Типа друзья

Огромное спасибо "Кавайному нечто" за оказанную помощь) Чувак, ты реально крута)) ***

В жизни есть конец всему. Любви… Друзьям… Страданьям… Но нет конца лишь одному — Воспоминаниям…(с).

Она не должна была слышать его откровения. Просто не должна была. Это – нонсенс. Досадное упущение и… он просто поддался эмоциям, разговаривая с… человеком. Нельзя. Потому что Изая не обнажает душу ни перед кем, не рассказывает о своих задумках (Намие – исключение), не занимается благотворительностью. Ибо так люди становятся уязвимее, слабее, тривиальнее. Так их предают, вставляют нож в спину. Но именно в тот день, когда самая обычная сделка сорвалась, когда один из людей Зака едва не прострелил ему плечо, захотелось поговорить. Хотя, нет. Дело было совершенно в другом. Парень все еще не мог смириться с Ее смертью. Пять лет назад, день в день самое дорогое на свете существо скончалось. Суицид. Чертовка сиганула с крыши многоэтажки, на прощание махнув рукой. И это было настолько красивым, трагичным и болезненным, что сердце в груди запорхало. Забилось с удвоенной силой, норовило прорваться наружу. Тук-тук, тук-тук… и конец. Орихара смотрел на то, как умирает его первая любовь, широко распахнутыми глазами. Сжимал руками металлические перила. Девушка, на удивление, с прекрасным и благоговейным выражением лица в луже крови, улыбалась. Черные волосы и школьная форма, а еще пробитая голова и с десяток переломанных костей. Она была безумно красива. И останется таковой навсегда. Но эта, казалось бы, мерзкая и отвратная картина навсегда въелась в память гения, как одно из лучших/худших воспоминаний. Японцу до нервной дрожи хотелось знать: что или кто заставил возлюбленную поступить так. Идея-фикс! А дальше ученик за учеником под прицелом, масса сложных ситуаций и огромное количество нелепых сообщений в чате. А ведь когда-то Изае было всего семнадцать лет, и он хотел стать нормальным. Грезил о том, чтобы люди перестали смотреть со страхом во взгляде, шарахаться от него, прятаться и бежать чуть ли ни в другую страну. Но, черт возьми, информатора угораздило увлечься самой чокнутой и взрывной в мире девушкой, однажды пересекнувшись с ней в коридоре. Их «вместе» началось с фразы «Да, чтоб тебя, мерзкий косорукий ублюдок, в анал тюлени отымели!», а закончилось «Я ненавижу эту жизнь, но так сильно люблю тебя». Глупо, нелепо. Ее звали Майя, и она мечтала о смерти. Ее звали Майя, и она превратила Орихару в монстра. А теперь появилась Айка. Почти полная противоположность его первой, незабываемой любви. Компактная блондинка с вечно-путанными волосами и дурацким «чувак!». Такая позитивная и забавная девушка, вызывающая улыбку на лицах окружающих ее людей, говорящая кучу всякой похабной и совершенно пустой ерунды, глядящая на мир сквозь розовые очки. Она его бесила. Может, потому что не боялась – была чересчур глупа, а, может, потому что не хотела мириться со всеми ужасами этой жизни. Брюнет не знал «почему», просто ему не нравилась именно эта двадцатилетняя особа, именно ее походка, именно ее запах. Он любил людей, кого-то меньше, кого-то больше. Ненавидел лишь Шизуо, но тот совершенно не был человеком. Зверем, монстром. «Тебя ненавидят люди, Орихара! Это ты – жалкое ничтожество, чудовище! Сдохни уже, наконец!» Парень выдохнул, развалившись на диване. Где-то на кухне хлопнула дверца холодильника, и послышался звон тарелок. - Я буду курицу жрать! – отозвалась Айка. – А ты? Орихара усмехнулся, не понимая, что эта женщина до сих пор делает в его квартире. Почти три с половиной месяца живет бок о бок с опасным и хитрым информатором. И в уме до сих пор звучал вопрос, на который Изая так и не дал себе ответ: «Тебе не нравится то, что милая крошка, все же, нравится тебе, или то, что ты совсем не нравишься ей?». А черт его знает. Возможно, нужно просто больше времени. Но… Как бы выглядела японка на асфальте, в луже собственной крови? Красиво или не очень? Проверим?