Прекрасный Эсмэ

Вимсан с отчаянием в голосе спросил: - Что это? Что такое случилось? Что с Эсмэ? - Думаю, - отозвался Риган, - что случилось то, чего мы так ждали. Эсмэ приобрёл свой Истинный облик и Истинную Силу. - Но тогда почему он не приходит в себя? – голос со-Герцога дрогнул. - Потому, что рядом нет Тьерри, - вздохнул Ферад, - без Тьерри он не пробудится. И нам необходимо поторопиться. Иначе мы потеряем и Эсмэ, и Тьерри. Вероятно, Виромир затеял очередной гадкий эксперимент. Тьерри попытался отгородиться от Эсмэ, но сразу не смог этого сделать и неосознанно позвал его. Видимо, в тот момент Тьерри было действительно… ужасно, и Эсмэ не мог не почувствовать этого. Он так же неосознанно попытался перейти в тело Тьерри, как это произошло в первый раз, но не смог этого сделать. Сильнейшее душевное волнение спровоцировало Превращение. Но Эсмэ не сможет проснуться, пока Пара не соединится. Такие вот сложности. - Всё понятно, - сказал Герцог Изен и осторожно поднял Эсмэ на руки, - я отнесу его в спальню и приставлю кого-нибудь из целителей следить за его состоянием. - Я побуду с ним первое время… - вздохнул Ферад. - Хорошо, - отозвался Герцог, - но и ты нужен нам здоровым. - А я на рассвете отбываю в Виндвану, - коротко сказал Риган. - Да, - кивнул Герцог, - и судьба всех нас теперь в твоих руках. Думаю, что после «смерти» Тьерри Виромир развяжет войну. Либо против Ардваны, либо против нас. Время истекает. И мы должны быть готовы ко всему. Вимсан приблизился к Изену и нежно поцеловал племянника в щёку. - Как же он всё-таки прекрасен. И теперь в нём явно видна кровь Виндванских Королей. - Да, - кивнул Риган, - и теперь мы должны сделать всё, чтобы Короля безумного сменил на престоле Король справедливый. Иначе погибнет всё. *** Виромир спешил по коридору в спальню Супруга. То, что сказал ему перепуганный насмерть слуга, было для Короля полной неожиданностью. Мальчишка тяжело заболел? Не поддаётся магическому исцелению? Чепуха! Если предложить украсить пару стенных зубцов парочкой нерадивых целителей, хорошо подвешенных за шею – вот тогда они все забегают! И быстренько исцелять Его изнеженное Младшее Величество! И что такого с ним вчера случилось? Ведь не было же никакого членовредительства, а одна насквозь познавательная экскурсия и совсем немного боли. Никто ведь не пытал мальчишку калёным железом, не рвал клещами и не усаживал на «Бдение». Виромир ведь не изверг, понимает, что для таких забав Тьерри ещё маловат. Был бы постарше хотя бы лет на пять… Его Величество тряхнул головой, отгоняя лишние сейчас мысли, которые так и норовили утечь в ненужном направлении. Это оттого, что рядом нет Нофана… Нофан… После справедливого наказания Проклятый как всегда излечил его, убрал все следы… Убрал и боль, а потом сказал, что будет отсутствовать, возможно, несколько дней, появились некоторые сложности в мире Предвечных… И что он надеется, что Виромир сделает всё правильно. А сейчас… Неужели противный ардванский юнец и вправду серьёзно занемог? Виромир вошёл в спальню Тьерри мрачнее грозовой тучи, и окружившие постель мальчика целители сразу же испуганно отодвинулись назад. Виромир подошёл к постели. Тьерри был без сознания, лицо раскраснелось от жара, на висках выступили капельки пота, губы обметало лихорадочной сыпью. Классическая картина горячки. Но горячка легко поддаётся целительской магии, особенно если пресечь её в самом начале. Что не так? - Что с моим Супругом? - Виромир ледяным тоном озвучил вопрос. Целители дружно замялись, что очень не понравилось Королю, и он уже не просто ледяным, а вымораживающим всё живое тоном, заявил: - Думаю, стоит позвать гвардейцев… Мне кажется, что дворцовая стена нуждается в украшениях. Целители дружно побледнели до синевы, но один, самый старый, нашёл в себе силы ответить: - Ваше Величество! Нам неизвестна природа болезни, обуревающей вашего Супруга. Я могу только одно сказать – это не обычная горячка – с ней мы бы уже справились, не беспокоя вас. Но позвольте продемонстрировать… И старый целитель положил руки на лоб Тьерри, вливая в него исцеляющую Силу. Виромир присмотрелся, и то, что он увидел, его не обрадовало. Сила, вместо того, чтобы войти в тело Тьерри и совершить своё целительное действие, просто скатывалась с мальчика, как капли воды с хорошо навощенного листа бумаги. Да уж, в такой ситуации трудно обвинять целителей… Но что это значит? - Что происходит? Почему он отторгает вашу Силу? – обеспокоился Виромир. Старик сделал знак остальным, и целители немедля покинули спальню. - Простите, Ваше Величество, - глухо сказал старый целитель, - я не хочу, чтобы другие слышали то, что вам скажу, ибо не хочу, чтобы ваш гнев обратился на них. А я человек старый, уже своё пожил, да и родни у меня нет… - Короче! – прошипел сквозь зубы Виромир. - Как вам будет угодно, Ваше Величество! – отозвался целитель. – Так вот, подобный эффект возможен в двух случаях – если эта болезнь наведена сильным магом, скорее всего через зелье… или… - Или? – нетерпеливо переспросил Король. Какого чёрта этот старый мухомор тянет кота за хвост? - Или дело в том, - твёрдо продолжил старик, - что ваш Супруг просто не хочет жить. Не хочет возвращаться. Поэтому его тело отторгает всю целительную Силу, которую ему можем дать мы… - Глупости! – отрезал Виромир. – С чего бы ему не хотеть жить? - «С того, что его оторвали от любящей семьи и того, кого любит он сам, и отдали жестокому мелочному садисту, который измывался над ним, как хотел», - прозвучало в голове так неожиданно, что Виромир пошатнулся и мысленно ответил: - «Неправда, я не мелочный…» - «Ага, значит, против жестокого садиста ты не возражаешь?» - ехидно отозвался голосок. Виромир тряхнул головой. Да что ж это такое-то? Что за странный голос в собственной голове? Или, несмотря на перстень, он всё-таки сходит с ума? Нофан… Ему нужен Нофан. Главное – продержаться до того, как он появится. А пока… - «Ты кто?» - мысленно спросил он. - «Твоя совесть, которая давным-давно спала глубоким беспробудным сном и наконец пробудилась!» - с некоторым пафосом отозвался голосок. - «Врёшь!» - огрызнулся Виромир. - «Вру! - легко согласился голосок. – Ничего! Скоро узнаешь!» - и ощущение чужого присутствия в голове пропало, отчего Король испытал просто несказанное облегчение. - Ваше Величество! – раздался обеспокоенный голос целителя. – Ваше Величество, с вами всё в порядке? Виромир открыл глаза. Оказалось, что он не просто пошатнулся, а повалился в стоящее у кровати кресло. Удачно. Нужно сейчас изобразить, что он обеспокоен болезнью Супруга – кажется, это нормально? - Я в порядке, - отозвался Король, - просто обеспокоен болезнью Супруга. Нужно послать за магами. - Уже послано, Ваше Величество, - отозвался старый целитель, - и если на Его Младшее Величество было оказано злокозненное воздействие с помощью зелий – они это выявят. И укажут виновного. Тогда исцеление возможно. А если причина … та, другая… то ничего не смогут поделать и маги. - Мой Супруг умрёт? – быстро спросил Виромир. - Да, - коротко отозвался целитель. - Ясно. Продолжайте работу. Установите причину недомогания Его Величества Тьерри вместе с магами. В случае, если его болезнь наведена – пусть маги начнут поиск. Я дам знать об этом капитану моих телохранителей – они помогут магам. Злодей должен быть установлен и примерно наказан. Если мне не изменяет память, то по Кодексу Магов за такое полагается лишение Силы, а по законам Виндваны – костёр. - Именно так, Ваше Величество, - поклонился старик. - Тогда я жду результатов, - коротко сказал Король и вышел. У дверей его вновь ждал слуга. - Ваше Величество… - склонился в поклоне юноша. - Что? – раздражённо рыкнул Виромир. - Ваш личный секретарь послал меня сказать вам, что Королева Милла хочет говорить с вами или со своим сыном по шару. - Я занят! Не сегодня! Пусть мой секретарь передаст Королеве Милле мои искрение извинения и скажет, что либо я, либо Его Младшее Высочество свяжемся с ней завтра. - Но… - пытался что-то сказать слуга. - Выполнять! - рыкнул Виромир. – И передай секретарю, чтобы настроил шар на Герцога Изена Шарванского. Я желаю говорить с ним, и пусть, для его же блага, он будет совершенно свободен! Слугу тут же снесло, словно ночным приливом. А Виромир улыбнулся. Что ж, даже если мальчишка умрёт – есть возможность начать победоносную войну. Только вот жаль огорчать Нофана… "Нофан… Как же я без тебя…" *** Королева Милла выругавшись, так, как не полагается не то, что Королеве, а вообще любой приличной женщине, отошла от шара. - С моим сыном беда, я это чувствую! Стоящий рядом Советник Герин вздохнул: - Прости меня, Милла… Если бы я знал, что всё так обернётся… Я бы не стал уговаривать тебя на этот брак. - Твоя вина не так велика, как моя… - отозвалась Милла. – Ты просто… политик, - в устах Королевы это прозвучало изощрённым ругательством, - а я – мать. Мать, которая послала родного сына на жестокие испытания. И не смогла отодвинуть войну. - Ты права, - горестно сказал Герин, - если с Тьерри и впрямь случится что-то… непоправимое… Виромир может потребовать в жёны одну из твоих дочерей. Ты не отдашь ему ни одну из них… Начнётся война… - Война, - выдохнула Милла, - и эта война будет ужасна. Как та, которая продолжалась без малого девяносто лет… Та война тысячу лет назад… Женщина покосилась на висящий на стене личного кабинета Королевский штандарт Ардваны – голубой, с серебряными лилиями. - Ты имеешь в виду ту войну, в результате которой к власти пришла Белая Дева, первая из ардванских Королев? Её, кажется, называли так за посеребрённые доспехи? - Да, именно эта война. И, поверь, Виромир развяжет такой конфликт, в котором померкнут все прошлые войны… Герин приоткрыл окно кабинета, выходившее на балкон, с которого был отличный вид на главную площадь. За окном звенела гитара, дрожали, плавясь в вечернем воздухе, высокие звонкие голоса – видно, зарабатывал лишнюю денежку кто-то из люли. Советник совсем отворил стеклянную дверь и вышел на балкон. До Королевы донёсся его голос: - Эй, люли, как там тебя! - Вареш, ваша милость! – отозвался красивый молодой голос. - Знаешь ли ты, Вареш, «Балладу о Белой Деве»? - Только начало, ваша милость, уж больно длинна! Но мой отец знает все сто куплетов. Позвать? - Нет! Достаточно и начала! Пой! По мощёным плитам тяжело звякнула монета. - Эй, ваша милость, здесь золотой! Вы не спутали? - Честный люли! Светопреставление! Нет, не спутал, пой уже, Королева ждёт! Милла хотела сказать, что вовсе не хочет слышать эти старинные строки, но юноша уже запел: День назывался четвергом, Рассвет был алым. Змея вползала в тихий дом, Змея вползала… Рассвет будил грядущих вдов Тревожной нотой. Змея ползла среди холмов, Змея пехоты… Коварный лев тянулся вновь К чужой короне, И, чуя будущую кровь, Храпели кони… Свистела первая стрела Холодной былью. На стебли лилий тень легла, На стебли лилий. Друг другу мстя за прошлый гнев, За все разбои Готовы лилия и лев, Готовы к бою… Войну зовём своей судьбой, Но – вот наука! – Закончить внукам этот бой, Закончить внукам… Король, куда же вы ушли, Бароны, где вы? Ведь тот костёр, что вы зажгли Погасит Дева…* Королева Милла слушала старую балладу со слезами на глазах. По обыкновению люли, юный певец пел так, словно всю душу вынимал. Наконец женщина сумела справиться с собой и тихо спросила Герина: - Найдётся ли ныне хоть кто-то, способный погасить костёр, как когда-то Белая Дева? Советник обнял Миллу за плечи и промолчал. *Стихи Редьярда Киплинга. Очень известная баллада, называется «Лилия и лев», посвящена Столетней войне, но уж больно в струю легла…