Прекрасный Эсмэ

Герцог Изен тонко улыбнулся: - Что ж, поговорим о политическом союзе – искреннем и честном… - Хорошо. Какова ваша цель, Герцог? – спросил Риган. - Наша, граф. Наша цель. Наша цель состоит в том, чтобы отыскать Наследника раньше, чем его отыщет Виромир. В противном случае лично я не ручаюсь за светлое будущее Анассы. За какое-либо будущее. - Погодите, Герцог, - протестующе заявил Риган, - но разве правителю выгодно превращать в руины собственное государство? Нельзя править трупами и пеплом. И пока Виромир не слишком жесток в завоёванных землях. - А уничтоженная ханатская династия и сожжённый дотла Тллир не считаются? – довольно резко спросил Герцог. - А разве раньше войны были менее жестокими? Не убивали правителей, не угоняли в рабство завоёванных, не жгли дома, не глумились над побеждёнными? Виромир просто пошёл чуть дальше. - Я понимаю, - вздохнул Изен, - каков бы ни был Виромир, но он ваш отец, и вы подсознательно пытаетесь его оправдать, хотя умом понимаете, что прав я, а не вы, граф… Но поверьте мне – он только набирается сил. И он не остановится, пока не подчинит себе всю Анассу. Даже если ему придётся залить кровью весь континент. Риган задумался, а потом промолвил: - Я не хочу быть замешанным в убийстве собственного отца. Даже такого отца. - Я боюсь, что у вас нет выбора, граф. Кроме отца у вас ведь есть ещё и мать. А о ней, кроме вас, просто некому больше позаботиться. Даже если Виромир смягчится и вдруг отпустит её из гарема – кто её примет? Только вы. Сомневаюсь, что это сделает её семья, благополучие которой было выкуплено её страданиями. И я не сомневаюсь, что, отпуская вас в Шарван, Виромир намекнул, что от ваших усердных поисков зависит благополучие вашей матушки… - Да, - прошептал потрясенный Риган, - но откуда вы можете это знать? - Знать – нет. Предполагать – да. Я слишком хорошо знаю Виромира, это и позволяет мне много лет балансировать на краю, сохраняя независимость Шарвана. Но так не может продолжаться до бесконечности. Рано или поздно Виромир решит, что независимый Шарван – слишком лакомый кусочек для него. И тогда повторится то же, что и в Ханате. - Но ведь со-Герцог Вимсан – родной брат Короля… - прошептал Риган. - Ну да. А несчастный ребёнок Королевы Айялы был его родным сыном. Но он не колебался, приказав уничтожить его. А сейчас кусает локти не от внезапно вспыхнувших отцовских чувств, а от того, что у него в руках был Разговаривающий с Предвечными, а он его упустил. - Вы правы, - устало сказал Риган, - вы правы. Но что я могу сделать в этой ситуации? - То, что приказал вам Виромир. Отправляйтесь в Горный Шарван и изобразите бурную поисковую деятельность. Думаю, что Виромир не будет развязывать новую войну, пока не убедится, что Наследника нет в Шарване. - А его там нет? Герцог покачал головой: - Увы. У нас остаются две вероятности – Ардвана и Великий Лес. - А Дор? – удивился Риган. - С Королём Дора я уже имел личную беседу. Мои люди побывали там и, поверьте, искали весьма тщательно. Наследника нет и в Доре. - Тогда… скорее всего… Ардвана? - Почему так? – заинтересовался Изен. - Не знаю. Просто предчувствие. - М-да. С точки зрения безопасности я предпочёл бы Великий Лес. Наследник ещё ребёнок, а маги Экка – самые сильные маги на континенте. С другой стороны, попади им Разговаривающий с Предвечными – и они не упустили бы возможности разыграть свои козыри, став ещё сильнее. Но начать следует с Ардваны – тут вы правы. Я завтра же отправлю маркиза Ассунте к Королеве Милле. - На вашем месте, я бы поостерёгся раскрывать все карты пред Королевой, граф, - задумчиво сказал Изен. - Почему же? Она – заинтересованное лицо. Её сыну угрожает брак с Виромиром… - Вот-вот. И кто поручится, что, найдя Наследника, Милла не попытается откупиться им от Виромира? Герцог хлопнул себя по лбу: - Неожиданно… Но эту возможность скидывать со счетов тоже нельзя. Пожалуй, я дам новые инструкции маркизу Ассунте. Благодарю вас, граф. - Не за что. Мы же теперь союзники. - Да. Мы союзники. И, поверьте, это для меня не пустой звук. *** Полгода спустя. Виндвана. - Ты не находишь, что твой бастард слишком уж задержался в Горном Шарване? – ехидно поинтересовался Нофан, разорвав поцелуй с Виромиром. – Похоже, что он просто дурит тебе голову, отписываясь о невероятном количестве трудностей, с которым ему пришлось столкнуться. - С одной стороны, – недовольно поморщился Виромир, когда руки Нофана стиснули его ноющую после бурного соития задницу, но быстро прогнал недовольство с лица, ибо Нофан, как всегда, поспешил унять боль, - Горный Шарван действительно опасное место. Я удивлён, что горцы вообще позволили ему объехать их селения без особых проблем. Мальчишка очень дальновидно поступил, женившись на этих шлюшках из моего гарема. Если бы он привёз их в Шарван в ошейниках рабов – могло бы случиться всякое. Горцы весьма вспыльчивы. Но поскольку, женившись, он восстановил их честь… - Перестань выражатьссся так витиевато, - прошипел Нофан, - лучше ответь прямо на мой вопрос. - Не знаю. Риган очень умён, и у него могут быть свои причины водить меня за нос. А ещё он мог сговориться с шарванским лисом и моим братцем, и тогда они могут решить поинтриговать все втроём. Да и полгода – большой срок. Но кое в чём ты прав – стоит поторопить его. Я сегодня же пошлю Вестника с письмом для Ригана и потребую его немедленного прибытия ко двору с результатами или отсутствием оных. А чтобы он ещё больше проникся, прикажу, чтобы пару строк ему черканула его дорогая матушка. Риган – почтительный сын и ради матери пойдёт на всё. - Отлично, любовь моя… От результатов поездки Ригана зависит, куда ты двинешь своих славных воинов… - Ну да, если Риган не найдёт наследника в Шарване – следующим будет Дор. А за ним и Ардвана. Своего дорогого зятя я оставлю на закуску – пусть подёргается… Постой… Как ты меня назвал? - А, заметил… - усмехнулся Нофан, - ну да, вынужден признаться, что ты мне… небезразличен. Да, любовь моя, да. Тебя любит Проклятый. Теперь ты не просто проклят – ты обречён на посмертие со мной. На всю вечность. Тебя это пугает, моя шлюха? - Ну уж нет! – быстро ответил Виромир. – Вечность с Проклятым – это как раз то, что мне нужно, чтобы ощущать себя живым… даже в посмертии. Но мы ведь победим, я не сомневаюсь в этом! - Правильно. И не сомневайся. А сейчас повернись – я хочу тебя снова. Да-а… вот так… *** Ардвана. Тьерри тосковал. Он уже два месяца не видел Эсмэ – как только окончилась короткая ардванская зима, люли собрались кочевать. И никакие уговоры Тьерри тут не помогли – ведь люли на этот раз уходили в Великий Лес. Эсмэ, конечно, был очень огорчён разлукой с другом, но должен был ехать со всеми. - Понимаешь, - объяснял он, - мне скоро исполнится шестнадцать лет, и есть один обычай люли, который я могу исполнить только в Великом Лесу. И я не могу остаться, понимаешь? Это очень важно. Тьерри понимал. И даже не просил друга рассказать, в чём дело – кто их знает, эти люлийские обычаи, вдруг, рассказав ему обо всём, Эсмэ нарушит какое-нибудь важное правило. За четыре месяца, проведённых вместе, мальчики очень сдружились. Но стоило им оказаться в разлуке, чтобы Тьерри понял, что это была не совсем дружба. Тьерри вдруг осознал, что он… он влюбился. Он, принц Ардваны, будущий супруг Виндванского Короля, влюбился в нищего люлийского мальчишку без рода, без племени… - Кошмар! – сказала бы мама и всплеснула бы руками. Как можно так ронять достоинство знатного рода! Связаться с люли! – высказался бы чересчур правильный Советник Королевы Герин. А сестры, наверное, тоже укоризненно посмотрели бы на Тьерри. Но они бы ничего не сказали, спасибо хоть за это. Но чем дольше Эсмэ и Тьерри находились в разлуке, тем больше крепла тоска принца. И она окрепла до такой степени, что он был готов уже идти к матушке и просить её послать Вестника с письмом для Эсмэ. А как быть с постылым супружеством – Тьерри не представлял вообще. Но Милла зашла в покои сына сама. Тьерри сидел на широком подоконнике, держа в руках книгу, но в книгу не смотрел. Взгляд его был устремлён куда-то за горизонт, в сторону великого леса, куда два месяца назад укатились пёстрые кибитки люли. - Тьерри! – мягко сказал Милла. – Он вернётся! Тьерри вздрогнул и неумело попытался сыграть: - Ты о ком, матушка? - Об Эсмэ, конечно же. Это ведь о нём ты думаешь так постоянно, что даже потерял сон и аппетит и ничего не замечаешь вокруг? Люли – люди дороги, сынок. Им необходимо постоянно уезжать и бывать там и сям, петь свои странные песни и танцевать, привораживать суженых и предсказывать судьбу, и мчаться на конях навстречу ветру… Но они всегда возвращаются, если влюблены. - Так ты… знаешь? – шёпотом спросил Тьерри. - Знаю. - И не возражаешь? - Любовь не спрашивает. Она просто возникает в сердце. И даже если я буду возражать, скажи, Тьерри, ты перестанешь думать о нём? Разлюбишь? - Нет, - твёрдо сказал Тьерри, - никогда. - Вот и ответ. Не о том болит моё сердце. Люли так же влюблён в тебя, как и ты в него, утешься. Но эта любовь может погубить вас обоих. - Но… - Ты забыл о своём будущем венценосном Супруге. Он такого и близко не потерпит. - Знаю. И когда Эсмэ вернётся, я постараюсь, как можно больше времени провести с ним, ведь помолвка с Виромиром нерасторжима, не так ли? Милла только грустно покачала головой. - А потом, когда придёт время, я поеду к Виромиру и выполню свой долг. Обещаю. У тебя не будет со мной проблем. Милла вздохнула и, погладив сына по голове, вышла из комнаты, не сказав больше ни слова. А Тьерри вновь стал думать о том, как скоро вернётся Эсмэ.