Сердце викинга

Ник сидел в главном зале, сжимая в руке кубок с вином. Ненависть к неизвестному, напавшему на Кэролайн, душила его. Он вспомнил, как беззащитно лежала она в его кровати, такая маленькая, хрупкая, и грязно выругался. - Скорбишь о рабыне? - мягкая рука сзади потрепала его волосы. Ник поморщился. - Что тебе нужно? Грунхильда плавно села в кресло рядом с ним. - Всего лишь твоего внимания, милый, - она прищурилась. - Я многого требую от своего нареченного? Ник встал и заходил по залу. - Знаешь, Грунхильда, - он задумчиво посмотрел на нее. - Мне кажется, мы торопимся со свадьбой. - Что? - она вскочила и подбежала к нему. - Что ты сказал? - Я сказал, что мы торопимся со свадьбой, - медленно повторил Ник, сузив глаза. - Теперь яснее? - Ты... да как ты смеешь? Ты передумал жениться на мне? - Я не передумал. Но сейчас слишком много всего. Ты должна потерпеть. - Ты просто хочешь как можно дольше позабавиться со своей саксонской шлюхой, - Грунхильда начала задыхаться от бешенства. - Знаешь, что я не потерплю ее в этом доме. Взгляд Ника поледенел. - Это мой дом, и я решаю, кому здесь жить. Не смей распоряжаться моим имуществом, женщина. Грунхильда замолчала на мгновение, пытаясь совладать с собой. Когда она снова заговорила, голос ее был спокоен, но полон металла: - Послушай меня, дорогой. Ты не посмеешь играть со мной, как с этой потаскухой. Как только конунг приедет сюда, он поженит нас. Иначе, клянусь святой Фрейей, кем бы ты ни приходился Харальду, сколько бы воинов у тебя не было, я растопчу тебя в порошок. Ты не знаешь, на что способна разъяренная женщина. Она повернулся, взметнув свои рыжие локоны, и ушла, оставив Ник смотреть ей вслед тяжелым взглядом. Кэролайн отчаянно пыталась уснуть, изо всех сил сжимая веки. Но все, что рассказал Коул, не выходило у нее из головы. Она раскаивалась в некоторых обидных словах, сказанных в сердцах Нику. Теперь понятно, почему он такой озлобленный на весь мир. Конечно, сказки про любовь жестокого викинга к ней до сих пор вызывали у нее лишь горькую усмешку - такое происходит только в небылицах, которые перед сном рассказывала ей кормилица. Но потом мысли ее снова вернулись к Мэтту, Стефану и остальным. Как ей вызволить братьев? Дверь скрипнула. Кэролайн вздрогнула и чуть-чуть приоткрыла глаза. Сковь щелки она, к своему изумлению, увидела Ника, стоящего у ее кровати и смотрящего в пол. Она в смятении снова сомкнула глаза. Как ей себя вести? Что сказать ему? Но тут она услышала его голос: - Прости меня, Кэролайн, - пробормотал Ник. Он коснулся ее руки. - Это моя вина. Я отдалил тебя от себя. Не уследил. Он думает, что она спит, догадалась Кэр. Что ж, отлично. - Клянусь, я найду этого ублюдка, - продолжал он, не отпуская ее руки. Второй он погладил ее по лицу. Кэролайн еле удержалась от улыбки. Как приятны его прикосновения! - Найду и убью. С твоей головы даже волоса не упадет. Никогда! Кэр с удивлением прислушивалась к этим неожиданным интонациям в его голосе. Столько нежности она еще не слышала. Ник взял стул и сел поодаль кровати, прислушиваясь к ее дыханию. Что ж, пусть спит. Он подождет здесь. - Не стоит вам ходить со мной, - угрюмо сказал Лендри. Грунхильда ходила перед комнатой Ника взад-вперед. - Ты что, не понимаешь, тупица? - взорвалась она, - я хочу сама убить эту тварь! Своими руками! Дай нож! Лендри со вздохом протянул ей свой охотничий нож. Не нравилось ему это все, но нрав хозяйки он знал и побаивался его. За непослушание слуга мог запросто лишиться языка. Миледи Грунхильда была скора на расправу. - А теперь веди, - скомандовала ему хозяйка. - Сейчас ночь, Ник, вероятно, со своими викингами, а эта тварь в его комнате, я точно знаю. Прохлаждается, потаскуха! - она снова начала впадать в бешенство. - Свечи придется потушить. - сказал Лендри. - вдруг проснется и закричит. - Я бы хотела, чтоб эта сучка знала, от кого примет смерть, - мстительно прошептала Грунхильда. Ее слуга покачал головой. - Тогда беда нам, миледи. За убийство жестоко покарают. - Веди давай, разболтался, - рявкнула она. Лендри задул и свечу и осторожно приоткрыл дверь. Ник задремал. Несколько раз он открывал глаза и смотрел на Кэролайн, но та спала крепким сном. Свечи он зажигать не решился, боясь разбудить ее, и в сумерках жадно оглядывал ее прекрасное, гордое лицо, покоящееся в гнезде из светлых локонов. В свете заката, проникавшего через окна, она казалась ему ангелом, сошедшим с небес за что-то хорошее, что он когда-то совершил. Грудь ему теснили какие-то незнакомые чувства, которые страшили его и будоражили одновременно. Когда окончательно стемнело, он, как и был, сидя, погрузился в беспокойный сон. Разбудил его тихий скрип двери. Чуткое ухо сразу уловило в беспросветной тьме вошедших людей. Затем послышался шепот: - Ты совсем тупой, Лендри? Я ничего не вижу! Зажги свечу! Далее все произошло слишком быстро. Зажегся свет. Ник увидел Грунхильду, стоявшую спиной к нему, у постели Кэролайн, с каким-то громилой. Сверкнул нож. Кэролайн открыла глаза и закричала. Ник с быстротой тигра метнулся к невесте и схватил ее руку. - Нет! - завизжала Грунхильда. - Я убью эту суку! - она вырвалась из его рук, повернулась к Кэролайн и снова занесла нож. На мгновение Ник увидел глаза Кэр. Она смотрела не на нож, не на женщину, собрающуюся ее убить, а на него. Этот всепрощающий взгляд небесно-голубых глаз решил для него все в одну секунду. В мгновение ока он оказался у постели и лег спиной на Кэролайн так, что удар пришелся ему в плечо. Он охнул от боли. Грунхильда отступила от него, слишком потрясенная, чтоб сделать вторую попытку. Громила, ее слуга, молча наблюдал за происходящим. Лица Кэр Ник не видел, но готов был биться об заклад, что она была потрясена не меньше его невесты. - Ты так любишь эту саксонку? - Грунхильда медленно переводила взгляд с него на Кэролайн. Нож выпал из ее рук. В комнату ворвались воины, услышавшие крики. Они тоже в изумлении встали на пороге. - Ну, что стоите? - раздраженно прикрикнул на них Ник. Его бесил этот ажиотаж, который вызвал его поступок, им самим не до конца понятый. - Взять ее и слугу. Ее в комнату и не выпускать, а этого в темницу. Охранники тут же схватили Грунхильду и Лендри. - Вам надо к лекарю, милорд, - Хаардрад выступил вперед. - Пустяки, царапина, - Ник поморщился и встал на ноги, зажимая кровоточащее плечо. Он наконец посмотрел на Кэролайн. Та сидела на постели, устремив на него потрясенный взгляд. - Я надеюсь, тебе лучше, - он слегка улыбнулся, повернулся и зашагал прочь. Спускаясь по лестнице в сопровождении викингов, Ник услышал возню у входной двери. - Ну что еще там? - устало спросил он. К нему подбежал один из младших воинов, безбородый и улыбчивый. - Милорд, - воскликнул он, - конунг Харальд скачет сюда! К рассвету прибудет.