Blind To Notice

В третий раз Какаши обратил внимание на Ируку, когда ему понадобилось найти Анко. Парочка тренировалась на самом дальнем полигоне и, судя по тяжёлому дыханию, изрядно выдохлась. Не желая пропустить столь редкое зрелище, он решил понаблюдать, и, устроившись на дереве, немного приглушил чакру, чтобы лишний раз не светиться. Застать Анко за тренировками было делом привычным, так, что когда Хокаге сообщил, что отправляет их напарниками на миссию ранга «S», Какаши первым делом отправился проверять полигоны… Будучи в настроении, Анко могла тренироваться сутки без отдыха, отдаваясь процессу с невиданным энтузиазмом. Возможно, что в такой одержимости отчасти был виноват Орочимару, а она, как известно, была единственной выжившей из его учеников... Но увидеть Умино Ируку в числе её спарринг–партнёров… вот это настоящий сюрприз! Они были в настолько разных «весовых категориях», что с её стороны выйти против чунина смотрелось подлостью… Размышления Копирующего прервал чересчур громкий в тишине звук удара, это Ирука, улучив момент, врезал куноичи в грудь ногой. Какаши поморщился. Анко же на секунду согнулась, а потом кинулась в атаку с ещё большим рвением. Всё–таки не зря она с удовольствием надевала полупрозрачный сетчатый топик; для некоторых ударить такую красоту, что самому себе между ног врезать… немыслимо. Ирука, увернувшись от неслабого пинка, сориентировался и вовремя заблокировал удары, направленные в голову и основание шеи. Защищаясь, он пропустил момент, когда Анко попыталась свалить его на землю хорошо продуманной подсечкой. Не дожидаясь финального пинка под рёбра, Ирука встал, но оказался слишком открытым, чем Анко и воспользовалась, кинув в него пару сюрикенов для отвлечения и столько же в пространство. И одна из звёздочек своей цели достигла – пролилась кровь, но на неё никто не обратил внимания. Такие раны шиноби, обычно, называли царапинами и даже взглядом не удостаивали. Тем более, что через пять минут от пореза не останется и следа: чакра плюс минимальные медицинские навыки – и ты снова в строю. Второй сюрикен срезал у Ируки длинную каштановую прядь, но он и тут бровью не повёл. В следующее мгновение его лицо озарила злая усмешка, Анко нахмурилась. Какаши словно очарованный смотрел, как Ирука, резко оттолкнувшись, запрыгнул на дерево. Три куная воткнулись в землю практически перед носом Анко, но ей хватило ума вовремя отпрыгнуть в сторону… Увы, она не заметила сеть взрывчатых печатей, нанизанных на тонкие нити чакры. Стоило Ируке дёрнуть за них, как раздались множественные взрывы, после которых Анко пришлось постараться, чтобы сохранить шевелюру. Пока она отплясывала дикий танец, уворачиваясь от языков пламени, Ирука кинул в неё сюрикен, но тот предсказуемо отскочил от металлических колец её топика. Взгляд Анко пылал праведным гневом, но она всё ещё держала себя в руках. Ирука тяжело дышал. Лёгкие горели, в боку неприятно покалывало, но прекращать спарринг он и не думал; сейчас он пытался одолеть противника грубой силой, что было ему не свойственно – обычно он привык побеждать с помощью хитрости, именно она была его сильной стороной. Не грубость. У большинства же шиноби дела обстояли с точностью до наоборот. Действуя на отвлечение, он демонстративно дёрнул пальцами. Анко тут же попыталась взять победу голыми руками и, рванувшись, едва уловимым движением оказалась у него за спиной и вывернула ему руки, крепко прижав к себе. Какаши с удовольствием отметил, что из плена Ирука освободился буквально через мгновение и, ни на секунду не замешкавшись, сбил Анко с ног, для верности прижав её к земле собственным, отнюдь не маленьким, весом. На что она ответила чисто женским приёмом, впившись в руку зубами. Ирука зашипел от боли, чем она и воспользовалась. Бой закончился. Анко гордо восседала на поверженном противнике, зафиксировав его руки за спиной, впечатав носом в грязь и прижимая к загорелой шее кунай. Оба тяжело дышали, что не мешало им выглядеть донельзя довольными. – Ирука, ты был близок, как никогда! – рассмеялась Анко, наконец выпуская его из плена. – Но – почти! Потому, что ещё не настало то время, когда меня сумеет победить хоть один чунин. Даже ты! Ирука сначала улыбнулся, а потом и вовсе расхохотался. Теперь Какаши с уверенностью мог сказать, что между ними не было вражды. Анко иногда была резковатой, но судя по реакции Ируки, он знал её достаточно долго, чтобы смотреть сквозь маску. Схватка Копирующему понравилась. Очень. Дождавшись, когда с него слезут, Ирука встал. – Не спорю, – фыркнул он, пытаясь очистить грязь со штанов. – Кстати, когда ты успела набрать вес? Мне было бы гораздо легче, если бы ты не была такой тяжёлой. Какаши чуть не поперхнулся. За некоторые замечания куноичи могли и по шее дать. Причём в полную силу и без предупреждения. – Не смей называть меня толстой! – Анко впечатала кулак в дерево, прямо над головой Умино. – Тебя победили опыт и развитые мускулы! – Сказала женщина, которая половину свободного времени не расстаётся с палочками данго, – поддразнил Ирука. Анко попыталась дать ему оплеуху, но в результате оказалась прижатой к чужой груди... Какаши, подумав, что сейчас идеально неудобное время, чтобы передать ей приказ Хокаге, спрыгнул с дерева и, откашлявшись, попытался привлечь внимание сладкой парочки. – Извините, что прерываю в столь интимный момент, но я по делу. Хотя… могу вернуться и попозже… – от его многозначительной паузы так и веяло неприличными намёками. Недоумение на лицах голубков доставило ему отдельное удовольствие. И неизвестно, кому повезло, что он в маске – его ехидная улыбка понравилась бы им ещё меньше… Скрипнув зубами, Анко едва ли не отпрыгнула от Ируки, в чьих объятьях успела порядком разомлеть. – Это не то, что ты подумал, – буркнула она, уперев одну руку в бок и окинув Копирующего неприветливым взглядом. Они были равными по силе, но Хатаке старался лишний раз не задевать вспыльчивую коллегу: не то, чтобы боялся, но попасть на ковёр к Ибики желанием не горел. Пока дзёнины практиковались в гляделках, Ирука постарался привести себя в божеский вид и даже успел поправить пострадавшую причёску. – Да, – согласился он с Анко, – это совсем не то… – и расплылся в хитрой улыбке. – Всего лишь сотая доля того о чём она мечтает. Какаши автоматически скользнул взглядом по крепкой фигуре. Уставшая Анко ограничилась неприличным жестом. Ирука фыркнул и, подойдя к Какаши, заговорщически прошептал ему на ухо: – На самом деле она согласна, просто стесняется. Заметьте, даже не закричала в ответ. Единственное, что действительно заметил Хатаке, так это залитую румянцем загорелую кожу – у Ируки покраснели не только щёки, но и уши с шеей. – Было бы на что зариться, кожа да кости! – не растерялась Анко. Какаши промолчал, удивлённый наглостью Ируки; ему вообще не понравилось видеть Умино флиртующим. Не успел он моргнуть, как Анко, возмущённая последними словами Ируки, начала гонять его по поляне, совершенно позабыв о зрителе в лице Хатаке. Запыхавшись, но так и не дав обидчику в лоб, она смилостивилась и вновь обратила внимание на коллегу. – Прости за этот цирк, Какаши, – она внимательно взглянула на него. Надо сказать, что Анко была из тех редких счастливцев, что видели его без маски и не придавших этому событию никакого значения. В отличие от того случая, сейчас она не отказалась бы видеть его глаза. – Сандайме ждёт на инструктаж, – сказал Копирующий, не любивший распространяться о подробностях миссий при посторонних. Тем более, что большинство из них носили ранг «S», то есть были секретными. Знавший эти нюансы Ирука понял невысказанное с полувзгляда. Анко мельком взглянула на него и понимающе кивнула Какаши. Покачав головой Ирука, подошёл к ней и заключил её в крепкие, но нежные объятья. Хатаке удивился только тогда, когда она обняла в ответ. Несмотря на своё довольно легкомысленное поведение она не любила случайных прикосновений, даже дружеских хлопков по плечу. Но с Умино обнималась без напряга и с видимым удовольствием. В тот момент Копирующий понял, что ничего сексуального в жестах парочки не было и в помине. Они вели себя, как члены одной семьи: слишком раскованно для друзей, но и не как любовники. Естественно, Какаши понимал, что подслушивает не предназначенную для его ушей беседу, но затыкать уши не собирался. – Просто вернись на своих двоих, ладно? – прошептал Ирука ей на ушко. В его голосе было ровно столько беспокойства, чтобы Анко не посчитала, что он сомневается в её способностях. В конце концов, она получила звание дзёнина не за красивые глаза, а заработала упорным трудом, – Сандайме упоминал про эту миссию. Хатаке просто необходим напарник. – Не трясись, братишка! – Ты всегда так говоришь. – И всегда оказываюсь права. Ирука потрепал её по волосам, за что и получил возмущённый взгляд. – Ты безнадёжна, – отпустив Анко, Ирука повернулся к Копирующему, который усиленно делал вид, что читает книгу. – Нет, вы слышали её? – сенсей возвёл очи к небу. – Хатаке, надеюсь, что и вы вернётесь целым. И, если не трудно, проследите, пожалуйста, чтобы она не слишком увлекалась! Какаши переглянулся с Анко и коротко кивнул. Сложив печати, дзёнины телепортировались в штаб. Не обнаружив никого перед офисом Хокаге, Копирующий вопросительно выгнул бровь. – Он всегда так волнуется… Глупый! – фыркнула Анко, убирая оружие в набедренную сумку. На Хатаке при этом она не смотрела. Интересно. Какаши решил, что подумает над услышанным и увиденным попозже. Ирука оказался гораздо многогранней, чем он предполагал. Но – всё потом. Миссия прежде всего.