sweet marshmallow (sudo)

Чунмен с хмурым выражением лица оглядывает царящий хаос на всем первом этаже дома после празднования его девятнадцатого – совершеннолетия, между прочим, – дня рождения и решает отложить вылизывание дома на завтрашнее утро, точнее, уже на сегодняшнее, судя по бьющим в окна слабо-розовым рассветным лучам, которые совсем скоро скроют темно-серые тучи. Прежде всего, надо выспаться, а там уже и уборка. Благо, родители приезжают лишь послезавтра. Парень, еле передвигая ногами, поднимается наверх, отодвигая в сторону ограждение коридора в виде громадного шкафа – чтобы гости развлекались и бомбили только первый этаж, – и плетется в свою комнату. Толкнув дверь и лениво скинув на пол шорты с рубашкой, Чунмен валится в свою постель и сгребает рукой одеяло, не придавая особого значения небольшому бугорку, свернувшемуся калачиком, под боком. Он быстро забывается сном и умудряется убито проспать добрую половину дня под размеренный стук капель дождя по карнизу, прежде чем ему сонно и от души заезжают локтем в глаз, когда переворачиваются на другой бок. Чунмен еще лежит какое-то время, осмысливая произошедшее, а после поднимается на локтях, полуоткрытыми глазами оглядывая постель вокруг себя. Наткнувшись взглядом на лохматого темноволосого парнишку, чья рука покоится на пояснице Кима, укутавшегося в одеяло рядом, с губ Мена невольно слетает хриплое: – Ты кто такой? В ответ он слышит тихое сопение, поэтому нерешительно решает слабо толкнуть спящего в плечо. Тот сквозь сон хмурится и, делая потягушки, приоткрывает один глаз, тут же уставляясь на Кима. Вдзрогнув, мальчик еще больше сдвигает брови на переносице и отшатывается в сторону, из-за чего чуть не слетает с постели на пол – Чунмен успевает поймать его за руку и дернуть на себя. – Так кто ты такой? – повторяет свой вопрос Мен, приподнимая одну бровь и внимательно оглядывая найденыша. – Кенсу, – выдавливает парень и, стянув немного одеяла с Чунмена, плотнее укутывается. Еще не совсем отошедший после выпитого накануне алкоголя и сна мозг медленно переваривает ситуацию и чужую внешность. Этот почему-то оказавшийся в его кровати Кенсу явно младше него самого, годика на три-четыре. Его глаза распахнуты и в этот самый момент резко увеличиваются в размере еще на немного. – Ты голый? Чунмен немножко подвисает после услышанного, затем оглядывает себя и отвечает: – Только в боксерах. Он четко помнит, что на рассвете ввалился в свою комнату в гордом одиночестве, после чего скинул лишнее и уснул, поэтому спешит добавить: – Не волнуйся ты так, между нами ничего не было. – Мен невольно начинает улыбаться. – Но тебе не мешает объясниться, что ты здесь забыл. Лицо Кенсу резко меняется, и он раздраженно бубнит что-то себе под нос, копошась в одеяле и пытаясь сесть. До ушей старшего доносятся слегка неразборчивые «Тэен» и «тупая сестра еще поплатится», что помогает немного прояснить произошедшее. – Ты младший брат Тэен, да? Кенсу игнорирует его вопрос, наконец-то сев на кровати и спустив ноги вниз, после он с тем же бубнежом подбирает с пола сваленную в кучу одежду и семенит в ванную комнату, хлопая дверью. Чунмен же, вздохнув, потирает ушибленный глаз и тянется к мобильному, оставленному на прикроватной тумбочке. Они с Тэен не особо близко общаются, поэтому у него нет ее номера, зато он почти на сто процентов уверен, что та сейчас крепко обнимает его друга, поэтому набирает Бэкхена. – Чего тебе? – хрипло выдыхает в трубку Бен. – Дай трубку своей девушке, – просит Мен, параллельно поднимаясь и подходя к зеркалу, где в отражении видит помятую и слегка опухшую рожу, на правом глазу которой совсем скоро проявится фингал. – Она спит, зачем тебе? – удивляется Бэкхен. – Что мне делать с ее братом? – В смысле? – осекается парень. На фоне слышится возня. – Стоп. Что? Кенсу у тебя? Черт… Мы вчера увлеклись и забыли о нем. Ты его не отправил домой? – Мы только проснулись и… Его прерывает оглушительный звук чего-то сваливающегося в ванной, и он, отложив телефон, незамедлительно подходит к двери. – Эй, с тобой там все нормально? Что случилось? Кенсу резко открывает дверь и выходит, прикрывая ее за собой, но Чунмен успевает заметить опрокинутые на пол душ и содержимое его полок, после чего недовольно поворачивается к младшему и видит на нем свою же одежду, которую он вчера бросил на пол, перед тем как лечь. Он успевает подумать, как миленько Кенсу смотрится в великоватой для него одежде, прежде чем тот отталкивает его с дороги и, спокойно произнеся: – Приготовишь мне завтрак, – идет в коридор. Чунмен не может понять – это вопрос или же приказ, поэтому со смутными ощущениями плетется следом, спускаясь вниз, в кухню. После все-таки приготовленного на скорую руку Меном завтрака Кенсу никуда не уходит, оставаясь в чужом доме, железно аргументируя это тем, что ключи от дома остались у сестры, а за окном льет, как из ведра. Ким не особо горит желанием выгонять этого найденыша на улицу, все больше проникаясь его очень скрытым очарованием, и берется за уборку, а младший даже охотно помогает ему – не путается под ногами, довольно развалившись в гостиной на диване. И хитро наблюдает за Чунменом, пока тот не видит.