Хрупкое сердце

Мое путешествие на корабле проходило мирно и очень интересно. Древнейший океан во всей своей красе хоть и был неспокойным, но шторм не поглотил в синюю бездну наше небольшое судно. Мне было все безумно интересно на этом корабле, я никогда раньше не переплывал даже по внутренним водам страны так долго, как буду переправляться сейчас. К Новому миру мы должны были прибыть через три недели, и все это время я неустанно познавал новое на этом корабле. Трапезу со мной обычно разделял капитан. Старый моряк мне очень понравился, он рассказывал мне печальные и радостные истории, услышанные за время плаванья, древние предания эльфов и разные новости других стран Нового мира. Он услужливо отвечал на нескончаемый поток моих вопросов, а с каждым новым ответом у меня появлялось их все больше. Я часто засиживался у него допоздна, наблюдая, как он с помощью приборов на карте определяет расстояния или смотрит на звезды, чтобы определить наше местонахождение. Я понемногу начал знакомиться с командой. Самым удивительным моряком мне показался штурман. На вид это был зрелый мужчина, но внутри он был весь какой-то… нестабильный. Он говорил разные, самые странные вещи, имел привычку примечать все своими странными поговорками: «Спина кита, гроза над ней, паруса сними скорей». Как-то я спросил капитана, чего он все в облаках летает да держится особняком, а он нахмурил брови и ответил: - У каждого есть свое знание, но не каждый может понять и принять его. Карл не раз спасал судно, увидев то, что простому моряку не дано. И пускай ему на беду указала чайка, летевшая против ветра, он все равно прочитает сей знак природы. Природа вечна и мудра, Карл в неё верит, а я верю Карлу. С тех пор я стал прислушиваться к штурману с любопытством и узнал кое-что полезное. Старый Кук был просто веселый разговорчивый дед, который смеялся и над капитаном, и над Светлейшим Правителем Старого мира и над Эльфийским королем. Вообще над всеми и никого не боялся, мне так нравилась эта отрешенность и держание особняком всей команды: ходят между мирами, особо никому не принадлежат и живут, не зная бед земных миров… Команда часто пела гномьи песни, вспоминали старинные оды про славных эльфов и презренных орков, я заслушивался и наслаждался их обществом. Дома мне не было позволено столько знать о Новом мире, и развлекаться так называемыми «сказками». Но в старых песнях была и своя мораль и мудрость, как жаль, что я не смогу пробыть с ними подольше. Но все же было в моем путешествие на корабле кое-что весьма омрачающее. Кроме меня на борту было еще три пассажира. Трое мужчин, двое из которых держались особняком и редко выходили в места скопления шумных моряков. Третий поджарый путник, возвращающийся на родину, был грубоват, но явно мечтал оказаться как можно скорей дома и не раз за кружкой эля оказывался за одним столом с морскими крысами. Трое мужчин были точно знакомы, и двое очень недружелюбных на вид путника изредка тенями проскальзывали мимо меня. Вот про кого можно было точно сказать: контрабандисты и бандиты. Один из двух меня очень беспокоил, он поглядывал на меня с какой-то не ведомой мне хищностью во взгляде. Мерзко окидывал меня взглядам, и я спешил оказаться в другом месте, чувствуя себя не защищенным без повязки на глазах. Капитан сказал мне, что команда верна ему, и я могу, ничего не боясь, открыть свое лицо. Я так и поступил, так как мне осточертело скрываться эти долгие месяцы в пути. Теперь каждый мог меня разглядеть, и мне было от этого некомфортно. Моряки с любопытством на меня поглядывали, а кое-кто как-то странно подмигивал, от чего я смущался и не понимал, к чему они делают эти странные жесты. Но меня никто из них не трогал и относился с уважением, как и вся остальная команда. Но мрачный тип все равно смотрел на меня, и холод мурашками пробегал по моей спине. Поздно ночью я возвращался из каюты капитана со сборником стихов темного эльфа, который мне так услужливо отдал в распоряжение из своей личной библиотеки добрый капитан. Я предвкушающе зевнул и прошел по узкому коридору по направлению к своей каюте. Вдруг под шеей между ключицами начало знакомо покалывать… Опасность? Момент и передо мной распахивается дверь чужой каюты и две руки запихивают меня внутрь. Я испуганно сжимаюсь, стараясь не делать рывков и не спровоцировать приступ ужасной и знакомой боли. Пытаюсь закричать, но ладонь закрывает мне рот, а вторая вдруг опускается внизу живота и мерзко сжимает. Я всем телом содрогаюсь от омерзения, чувствуя это неласковое прикосновение и отвратительный запах. - Не рыпайся, малыш, хуже будет… Узнаю голос того ненормального и концентрируюсь. Обхватываю обеими ладонями его руку, закрывающую мой рот. Одним движением завожу ее назад за его голову. Разворачиваюсь к нему лицом и тяну его руку резко вниз, слышу хруст и его стоны. Ловко толкаю его ногой, и он приземляется на шаткий стул с тазом воды, которая вся выплескивается на пол. Его сдавленные ругательства наполняют маленькую каюту и в нее врываются разбуженные моряки. Рыпающегося контрабандиста вытаскивают наружу, и я мягко расправляю плечи, радуясь, что не потерял свои навыки боя. - Господин Ори, вы в порядке? – Ко мне подходит офицер и бегло осматривает. - Да-да, не стоит беспокоиться. Мужчина хмурит брови и говорит сквозь зубы: - Как раз таки стоит! Хэнк, простите за грубость, последняя мразь! Вам угрожала большая опасность. Пойдемте за мной, вы должны рассказать, что произошло. Я спокойно кивнул, одернул свою одежду и поднялся на верхнюю палубу, на которую морские крысы уже вытащили брыкающегося Хэнка. От его мерзких ругательств мои уши свернулись в трубочку. На палубе его грубо держали двое матросов, а через минуту к нему повалился под ноги его мрачный друг. Тот заскулил от боли, но моряки его скрутили и поставили рядом с ненормальным контрабандистом. На палубу вышел капитан и грозно сверкнул глазами в сторону бандитов: - Друг мой, что случилось? – Обратился он ко мне. Я в двух словах пересказал, как меня вдруг захватил в каюту Хэнк, и как потом я смог вырваться. А затем добавил: - Только красть-то у меня нечего, не понимаю, что ему было от меня нужно. Капитан не на шутку разгневался и молвил: - Я брал таких подонков как вы в последний раз в своей жизни. За нарушение порядка на корабле вас бросят на шлюпке в вольное плаванье, за оскорбление моего личного друга – смерть. Вяжите доску, господа. - Стойте! – Я ошарашенно кинулся к капитану, - Хэнк ничего не успел мне сделать, а его друга я вообще не видел! Я не хочу их смерти, капитан. Старый моряк сдвинул брови и посмотрел на меня: - Ори, знаете ли вы, что эта тварь хотела сделать с вами? - Нет, - честно ответил я. Мне действительно были не понятны его мотивы. Среди моряков прокатился недовольный шепоток. - Поверьте, если бы вы не были столь хорошим бойцом и не смогли побороть этого разбойника, он бы без жалости самым гнусным образом надругался над вами. Я застыл, все еще не понимая, о чем он говорит. Надругался? Что он мог со мной сделать? Изрезать и изуродовать? - Капитан, - я медленно и тщательно подбирал слова, - я все же считаю, что это слишком жестокое наказание для этих двоих. Моряк задумался и посмотрел на злобно кривившихся контрабандистов. - Хорошо. Вас обоих выпустят на вольное плаванье на шлюпке в открытое море, тебя Хэнк, за то, что собирался сделать и посмел учинить это на моем корабле. Я тебя, Урий, за то, что знал об этом. Выполняй! Шлюпку скинули на воду, а затем к борту подвели обоих разбойников. - Мерзкая подстилка! – крикнул мне Хэнк и сразу получи по зубам от одного из моряков. Затем их сбросили вниз на лодку и наше судно начало от них отдаляться. Часть команды, капитан и я наблюдали, как они превращаются в точку и, наконец, исчезают. - Так, все по местам! – Прикрикнул капитан и повернулся ко мне, - Я должен просить вас о прощении, мой юный друг. - Что? Но вы не в чем… - Ори, я грешу тем, что за повышенную плату перевожу таких мерзавцев через океан. Хэнк всегда был скотиной, но я и не подозревал, что он способен на такое. - Но за что такое? Я не понимаю, чего он хотел от меня. Капитан всматривался в мое изумленное лицо несколько минут, затем тихо сказал: - Знаете, не утрачивайте этого. Не утрачивайте этой наивности и мягкого сердца, потому что мир настолько мерзок вокруг, что может задавить вас. Но вы сильный, Ори, и держите все это на дистанции от себя, будьте бдительны, но до последнего верьте в хорошее – это вам поможет. Что касается его поступка, я вам так скажу: он позарился на самое святое – на ваше тело. Оно притягательно для многих и в Новом мире многие захотят овладеть им, так что будьте готовы защитить себя. Я вспомнил прикосновения этого мужчины и задохнулся от ужаса. Ему нужно было мое тело? То есть как? Он хотел меня, как женщину? Я беспомощно обнял себя руками, с неверием переваривая такую информацию. Капитан вздохнул, погладил мое плечо, и, собираясь уйти, обратился ко мне: - Утром мы будем в Картонге, зайдите ко мне, как соберете вещи. Я вам хочу дать кое-что очень важное, ваш путь продолжится уже без меня.