Прекрасный Эсмэ

Когда наступили серые сумерки, терпение Короля Виромира истощилось окончательно. Он уже думал о том, чтобы наплевать на все приличия, войти в комнату Королевы и поторопить целителей. Сколько можно ждать? Неужели роды у женщины могут длиться так долго? Ни одна из его забеременевших наложниц так не рожала. «Ты и не волновался ни разу так за ребёнка… - мрачно сказал внутренний голос, - ведь ты и не думал, что твои наложницы смогут родить тебе дитя с сильной Древней кровью…» Виромир быстро заставил замолчать этот голос. И уже повернулся к двери, когда она распахнулась, и вошёл бледный Нисад, старший целитель. - Ваше Величество, Королева разрешилась от бремени, - тихо произнёс он, - у вас сын. - Отлично! – с облегчением выдохнул Виромир. – Он здоров? Целитель замялся: - У него крепкий организм, но… - Что не так с ребёнком?!! – рявкнул взбешённый Виромир. Целитель продолжал молчать, и Виромир, оттолкнув его плечом, быстрым шагом отправился в спальню Королевы. Увиденное там невольно проняло даже его. Айяла, бледная и прекрасная, вытянулась на постели. Её уже успели обмыть и переодеть, сложить руки на груди и зажечь возле изголовья толстые белые свечи в траурных подсвечниках чернёного серебра. - Королева… - потрясённо прошептал Виромир. - Её Величество скончалась, - произнесла одна из служанок, присев, как и все остальные в низком реверансе. Но Виромир успел разглядеть её несчастное, заплаканное лицо. Слуги и простонародье любили Королеву Айялу, и Виромир невольно задался вопросом: «Будет ли хоть кто-то плакать так искренне после моей смерти?» И не смог ответить. Но тут же его душу начало затапливать отчаяние. Древняя кровь… Кровь, которую Айяла должна была передать своим детям. Их детям… Неужели его замысел рухнул? Но… Но ведь у него же всё-таки есть сын. Законный Наследник. С сильной Древней Кровью. Так что, может быть, ещё не всё потеряно? - Где мой сын? – хрипло спросил Виромир, так и не приблизившись к ложу Королевы. - Он в соседней комнате, ваше Величество, - ответила другая служанка, постарше, и тоже заплаканная, - с ним Шакти. Виромир сморщился, как от горького. Он не любил эту кормилицу Королевы, особую неприязнь вызывало у него то, что она происходила из кочевого племени люли, но Айяла так умоляла оставить женщину при ней, что он сдался. Но теперь Айяла мертва, к своему Наследнику он приставит других нянь, а проклятая ведьма пусть убирается из дворца сегодня же. И Король решительным шагом отправился в соседнюю комнату, где уже стояла для его наследника знаменитая Королевская Колыбель. Именно в ней когда-то лежал сам Виромир после рождения, и его младший брат Вимсан тоже. И все их предки на протяжении почти двух тысячелетий. Королевская династия Виндваны была на редкость древней и сильной. И сейчас, когда он по обычаю осмотрит своего Наследника, он положит его в эту же Колыбель. В соседней комнате было жарче, чем в спальне, на висках Короля невольно проступили капельки пота, но тут он разглядел маленькое розовое тельце в белой пелёнке на руках у Шакти. Его сын и Наследник. - Покажи мне ребёнка, женщина, - спокойно сказал Король, ибо так велел обычай. И только тут обратил внимание, что Шакти необычайно бледна и чем-то напугана, но тут же подумал, что так на ней сказалась смерть госпожи. Женщина встала с кресла, на котором она сидела, покачивая ребёнка, приблизилась к Королю и откинула белоснежную пелёнку с маленького тельца. Руки её дрожали. Только одного взгляда хватило Виромиру, чтобы понять, почему так взволнована проклятая люлийская ведьма. У него родилось чудовище. Когда Король вновь обрёл способность говорить, он злобно рявкнул: - И это мой сын? - Да, Ваше Величество. – ответила Шакти, на этот раз не отводя взгляд, - мы все были свидетелями его рождения. Любой из целителей подтвердит – в нём течёт ваша кровь. Король перевёл взгляд на побледневших целителей, но все они, как один закивали словам Шакти. А потрясённый Виромир уставился на крохотный комочек розовой плоти, который продолжала протягивать ему Шакти. Несомненно, это был мальчик. И его ручки и ножки были такими же приятными взгляду и пухленькими, как у любого другого младенца. Только вот между лопаток явно выпирал горб, а вот лицо… Лицо было хуже всего. Крошечное личико было покрыто словно древесной корой – жёсткой и коричневой, рот смотрелся на нём прорезью, глаза – двумя щёлками, и даже их удивительный, небесно-голубой цвет не мог поправить ситуации. У Виромира не могло быть такого Наследника. В Винессе очень строго относились к телесному здоровью новорожденных. В любой семье младенца после родов очень строго осматривали на предмет внешних уродств, а потом приглашённый целитель проверял, насколько ребёнок здоров внутренне. И если что-то не укладывалось в норму… Такие дети не жили долго. Самое лучшее, что могло ожидать дитя с не слишком значительными отклонениями – это участь кастрированного раба или стерилизованной рабыни – отклонения не должны были множиться. Именно поэтому обитатели Винессы отличались несокрушимым здоровьем и телесной крепостью. И могли не обращать внимания на то, что обитатели трёх соседних королевств и одного герцогства частенько величали их детоубийцами. - Эти повреждения неисцелимы? – спросил Виромир у дрожащего за свою участь Нисада. - Сейчас – нет, - тихо ответил целитель, - однако в дальнейшем, когда ребёнок подрастёт… - Никаких «в дальнейшем!» - рыкнул Виромир. – ЭТО не может быть моим Наследником! Избавьтесь от него. Немедленно. - И вы даже не возьмётё его на руки? – со странной интонацией в голосе спросила Шакти. - Ты слишком много воли забрала при моей покойной жене, люлийская ведьма! – рыкнул Виромир. – Так вот тебе моё слово – чтоб через час и ноги твоей не было во дворце! Шакти склонила голову и сказала: - Я могу забрать несколько личных вещей Её Величества? Её отцу… Прошу вас. Виромир на сей раз, решил быть благосклонным. - Возьми всё, что посчитаешь нужным! – проворчал он. – Позднее я вышлю ему денег… с гонцом. Не думаю, что он сможет прибыть на похороны, не так ли? Ведь барон так слаб здоровьем… - Но… - Такова моя воля! – припечатал свой приказ Виромир, - И избавьтесь от ребёнка как можно скорее! Стоявшие у дверей стражники склонили головы, и Виромир быстрыми шагами вышел, дабы пройти в личные покои. Через пять минут он потребовал вина и наложника, не сомневаясь, что его приказ будет выполнен беспрекословно, как до этого выполнялись любые приказы. Едва только дверь закрылась за Королём, застывшая Шакти зло пробормотала что-то на языке люли, а затем вопросительно посмотрела на старшего целителя. Нисад словно приободрился и твёрдо скомандовал: - Выйдите все, кроме Ферада! Мы подумаем, как исполнить приказ Его Величества наилучшим образом. Служанки, целители и повивальные бабки, а так же двое из трёх стражников немедленно вышли. Третий же, самый молодой бросился к Шакти и Нисаду: - Мама! Господин Нисад! Неужели необходимо выполнить этот приказ? Стражник был старшим сыном Шакти и лицом пошёл не в свою смуглую черноволосую, черноглазую мать, а в отца, который происходил из герцогства Шарван, уроженцы которого были в большинстве своём рыжеволосы и сероглазы. Между матерью и сыном не было никакого внешнего сходства, именно это и позволило ему наняться в Королевскую стражу по протекции целителя Нисада. На всякий случай. И сейчас этот случай наступил, ибо целитель Нисад был совсем не целителем, а жрецом Предвечных, охраняющим Древнюю Кровь в надежде на возрождение Разговаривающих. Но у мирных жрецов были совсем не те цели, как у честолюбивого Короля, они не желали, чтобы Древняя Кровь стала игрушкой во властных играх. Именно это когда-то и привело к исчезновению Разговаривающих с Предвечными и умножению несправедливости в мире. Именно поэтому Нисад стал целителем молодой Королевы. Именно он пытался отговорить Короля от того, чтобы брать Айялу на ложе слишком рано. Но Король не послушался его, и вот к чему это привело. - Королю достаточно было просто взять ребёнка на руки… И он бы сразу понял, насколько сильна в нём Древняя Кровь, - горько сказал целитель, - но он отверг Дар Предвечных и навсегда потерял право на него. А мы теперь должны позаботиться об этом ребёнке. Он не должен пострадать. Только не он. - Но как же нам быть? Как мы вынесем дитя из дворца? – спросил Ферад. Всё-таки он был ещё слишком молод, и искусство интриги было не для него. - Мы с твоей матерью давно продумали такой вариант, - отозвался Нисад, - мы с тобой вынесем ребёнка, якобы для того, чтобы тайно похоронить. Потом я вернусь во дворец и скажу, что убил тебя, дабы сохранить тайну захоронения. - Но любой маг сможет распознать вашу ложь, целитель… - тихо сказал юноша. - Я сумею сделать так, что маги не поймут ничего, - покачал головой Нисад. - Но вам совсем не обязательно возвращаться… - тихо сказал Ферад, - Король велит казнить вас. - Я обязательно должен вернуться. Хотя бы для того, чтобы все уверились, что Наследник Эсмэ мёртв, - медленно отозвался Нисад, - а вы с матерью сделаете всё для того, чтобы его детство было счастливым. Только выросший в любви и заботе станет истинным Разговаривающим с Предвечными. - Моё племя сделает всё, чтобы он ни в чём не нуждался, - произнесла Шакти. - Да будет так, - кивнул Нисад, - а теперь быстрее. Близится рассвет.