руках. - Полегче, родной! Я не твоя дворовая девка! - голос был хриплым, впрочем, как и всегда, когда она злилась. - Пушку положи, – спокойно сказал он, глядя ей в глаза. – Я погорячился! Айна, прищурившись, немного подумав, отшвырнула пистолет и взяла с вешалки полотенце. - Зачем звонил? – будничным тоном спросила она, выйдя из ванны. Мужчина поднялся с пола и посмотрел ей в спину. - Поговорить надо, – буркнул он. - Говори, - милостиво разрешила она, удобно устраиваясь в кресле. Мужчина усмехнулся и пригладил рукой волосы. - А ты изменилась, Айна Давидовна. Раньше ты не была такой жестокой. Зачем ты это делаешь? – тихо спросил он. – Ты же не такая! - А какая? Какой ты меня хочешь видеть? Такой, как она, да? – голос сорвался, а в глазах полыхнула ярость. - Айна! - Ты был ее любовником, – в ее глазах светился огонь. – А потом стал моим. Парадокс, правда?! Все ее мужчины стали моими. Он побледнел и с силой сжал кулак. От нее не укрылось это движение. - Ударить хочешь, бей! Только ты все равно ничего не изменишь! - А ничего менять и не надо! Она была чистой и доброй… - А я монстр, – перебив его, закончила она. – И ее ты любил, а со мной просто спишь. Только если все так, тогда ответь мне на вопрос, почему она мертва? Почему ты ее не спас? Айна заглянула в бездонные глаза мужчины и поняла, что перегнула палку. - Ты умеешь быть жестокой, Айна Давидовна – тихо сказал он и направился к двери. Лишь только когда дверь захлопнулась, она заметила букет алых роз, которые лежали на кровати. Милорадович пригладила рукой короткие мокрые волосы и силой запустила в стенку стоящую на тумбочке статуэтку. Подобное в ее планы не входило.