За днем приходит ночь.

3 глава Истинные слова не бывают приятны, приятные слова не бывают истинны. (Лао-Дзы) После перемещения спутники Дагды, как бодрствующие, так и пребывающие в стране сладких грёз, очутились в деревне демонов. - Ндааа.... А в первый раз я позабыл, что можно просто пожелать попасть в определенную точку, - почесав макушку, задумчиво заявил Король. При этом рука свободно проходила сквозь тонкоматериальную регалию власти. Подняв глаза он был неприятно удивлен картиной коленопреклоненных подданных. Похоже, милая вещица, светящаяся у него над головой, вынуждала проявлять к нему уважение и почести, соответствующие титулу. - Кто знает, как отключить этот нимб? - прорычал Дагда. Он ещё не настолько хорошо владел Хрониками Акаши, хранящими все знания этого мира, чтобы быстро находить данные. - Ваше Величество, его невозможно выключить, - ответил вождь демонов. - Он создан Богами, чтобы подданные могли сразу узнать истинного Короля. - Если его создал один бог, то другой может его поломать, - пробормотал небожитель и нехотя закопался во всемирную базу данных. - А ещё говорили, что интернет - это помойка. Это они тут не копались, даже приличного браузера нету. А ещё боги! Софт - полный отстой! Ссылки не работают, базы сортируются отвратно, блин, всё самому придется делать! - продолжал бурчать недовольный мужчина, кидаясь непонятными терминами. Но по выражению его лица все поняли, что у повелителя не самый радужный день, а работы только прибавилось, что сулило и им вероятные хлопоты. За несколько минут, которые Дагда стоял, погрузившись в мир данных, окружавшие его люди и нелюди обменивались информацией. Под этот шум проснулся Волдеморт и тупо уставился на перекошенную от недовольства морду небожителя с красочно светящейся фигнёй над его головой (это словечко он подхватил ещё у маленького Дагды). Зрелище было уморительным, а восторженно раболепные демоны, да и древний вампир, с восхищением взиравший на брата, завершали картину. Черты лица повелителя разгладились и осветились счастливой улыбкой, Дагда сделал какую-то пакость и был этим жутко доволен. Сияющее недоразумение вспыхнуло ярким белым светом и исчезло. Толпа моментально умолкла. Мужчина самодовольно оглядывал окружающих, и Волдеморт не выдержав заржал, впадая в форменную истерику. Он жалел древних созданий тьмы, они не знали, с кем связались. За прошедшее время бывший Темный Лорд понял, что если хочет сохранить своё здравомыслие рядом с пришельцем из другого мира, то нужно отбросить все представления о возможном и невозможном, а также правильном и неправильном. Одним словом или действием малыш мог изменить все непреложные представления о мире. Вот и сейчас он сделал невозможное, причем дважды. Сперва стал Королем и не возрадовался свалившейся на него власти, а потом сломал древнее заклятье, сотворенное богами, и Волдеморт подозревал, что Мара, как звали вождя демонов, не зря произнес это слово во множественном числе. - Ваше Величество. Что вы сделали? Я больше не чувствую принуждения, - удивленно поинтересовался вампир. - В этом вашем ночничке оказался простенький механизм выключения, нужно всего лишь убедить его, что меня ещё не проверял судья. Составитель программы не был гением, - довольно ответил мужчина. Несмотря на то, что у него теперь было тело мужчины лет тридцати-сорока, сейчас перед зрителями стоял мальчишка, сотворивший знатную пакость и гордящийся собой. На душе Волдеморта потеплело. До этого момента он не знал, существует ли ещё тот малыш, которого он смог полюбить всей душой. Черный маг отдал своё сердце и преданность не Богу, не королю, а Дагде. Маленькому мальчику, который не побоялся грозного Темного Лорда и назвал его “братом”, тот, кому была небезразлична искалеченная душа приютского крысеныша, так и не узнавшего заботы и любви. - Если бы он не активировался, наша жизнь была бы намного проще. Судьба не любит изменений, а я - новая фигура в её раскладе, вот она и пытается восстановить равновесие. Это я к тому, что сейчас в Англии, и возможно за её пределами, начнется светопреставление. Ведь не только вы почувствовали активацию этой милой штучки. Уже завтра система власти закрутится в полную силу, пытаясь оградить себя от возможной угрозы. Так что с этого момента мы перебираемся в этот мир полностью, я буду выходить из него ненадолго, привлекая необходимых нам людей. Но это только в первое время. Мне очень многое нужно вам рассказать, а это лучше делать, когда разберёмся с нашими гостями. Для начала позвольте представить вам моих спутников. Велемир - вожак самой большой в России стаи оборотней, - представил Дагда русого зеленоглазого мужчину с открытым волевым лицом. На вид ему нельзя было дать больше сорока лет. - А это - князь вампиров из Северной Америки Фириат, - бледный мужчина не был прекрасен, как демоны, зато он обладал грацией хищника, которая завораживала и очаровывала. - Последний наш гость - представитель клана дементоров, с сегодняшнего дня мой личный сопровождающий, я дал ему имя Анубис (этого бога Египтяне называли “судьёй богов”) . Народ отшатнулся от щуплого существа, одетого в ртутно-переливающийся широкий плащ, оставляющий открытыми только кисти рук и лицо. По внешнему виду было невозможно сказать, к какому полу оно относится. Дементор обладал лицом, которое могло принадлежать как женоподобному мужчине, так и женщине с грубыми чертами лица. - То, что вы сейчас не чувствуете его силу и можете видеть в этом облике - результат нашего обмена энергиями. С этого момента Азкабан находится под моим полным контролем, - это известие вызвало оживление в среде магов, особенно у Волдеморта, переживавшего за судьбу своих людей, и хоть сегодня он потерял часть сподвижников, с которыми ещё учился в школе, эта потеря не беспокоила его так, как судьба молодежи, угодившей в жуткую тюрьму по своей глупости и из-за предательства Каркарова. - После нашего разговора я установлю портал, который соединит внутренний двор крепости и поселение вампиров. На главные ворота крепости будет наложено заклятие контроля сознания, всякий вошедший через них будет считать, что выполнил свои обязанности и покинул неприветливое место без приключений. Охранники, пришедшие на смену, останутся в полной уверенности, что честно отработали её, а проверяющие увидят иллюзорный мир, созданный моей волей. Они даже под сывороткой правды будут говорить, что в тюрьме всё в полном порядке. Вся крепость и её обитатели станут нашим достоянием. А сейчас пора разобраться с гостями. Велемир, собери дров, нас ждет долгий разговор, и он может затянуться. Фериат, ты можешь добыть дичь покрупнее, чтобы хватило на всю эту ораву? - Да, повелитель. - Приступай. - Вождь, как я могу Вас называть? - обратился повелитель к главному демону. - Смертные дали мне имя Мара, оно мне понравилось. - Сильное имя. Перенесите всех людей в центр деревни, но отделите мертвых и тех, на ком черные ошейники. Если рисунок на ошейнике оранжевый, то эти люди - ваш корм, но с ними ещё нужно разобраться, а если голубой, то они собственность вампиров. Подробнее я расскажу после того, как вы их отсортируете и перенесете, - раздавал приказы Дагда. Демоны быстро справились с заданием. Это сначала вызвало переполох среди детей, ведь там были их родители, но маги успокоили малышей, сказав, что с родителями всё в порядке. Услышанное заставило Дагду скривиться: он не любил откровенную ложь, а сейчас это была именно она. Пострадавшим стало немного лучше, но мертвые не воскреснут и большинство безумцев не вернёт повредившийся от огромного выплеска магии и эмоций разум. Милосерднее всего было бы их убить, но милосердие никогда не входило в список достоинств нового бога. На какое-то время они станут его проблемой, просто больше некому будет за ними ухаживать. Это раздражало, но не сильно. Магов с черными ошейниками в результате вышло одиннадцать человек, одним из них оказался мальчик, которого раньше видел повелитель. Это был старший сын Уберто и Идгит Нотт, но у самих супругов на шее красовались серые цепочки, немного отливавшие серебром, что по меньшей мере было странно. Обычно причиной искажения души ребенка являются родители, но не на этот раз. Впрочем, Дагде было всё равно, кто виноват в произошедшем, жаль только, что последствия затронут очень многих зависящих от повелителя людей. Посмотрев на спящих, Король послал волевой приказ, пробудивший всех, кто был на это способен. К сожалению 22 тела так и остались лежать на земле. Проснувшиеся маги не понимали, где оказались и плохо помнили, что с ними случилось. Целебный сон приглушил воспоминания, но в то же время позволил магии усвоиться. Это привело к увеличению смертельных случаев. К счастью Дагды, большая часть вновь преставившихся оказалась из числа повредившихся умом во время ритуала. Магия, перейдя с уровня мыслей и чувств, обрушилась на физические оболочки, уничтожая слабейших. Как итог: 22 мертвеца, 6 больше никогда не придут в себя, ещё 15 человек стали слишком уязвимыми, и их следует оберегать от сильных переживаний. Если принять во внимание, что всего в ритуале принимало участие 322 человека, включая самого Дагду, то отсев составил меньше одной седьмой, и это было великолепным результатом. То ли Волдеморт выбирал себе в сподвижники крепких людей, то ли аристократы все такие живучие, но статистика полностью устраивала повелителя. К пробудившимся людям кинулись их дети. На поляне возле озера с холодной водой из горного источника, где разместили вновь прибывших, поднялся гвалт. Матери со слезами на глазах обнимали детей, которых уже не надеялись увидеть, дети никак не могли успокоиться, то смеясь, то плача, а мужчины осматривали тела умерших, отыскивая своих родственников. Всё-таки это общество было ужасно патриархальным, и женщины занимались только своими детьми и мужьями, а о родителях и прочих родственниках думали во вторую очередь. Но не обошлось и без трагедий. Семейство Пристов лишилось своего главы. Мередит, супруга погибшего, баюкала в руках тело мужа. Антиоху Присту не исполнилось и пятидесяти, что по меркам магов, было началом зрелости. По всем расчетам он не должен был умереть, но судьба распорядилась по-другому, прервав не только его жизнь, но и Род, оставив молодую супругу, ещё не успевшую подарить мужу наследника, вдовой. Второй трагедией этого вечера стала потеря обоих супругов Барретт, после которых остался малыш десяти лет от роду, который сидел, уткнувшись носом в коленки, и тупо смотрел на тело отца и матери, не понимая, что произошло, и что ему теперь делать. До этого дня он покидал родовое поместье только с родителями, когда те хотели представить своего наследника знакомым, и не представлял, как теперь ему жить в этом страшном и незнакомом мире. Ни няня, ни Дилли (его личный домовик) не откликались, сколько он их не звал. Пока он, как и все дети, играл на поляне, было не страшно, но сейчас его соратники по играм обнимали родителей, а ему некому было рассказать, как хорошо он провел время и каким храбрым был без них. Остальные погибшие оказались людьми преклонного возраста и оставили после себя взрослых детей и внуков, которые не будут долго оплакивать умерших. В домах аристократов редко встречалась жаркая любовь в кругу семьи. За время, прожитое в доме Малфоев, Дагда понял, что в этом мире, как и в его, аристократы скорее сосуществовали под одной крышей со своими детьми, но не баловали их любовью и заботой. Для этого у них были гувернантки и слуги, а задача родителей заключалась в воспитании достойного наследника древнего семейства. Восстановив программу Призрачной Короны и тяжело вздохнув, повелитель привлек к себе внимание своих подданных. Он понимал, что в этой ситуации придется действовать жестко и решительно, иначе у него на руках будет бунт. - Все соберитесь передо мной! - приказал Дагда. Люди зашумели, но прямого приказа не смог ослушаться не один из них. День был богат на потрясения. Маги настолько эмоционально вымотались, что не особо удивились появлению незнакомого мужчины в регалиях их Короля. За короткий день в личном мире каждого из них произошло слишком многое. Всю свою жизнь они мечтали о возвращении Короля и о том, как станут обладателями огромного магического потенциала. Но когда их мечта осуществилась, она не принесла ожидаемой радости и удовлетворения. Наоборот, в их сердцах поселились смятение и страх, и только вбитая с детства наука этикета вынуждала сохранять видимость спокойствия в том безумии, что сейчас происходило. Лишь отвлёкшись от своих бед, они ощутили силу Короля и опустились на колени. Все разговоры мигом стихли, над живописным берегом повисла гнетущая тишина. - Я - хозяин этого мира и ваш Король. Меня зовут Люцифер, но вы знаете меня под именем Дагда. Толпа зашушукала, удивлено переговариваясь. - Я именно тот мальчик, на верность которому вы присягнули. Когда вы пришли ко мне, у вас было несколько желаний: вы хотели вернуть в свой мир магию, стать сильнее и снова преклонить голову перед Королем. Сегодня все ваши желания осуществились. Магия вернулась, и теперь у магических созданий есть время приспособиться к меняющемуся миру. Вы преклонили колени перед Королем, и ваши личные запасы магии увеличилась в несколько раз. Так что со своей стороны я полностью выполнил наш договор, и теперь требую соблюдения сделки с вашей, - пафосно и при этом непреклонно заявил повелитель. Слушатели опешили от полученных новостей. Ещё пару минут назад они собирались учинить расправу над виновником случившегося с ними. Аристократы восприняли произошедшее как нападение и предательство со стороны Дагды и Малфоя, а сейчас им заявляют что они уже получили всё, о чем мечтали поколения предков. Поверить в услышанное было непросто, но маги сами чувствовали, как увеличились их магические ядра. Тела пели от легкости и наполняющей их силы, а с языка так и просились сорваться древние заклятья, требующие огромного магического потенциала, недоступного магам уже несколько столетий. - Ваши родственники не смогли пережить резкое увеличение силы, которая изменила вас буквально за считанные часы вместо нескольких лет, за которые это преображение прошло бы без потерь. Во внешнем мире уже известно о пришествии Короля, и многие государства и организации приложат массу сил, чтобы уничтожить возникшую угрозу их образу жизни. Исходя из этого я принял решение: те, кто пожелает войти в мою свиту, останутся здесь, вместе со своими семьями, и получат образование, необходимое для пребывания рядом со мной и выполнения моих приказов, а остальные будут отправлены во внешний мир с блокираторами магии, - закончив речь, повелитель уменьшил силу влияния Короны и приказал встать. Маги поднимались на ноги в недоумении. Большинство из них ещё не осознали произошедшее, но были единицы, уже успевшие кое-что понять и даже сделать выводы. - Ваше Величество, не могли бы Вы рассказать нам, где мы находимся, если на то будет Ваша воля? - задал интересующий всех вопрос Доминик Розье, один из первых Пожирателей. Этот человек привык всё в своей жизни просчитывать на несколько ходов вперед и принимать быстрые и неожиданные решения. Вот и сейчас он пришел в себя одним из первых. Глядя на выстроившихся за спиной нового Короля Волдеморта, Малфоев, Блэков и ещё каких-то людей и не только людей, он начал понимать, в какую передрягу попал. Похоже, остальные даже ещё не поняли, что они не в родном мире, а демонов и вампира, которые стояли чуть поодаль, ещё не заметили, как всегда думая в первую очередь о себе. - Вы в моём личном мире. Кроме того, что я ваш Король, я ещё и бог. Как любому уважающему себя Творцу, мне полагается свой собственный мир, вот в нем вы и находитесь. - Если Вы проявите милость и расскажете, что желаете от нас, то мы сможем выполнять Ваши пожелания гораздо лучше, - с поклоном продолжил осторожные расспросы старый политик. - Для этой цели вас и разбудили. Сейчас здесь зажгут костры, вы сможете присесть и узнать то, что я для вас приготовил. Пока Король говорил, демоны успели сложить огромный костер, вокруг которого положили бревна, играющие роль лавок для уставших людей. Чуть поодаль на кострах уже жарилось три огромные туши, насаженные на импровизированные вертела, и изящные демоницы усердно поливали мясо водой. Запах дичи ещё не распространился по округе, хотя и обещал вскорости стать серьёзной помехой речам повелителя, поэтому Дагда решил не особенно долго задерживать голодных людей и приступил к пояснениям, как только они расселись. - Я создаю новый тип общества и новый вид магов. Они будут намного сильнее ныне живущих, а магия, которой они будут пользоваться, забыта в этом мире. Люциус рассказывал мне, что раньше таких называли “одержимыми богами”, - после этих слов некоторые маги сдавленно охнули, а Розье-старший, как и Долохов, сильно побледнел. - Не все из вас слышали этот термин, поэтому я попрошу тех, кто знает, рассказать. Господин Розье, прошу Вас просветить моих подданных, - приказал Король. Нехотя встав, мужчина медленно заговорил. Все присутствующие его хорошо знали, и их напугало сдержанно-испуганное состояние известного интригана и авантюриста. - В древних свитках мне встречалось это название... В них говорилось о кровопролитных войнах, которые маги и маглы вели с “одержимыми богами”. Ни в одном из них я не нашел причины ненависти к ним, но там всегда описывалось, как эти чудовища уничтожали в одиночку огромные армии сильных магов древности. Гибли сотни, а иногда и тысячи боевых чародеев, прежде чем им удавалось уничтожить одного такого монстра. Я часто встречал упоминание о том, что магический мир выжил только потому, что эти твари появлялись крайне редко и по одиночке, - закончил излагать известную ему информацию мужчина. Слушатели молчали. Многие из них побледнели, вспомнив наконец то прочитанную мельком строку в древнем фолианте, то страшилку, рассказанную дедом. “Одержимые” были главными врагами магов до появления Темных Лордов, появление одного из них вызовет массовые беспорядки и начало новой войны, похлеще, чем та, что отгремела сорок лет назад. В это время о них забыли, но как только они появятся, мир вспомнит свой самый большой страх. - Вы правы. Магам современности нечего противопоставить даже одному “одержимому”, не говоря уже о хорошо подготовленном отряде. Я должен признать, что их появление ещё больше объединит магический мир против меня, но мне до этого нет дела. - отмахнулся Дагда. Сияние его тела усилилось, оно освещало окружающее пространство метра на четыре, не двусмысленно напоминая перепуганным магам о божественности их повелителя. - Почему? - почти закричал Дей Яксли. Хотя он уже зарекомендовал себя неплохим политиком, но был ещё молод и не сдержался. - Потому что даже если в борьбе с нами маги объединятся с маглами, они не смогут ничего противопоставить обществу “одержимых богом”. Хотя мне больше нравится термин Перешагнувшие Грань. Это такая же неравная борьба, как между магами и маглами в старину. Перешагнувшие Грань уже не являются ни магами, ни маглами, это новый виток эволюции. Но ещё более насущной проблемой является ваша полная неприспособленность к жизни. Вы оторвались от мира, породившего вас. Вы не проживете и одного дня на природе, если лишитесь палочки, а ваши физические тела так слабы и бесполезны, что будут крепко тормозить ваше развитие. Первоочередной целью для всех присутствующих станет выживание в этом мире. Как только закончится разговор, я ограничу вашу магию, - среди присутствующих начались перешептывания, но возмущаться открыто никто не решался. - Вас ждут дома и кухонная утварь, которая необходима для выживания, но добывать себе пищу и готовить её вам придется самим. В этой долине нет ярких смен времен года, так что голод и холод вам не грозят. Лес полон дичи и плодов, пригодных в пищу, в реке водятся рыба и раки, чуть дальше река впадает в океан. Первые дни ваши дети смогут поесть в школе боевых искусств, находящейся неподалеку от деревни людей. Не злоупотребляйте их гостеприимством и учитесь обеспечивать себя сами. Но это не всё. В этом мире действует закон, по которому любое деяние, совершенное с желанием причинить боль, вызовет немедленное воздаяние, поэтому советую вам начинать со сбора плодов и ягод, пока вы не научитесь уважать животных и убивать их с благодарностью и из потребности, - толпа снова зашумела, они не могли понять, как можно охотиться или ловить рыбу с таким ограничением. Это лишний раз доказывало, как сильно они оторвались от природы. - Справиться с этой задачей вам помогут оборотни, которые станут хранителями лесов. Если вы обратитесь к ним за помощью, то они научат вас правильной охоте, - снова поднялся шум: люди боялись оборотней, и соседство с ними, да ещё и при полном отсутствии магии, наводило ужас. - По соседству с вами будут жить вампиры с демонами, сейчас вы как раз находитесь в деревне демонов. Поселение вампиров расположено неподалеку от деревни людей. Учтите, вампиры в этом мире выполняют роль полиции, их задача - следить, чтобы живущие в нем не злоупотребляли насилием. Фериат, подойди! - позвал повелитель. Перед людьми предстал красноглазый князь, одно упоминание о котором вызывало панический страх у магов. Народ отшатнулся, некоторые даже свалились с бревен, на которых сидели. Только детишки, уже привыкшие к мужчине, не обращали на него внимания. - Да, мой Король, - поклонился блондин. - Представляю вам князя вампиров Фериата, к нему можно обращаться по вопросам, связанным с его видом, - представил Король древнее существо. - Я хочу, чтобы твои люди взяли под контроль весь преступный мир. Начните с мегаполисов маглов. Там с вашей силой и живучестью вы сможете подчинить местных бандитов и наркоторговцев без особого труда. Не афишируйте свою природу, но и не особо скрывайте. Многие представители этого мира будут готовы пожертвовать чем угодно, чтобы стать такими же, как вы. Я ожидаю, что через год без ведома ваших людей не пройдет ни одна незаконная сделка. Я хочу, чтобы каждый магл, желающий убить соседа, обращался к вашим людям, а молодежь, желающая быстрой наживы, шла в вашу организацию. Все мои приказы несут в себе какой-то урок: сейчас вам следует научиться относиться к людям как к предметам: полезным или не очень. Вследствие чего научиться заботится о них. Вы же заботитесь о любимых вещах? - спросил Дагда - Да, - с сомнением ответил вампир. Отношение к людям было потребительским и оставалось таким ещё со времен рабства. Этого ресурса было очень много, поэтому вампиры позволяли себе развлекаться со смертными по полной, и это не осуждалось, если не привлекало внимание к их обществу. - Вот вам и стоит научиться относиться к ним, как к вашей собственности, причем ценной. Я не против, если для достижения цели вы будете обращать в вампиров глав крупных группировок или организаций. Все люди, подчиняющиеся вам, это потенциальные птенцы. Сейчас в вашем мире есть древние вампиры, созданные богами, чья сила поистине огромна, и ваши создания. Они слабы и боятся света, а их жажда может иногда ужасать. Но я собираюсь создать новую иерархию внутри вашего вида. Вы будете создавать детей, которые с теперешнего дня считаются низшими вампирами, а я буду давать самым достойным из них возможность подняться до вашего уровня и стать высшим вампиром. Молодежь должна заслужить право на силу служением старшим. Пройти преображение они смогут только под руководством Перешагнувшего Грань или лично моим. Так что в ближайшие дни я ожидаю здесь самых достойных из ваших детей, кто по вашему мнению достоин стать высшим. Прямо под моим замком располагается цитадель, отведенная мной для вашего народа. Когда над поляной повисло молчание, вампир поклонился и отошел на задний план. Маги, ставшие свидетелями этого разговора, пребывали в шоке. Они хотели мир, в котором будут властителями судеб, а их повелитель только что приблизил к себе кровососов. Это было неожиданно и пугающе, но ни у кого не было смелости, чтобы перечить новому хозяину. А то, что они теперь принадлежат Дагде, они не сомневались. - Мара! - позвал повелитель вождя демонов. Инкуб вышел скользящей походкой хищника, его красота и притягивала и пугала одновременно, это был альфа самец своего вида, весь облик которого требовал полного подчинения. - Представляю вам Мару - вождя демонов. Твой вид тоже должен научиться относиться к людям с уважением и заботой, ибо именно из них и будут выбираться те, кто увеличит твой Род. Когда Фериат справится со своей задачей, к тебе хлынет поток сексуальных рабов и тех, кто не может жить без сексуального насилия. И именно из них вы будете выбирать и выращивать потенциальных детей. А для этого нужно, чтобы они приняли вас как семью и полюбили. Только из таких душ я смогу создать новых сукубов и инкубов. Демон, который уже слышал раньше планы повелителя, величаво поклонился и отошел к вампиру. После этого Король снова обратился к магам. - Вы могли заметить, что после обряда на ваших шеях появились новые украшения, - после этих слов люди начали ощупывать себя, стараясь разглядеть, что же на них надето. Некоторые пытались снять странное украшение, но цепочки не имели замков и не могли быть сняты без отделения головы человека. Когда все поняли, о чем речь, повелитель продолжил: - Эти украшения являются видимой меткой состояния вашей души. У тех, кто стал на Путь за Грань, метки серебряного цвета и имеют разнообразную форму. Северус, Волдеморт, покажите им свои, - приказал Дагда. Оба мужчины вышли без споров и смущения и оголили шеи. У Вольдеморта на шее красовалась серебряная татуировка в виде черепов, охватывающая её скорее спиралью, чем кольцом, а у Северуса был серебряный ошейник с кольцами, наподобие тех, что одевали на породистых волкодавов богатые хозяева. - Они оба мои ученики, но у них разный путь, поэтому и метка приняла разную форму. Спасибо. Можете быть свободны, - отпустил мужчин повелитель. Оба мага переглянулись и гордо отошли за спину Короля. - Если у вас на шее серый знак, это говорит о том, что вы можете пройти Путь, но ещё не ступили на него. Если она белая, то ваша душа слишком хрупкая и уязвимая для тех нагрузок, которые ожидают её на Пути. Если же ошейник черный, то ваша душа больна, и как личность вы мертвы. После этой фразы над поляной повисла тишина. Несколько человек, которых охраняли демоны, не пуская к остальным, переглянулись с ужасом в глазах, ведь на их шеях красовались черные кожаные ошейники с простыми металлическими кольцами, но они не ощущали себя покойниками. - Черный ошейник означает, что человек не может жить без насилия, он в нем нуждается, и не имеет значения, жертва он или палач. Такой человек болен, и ему нет места среди здоровых. Все, кто будет входить в мой мир в первый раз, пройдут через процедуру проверки души и получат такое же украшение, и если у кого-то оно окажется черным, то они автоматически переходят в статус вещей. В большом мире любой артефакт засвидетельствует, что все эти люди умерли. Их титулы и собственность перейдут к правопреемникам, а на родовых гобеленах появится их дата смерти. Теперь у вас нет ни имени, ни собственности, вы - вещи, и вскорости у вас появятся хозяева, которые будут заботиться о вас в дальнейшем, - обратился повелитель к несчастным. - Но черный ошейник - это не приговор. Как только вы справитесь со своей потребностью и возьмете её под контроль, ваш ошейник изменится, и вы снова станете членом общества. Но вы не сможете вернуть себе ни титула, ни имущества, только ваши наследники смогут рассчитывать на то, что когда-то принадлежало вам. - Но это невозможно! - закричал один из магов, имени которого Дагда не помнил. - Почему же? - Как можно излечить душу? Вы шутите! - продолжал разоряться маг. - Вы не правы. Душа подлежит лечению так же, как и всё живое, - спокойно ответил Король и обратился к человеку, которого уже давно наметил на роль примера. - Если я не ошибаюсь, господин Макнейр был поражен тем же недугом? - вопросительно посмотрев на палача министерства спросил Дагда. - Да, мой король, - скупо ответил мужчина. - Какой была ваша форма потребности? - продолжил прилюдный допрос Король. - Мне нравится наблюдать, как умирают живые существа от моей руки, - отведя взгляд ответил палач. - Как вы можете все увидеть, у господина Макнейра на шее серая полоска, что говорит о том, что он исцелил свою душу. Как Вам это удалось? - Когда я понял, что не могу жить, не убивая, я присоединился к Пожирателям смерти, а когда мой Лорд погиб, пошел в министерство на работу палачом. Постепенно моя жажда утихла, - глядя с вызовом на Короля, ответил мужчина. - Я считаю, что Ваш пример чрезвычайно поучителен. Он показывает, что болезнь может быть исцелена, но пока человек болен, ему не место в обществе. Это сделает несчастными и его, и всех окружающих. - Этого не может быть. Наш Сандро такой добрый мальчик, - закричала, защищая сына, Игдит Нотт. - Метки не врут, миссис Нотт. Ваш старший сын болен, и если его не изолировать, то и младший станет его жертвой. Вы сами можете спросить у него. Одной из особенностей черных ошейников является неспособность раба врать, - предложил повелитель, одним глазом наблюдая, как Нарциса успокаивает малыша Берретта. В объятиях женщины тот оттаял и залился слезами. Дагда сам хотел предложить Люциусу и его супруге принять сироту в свою семью, но похоже, миссис Малфой не смогла пройти мимо детского горя. Это радовало и давало шанс на то, что оба супруга пройдут Путь за Грань, хотя и по разному. В это время чопорная англичанка Игдит Нотт подскочила к сыну и начала трясти мальчишку за плечи: - Скажи мне, что это не правда! Скажи, что он всё врёт! Ты же у меня такой хороший мальчик, ты не можешь хотеть причинить боль другим людям! - тараторила женщина. - Они не люди, - отрезал парень. Было видно, что он сопротивлялся из последних сил, чтобы не сказать роковые слова, но магия заставила его признаться. - Кто?! - не поняла женщина. - Маглы, - так же механически ответил подросток. - И где же вам удалось вкусить полной власти над маглами, молодой человек? - вежливо поинтересовался король. - Мистер Оуэн подарил Волдо на день рождения двух маглов и обучал нас, как их дрессировать, - гордо заявил мальчик. Он не понимал, в чем тут проблема, и хоть господин Оуэн и просил не говорить о том, чем они занимаются, Сандро не видел, почему. Ведь его папа - Пожиратель Смерти, и он хочет править всеми маглами, значит, не накажет его за такие забавы. Семейство Оуэн в полном составе: отец Беррет, мать Лана и сын Волдо, стояли тут же, украшенные черными сыромятными ошейниками. - Занятно, занятно. Как я помню, господин Оуэн отказался присоединиться к Пожирателям и пожелал остаться нейтральным, но при этом считает допустимым забавляться живыми игрушками, - протянул на манер Люциуса Дагда. - Но, как я понимаю, вы, мистер Оуэн, прекрасно знали, что если станет известно о ваших развлечениях, то вы можете сильно пожалеть, но при всем этом решили привлечь к ним друга вашего сына. Мотивов может быть только два: или вы хотели шантажировать господина Нотта страстью его сына, или намеревались подчинить наследника, а потом устранить родителей, таким образом получив власть над Родом Ноттов. Так какова была причина? Пока Дагда произносил свою речь, Умберто уже сложил два и два и покраснел от ярости, готовый броситься на противника с голыми руками, но его опередила супруга. Она кинулась как дикая кошка на крупного, немного рыхлого мужчину и явно намеревалась выцарапать ему глаза, но сама свалилась на пол и покатилась по траве, громко крича от боли. Толпа замерла, не понимая, что происходит. - Сейчас вы видите действие чар, наложенных на мой мир: госпожа Нотт хотела причинить боль господину Оуэну, и магия вернула ей возможный ущерб в виде болевых ощущений. Если кто-то из вас захочет сломать ногу другому и приступит к намеченному, то сам испытает боль, подобную той, что испытывают во время перелома, - повелитель говорил, любуясь кричащей женщиной как бабочкой особо редкого вида. Она быстро успокоилась, отдышавшись, встала на ноги, отряхнув грязь с дорогой мантии и гордо вскинув голову, и с вызовом посмотрела на Дагду. - Я не скрываю, что хочу убить этого мерзавца и, если у меня получится, то сделаю это. - Достойная речь. Вы сильная женщина, миссис Нотт. Но если вы его убьете, то погибнете сами, а ваш сын останется без матери. Судьба этих людей и так не завидна. Как вы можете заметить, у главы семейства оранжевый рисунок на ошейнике, значит ему нравится сексуальная форма насилия, так что с сегодняшнего дня он станет рабом демонов. Вы же помните, что рассказывают о том, что демоны делают со своими рабами? - лукаво спросил Король. От этих слов стало плохо не только упомянутому мужчине, но и большинству магов, особенно мужчинам, некоторых даже вырвало. Дагда был очень доволен произведенным эффектом. - Но как они смогут проделать с ним все те ужасы о которых вы говорите, если магия не позволит им этого? - не понимала женщина. - Всё дело в намерениях. Ведь можно пытать с любовью в сердце, а убивать из милосердия. Если вы научитесь этому искусству, то в этом мире никто не скажет вам и слова, если вы перебьёте всех его жителей и меня в придачу. Это и есть высшее искусство смерти, которое будут постигать все темные существа и те из магов, кто решится продолжить путь темной магии. Насилуя и пытая этого человека демоны будут обязаны искренне хотеть помочь ему. Они просто покажут ему то, что он нес другим, и таким образом начнут процесс исцеления. Когда он осознает свою проблему и примет своих палачей как учителей и целителей, вот тогда его ошейник и изменит цвет, а он обретет свободу. - Но у моего сына ресунок синий, а не оранжевый. Что грозит ему? - спросила обеспокоенная мать. - Вашего сына привлекает насилие и боль в чистом виде, он познает их в полной мере. Если его повреждение не очень сильное, то поняв, какую боль он причинял, он исцелится и вернется к вам. Но если повреждение затронуло большой кусок души, то у него останется только тот путь, каким прошел господин Макнейр, то есть превратить свою слабость в преимущество. - Я всё же хочу узнать, зачем этот придурок приучал моего сына к причинению боли? - настойчиво спросил Умберто Нотт. - Отвечай, раб, - приказал Король. - Я хотел подчинить мальчишку себе, а потом показать этому чистоплюю, что он не лучше меня. Сам ползает в ногах полукровки и развлекается с маглами, а когда я предложил стать крестным его сына, он отказал мне. Видите ли, я не достаточно хорош для него. Теперь я имею на его мальчишку больше влияния, чем он. Волдо умный мальчик, он правильно всё сделал и убедил этого мелкого сноба в том, что хочет с ним дружить и пригласил провести каникулы в нашем поместье, а остальное было элементарно, - было видно, что у мужчины наболело, и теперь он изливал свою ненависть к главе древнего Рода Ноттов. - Мразь. Ты всегда мне завидовал. Прав был отец, такой, как ты, не достоин дружбы Ноттов, - прошипел Умберто. Не возникало сомнений, что этот итальянец прекрасно разбирается в тонком деле вендетты, что он дождется своего часа и тогда отомстит за пережитый сегодня позор и страдания наследника. - Но ты же говорил, что мы друзья?!!! - со слезами на глазах прокричал обманутый подросток, глядя на своего друга. Подросток, которого раньше звали Волдо, уткнулся взглядом в землю и старался не плакать, но артефакт на его шее не позволил ему помолчать. - Ты и был моим другом. Единственым, - проговорил он так тихо, что многим показалось, что им просто послышалось. - Верь ему, ведь он не может врать, как и ты, - печально сказал Северус. Ему было жалко пацана. Тот был одинок и поэтому поддержал друга, даже тогда когда понимал, что тот предлагает ему что-то не то. Но теперь ничего не изменить, и его будущее в его собственных руках. Северус сам прошел подобным путем и понимал, что иногда именно жестокость является самым простым и эффективным методом, но при этом важна поддержка и помощь. Сын Ноттов посмотрел на своего бывшего декана каким-то шальным взглядом, будто только сейчас узнав его. - Профессор! Что мне делать? - Ты сильный, ты Нотт, так ты говорил? Если это правда, то ты встретишь последствия своих действий с высоко поднятой головой, - серьёзно сказал Северус. Сейчас он был деканом, перед ним был его ученик, и он не мог бросить его на произвол судьбы. Он верил Дагде, но не доверял тем, кому достанется мальчик. - Хозяин. Может, Вы возьмете мальчиков себе? Им же только по четырнадцать! Я боюсь, что у вампиров они не справятся, - обратился к Дагде мужчина. На что получил ответ от хитро прищурившегося хозяина: - Северус, именно поэтому я возился с тобой. Тебе не безразличны твои ученики. Посмотрим насколько? Если хочешь, бери эту головную боль себе, я ими заниматься не буду. Бывший декан Слизерина растерялся. Он не был готов к такой ответственности. За прошедший месяц он оценил, сколько хлопот доставил своему хозяину, а тут два подростка. Их ещё и учить нужно, а как это делать, мужчина не представлял. - Хозяин, но ведь я сам принадлежу Вам, как я могу владеть кем-то? - попробовал отмазаться слизеринец. - Правильно. Ты не можешь ничем владеть, как и все, кто встал на Путь, но это не значит, что ты не можешь обучить мальчишек. Тем более, ты прав, вампиров самих ещё многому придется научить, прежде чем будет можно доверить им детей. Так что решай. Или их берешь ты, или они. Могу только пообещать помочь тебе, если решишься. - Пожалуйста, пощади моего сына! -взмолилась миссис Нотт, кинувшись в ноги Северусу. Она поняла, что есть шанс на то, что её сын попадет в руки не кровожадных вампиров, а своего бывшего декана, уволившегося вскоре после Хеллоуина. - Он ещё так мал! Он не выживет у этих кровопийцев. Пощадите его! Северус не знал, как правильно поступить. Его жизнь не принадлежала ему, и предсказать, что будет с ним через несколько часов он не брался, потому что с таким хозяином, как Дагда, жизнь могла предпринять любой кульбит. Кроме того, у Северуса были определенные планы, связанные с его хозяином, и двое детей могли им сильно помешать. Но глядя на мальчишек в рабских ошейниках, он понимал, что всё уже решено, и он не откажется от детей только потому, что они крепко осложнят его жизнь. Над поляной вновь повисла тишина, все ждали решения Снейпа, и одним из ожидавших был его хозяин. Дагде было интересно, что победит в душе Северуса: эгоизм или дар учителя, а то, что он был у молодого профессора зельеделия, Король не сомневался. За последнее время молодой раб приложил массу усилий для очищения своей души от всего наносного, а Дагда ему в этом помогал всеми силами, и в результате стала заметна душа Воина и будущего Учителя, готового умереть за своих учеников. Северус был идеальным темным магом, у него не будет детей (учитывая его сексуальные наклонности), но у него будет масса наследников, которыми станут его ученики. Именно они станут для него детьми. И сейчас будущий Учитель мог приобрести не двух рабов, а двух учеников и детей. Северус глубоко вздохнул и решительно посмотрел на своего хозяина: - Если вы мне поможете, то я возьму ответственность за этих детей. - Спасибо! Спасибо! - пролепетала Лана Оуэн, вторя искренней благодарности миссис Нотт. Её черный ошейник имел синий рисунок, и для неё не было другого будущего кроме как стать кормом для вампиров, но она с ужасом представляла такое будущее для своего любимого сына. Её муж грубо одернул женщину, и зашипел: - Дура. Лучше пусть достанется вампирам, чем этому полукровке. - Это решать не вам, - спокойно заметил Король. - Вы долго не будете иметь возможности решать что бы то ни было, кроме как относиться к положению, в котором оказались. А сейчас я предлагаю прерваться. День был долгим, и вам не помешает поесть и выспаться. Демоны - дети огня, он подчиняется им без применения дополнительной магии. Благодаря этому им удалось приготовить ужин на всех вас, считайте это подарком от них. Наслаждайтесь едой, после чего я перенесу вас в поселение, предназначенное для проживания людей. Там вы сможете переночевать, а завтра начнете обживаться на новом месте. Кстати, с этого момента магия вам больше недоступна. - Это невозможно! У меня завтра назначена встреча в министерстве, - заявил пожилой маг Клос Бранд, переехавший в Англию ещё во время войны с Гриндевальдом. - Этой встрече не суждено случиться. В ближайшие годы вы все останетесь здесь. По крайней мере до тех пор, пока ваши тела не будут готовы принять тот объем магии, который находится в них. Я не собираюсь отпускать в Англию потенциально опасных магов, ведь вас сейчас не сможет остановить весь аврорат в полном составе. Так что привыкайте к мысли, что это ваш дом, причем надолго. - А как же дети?! Им же в школу! - Мио остался дома. Он не сможет без меня. - Я советую написать директорам школ, в которых они учились, что переводите их на домашнее обучение. Они останутся здесь и получат настоящее образование, а не тот бред, что им преподавали. Ваших детей и родственников я перенесу в этот мир, - жестко отрезал Король. Поднялся невообразимый шум. У всех в Англии были дела, встречи, друзья и любимые, и никто не хотел жертвовать своим положением и связями. Не все семьи явились сюда в полном составе, и тем более аристократы были не готовы бросить все свои дела на неопределенный срок. - Молчать! Я сказал, что вы останетесь - значит останетесь. Это приказ, и он не обсуждается, - прорычал Король, после чего развернулся и ушел, поманив за собой лидеров Детей Смерти и своих учеников. Северус кивнул мальчишкам, и они осторожно последовали за своим новым хозяином, только Сабрина осталась с семьёй. Отойдя подальше от шумной толпы, Король уселся на траву, пригласив своих спутников присоединиться к нему. Тут же к ним подскочил инкуб с подносом, полным нарезанных кусков говядины и свинины, а миленькая суккубка несла второе блюдо, наполненное фруктами и овощами, которые успели найти поблизости предприимчивые демоны. Ни ложек, ни вилок не наблюдалось, в общем, как и тарелок. Аристократы в растерянности смотрели на непривычную еду. Дагда взял кусок ароматного мяса руками и с удовольствием отправил в рот, тут же к нему присоединились Мара и Велемир. Фериат и Анубис не могли разделить трапезу, потому что не ели человеческую еду. Маги иногда охотились, но такая варварская сервировка ставила их в тупик. - Не стесняйтесь. Вам так или иначе нужно есть, а сервированного стола здесь нет, так что вам придется сделать выбор: есть как дикари, или умереть с голоду, - с улыбкой сытого тигра сказал мужчина и заглотил ещё один кусок мяса. Первыми плюнули на воспитание Северус и Волдеморт. Они оба знали, что такое голод, и умели ценить хорошую еду, не взирая на то, как она подана. За ними взял мясо руками Люциус. Тяжелее всего пришлось Нарциссе, единственное, что она смогла заставить себя съесть - это красивые, сочные плоды, похожие на персики. Ели в тишине. Кто-то наслаждался вкусной и сытной пищей, а кто-то боролся с собой, чтобы съесть хоть что-нибудь. Наевшись, Северус подманил мальчишек и приказал стать на колени рядом с собой. К удивлению всех присутствующих, они немедленно подчинились, и хозяин начал кормить покрасневших от смущения рабов с руки. Несмотря на явно испытываемый стыд мальчишки подчинялись беспрекословно, словно их самих тренировали не один год. - Интересно. Что же делал Оуэн со своими рабами, что дети так напуганы и покорны, - философски поинтересовался Дагда, впиваясь зубами в сочный плод. - Если Ваше Величество не против, я бы хотел узнать побольше о том, что вы хотите от моих людей. У меня сложилось впечатление, что вы сказали не всё, когда отдавали мне приказы, - осторожно уточнил Фериат. Он начинал понимать, как мыслит его новый повелитель, но ещё не до конца. - Вы правы. Ваш народ многочислен, но слишком разобщен. Мне не нравится, что вампиры стали заигрывать с демократией, создав ковены и урезав власть князей. Я хочу вернуть вертикаль власти в исходное состояние. Предстоит очень много работы по возвращению власти, и я в этом помогу. Самое главное - созвать глав ковенов и князей семей, а там я предоставлю помощь в достижении поставленных целей, - посерьезнев, приступил к разъяснениям Король. - Когда власть будет снова у князей, нужно провести чистку рядов. Меня не устраивают бессмертные маньяки, склонные к нелогичным поступкам и необоснованным кровопролитиям. Первым вашим указом должен стать “Кодекс о еде”. Ваши дети должны научиться уважать еду, а ещё лучше - войти в симбиоз с дарителями. Это станет первым шагом к их превращению в “высших”. - Ваше Величество. Я должен предупредить, что это вызовет бунт. У меня просто нет такой силы, чтобы подавить его в одиночку, - преклонил голову Фериат. Он и сам понимал, что подобные перемены давно стучались в дверь, но консервативные бессмертные всё никак не хотели меняться и раз за разом уничтожали тех отступников, которые смогли полюбить человека. После того, как такая же участь постигла любимого сына Фериата, которого он создал три века тому назад, князь ушел от дел. Если сейчас удастся провести эти изменения, то это будет не только полезно для народа, застрявшего в прошлом, но и послужит прекрасной местью убийцам сына. - Я могу дать Вам не только силу, но и полное знание о том, чего я желаю. Но плата может оказаться слишком высокой, - с сомнением сказал Дагда. - В чем она заключается? - решительно спросил бессмертный. - Вас может не стать. - Каковы шансы? - Я не знаю. Всё зависит от того, в каком состоянии Ваша душа. Если она не сильно поражена, то вы выживете, если нет - то нет. - Что от меня требуется? - решился вампир. Он был очень стар, и небытие его не пугало, а вот возможность измениться и отомстить была заманчивой. - Всё просто - выпейте моей крови, - улыбнувшись, ответил повелитель. - Если честно, даже я не знаю, что с вами произойдет. До этого никто из богов не позволял вампиру испить своей крови, тем более, если учесть, что я - божество конечной смерти, то бишь полного очищения. Вампир задумался, а остальные замерли, с любопытством ожидая, что произойдет дальше. Через несколько минут красноглазый решительно кивнул. - Для меня будет огромной честью принять Ваше приглашение и отведать Вашей крови, - церемонно ответил Фериат. - Ну, тогда пей, - оголяя шею предложил Дагда, переходя на “ты”. Вампир замялся и неуверенно посмотрел на зрителей. - Простите. Что вот так? У всех на виду? - А что тут такого? Или ты стесняешься? - не понял повелитель. - Нет, мой повелитель, но кормление всегда считалось сродни сексу - интимным занятием. Донор может испытать очень сильные чувства и потерять лицо, - слегка смущенно пояснил князь. - Блин! Вот скажите? Эти пуританские загоны добрались до всех темных народов?!!! - взмолился Дагда. - Почти до всех, Ваше Величество, - смиренно ответил Фериат, ему в подтверждение кивнул Велемир, и вид у волхва был угрюмым. - Вы же дети Смерти и Матушки-природы, для вас такие понятия как “стыд” и “приличие”, должны быть более чужды, чем беременность и роды! Их необходимо знать, но соблюдать среди своих?! Это полный бред! - разошелся повелитель. - Запомните раз и на всегда: “То, что естественно - не безобразно”. И если кто-то из вас ещё хоть раз упомянет об этикете, пеняйте на себя. - Сир. Но кормление не считается естественным процессом, - попытался урезонить Короля вампир. - А с каких это пор потребление пищи стало неестественным процессом? Ты можешь нормально функционировать без крови? - кипятился Король. - Не долго. Где-то месяц, потом нужно впадать в спячку. - Так что ты тут мне рассказываешь?! Или пей, или не морочь мне голову! - поставил точку в дискуссии Дагда. Вампир поклонился, подойдя, стал на колени возле сидящего на траве Короля и обнял его, припав к его шее. Повелитель расслабился, уступая ведущую роль Фериату, отчего картина сразу приобрела интимный оттенок. Зрители замерли. Сцена была и возбуждающая, и отталкивающая одновременно, а протяжный стон повелителя, наполненный страстью, заставил присутствующих, покраснев, отвести взгляды. Хотя далеко не всех: Северус осознал, что ему неприятно смотреть на происходящее - его хозяин не должен никому позволять брать верх над собой, а сейчас он откровенно наслаждался ведомой ролью. В сознании зельевара подчиненная роль была унизительной, как бы много ему не объясняли, сознание меняется очень медленно, вот и сейчас он еле сдерживался, чтобы не кинуться на кровососа, посмевшего посягнуть на святое. Наслаждение, испытываемое Дагдой, только ухудшало дело. Люциус любовался запретным зрелищем со смесью восхищения, возбуждения и страха. Веками маги считали позорным позволить себе накормить вампира. Даже если жертву укусили против её воли, это не считалось оправданием проступка и влекло за собой исключение из приличного общества, как минимум. Но Люциус подозревал, что в основе этого предрассудка лежал страх за собственную жизнь и боязнь не справиться с соблазном и поддаться очарованию древних Детей Ночи. Ведь сейчас ему больше всего хотелось принять участие в этом завораживающем действе. Остальные, не взирая на то, что называли себя темными магами, посчитали наблюдение за своим Королем в столь интимный момент не соответствующим и старательно избегали смотреть в сторону повелителя и вампира. Интимность сцене придавало и положение участвующих в ней лиц, валяющихся на траве в объятиях друг друга. Сделав несколько глотков, Фериат оторвался от шеи Дагды и, застонав, потерял сознание. Тело начало слегка светиться странным кобальтовым светом, меняя древнего. Дагда аккуратно уложил вампира на траву и взял с подноса сладкий плод. - Вот не понимаю: в книжках пишут, что вампиры выпивают из своих дарителей по пол-литра крови, а потом те с ними ещё и всю ночь в постели кувыркаются! Тут грамм сто потерял, а уже слабость и жажда нешуточные. Эти слова вызвали новую волну смущения у зрителей, которые смотрели на разомлевшего повелителя. Весь этот день начинал походить на фарс, и Король со всеми регалиями власти древности, развалившийся на травке в простой магловской одежде, рассуждающий о нереальности порнографических романов с участием вампиров и их жертв, прекрасно укладывался в теорию того, что у них горячечный бред, навеянный странной магией. Осталось выяснить, как развеять эту галлюцинацию, и почему она коллективная? Это состояние затронуло даже Волдеморта и Северуса, а что уж говорить о Блэках и бедных детях, попавших под опеку зельевара? Их психика, ещё не приученная к непредсказуемости Дагды, не справлялась с получаемой информацией, которая заставляла усомниться в собственном здравомыслии и в правильности знаний об окружающем мире. Посмотрев на своих потенциальных учеников, Люцифер тяжело вздохнул и отложил недоеденный плод. - Вы знаете, почему Моисей водил евреев по пустыне сорок лет? Переход к новой теме казался слишком резким и заставил магов вернуться к реальности. Все присутствующие были знакомы с историями, рассказанными в Библии, всё-таки это была единственная главенствующая религия. Но ответа на заданный вопрос у них не было, поэтому они смотрели на своего повелителя в полной растерянности. Это состояние, похоже, становилось у них перманентным. - Понятно, - вздохнул Дагда и заговорил, глядя на костры, горящие в деревне. - Он поставил перед собой цель - создать новый тип нации, отличный от египетского общества, утерявшего большую часть духовности на тот момент. Для этого он выбрал молодой народ, у которого не было никаких перспектив, выучил их мифы и верования и представился им как их лидер. Завоевав их полное доверие и добившись подчинения, он был вынужден увести этот народ в пустыню. На тот момент евреи были не лучше домашнего скота: неразумные, жадные, сластолюбивые, готовые на всё ради простейших материальных благ. Рассказывать им о высотах духа и морали было глупо и нерентабельно. И великий жрец решил проблему просто - он стал гонять их кругами по пустыне на протяжении сорока лет, или трех поколений. Он не рассказывал им великих истин, он заставил их жить по новому, молиться по новому, он написал им их священное писание, заставил заучить наизусть и повторять хором. Он вбивал в них новый образ мышления. Через сорок лет полной изоляции ближний Восток получил уникальную нацию, которая смогла породить Давида, Соломона, Илью, Исайю и ещё множество великих мужей и жен, чьи подвиги простерлись как на духовную сферу, так и на материальную. Этот народ нес заветы Моисея на протяжении тринадцати веков, приумножая его наследие; заряд, оставленный им, стал пропадать только за пару столетий до появления Христа. Страна стала погружаться в пучину невежества и искажений Закона. Пришествие нового Миссии провалилось как раз потому, что у Иисуса не было сорока лет и пустыни, поэтому почти сразу после его смерти его самые близкие ученики извратили его слова и основали новую религию, перевернув всё сказанное Перешагнувшим Грань с ног на голову. Иисус принес Учение о том, как просветлеть, а они с ходу назвали его Богом и узаконили его статус Сына Божьего как уникальный. Хотя сам Христос говорил о том, что все живущие являются детьми господа и обязаны достичь престола своего Отца. И он не говорил, что это надо сделать после смерти! Он ходил по Израилю и говорил всем и каждому: “Посмотри на меня - делай как я!” - но они не понимали его и уж точно не собирались менять привычный образ жизни. Возможно, вы задаётесь вопросом “При чем здесь Моисей и пустыня?”, а всё очень просто: вы - мои евреи, а вокруг меня - ваша “пустыня”, и я не собираюсь повторять ошибки Иешуа и выпускать вас отсюда до тех пор, пока у вас не сформируется новый взгляд на окружающий вас мир. Если для этого потребуются сорок лет - так тому и быть. Некоторые из вас провели со мной много времени, но и после этого они не могут принять малейшее отклонение от привычных норм поведения. Вам было проще прыгнуть за мной в костер, чем просто поесть руками, сидя на траве. Так что с этого дня я возьмусь всерьёз за ваше воспитание, - закончил речь молодой Бог и снова взялся за еду, оставив потрясенных магов наедине с их мыслями.