Шрамы. Возрождение

А дальше была дверь. С виду обычная, металлическая дверь с массивным врезанным замком, открывающемся при нажатии соответствующей комбинации цифр на цифровой панели, которая теперь, при перебоях электричества, не работала. И это стало ещё одним острым камнем, брошенным даже не в спину, а точно в грудь – настолько больно что-то сжалось внутри. Бет перехватила дрожащую руку, нужно быть сильной, они преодолеют эту преграду, ведь есть другой путь, должен быть другой путь! - Другого пути нет, - тихо произнес Мэтт, упираясь головой в прохладную, гладкую поверхность двери после нескольких неудачных попыток подсоединить нужные провода и заставить отвориться проклятую дверь. - Не может быть, - прошептала Бет, отшатываясь назад и натыкаясь на шершавую стену. Её будто пронзила молния, и электрические разряды бегали по её венам, иначе не могла она объяснить жуткую трясучку, обуявшую её тело. - Эй, ты в порядке? – Дэрил сделал несколько неловких шагов к девушке, которая, казалось, ещё больше вжалась в стену. – Выглядишь не важно. - Неужели всё кончено? – Бет знала, что такое нельзя спрашивать, но её отчаяние захлестывало изнутри, затапливало ледяной волной, душило собственными мыслями – она не могла молчать, не могла стоять на месте, кидаясь от одной стены к другой. Она запускала пальцы в волосы и с силой сжимала кулаки, её нервные метания могли стать для кого-то последней каплей, но блондинка вовремя выскочила обратно в коридор, зажимая рукой рот в надежде остановить рвущиеся рыдания. Бет хотелось укрыться в тёмном, скрытом от чужих глаз углу, закрыть глаза и зажать уши, отстраниться от этого мёртвого мира – но она уже есть часть его, такая же мёртвая и безутешная. На глаза попалась полуоткрытая дверь, за которой едва заметно мелькали зелёные и красные огоньки. Девушка осторожно вошла внутрь, предварительно оглядевшись – ходячих не было. Бет оперлась спиной о стену, закрывая лицо руками. Она больше не могла притворяться и терпеть, больше не хотела. В сущности, у них никогда не было никакого пути - они ведь не знали куда идут, а значит теперь продолжать просто нечего. За их плечами ничего нет, кроме бессонных ночей, десятков пройденных километров и сотен убитых ими. Бет казалось, что она вдруг поняла всё - всё было бессмысленно. Она вспомнила дом и то, что его тепла и уюта ничто не заменит. Она вспомнила свою семью и то, что практически вся она мертва. Бет казалось, что умер не только мир, что умерла целая Вселенная, а раз погибло что-то настолько большое и могущественное, как у неё может хватить сил бороться дальше? Ей хотелось умереть. - Это сервер лаборатории, - неожиданно раздалось откуда-то сбоку. Бет резко отвела руки от лица, чуть впереди неё стоял Мэтт, внимательно изучающий одну из панелей. Девушка даже не заметила, как он прошёл мимо неё, что-то неприятное продолжало трепетать внутри, но блондинка всё же подошла поближе, заглядывая за спину парня – ей хотелось получше разглядеть то, что заинтересовало рейдера. - Некоторые провода перерезаны не случайно, кто-то явно был здесь до нас, - протянул Мэтт, перебирая разноцветные кабеля. Бет вдруг стало стыдно за свою слабость, она не одна, кому сейчас тяжело, и совсем не правдивы её мысли - всё не напрасно, ведь кроме ужасного прошлого, которое необходимо похоронить, есть будущее, которое всегда остаётся за людьми. Только вот конец света это не то прошлое, что вычеркивается на календаре чёрным маркером, это тень каждого выжившего, тянущая в бездонную пропасть. - Из-за этого мигает свет? – спросила Бет, не слишком разбирающаяся в электричестве. Разговор слегка отвелкал её, становилось чуточку легче. Парень кивнул. - Чтобы избежать полного отключения электричества, обычно устанавливают аварийные источники энергии, генераторы. Но кто-то подпортил систему – видно, не хотел никого впускать в лабораторию. - Или выпускать из неё, - тихо вставила Бет. - Возможно. Но нам повезло, что этот кто-то был не в ладах с электроэнергетикой, - Мэтт чуть усмехнулся. - Так значит, ты можешь это починить? – блондинка заломила руки и закусила губу – она так быстро выпалила этот вопрос, что не успела подумать о том, что будет с ней, услышь она отрицательный ответ. - Я не электрик, но знаю, как работает такая система, кажется, - парень прошёлся рукой по отросшим волосам, облокачиваясь о стену. В его голове всё ещё бегали различные образы, одни яркие, словно вчерашние, другие совсем стёртые, будто из какой-то прошлой жизни. Видения касались лаборатории, Мэтт отрывками воспоминаний собирал кусочки одной большой мозаики, которая, странным образом, словно вела его к выходу из страшного лабиринта. - И выход есть? - Выход есть, - эхом отозвался рейдер. Из груди Бет вырвался вздох облегчения, забыв про всё, она кинулась обратно к Дэрилу и Оливии, чтобы сообщить им хорошие, даже замечательные, как ей казалось, новости. Брюнетка встрепенулась как птичка после долгого сна, губы её расползлись в осторожной улыбке, похоже, судьба сегодня благоволит им. Лив быстро юркнула за угол, поспешив из уст любимого услышать обнадёживающие слова. - Ты слышал, Дэрил? – Бет сделала несколько шагов к охотнику, который ничуть не изменился ни в позе, ни в лице, оставшись таким же угрюмым и мрачным. – Похоже, у нас есть ещё один шанс. Это ведь здорово, правда? Охотник словно нехотя перевёл свой тяжёлый взгляд на блондинку, Бет тут же осеклась, останавливаясь в паре шагов от мужчины. Он, не переставая, буравил её взглядом, отчего становилось неприятно и даже немного жутко. Раньше девушка совсем терялась рядом с этим мужчиной, пока не поняла, что Дэрил с самого детства корпел над строительством собственного панциря, чтобы отделиться от мира настолько, насколько это возможно. Но теперь у Бет просто нет времени бояться. - Знаешь, эта болезнь не убивает меня так, как это делаешь ты, - тихо произнесла девушка, вновь делая маленький шажок навстречу, Диксон на этих словах чуть дёрнулся, недовольно поведя плечом. – Я не боюсь тебя, я знаю тебя настоящего... ты хороший человек, - Бет останавливается, чувствуя, как горло словно сдавили удавкой, ни единой эмоции она не может прочитать на лице охотника, одновременно в ней закипают и страх, и злость. – Господи, Дэрил, да скажи ты уже что-нибудь, хотя бы из-за сострадания ко мне! Блондинка срывается на крик, занося свои тонюсенькие ручки для удара, в который она желает вложить все оставшиеся силы, может хоть это отрезвит мужчину, заставит сделать хоть что-то. И Диксон делает, без труда ловя на лету руки Бет и осторожно, но с силой, занося их за её спину, одновременно притягивая её хрупкое тело к себе. Дэрил неловко наклоняется вниз и касается губ блондинки, и, чёрт бы их побрал, они опять омыты слезами, и опять он чувствует солоноватый привкус. Но через мгновение мужчина чувствует, что Бет улыбается, переплетая за спиной свои пальцы с его. - Я уже сам не помню себя настоящего, - тихо произносит Дэрил, заглядывая в блестящие глаза Бет, которая на сей раз ничего не говорит, лишь приподнимаясь на цыпочках в желании ещё раз дотронуться до любимых губ.

***

- Я слышала, у нас появилась надежда? – Оливия мягко положила свою руку на плечо парня, не ожидая, что тот мгновенно повернётся к ней, легко обхватывая за талию. Девушка широко улыбнулась, не сдержав усмешки. – Оу, что это на тебя нашло? Рейдер промолчал, бегая глазами по удивлённому лицу девушки, он искал свои потерянные воспоминания, вглядывался, словно в омуты памяти, в глаза Оливии, силясь увидеть там их прошлое. В голове что-то больное стучало, одновременно сжимая виски раскалёнными тисками, Мэтт чувствовал, как пульсирует кровь под кожей, неприятным теплом разливаясь неровными лужицами. Парню казалось, что его мозг буквально вскипал от напряжения, проецируя какие-то обрывки воспоминаний на внутреннюю строну сетчатки, яркие картинки мельками перед глазами, но не единой из их прошлого. - Оливия… - Мэтт замялся, отводя взгляд в сторону. - Я бы так хотел вспомнить Пульсирующие удары не переставали долбить черепную коробку, парень почувствовал, как Лив чуть сжала его предплечья, пытаясь заглянуть ему в лицо, разобрать, что с ним творится. Мэтт сам не знал, что с ним такое, однако разноцветные проводки в сознании ясно сплетались в один единый, ему казалось, что он уже видел эти механизмы, знает, что надо делать. – Я лишь хочу, чтобы ты знала, я не виню тебя в том, что случилось, - продолжил рейдер, взяв в себя руки. - Я… я чувствую, что был с тобой счастлив. Чтобы ни было между нами, я любил тебя, и сейчас люблю. И если бы не этот грёбанный, разваливающийся мир, я бы просил твоей руки снова. – Мэтт замолчал, внимательно вглядываясь в лицо Лив, в её чуть приоткрытые губы, в её дрожащие ресницы. - Мэтт, ты меня пугаешь, - прошептала девушка, пытаясь несколько отстраниться от парня, но тот сделал шаг вперёд, и Лив, вынужденная отступить, упёрлась спиной в стену. Рейдер жадно рассматривал Оливию, словно пытался заново запомнить все её черты, заново узнать и успеть полюбить. Она должна быть для него кем-то большим, кем-то ради кого стоит жить или умереть. - Мэтт? – тихо произнесла брюнетка после минутного молчания, но её голос всё равно дрогнул. Ей вдруг жутко захотелось поддаться вперёд, обнять настолько дорогого ей человека, прижать к себе и больше никогда, никогда не отпускать, но она стояла, не шелохнувшись, словно боясь спугнуть любовь всей своей жизни. - Всё будет хорошо, - шепнул парень, выпуская девушку из некрепких объятий и улыбаясь, но улыбка вышла натянутой и напряжённой, Лив было открывала рот, чтобы расспросить рейдера, но тут в комнату вошли Дэрил и Бет. Девушка обхватила себя руками, хмурясь и отводя взгляд, который натыкается на кучку разноцветных проводов, свившихся между собой словно змеиный комок, Мэтт что-то задумал, что-то нехорошее. - Перезапуск системы позволит открыть все закрытые двери, включая наружные, а это означает, что как только произойдёт аварийное разблокирование, толпа ходячих хлынет в здание. Путь назад будет отрезан уже навсегда, - рейдер внимательно оглядел присутствующих, конечно, никто не ждал, что всё будет легко и просто, но кто знает, какие ужасы могут ждать их за дверью, ведущей на «нулевой этаж»? - Но ведь есть что-то ещё? – Оливия никак не унималась, пытливо глядя на Мэтта. Бет и Дэрил тоже перевели вопросительные взгляды на парня. - Это же просто, - рейдер вдруг хмыкнул. Боль на мгновение отступила, высвобождая из оков тени измученный разум. После нехитрого вопроса всё вдруг встало на свои места, всё, что жило в памяти, все те воспоминания, что хотели быть забытыми, теперь Мэтт понимал почему. Почему не хотел знать выход, почему полагал, что живым без прошлого быть лучше, чем вернуть память. – Когда все двери откроются, и толпы мертвецов войдут внутрь, кто-то должен будет закрыть дверь вручную, иначе всё бессмысленно. А сделать это могу только я. Дэрил понял всё первым. Без всяких «тогда найдём другой путь» или «и так пробьёмся», он уже давно всё понял. Мэтт сделал свой выбор. Охотнику не было жаль парня, он видел смерть многих хороших людей, которые умерли из-за случайностей, невнимательности или нелепых ошибок. Наверное, отдать жизнь за спасение других, по крайней, мере другой – не самая глупая вещь в мире. Мужчины встретились взглядами, чуть кивнув друг другу, этакое немое прощание и напутствие на удачу, они, не произнося ни слова, сказали всё, что хотели. Диксон бесшумно скрылся за дверью, напоследок мелькнув ангельскими крыльями на спине. Мэтт ухмыльнулся про себя, надеясь, что этот угрюмый ангел-хранитель сможет спасти хоть кого-то из оставшейся группы. Бет искоса проводила Дэрила взглядом, ей бы тоже научиться быть такой непробиваемой. Ей вдруг жутко захотелось точно так же выбежать за дверь, больше не встречаясь глазами ни с кем, но она не могла так поступить. Неловко блондинка подошла к Мэтту, изобразив на лице подобие улыбки – что сказать она не знала. Тонкие руки сцепились за шеей парня, Бет почувствовала, как и парень обнял её в ответ. - Удачи, Бет, - шепнул ей рейдер, отпуская боевую подругу. Девушка кивнула, быстро отворачиваясь и делая несколько больших шагов к выходу – в этот раз слёзы сдержать не удалось, благо за порогом её встретила жёсткая жилетка, в которую можно вдоволь наплакаться, сейчас можно быть слабой, Дэрил тоже понимает это, обнимая блондинку за плечи, никто ведь не знает насколько долгим ещё может оказаться их путь. - Я не могу опять потерять тебя, - Оливия не плачет, она лишь сжимает кулаки и стискивает зубы – наивно верит, что Мэтт всё же откажется от своей затеи. – Или я останусь с тобой. Ты ведь знаешь… в болезни и здравии… пока смерть не разлучит нас… - Мы не женаты, - рейдеру вдруг стало трудно говорить, напускная бравада медленно испаряется, ему тоже страшно и умирать совсем не хочется, но это единственный шанс сделать что-то хорошее в той жизни, что началась после потери памяти. Когда он перестал быть Мэттом, а стал Сычом – убийцей, вором, мародёром. Это его шанс искупить грехи, по крайней мере, ему так легче думать. – Просто иди. Я прошу тебя. По испачканной щеке Оливии бежит одинокая слеза, она настолько опустошена, что уже ничего не чувствует. Внутри словно пробушевал ураган, который смёл все чувства, унеся их куда-то очень далеко. Она подходит к парню и целует того в губы так, как кажется не целовала никогда. Так сладко и так горько, так страстно и так отчаянно. Это их последние минуты наедине, минуты страшного прощания, одетые в похоронные сюртуки.

***

Оливия вышла из дата-центра ещё бледней, чем обычно и слегка шатаясь. Бет к тому времени уже успела привести себя в относительный порядок, и они с Дэрилом обменялись лишь кроткими взглядами, наполненными грустью. - Пора, - тихо произнёс охотник, поправляя лямку арбалета. Брюнетка кивнула, не поднимая глаз, направилась к двери, которая должна была вывести их свету и счастью. Оливия понимала, что куда бы ни привёл их выбранный путь, она уже никогда не будет счастлива. Она не только разбита на кусочки, она стёрта в порошок и развеяна прахом по ветру. Это прах по погибшим и убитым, всем тем, кто умер совсем не так и совсем не за то. Это беззвучный реквием, играющий в душах троих, которые молча, по инерции продолжают двигаться дальше. Время потеряло свою текучесть, невозможно было понять, сколько они стояли в ряд, буравя взглядом неработающую цифровую панель. Они стояли в полной тишине минуту, а быть может и все десять, прежде чем начался перезапуск системы. Отключился свет, напоследок резанув глаза яркой вспышкой - раздались мерзкие дребезжащие звуки. Красный, аварийный свет рассеял тьму, разогнал чёрные сгустки по углам - резко взвыла сирена. Железная дверь покорно отъехала в сторону, представляя взглядам вполне обычную металлическую лестницу, ведущую вниз - в бездонную пропасть. Слишком отрывчато всё воспринималось сознанием, путники по той же инерции двинулись вперёд, и стоило им скрыться во тьме, откуда-то сверху донесся звук выстрела. Оливия мгновенно остановилась и уже начала оборачиваться назад, но её локоть сжала крепкая, мужская рука. - Он сделал свой выбор, - Дэрил почти силой потащил упирающуюся брюнетку дальше, пока они не вышли на небольшую площадку, освещённую теплым, желтоватым светом. Сверху послышался скрип закрывающейся двери, металлический лязг и ещё один выстрел. Повисла тишина, прерванная щелчком взводимого курка. Диксон перевёл взгляд в сторону звука и увидел холодное дуло револьвера, смотрящее охотнику прямо в лицо. - Добро пожаловать!