Последняя операция

Вот я и вернулся домой. Все здесь было родное и знакомое. Оказывается я скучал. Отдав указания разместить моих гостей, я пошел в кабинет. Здесь было тихо и спокойно, хотя это место всегда вызывало во мне только страх. Сюда глава Дома вызывала только в экстренных случаях. Моя мать была жестокой, как и все женщины дроу. Боялся я ее сильно, хоть и не видел никогда. А как можно не боятся женщины, которую боится сильнейший воин во всем королевстве? Мой отец был великим дроу. Он был главнокомандующим армии, воины его уважали и боялись. Отец любил войну, ему нравилось убивать и пытать пленных собственноручно. А для меня он был самым лучшим в мире дроу. Только он поддерживал меня всегда, хоть это и был только один день в году, но он был рядом. Когда мы были вместе, его было не узнать, он улыбался, подначивал меня. И я его любил всем сердцем. Но наши встречи проходили строго в комнате и без посторонних. Я раньше обижался на него, считая, что он меня стесняется, но потом привык. Эти дни я мог не скрывать истинное лицо. О богиня, я только сейчас понял, что отец был выродком, таким же как я. И от этого понимания мне стало легче. Вот теперь все не стыковки встали на место. Жаль, что он мне не признался, но он как мог помогал. Прости, отец, что не смог тебя спасти. После моей пропажи, суки жрицы сказали, что я сбежал. Второй Дом начал борьбу за трон. Это мне рассказал советник отца пока мы шли к кабинету. Они умудрились подкупить прислугу, а те открыли двери. Вырезали почти всех, моя мать как глава дома успела спрятаться, но и ее достали. Сейчас она в коме, ее скорее всего отравили. Странно, ни одной эмоции по этому поводу я не почувствовал, а вот то, что отца нет резало по сердцу. Как наместника его похоронили в склепе, а не отдали на растерзание паукам. Богиня любит забирать своих детей через своих слуг. Я был этому рад, что могу хотя бы навещать его. Я стоял и смотрел в окно кабинета на город, а глаза жгло. Плохо мне было, так плохо, я очень надеялся, что тут мне будет легче от своего решения. Но я потерял последнее, что имело для меня значение. Как же мне хотелось сейчас к Миру, обнять, почувствовать его запах и забыться. Слезы текли из глаз, а сердце почти останавливалось, я не знал что мне делать, меня к этому не готовили. Как бы я хотел перестать чувствовать ту боль, что внутри меня. Стать таким как все дроу - бесчувственной скотиной, которая может перешагнуть через все и пойти дальше. Но я уже не мог, и от этого было больно. Мир, как же я люблю тебя, ты единственное, что для меня сейчас важно, я бы все отдал, чтобы ты был рядом со мной! Мое сердце никогда не будет биться для кого-то другого, но тебе это не нужно. Ты уйдешь при первой возможности и не обернешься. И я дам тебе эту возможность, я хочу, чтобы хотя бы ты был счастлив. Никогда я не плакал, у нас это карается чуть ли не смертью, мужчина не может плакать. А я мог, и потихоньку умирал около этого окна. Я не знал, что буду делать со всем, что на меня навалилось, но буду стараться. На совете, когда я смотрел на Мира, я радовался как ребенок, но внешне этого не показывал. И то, как он на меня смотрел, грело душу. Он волновался это было видно, и от чувств, что нахлынули на меня, я совершил ошибку. Признал его при всех Фиратом. Только после его ухода я понял что совершил. Я буквально сделал из него приманку для Второго Дома. Но решение не изменить. Надо как-то обезопасить его, только я пока не знал как. Ближе к вечеру я вспомнил и о других своих гостях. Мелочь и Огонька поселили в одних покоях. Он будет ее охранять, не хватало мне еще и за ними присматривать. Зайдя к ним, застал премилую картину, они спали на кровати обнявшись. Но в этом не было ничего пошлого или неправильного. Парень охранял ее даже во сне. Видно я издал шум, огонек проснулся, посмотрел на меня, видно успокоившись, что опасности нет, махнул мне рукой и лег спать дальше. А спать я не мог, не хватало Мира, промучившись пару часов, я потайными ходами прошел в его спальню. Он тоже ворочался и все время пытался обнять подушку. Я лег рядом с ним, он тут же обнял меня и, поцеловав в макушку, заснул. А я улыбался и был почти счастлив, я знал, что не меня он видит во снах, но мне было все равно, пусть хоть так, но я буду рядом с ним, пока есть возможность. Не знаю, что ему снилось, но явно что-то очень эротичное, поскольку он меня начал поглаживать и тихо стонать. Все мое тело загорелось. Его руки гладили мой живот, прошлись по соскам, и я не выдержал, застонал... Богиня, как же я хочу... Он вдруг лег на спину и потянулся к паху. Ну нет, это может быть мой единственный шанс, и его я не упущу. Я аккуратно снял с него брюки, следя за тем, чтобы он не проснулся и ахнул. Ну не может быть человек совершенен во всем, то, что предстало перед моим взором я полюбил не меньше его хозяина. Он был прекрасен и огромен. Не выдержав, я склонился и провел языком по вспухшей венке, наградой мне был стон. Осмелев я начал его посасывать и ласкать. Я поднимался все выше и выше, моя душа пела от наслаждения любви, я был счастлив и делал все, чтобы моему любимому было также хорошо. Попытавшись взять глубоко в горло, я закашлялся, напугавшись, что разбужу, глянул на Мира, но нет, он спал. Я продолжил, ласкал и гладил его, целовал и чуть дул на головку, и те звуки, что издавал мой любимый, были наградой. Кончил он со стоном, я, проглотив все что мог, потихоньку одел его снова и обнял. И почти уснув, услышал тихое "Арррррррр, ты мой". Не поверив в то, что услышал, я заснул. Проснулся я раньше Мира и ушел, только напоследок поцеловал его в губы. Знаю, это скорее всего последний раз, когда я был с ним рядом. Было много дел, позвав слугу, я приказал ему прислуживать Миру и объяснил его положение. Мальчишка был в шоке, да, знаю, давно уже не было таких, кому присваивали подобный статус. Собрав совещание в кабинете, я выслушал все, что происходило в мое отсутствие. Советники докладывали по одному. - Принц, глава Второго Дома дала нам неделю на то, чтобы мы сдали ей Вашу мать, и присягнули им. Поскольку мы не знали, живы Вы или нет, мы отказались. Пока Ваша мать жива, они не могут легально сесть на трон. Они пытались пробиться к статуи Богини и получить власть через нее. Но Богиня убила одного из их наследников. Мы поняли, что у трона есть наследник и все, что могли сделали, чтобы обезопасить Вашу мать. Пока она жива, они не смогут занять трон. После смерти их наследника, они как-то притихли, но явно что-то затевают. Мы так и не выяснили, есть ли в доме еще шпионы. Солдаты после смерти Вашего отца не признали ни одного командира своим лидером, а потому Вы не можете положиться на них. Если ваш Фират заслужит их уважение, у нас будет шанс уничтожить Второй Дом. Но это будет очень трудно.       Новости были не из приятных, но я решил сначала заняться шпионами. С помощью охраны я согнал всех служащих дома в темницу и рассадил по камерам. Предателей в доме быть не должно. Но вот что делать дальше я не знал. Дроу не запугать насилием и смертью. Они этого не боятся, а другое я придумать не мог. Задумавшись я брел по коридорам пока не обнаружил, что пришел к комнате, где жили Мелочь с Огоньком. Постучавшись я вошел. Они уже не спали, но выглядели задумчивыми. Не знаю почему, но я все им рассказал. И про предательство, и про Мира, как мне не хочется жить без него. Линнея только покачала головой, в это раз она промолчала. - Слушай, а вы боитесь огня, - спросил дженази. - Я тут немного практиковался, и понял, что могу не только контролировать жар от огня, но и восстановить повреждения после его применения. А это была мысль, единственно, что мы не переносим так это огонь, его не возможно терпеть. Как-то раз меня наказали огнем, после этого я делал все, что только от меня требовали, чтобы больше такого не повторилось. Я понимаю, что это жестоко, пытать невиновных, но другого выхода нет. - Ты сможешь поджечь их всех сразу, а невиновных потом восстановить? Я увидел ужас в глазах девчонки. Самому стало противно от своего предложения, но другого выхода я не видел. - Нет, нет ты не можешь так поступить, - Линнея вцепилась в руку Рэду. А у самой слезы из глаз. – Пожалуйста, не поступай так, я что-нибудь придумаю, только не так, прошу! Огонек смотрел то на меня, то на нее и в его взгляде был вопрос, мол, что делать? Все мы мужики одинаковые, теряем уверенность, видя женские слезы. Я подошел к девчонке, обнял ее и стал гладить по голове. - Все-все успокойся, не будем мы так делать. - Правда? - И столько надежды было в ее взгляде, что я не мог ей солгать. - Правда, малыш, правда. Огонек смотрел на меня зло, видно было, что ему не нравится, когда я обнимаю ее, но молчал, понимал, что от него она пока такого не примет. И правильно. Линнея убежала искать что-то в своей книге, а мы пока с ним решили поужинать. Слуги давно уже накрыли столы. Ели мы молча, только я все время чувствовал его взгляд. - Успокойся, она для меня как сестра, не больше. Он немного расслабился, но до конца не поверил. Мы уже почти закончили трапезу, как наш ураганчик с довольной мордашкой опять вернулся в комнату. - Вот, я нашла, мало того, что мы узнаем кто шпион, а кто нет, так еще и сделаем так, чтобы после проверки они никогда ими не стали. Но!... И вот это "но" мне не понравилось. И очень сильно. - Есть заклятие верности хозяину - необходимо смешать кровь всех и затем провести ритуал. В самом действии ничего сложного нет, но вас должно быть двое. Причем второй будет проводником и должен будет связать заклятие поцелуем. Тьма, вот как всегда, есть во всем подвох. - И что, без поцелую никак? - Никак! - И кто должен быть проводником? - Желательно кто-то близкий, потому что потом он должен будет сделать тебе надрез ножом на коже около сердца. Всегда так сложно с этими ее заклятиями, хоть бы одно было нормальное, вечно там тактильный контакт должен быть, что еще можно взять с этих крылатых?! - К Миру я с таким не пойду, лучше попробую старые добрые пытки и все выясню! И я ушел, не глядя на этих двоих, ну что же, пойдем в подземелье.