runway freaks

После долгих часов раздумий и размышлений над словами Криса ЧанЁль наконец-то заснул. К сожалению, уже через два часа парня разбудил будильник Бекхёна, который наигрывал какую-то песню Girls' Generation. ЧанЁль знал, что выглядит дерьмово, ему даже не нужно было зеркала, чтобы понять, что под глазами у него не то чтобы мешки, а целые чемоданы. По привычке ЧанЁль начал сильно тереть заспанные глаза, чтобы побыстрее проснуться, из-за чего они стали ещё более опухшими. Бекхён уже принимал душ (что было странно, так как обычно он позволял ЧанЁлю первым идти в ванную), так что парень провалялся в кровати ещё двадцать дополнительных минут. – ЧЁРТ ТЕБЯ ПОБЕРИ, ПРОСЫПАЙСЯ! – заорал Бекхён прямо ЧанЁлю на ухо. Парень тут же вскочил с постели и буквально налетел на злого друга. И даже несмотря на то, что крик Бекхёна был не самым приятным звуком, который хочешь услышать с утра, ЧанЁль всё же был рад, что друг прекратил эту молчаливую войну. – Давай просто собираться на работу, – сказал менеджер. Бекхён оглядел друга с головы до ног и презрительно цокнул языком. ЧанЁль был всё ещё в своей пижаме: растянутой футболке и боксёрах. Боковым взглядом он мог видеть своё отражение в зеркале, и парень понял, почему Бекхён недоволен. ЧанЁль был далёк от того идеального образа, в котором должен предстать на сегодняшнем показе. Бекхён громко вздохнул, выражая своё раздражение, и направился к сумке ЧанЁля. Он пнул её, чтобы не наклоняться и не переворачивать сумку, и расстегнул молнию. Сейчас Бекхён сам на себя не был похож из-за того, что вёл себя так нервно. ЧанЁль мог только наблюдать за другом издалека и не мешаться под ногами, иначе Третьей Мировой Войны было бы не избежать. Бекхён достал небесно-голубую рубашку на пуговицах и лимонно-зелёные узкие джинсы и без какого-либо предупреждения бросил их ЧанЁлю. – Умойся и надень это. Ровно через десять минут я буду делать тебе причёску, так что тебе лучше поторопиться, потому что моё терпение сегодня действительно ограничено. ЧанЁль просто кивнул и убежал в ванную комнату. После того, как Бекхён выпрямил волосы ЧанЁля (он обжёг его два раза и даже не извинился), он размазал огромное количество тонального крема по лицу друга. – Думаю, сойдёт. Я не могу сделать лучше, так что смирись с этим. Поездка до места, где должен был проходить показ, психологически ранила ЧанЁля. Всю дорогу он продолжал бросать обеспокоенные взгляды на Бекхёна, который, скорее всего, делал вид, что не замечает этого и просто смотрел в окно на безоблачное небо. Когда они прибыли, на улице уже была огромная очередь фанатов, которая загородила вход для персонала. Машина, в которой они приехали, была с тонированными стёклами. Но, думаю, это же очевидно, что каждый раз, когда машина с тонированными стёклами въезжала на парковку, где фанаты ожидали появления какой-либо звезды, все тут же бросались к автомобилю, прижимались лицами к тонированным стёклам и пытались сфотографировать человека внутри машины. К счастью, ЧанЁль был не так известен в Китае, так что он надеялся, что сможет спокойно добраться до входа. Будь он Крисом, всё было бы намного сложнее. Они вышли из машины и направились к двери для персонала через своеобразную аллею, которую сделали охранники, чтобы защитить парней от бешеных фанатов. По пути к двери ЧанЁль не сдержался и начал дружелюбно улыбаться и махать своим поклонникам. Он даже остановился перед камерой и сделал знак "мир". Тогда Бекхён подошёл к нему, схватил за запястье и потащил прочь. – Не позволяй им сделать слишком много фотографий с тобой! Ты же не хочешь, чтобы тебя увидели таким? Разве ты не можешь додуматься, что уже через две минуты всевозможные сайты будут вещать, что у тебя проблемы с кожей и ты не можешь скрыть круги под глазами, а потом они начнут обсуждать и придумывать причины, почему ты не выспался. И в итоге разразится очередной скандал, из которого мне снова придётся тебя вытаскивать. – Воу, воу, успокойся... – сказал ЧанЁль, пытаясь звучать спокойно. – Подожди! Ты беспокоишься обо мне? – Нет! – огрызнулся Бекхён. – Я просто предупреждаю тебя. Ты с такой лёгкостью доставляешь мне всё новые проблемы. А сам даже не понимаешь этого! – Прости... Я правда не хотел. Думаю, я просто невнимателен. – Эй, ребята! Я так рад вас видеть! – окрикнул парней знакомый дружелюбный голос, доносящийся с другого конца коридора. ЧанЁль обернулся и подбежал к своему другу и дизайнеру – Ким Сухо. Он не удержался и обнял его, отрывая миниатюрного модельера от пола. Сухо хихикнул и терпеливо подождал, когда ЧанЁль поставит его обратно на твёрдую землю. Сейчас, когда Сухо увидел ЧанЁля и Бекхёна, парень тут же явил всему миру свою ослепительно-белую улыбку. Казалось, он искренне рад видеть друзей. – ЧанЁль! Каждый раз, когда я вижу тебя, мне кажется, что ты стал выше ещё на один сантиметр! Когда же ты перестанешь расти в высоту? – Эм... Думаю, я перестал прибавлять в росте несколько лет назад... – Нет, нет, нет, нет, нет! Мужчины перестают расти в тридцать лет! Я где-то это прочитал! – ответил Сухо, заливаясь кристально чистым смехом. ЧанЁль улыбнулся и взглянул на Бекхёна. Тот просто смеялся вместе с Сухо, легко похлопывая того по плечу. ЧанЁль изумлённо уставился на сию картину. Парень снова был в замешательстве. Почему он так отвратительно относится ко мне, зато дружелюбен по отношению к другим? Они зашли в помещение, в котором ЧанЁль ни разу раньше не работал. Оно было китайских размеров или, другими словами, очень большое и, если бы за плечами ЧанЁля не были годы модельной карьеры, парень был бы впечатлён. Они зашли в довольно просторную и хорошо освещённую раздевалку. ЧанЁль был рад, что принял предложение об участии в этом показе. Он знал, что здесь были потрясающие условия для работы, а также знал, что показ будет очень успешным. Он просто чувствовал это. – Позволь мне представить тебе других моделей. О, конечно же, Криса ты уже знаешь. Вместе со мной он будет заканчивать показ. А это Лухан и Тао. Они новички, но уже довольно успешны среди публики. А этот кореец – самый младший среди нас, и его зовут Сехун. Пожалуйста, поладьте друг с другом! – Сухо сопровождал свою речь яркими улыбками и восторженными махами руками. ЧанЁлю всегда нравилось работать с таким чудесным "боссом". ЧанЁль поприветствовал других моделей. Парень, которого, кажется, звали Лухан, поклонился ему в ответ. У него было кукольное лицо с жемчужно-белой кожей, а огромные глаза делали парня ещё милее. Единственное, что немного встревожило ЧанЁля – это озорной блеск в глазах парня, из-за чего Пак подумал, что Лухан не так уж и прост. Кореец Сехун, если ЧанЁль правильно запомнил его имя, стоял, положив одну руку на бедро, его лицо не выражало никаких эмоций. Он выглядел немного суровым из-за этих густых бровей, но что-то в его внешнем виде говорило, что он был добрым, хотя и замкнутым. Другая модель сейчас приветствовал Бекхёна. И снова Бекхён был добр ко всем, кроме ЧанЁля. Тао был высоким, тёмным и злым на вид. Короче говоря, полная противоположность ЧанЁля, за исключением роста. Парень решил, что Тао ему не нравится. Он в этом только убедился, когда парень расплылся в улыбке, приветствуя Бекхёна в ответ. ЧанЁль мысленно отругал себя за это и пообещал, что не будет судить бедного парня прежде, чем не узнает его лично... ну, по крайней мере, он постарается. А затем началась суматоха, все начали сновать туда-сюда, готовясь к предстоящему показу, начались бесконечные репетиции. Моделей одели и накрасили, ознакомили с подиумом, заставив пройтись, наверное, миллион раз по нему под сопровождение какой-то динамичной музыки. У ЧанЁля было три разных наряда, но все ярких цветов. Парню они понравились. Сухо был одним из тех талантливых дизайнеров-новичков, которые сделают маленькую революцию в индустрии моды. ЧанЁль гордился, что может представлять одежду от Ким Сухо. После долгих часов репетиций и примерок, парикмахер зачесал волосы ЧанЁля назад с помощью воска, а потом им занялся визажист. Итак, наконец-то шоу началось. На сцену напустили немного дыма, так чтобы это было похоже на туман, из которого будут появляться модели. ЧанЁль первым вышел на сцену, на нём были белоснежные брюки и такая же белая рубашка, а на плечи был накинут ярко-красный кожаный пиджак с леопардовым принтом. Дойдя до конца подиума, он приподнял свои очки, улыбнулся публике, снял пиджак и, небрежно перекинув его через плечо, направился к кулисам. Парень переоделся, и на этот раз, шагая по подиуму, он улыбнулся своей фирменной улыбкой с высунутым языком, и тогда публика просто взорвалась аплодисментами. ЧанЁль хотел бы, чтобы Кай был здесь и видел его успех. Конечно, третий наряд был самым впечатляющим. Парикмахер снова выпрямил волосы ЧанЁля, а на голову надел огромную голубую шляпу с чуть загнутыми полями. Также на нём был надет розовый смокинг с белой бабочкой, а поверх был накинут плащ того же цвета, что и шляпа. На зрителей произвело впечатление, когда ЧанЁль вышел на подиум в этом костюме, так как плащ очень эффектно смотрелся на фоне белого дыма. Дойдя до края подиума, парень снял шляпу, согнулся в поклоне на все девяносто градусов, выпрямился и, озорно подмигнув зрителям, пошёл обратно, осторожно держа шляпу в руке. Из-за кулис ЧанЁлю открывался прекрасный вид на подиум, а это означало, что он мог понаблюдать за своими коллегами. На подиуме Лухан превращался в легкомысленного ребёнка, кокетливо крутя бёдрами и тем самым поддразнивая зрителей. Сехун выглядел серьёзным, прямо как профессиональная модель. Он излучал много харизмы для кого-то столь молодого. Тао был тёмным и таинственным, и ЧанЁль не мог не обратить внимания на тот восхищённый взгляд, который Бекхён бросил на модель, когда Тао проходил мимо. И, наконец, последний по счёту, но не по важности, Крис справился со своей работой просто потрясающе. Он и Сухо идеально завершили показ, когда двое парней стояли на краю подиума, а за их спинами все модели выстроились в одну линию. Сухо помахал зрителям, произнёс свою речь и получил такое количество цветов от зрителей, что смущённому, но не показывающему это Крису пришлось понести часть полученных подарков. И, наконец, дизайнер повёл своих моделей к кулисам.

* * *

Вся группа отправилась в ресторан, чтобы отметить ошеломительный успех этого показа. ЧанЁль сидел между Крисом и Луханом, в то время как Бекхён находился напротив Криса, по бокам от него сидели Сухо и Тао. ЧанЁль старался сосредоточиться на разговоре, но ему неинтересно было слушать чепуху, которую говорил Лухан, заставляя с виду спокойного Сехуна валяться на полу от смеха. Крис говорил о модельном бизнесе с, кажется, Сухо и Бекхёном. "Кажется" потому, что Крис загородил весь обзор своей широкой спиной. А также в разговоре участвовал наш драгоценный Тао, который оказался не таким уж тихим и загадочным, хихикая над чем-то. Впервые за много лет ЧанЁль не мог насладиться едой и её вкусом. Все угощения на вкус были как пыль, поэтому он чуть не взвыл, когда обмакнул ролл в какой-то очень острый соус и положил его в рот. В какой-то момент ЧанЁль снова погряз в своих не таких уж радужных мыслях. И в тот же момент Бекхён и Тао встали из-за стола и направились к выходу. Они помахали оставшимся на прощание. – Куда вы уходите? – чуть вздрогнув, спросил ЧанЁль. – Мы с Тао идём в бар, который я очень хотел посетить, – ответил Бекхён на вопрос друга, в его голосе скользило лёгкое раздражение. – Я с вами! – заявил ЧанЁль, но его остановил Крис, крепко схватив парня за плечо и тем самым удерживая на месте. – Что я тебе говорил вчера? – сквозь сжатые зубы спросил он друга достаточно тихо, чтобы его смог услышать только сам ЧанЁль. – О чём ты? – Тебе он нравится, так ведь? – Мне? Нравится Бекхён? Да не смеши меня! – ответил ЧанЁль, с тревогой наблюдая, как дверь ресторана закрывается, скрывая уходящих Тао и Бекхёна. – И? Если тебе он не нравится, ты не имеешь права заявлять, что он твой. Оставь его. – Оу. Да, ты прав, – ответил парень, нервно улыбаясь.

* * *

ЧанЁль наконец-то вернулся в комнату отеля. Он хотел собрать сумку, так как уже завтра им предстоит лететь обратно в Корею, но всё закончилось тем, что парень начал раздражённо пинать ни в чём неповинную сумку своими длинными ногами. Он сел в кресло и постарался успокоиться, но не смог просидеть на месте и тридцати секунд. Поэтому он снова встал и начал ходить туда-сюда, прямо как загнанный в клетку лев. Картинки в его голове быстро сменяли друг друга, но все они были чем-то похожи. Бекхён смотрит на Тао, Бекхён улыбается Тао, Бекхён смеётся, Бекхён не обращает на него внимания, Бекхён, Бекхён... Бекхён. Бекхён? ЧанЁль схватился за голову и начал яростно мотать ей, безрезультатно пытаясь выбросить все эти назойливые картинки из своей головы. Он был так занят своими мыслями, что не услышал звук открывающейся двери. Только холодный воздух из коридора заставил его поднять голову и посмотреть на Бекхёна, прощающегося с Тао. Друг закрыл дверь и направился прямиком в ванную, даже не взглянув на согнувшегося в кресле ЧанЁля. Но он был достаточно быстр, чтобы успеть поймать друга за запястье. Бекхён попытался высвободиться, но хватка ЧанЁля стала только сильнее. – Ты хорошо провёл время? – голос ЧанЁля дрожал из-за еле сдерживаемого гнева, и он понял, что это, должно быть, выдаёт его. – Да. Просто прекрасно. – Тебе нравится Тао? – он не подумал, прежде чем сказать эти слова. Они просто сами сорвались с губ ЧанЁля. – Что? – Бекхён недоверчиво взглянул на друга. – О, понятно. Так вы целовались? – ЧанЁль, отпусти меня! – Бекхёну удалось высвободить уже онемевшую из-за крепкой хватки ЧанЁля руку. – Это не твоё дело! – Нет, это касается и меня тоже! – С чего бы это? Вдруг выражение лица Бекхёна изменилось. Он пристально взглянул на ЧанЁля, прожигая того взглядом. – ЧанЁль? Может быть, ты... ты... ревнуешь? Мозги ЧанЁля уже давно ушли в отпуск, а решения за них начало принимать сердце. И посрать на последствия! – ДА! ДА, ЧЁРТ ВОЗЬМИ, Я РЕВНУЮ!

Продолжение следует...