Расплата

      Реакция Дезмонда, когда он увидел в игре себя, откровенно умилила, насмешила и испугала. Пока шел вступительный ролик Майлс молчал, но когда его прототип согласно лег в Анимус и на экране показали игровое меню именно от лица ассасина, он вскочил на ноги и с воплем «Откуда они могут это знать?!» накинулся на меня — я едва успела с ногами забраться на диван и отползти за спину к сидевшему почти у самой стеночки Коннору, за которым и отсиживалась, как партизан в окопе. Когда на экране появился Альтаир, я сгруппировалась, собираясь, в случае чего, опять взять низкий старт, но Ла-Ахад, находившийся в комнате, на свой прототип не среагировал, сидя с на удивление непроницаемым лицом.       Эцио, с интересом наблюдавший как за тем, что происходит на экране, так и за происходящим вне его, спросил:       — А про меня такое будет?       Я заверила Аудиторе в том, что лично про него вообще целых три игры имеется, чем несказанно обрадовала мужчину. Проявивший по тому же поводу любопытство Коннор удовлетворился тем, что про него игра всего одна, зато свежая, вышедшая меньше двух месяцев назад, и, вполне возможно, будут еще части.       Думаю, не стоит уточнять, что, выяснив принцип управления персонажем, геймпад у меня отобрали очень даже быстро, причем ассасины чуть ли не передрались, споря кто будет проходить следующую миссию. Уже снявший свою каменную маску Альтаир теперь вообще взирал на все происходящее на экране с нескрываемым интересом, к тому же, пока управление было в моих руках, недовольно хмыкал, когда я время от времени, увлекшись и забывшись, ругалась на его игровой прототип.       Какой же скандал мне закатили, когда я сообщила, что иксбоксу нужно отдохнуть и выключила приставку. Боги, я боялась, что меня прямо на месте и прикончат. Мне так страшно не было даже когда Дезмонд колотил меня об стену. Пришлось в срочном порядке отвлекать гостей на перекус. Ели ассасины с такой скоростью, что я только и ждала, кто же из них подавится первым. Как оказалось — никто. Решив использовать увлеченность мужчин в своих целях, я сказала, что пока они за собой не уберут, приставку я не включу. Парни тут же развили бурную деятельность: Дезмонд шустро собрал тарелки в аккуратную стопочку и понес это все на кухню. За ним, как утята за мамой-уткой, потянулись остальные. Коннор, замыкавший это шествие нес в руках все пять кружек из-под чая. Как раз в тот момент, когда из всех гостей в коридоре кроме меня находился один только Радунхагейду, открылась входная дверь и в квартиру ввалилась Мелани.       — О, привет, Мел! — бросилась я к подруге. — А я думала, что ты весь день спать будешь, раз уж сессия закончилась.       Мелани молчала, оцепенело глядя на дверной проем, где только что скрылся Коннор.       — Мел?.. — я потыкала пальцем застывшую столбом девушку — ноль реакции. — Ме-е-е-ел!       — Ты что-то хотела? — из кухни показался Дезмонд.       — Я сказала «Мел», а не «Майлс», — ответила я, заталкивая ассасина обратно на кухню. — Иди дальше посуду мой, раз уж вызвался помогать. Или хотя бы за этими тремя следи. А то еще сломают что-нибудь из любопытства, знаю я их, а мне потом с ремонтом мучайся.       — Джеки, — раздался у меня за спиной тихий голос подруги. — Пойдем-ка, покурим, а?       Я, вспомнив, что до сих пор так и не удосужилась сходить на свои ингаляции, согласно кивнула. Аккуратно обойдя рассыпанное по полу стеклянное крошево, мы прошли на балкон, где я успела выкурить почти всю сигарету, наблюдая, как Мелани трясущимися пальцами только пытается зажечь свою.       — Ничего не хочешь мне рассказать? — наконец прикурив и затянувшись чуть ли не половиной сигареты за раз, спросила подруга.       — Хочу! — улыбнулась я. — И ведь я пыталась еще по скайпу, но ты так хотела спать…       — Дура, ты хоть представляешь себе, как со стороны выглядел твой звонок? Я решила, что у тебя крыша поехала или Кейт опять тебе косяков вместо сигарет подсунула. Ты вспомни, что ты под травой творишь.       — О, боже, мамочка, ты опять за свое? — я закатила глаза. — Ты так говоришь, будто я наркоман какой-то, а ведь весь мой опыт общения с травкой как раз той «веселой» шуткой Кейт и ограничивается. И вообще, в нашем штате марихуана в лечебных целях вполне себе легальна.       — Ладно, закрыли тему, — отмахнулась Мелани. — Ты мне лучше скажи: то, что я видела пару минут назад…       —…реальные ассасины, ага, — договорила я, глядя, как руки подруги, только-только было переставшие трястись, вновь начали колотиться. — Представляешь, просыпаюсь я утром, да еще с дикого бодунища, а у нас на балконе поленница из ассасинов. Я даже дурку себе вызвать хотела, а диспетчер мне сказала спросить у кого-нибудь, видит ли он то же что и я. Мол, если да — я не псих.       — А представь теперь себя на моем месте. Спишь, никого не трогаешь и тут — звонок по скайпу. Поднимаешь, а там сестрюня с горящими глазами спрашивает, видишь ли ты на балконе мужика, — хихикая, сказала Мелани. — Я уже подумала, что накрылась наша поездка за елочкой.       — Точно! — хлопнула я себя ладонью по лбу. — Я и забыла, что мы сегодня собирались за елкой ехать. Кейт с нами?       — А куда она денется? Сама же вчера орала, что она эксперт по елкам и чтобы без нее никуда не ехали, — напомнила Мел.       — Ну и отлично, — обрадовалась я. — Звони ей, договорись о встрече, а я пойду пока спрошу, чем будет заниматься эта четверка.       — Стой, — Мелани схватила меня за рукав, не дав покинуть балкон. — Четверка? Их здесь четверо?       — А я разве не сказала? — удивилась я. — Говорила же, что проснулась утром, а на балконе поленница из ассасинов…       — Вот именно, поленница! Так сложно было сказать, что здесь все? И Эцио?       И тут я поняла, в чем, собственно, проблема. Все дело в том, что нас, таких вот не совсем адекватных подруг трое: я, Мелани и Кейт. Свела нас вместе учеба в одном колледже, а, если быть точнее — нежелание посещать некоторые лекции. В первый же день мы скооперировались в троицу прогульщиц, а, впоследствии, разговорившись во время посиделок в одном из студенческих кафе на территории кампуса, выяснили, что повернутость на играх у нас тоже общая. Так вот, когда дело дошло до обсуждения серии Assassinʼs Creed, выяснилось, что, хвала богам, каждой из нас нравится свой определенный мужчина. Моим избранником уже долгое время является Альтаир, у Мелани это Эцио, а вот Кейт с недавних пор сохнет по Коннору.       — Да, дорогая, твой возлюбленный здесь, — довольно улыбнулась я, глядя, как в глазах Мелани загораются искорки вожделения. — Только, прошу, не кидайся на него вот прям сразу.       — Можно подумать, я так хоть раз в жизни делала, — оскорбилась Мел.       — Я знаю, что не делала, но ведь тебе на пути еще и не попадался оживший герой твоих мокрых снов.       — Дура! — подруга шлепнула меня по руке, выбив из нее недокуренную сигарету. — При нем-то хоть это не ляпни!       — Посмотрим на твое поведение, — поддразнила я, уворачиваясь от еще одного удара. — Ладно, звони Кейт, только про ассасинов ни слова! А я пойду пока с гостями пообщаюсь. А, да, и вызови стекольщика, пожалуйста.       Мел, кивнув, потянулась за телефоном, а я направилась на кухню, где застала ассасинов за потрошением холодильника. Эцио вовсю уплетал заныканый мной на вечер кусок торта, причем с такой скоростью, что я даже пикнуть не успела, а от тортика осталась только сиротливая крошечка ровно по центру блюдца. Альтаир тем временем развлекался с чайником, постоянно нажимая на кнопку, а Коннору почему-то не давала покоя упаковка с замороженными овощами, которую он вертел в руках. Дезмонд наблюдал за ними с улыбкой молодой мамочки, выведшей своих чад на прогулку. Я подергала эту «мамашу» за рукав, привлекая к себе внимание и выводя вслед за собой в коридор, но оставив дверь на кухню открытой, чтобы не упустить момент, когда «детки» расшалятся и перейдут к более опасным играм.       — Слушай, мне сейчас нужно будет уехать в город за покупками, — приглушенным голосом, чтобы не услышали остальные, сообщила я ассасину, наблюдая, как Эцио чуть ли не по пояс влез в холодильник, видимо в поисках очередной вкусняшки. — Я вот не знаю, стоит ли вас тащить с собой. Или вы лучше посидите дома, в иксбокс поиграете?       — А почему ты только у меня спрашиваешь? — непонимающе уставился на меня Майлс. — Я за них решать не стану — здесь все взрослые люди и вправе сами принимать решения.       — Ох, ну зачем ты мне еще больше жизнь усложняешь, а? — вздохнула я, потирая переносицу. — Так сложно было сказать: «Да, Джеки, хорошо, иди по своим делам, я присмотрю за этим филиалом детского сада»?       — Джеки — это ты, я правильно понял? — переспросил Дезмонд. Я, нахмурившись, попыталась припомнить, а представлялась ли я мужчинам. Память услужливо шепнула, что ответ «Нет». Пришлось кивнуть. — Так вот, Джеки, помнится, ты говорила, что в тебя вживлен универсальный переводчик…       — Все, можешь больше ничего не говорить, — вздохнула я. — Сумеешь объяснить своим прадедушкам, что их ждет вне дома? И, кстати, что ты им вообще успел рассказать?       — Обрисовал временной период, сообщил, что сейчас ассасины, лазающие по стенам и крышам будут восприняты не очень адекватно, сказал, что техники бояться не стоит. А ты дописала картину, включив иксбокс. До них вроде вполне дошло, — ответил Дезмонд. — Вот только сама сходи спроси, хотят ли они куда-то идти.       — Вот ты никак не хочешь мне помочь, — простонала я. — Ладно уж, фиг с тобой, золотая рыбка.       Я вернулась на кухню и обратилась к остальным ассасинам:       — Послушайте, тут такое дело… В общем, мне нужно в город по делам, а, поскольку без моего присутствия ни Альтаир, ни Эцио ничего понимать не будут, то вариант оставить вас дома поиграть в иксбокс отпадает. Так что мы все в добровольно-принудительном порядке идем гулять по Бостону.       — О, так мы в Бостоне? — встрепенулся Коннор. — Будет интересно посмотреть, как изменился город больше чем за два века.       — Так, отлично, два есть, — порадовалась я. — А вы что скажете?       Альтаир отвлекся от своих брачных игрищ с чайником и задумчиво посмотрел в окно, словно на стекле вдруг мог появиться ответ на мой вопрос. Обвел взглядом «тонущего» двоечника остальных, возможно, в надежде, что ему подскажут, как поступить. Стояла тишина, прерываемая лишь чуть слышными щелчками, характерными для некогда сломанной челюсти, издаваемыми Аудиторе в процессе жевания.       — Можно подумать, у нас есть выбор, — проворчал Ла-Ахад, а Эцио, видимо, не желавший сию секунду проглатывать то, что было у него во рту, просто ограничился согласным кивком.       — Отлично. Ну, я пойду собираться. И да, чуть не забыла — к нам присоединится моя подруга, — сказала я, выходя из кухни и возвращаясь в комнату.       Мелани уже сидела на диване и сосредоточенно ковыряла ногтем прожженную дырку в обивке. Кстати, именно после того случая, как на диван вывернули пепельницу, мы перестали курить в комнате и переместили курилку на балкон, изредка позволяя себе покурить в окно на кухне.       — Ну, что Кейт сказала?       — Через полчаса встречаемся возле торгового центра — там елочный базар еще две недели назад развернули, — доложила Мел. — Что с мужиками?       — Идут с нами, — со вздохом сообщила я. — Я совсем забыла тебе рассказать, что ни Эцио, ни Альтаир по-английски ни бум-бум.       — Ты хочешь сказать, что они ничего не понимают? — удивилась подруга.       — Да все они понимают, — отмахнулась я. — Кстати, пока помню… Короче, прогресс у нас шагнул настолько, что теперь в человека можно вживить переводчик и все окружающие его будут друг друга понимать.       — Чего? — не поняла Мел. — Ты там обкурилась на кухне, что ли?       — Да хватит мне уже припоминать ту мою укуренность! — огрызнулась я. — На самом деле ко мне являлась Минерва, дала какую-то штуковину, я ее проглотила и теперь все люди в радиусе двухсот ярдов от меня говорят как бы на одном языке.       — Так тут еще и Минерва лапки приложила?       — Слушай, давай я вам с Кейт потом все сразу расскажу, ты же знаешь, что я не люблю по триста раз повторять, — отмахнулась я, направляясь к шкафу. — Иди лучше сюда — переодеваться будем.       — Во что? — спросила Мелани, но, тем не менее, послушно подошла ко мне.       — Просто я подумала, что раз уж мужчины в большинстве своем в ассасинских робах, то и мы их тоже наденем. И Кейт скинь смс, чтобы она свою прихватила, — пояснила я, передвигая вешалки. — Помнишь наши костюмы с Комик-Кона?

* * *

      — Ме-е-ел! — позвала я, переодевшись. — Ты скрытый клинок мой не видела?       — Вроде как где-то на кухне попадался на глаза! — отозвалась подруга из ванной. — В каком-то шкафчике по-моему!       Ломая голову над тем, какой логикой я руководствовалась, когда прятала свой бутафорский скрытый клинок в кухонном шкафу, я пошла в указанном направлении. Хотелось выйти на улицу уже при параде, полностью в образе.       Стоило мне войти в пищеблок, как я тут же привлекла к себе внимание.       — Ребят, не пугаться, все свои, — подняв вверх раскрытые ладони и на самом деле больше опасаясь за свою жизнь, сказала я. — Просто коль скоро мы решили выйти в город все вместе, то пусть уж нас всех считают кучкой косплееров.       — А за ассасинов нас не примут? — уточнил Дезмонд.       — Не говори глупостей, — отмахнулась я, роясь в шкафчике с крупами. — Косплей вполне распространенное явление, так что я тебя умоляю. Даже самым заядлым фанатам игры и в голову не взбредет, что ассасины существуют. Разве что каким-нибудь третьеклашкам, но все равно даже они решат что все это не более чем качественный косплей.       — То есть, ты хочешь сказать, что существуют какие-то кусьплееры, которые изображают персонажей этих ваших компьютерных игр? — подвел итог Альтаир.       — Во-первых, они косплееры и никакие плееры они не кусяют, — принялась объяснять я. — Во-вторых, да, они изображают персонажей игр, аниме, сериалов, фильмов, книг, комиксов, просто реально существовавших или существующих людей. Ставят сценки, просто подражают самим прототипам и так далее.       — Я сейчас понял только одно, — встрял Коннор. — Людям в вашем времени настолько нечего делать, что они пытаются изображать других людей.       — А мне это напоминает карнавалы в Венеции, — высказал свое мнение опять что-то жующий Эцио. — Должно быть весело.       — Так и есть, — подтвердила я, открывая крышку у одной из кастрюль. — О, нашла!       Я вытащила из кастрюли свой самодельный скрытый клинок и стала прилаживать его на правое запястье.       — Не на ту руку крепишь, — подал голос Альтаир. — Скрытый клинок должен быть на левой руке — так при убийстве проще добраться до сердца.       — Можно подумать, я кого-то смогу убить куском пластмассы, покрытым фольгой, — хмыкнула я. — Это чистейшей воды бутафория. К тому же, в нашем времени не принято убивать людей.       — Дикие нравы, — пробормотал Ла-Ахад.       — Кстати, насчет нравов, — припомнила я. — Тут такое дело… вы не могли бы свое оружие оставить дома? Ваше, в отличие от моего, совершенно не бутафорское.       Все четверо, включая Дезмонда, посмотрели на меня, как на конченую дуру. Я, конечно, понимаю, что воины с оружием не расстаются и так далее по тексту, но, черт побери, можно подумать, на нас кто-то нападет! Или еще страшнее — в самом деле нападет, а они им воспользуются. Потом проблем ведь не оберешься.       — Хотя бы пообещайте мне, что ни в коем случае не воспользуетесь ни одним своим приспособлением, — взмолилась я и с облегчением улыбнулась, получив в ответ утвердительные кивки.       Я, сопя, продолжила возиться с ремешками. Единственным неудобством того, что я крепила клинок на правую руку был тот факт, что я, как и большая часть правшей на планете, левой рукой владею, мягко говоря, не лучшим образом. Приспособление крепилось на запястье на трех ремешках. Тот, что посередине, я с горем пополам застегнула, а вот дальше не получалось никак. Не укрылось это и от ассасинов.       — Позвольте мне помочь, синьорина, — подмигнув и улыбнувшись во все тридцать два, предложил Эцио.       Я протянула Аудиторе руку ладонью вверх, но он даже и не подумал взяться за ремешки, а вместо этого уставился на мое запястье, где я буквально пару месяцев назад сделала татуировку со знаком ассасинов. И не я одна, между прочим, Мелани и Кейт тоже обзавелись такими.       Я отвернулась и стала дальше пытаться застегнуть ремешки самостоятельно, осознав, что в данный момент помощи от впавшего в очередной раз в ступор ассасина не дождусь. Тут из ванной вышла Мел, тоже успевшая надеть свой костюм. Вздохнув, она без лишних слов приблизилась ко мне и быстро закрепила наруч.       — Спасибо, — поблагодарила я. — Ты уже полностью собралась?       — Всегда готов, аки скаут, — отрапортовала Мелани, лукаво подмигнула мне и отработанным жестом накинула на голову капюшон робы.       Я повернулась обратно к ассасинам и, поманив их за собой, первая вышла из квартиры. На лестничной площадке я поняла, что нам придется разделиться: по какой-то магической причине работал только один лифт, а он совершенно не был рассчитан на то, что в нем будет спускаться сразу шесть человек. Теоретически можно было рискнуть, но я совершенно не горела желанием застрять на пару часов в темноте. Ну, не с таким количеством людей, по крайней мере. Вот если бы только я и Альтаир — темно, мне немного страшно (а ему, наверняка, еще страшнее)… Я помотала головой, отгоняя ненужные мысли и радуясь тому, что все-таки являюсь существом женского пола, иначе меня бы сейчас выдали встопорщившиеся в районе ширинки штаны.       — Так, ребят, тут такое дело, — начала я. — В общем, всей кодлой лифт нас может не выдержать, так что придется разделиться. Кто-то поедет с Мелани, кто-то со мной. Да, кстати, для тех кто в танке: Мелани — это моя подруга. Прошу любить и жаловать.       — О, приятно познакомиться, синьорина, — сказал Эцио, приблизившись к Мел и целуя ей руку. Боги, взгляд моей подруги нужно было видеть — я думала, что она сейчас вот прямо на месте набросится на Аудиторе. Во избежание такого развития событий, я впихнула Мелани, Дезмонда и Коннора в так вовремя подъехавший лифт и стукнула кулаком по кнопке первого этажа. Двери закрылись и стало слышно, что лифт уже едет вниз. Выдохнув, я нажала на кнопку вызова и привалилась спиной к стене. Сейчас мне было ясно одно: в ближайшее время Мелани наедине с Эцио оставлять нельзя — у нее включился режим «валить и трахать».       Пока мы ждали возвращения лифта, по лестнице спустилась пожилая соседка с семнадцатого этажа (если честно, я ни разу не видела, чтобы она пользовалась лифтом, но ведь у каждого свои причуды, верно?), которая всегда при виде меня что-то с улыбкой говорила по-испански. Поскольку этого языка я не знала, то просто вежливо кивала и улыбалась в ответ. Но теперь, когда внутри меня бесперебойно работал переводчик, и я услышала, с чем именно соглашалась изо дня в день… Не знаю, как это я ее не прикончила прямо на месте?       — Чертова шлюха, опять вырядилась в свой дурацкий наряд, как будто сейчас Хэллоуин. И снова притащила кучу мужиков, небось этих уже обслужила и идет искать новых клиентов.       — Миссис Морено, вы вконец охренели?! — накинулась я на бабищу. — Вы что себе позволяете вообще, а?       — Ты говоришь по-испански? — удивилась соседка и залебезила: — Деточка, я не про тебя! Я про соседку с пятнадцатого этажа!       — Точно? — с ехидцей переспросила я. Миссис Морено в ответ закивала головой так, словно она из тех игрушечных собачек, что часто ставят на приборной панели машины. — Тогда, почему вы упомянули костюмы и Хэллоуин? И вообще, если память мне не изменяет, на пятнадцатом живет амбал, которого называют, если не ошибаюсь, Быком, да девяностолетняя миссис Джонсон, которая питается через трубочку и ходит под себя. И что-то ни один из них не подходит на кандидатуру шлюхи.       На протяжении всей моей тирады соседка бочком-бочком продвигалась по площадке к следующему пролету лестницы и, как раз к тому моменту, как я закончила говорить, бросилась бегом вниз по ступенькам. Я, не удержавшись, плюнула ей вслед и вошла в подъехавшую кабину лифта. Эцио и Альтаир, до этого молча наблюдавшие за всем этим спектаклем, все так же безмолвно зашли в лифт следом за мной и встали по бокам, словно готовые меня скрутить, если я продолжу буйствовать. Не обращая внимания на их напряженные позы, я нажала кнопку с цифрой «один», двери плавно закрылись и лифт медленно поехал вниз.       — Джеки, — раздался над моим правым ухом голос Альтаира. — То, что говорила эта женщина — правда?       — По-моему, я еще утром четко разъяснила, что я не отношусь ни к тамплиерам, ни к проституткам, — обиженно ответила я. — Неужели я так похожа на шлюху?       Молчание обоих ассасинов меня просто добило и я, забыв, что мы едем в лифте, да еще довольно старом, от досады топнула ногой. Свет погас, а сам лифт резко остановился.       — Ну зашибись! — бросила я. — Только этого нам и не хватало.       — Что-то случилось? — несколько обеспокоенно спросил Аудиторе.       — Случилось! — не выдержав, рявкнула я. — Мы застряли! Теперь черт знает сколько времени будем ждать рабочих!       — Джеки, у вас все в порядке? — услышали мы за дверями обеспокоенный голос Мелани.       — Почти! — прокричала я в ответ. — Мел, на каком мы этаже?       — На шестом, хотя, судя по звуку, скорее между пятым и шестым, — ответила подруга. — О, здравствуйте, миссис Морено!       — Мел, вмажь этой недотраханной так, чтобы у нее вставная челюсть в желудок провалилась!!! — завопила я, но по дробному стуку каблуков соседки поняла, что выполнить мою просьбу подруга не успеет даже при очень большом желании, ведь всем известно — когда бабуська спасает свою жопу или догоняет автобус, она развивает скорость прокруче новенького «Ламборджини».       — Я лучше лифтеров вызову! — отозвалась Мелани.       — В жопу лифтеров, тут четыре взрослых мужика. Раздвигайте двери, иначе нам придется встречать Рождество здесь, — приказала я, на самом деле всерьез испугавшись перспективы оставаться в таком маленьком пространстве вместе с Аудиторе. Мало ли, вдруг игры нагло врали и он не просто услужливый кавалер, который не прочь пофлиртовать с каждой встречной-поперечной, а самый банальный сексуальный маньяк? Дело даже не в том, что я боюсь домогательств со стороны итальянца, сколько в том, что Мел мне башку открутит и с задницей местами поменяет, если узнает хоть о чем-то подобном. Боги, ну почему я не оказалась в лифте только с Альтаиром? Тогда бы никаких вопросов не было!       Послышался скрежет металла — видимо, Коннор просунул лезвие томагавка между створками двери. Спустя пару минут, сопровождавшихся натужным скрипом старых дверей и напряженным кряхтением Дезмонда и Радунхагейду, судя по звуку, внешние створки почти раздвинулись.       — Засунь скрытый клинок в эту дырку. Да, вот сюда. Да глубже пихай, иначе ничего не получится, — раздался голос Мел.       Будь проклята моя чертова фантазия вкупе с воображением и повышенным уровнем пошлости, но, наверное, не нужно уточнять, о чем я подумала и что представила. И, судя по усмешке слева от меня, не только я.       — Мел, вы чем там занимаетесь, а? — уточнила я, надеясь, что все-таки поняла все неправильно.       — Сексом, блин! — отозвалась подруга, а у меня глаза на лоб полезли. — Ну что ты фигню порешь? Чтоб ты знала, на внутренних дверях лифта, сверху, есть отверстие, воспользовавшись которым можно разжать двери.       — А я и не знала, что ты у нас квалифицированный лифтер! — восхитилась я, наблюдая, как в кабину сквозь разъехавшиеся створки проникает яркий свет.       Возникла новая проблема. Поскольку лифт застрял между пятым и шестым этажами, выбраться из него можно было только через довольно-таки небольшое отверстие под самым потолком кабины. Мне, с моим небольшим ростом дотянуться до выхода, располагавшегося почти под самым потолком не представлялось возможным. Да и подтягиваться я не умею, чего уж там. Альтаир, отодвинув меня в сторону, повис на полу шестого этажа на кончиках пальцев, ловко подтянулся, лег грудью и животом на пол, а уже через секунду мне были видны только его сапоги.       — Мел, а давайте вы на пятом двери разожмете, а то я не дотягиваюсь! — взмолилась я.       — Нифига, лезь так. Уже вон сколько времени из-за вас потеряли, — ответила Мелани.       — Предатели, — пробурчала я и взмолилась: — Эцио, хоть ты меня не бросай, а?       Аудиторе сначала непонимающе на меня посмотрел, и тогда я для наглядности подошла к дверям лифта, дабы он увидел, что до выхода мне с моим росточком не дотянуться ну никак. Ассасин улыбнулся и, приказав повернуться к нему спиной, подхватил меня за талию, помогая ухватиться за край. Дальше я взяться не могла, поэтому Эцио пришлось на мгновение оставить меня висеть без поддержки, а самому переместить свои руки, на этот раз обхватив меня за колени.       — Эцио, а можно не упираться лбом в мою пятую точку? — смущенно попросила я. — Ладно, главное не отвечай, а то будет еще хуже.       Аудиторе молча приподнял меня вверх, и моя голова вместе с руками оказались на воле. С этой стороны меня потянули за руки Дезмонд и Мелани, вытаскивая наружу словно сеть, полную рыбы, из воды. Следом, за доли секунды, выбрался Эцио.       — Погнали быстрее, Кейт уже три раза звонила, — поторопила Мел, пока я стряхивала со своего костюма налипшую от валяния на пыльной плитке грязь. — Говорит, что ей надоело торчать у торгового центра в костюме ассасина в одиночестве.