First kiss. цикл драбблов.

- Что ты смотришь? - Понятия не имею. - Ого, - Дин взглянул на экран телевизора, - Сэмми у нас смотрит сопливую мелодраму? У тебя что, месячные? Не успел Дин сесть рядом, как Сэм стукнул брата диванной подушкой, чтобы тот заткнулся. Старший ловко словил её у груди и подмял под локти, поудобней опираясь на колени. На экране целовались. Мужчина в военной форме и женщина с уложенными на плечах светлыми волосами. Дин наклонился чуть вперёд, оказываясь наравне с братом, стёр улыбку с лица с характерным покашливанием и вперился в телевизор с самым серьёзным видом, словно смотрит не чёрно-белое кино, а экранизацию папиного дневника. Сэм не реагировал на поддразнивание по меркам старшего достаточно долго, чтобы шутка перестала иметь должный эффект. Тогда Дин перевёл взгляд на брата, нисколько не стесняясь повернуться всем корпусом, выжидающе подпереть подбородок ладонью и чуть ли не упереться носом в щёку младшего. На лице всё та же сосредоточенность. У обоих. - Чувак, они целуются уже две минуты. - Давай пропустим прелюдию и включим "Знойные буфера 4". - Я просто не понимаю, как так долго можно не дышать. Брови Дина поползли вверх. - Легко. Сэм повернул голову, встречаясь с хитрыми зелёными глазами. Их лица были слишком близко друг к другу, и младший невольно опустил взгляд на губы брата, просто для того, чтобы убедиться, на месте ли его подначивающая ухмылка. Но её не было, и взгляд, словно обжёгшийся, быстро метнулся обратно. Зрачки Дина расширились, Сэм сглотнул. - Всё очень просто, - голос сел, и Дин снова откашлялся, коротко облизнув нижнюю губу. - Просто дыши носом... медленно, как будто... медитируешь. - Медитирую? - почему-то шёпотом спросил Сэм. Дин кивнул. - Сейчас... сейчас покажу... Он замер на мгновение, когда их губы оказались в опасной близости друг от друга, ожидая, что Сэм отклонится или упрётся ладонью в грудь, скажет, что Дин ненормальный, что он не понимает, что творит, чтобы держался от него подальше, чтобы не смел больше касаться никогда-никогда-никогда. Горло сдавило от волнения, и сердце стучало в висках так, что он почти пропустил лёгкий выдох: "Мне уже не хватает воздуха", - когда не он, а Сэм прижался к губам брата. Дин вцепился в собственные колени, как за спасательный круг, и если бы мог, он бы почувствовал, как свело мышцы на запястьях. Но все его мысли бились вокруг сумасшедшего горячего рта Сэма, который не спеша елозил по губам, примеряясь для удобного проникновения. И Дин не заставил долго ждать, открыл рот и позволил младшему утонуть в собственном гортанном стоне. Они целовались целую вечность, прежде, чем Сэм замычал и стал хвататься за рубашку брата то на плечах, то на груди, то за воротничок. Он шумно простонал и оттолкнул Дина. Глаза блестели, и они оба тяжело дышали. - Прости, - Сэм помотал головой, и Дин готов был провалиться сквозь землю, что заставил своего младшего братишку пойти на такое немыслимое извращение. Он уже открыл рот, чтобы сказать какую-нибудь глупость о том, что он сейчас же упакует все вещи и уедет на другой континент, лишь бы Сэм не чувствовал себя неловко. Щёки горели. - Давай попробуем ещё раз... - взгляд немного просящий, немного шальной и полный желания продолжить, - я просто отвлёкся, забыл про дыхание... Дин одобрительно улыбнулся. Второй раз потянуться оказалось намного легче, словно после первого поцелуя все полюса встали на свои места, и магнит заработал с нужной силой. Но щелчок открываемой двери заставил их отскочить на разные концы дивана. - Дин? Сэм? Никто из сыновей не отозвался, пытаясь привести дыхание в норму. Они посмотрели друг другу в глаза, упиваясь общим секретом, и Сэм медленно, как во сне, приблизился к Дину, словно намереваясь продолжить то, от чего их оторвали, несмотря на то, что отец мог зайти в любую секунду. Зависнув на мгновение перед лицом брата, младший опустился и положил голову тому на колени. - Дин? - послышалось за спиной. - Привет, пап, Сэм спит. Джон улыбнулся, не замечая румянца на щеках старшего сына. Он любовался ими всего секунду, после перевел взгляд на экран. - О, мой любимый фильм. Жаль, я пропустил сцену с самым длинным экранным поцелуем, - отец неловко запнулся, видимо вспомнив Мэри. - Да, пап, поцелуй был крышесносным.