Lions are coming

      Его подняли ещё за несколько часов до прибытия в Дорн. Эйгон устало ходил по палубе, выжидая, когда он наконец увидит землю. Долгое плаванье, признаться, утомило его. Мужчина не видел ничего привлекательного в бушующей стихии, как это было раньше. Теперь главной мукой было ожидание, всеобщее ожидание.       Несколько дней назад пришло ответное письмо принца Дорана, в котором указывалось на то, что Дорн готов встретить гостей. Неожиданное стечение обстоятельств ничуть не смутило Мартеллов, что показалось Таргариену очень странным, но он быстро выбросил всякие сомнения из своей головы.       Эйгон подошёл к носовой части корабля, пытаясь отыскать взглядом своих драконов, которые ранее отправились на поиски пищи. Ему нужно было вновь посадить их на цепи, дабы обезопасить дорнийский народ от внезапных порывов ярости Визериона и Рэйгаля. Он не знал, как поведут себя драконы в незнакомой обстановке, поэтому решил лишний раз не рисковать.       Размышления Таргариена были прерваны появлением Тириона Ланнистера. Возвращение в Вестерос не вызывало у него такой бурной радости, как у большинства людей. Ланнистер знал, что там, благодаря его «любимой» сестрице, его ждёт нелёгкая жизнь. Эйгон тихо усмехнулся, глядя на Тириона, на что в ответ получил вопросительный взгляд.       — Что смешного?       — Да ничего. Просто вспомнил, как ты отказывался возвращаться сюда, — Эйгон улыбнулся, опираясь руками о борт корабля. — Впрочем, у меня сейчас осталось лишь одно желание: убраться куда подальше от этого моря. Ещё немного, и я стану рыбой.       — Я не желаю ехать в Вестерос не из-за качки и не из-за нелюбви к морю. Если вы едете туда обретать семью и друзей, то я, напротив, предпочёл бы не видеть некоторых своих родных до конца жизни.       — Неужели твоя неприязнь настолько сильна? — Таргариен приподнял бровь, обращая на Ланнистера заинтересованный взгляд. Он хорошо знал о похождениях Тириона и о его жизни, но мужчина всё равно уже много лет оставался для Эйгона загадкой.       — Если бы вы встретились с моей сестрицей, то поняли бы абсолютно всё, — Тирион на мгновение задумался, а затем поднял взгляд на Эйгона. — Хотя, конечно, нынешний король не так плох. Я запомнил его милым и тихим ребёнком. Если мать не сделала из него второго Джоффри, то не всё потеряно. Моя племянница Мирцелла не пошла по стопам родителей, она чудная девочка. Да и своего брата Джейме я люблю…У него сейчас есть семья. Я искренне надеюсь, что с ними всё в порядке.       — Тебе есть ради кого жить, Тирион Ланнистер. Что бы ты ни говорил, но у тебя всё равно остались дорогие твоему сердцу люди, — Эйгон вновь посмотрел вперёд, замечая приближающиеся очертания Солнечного Копья. Сердце в груди забилось быстрее. Его цель была как никогда близко. Он пришёл бороться за престол. Пришёл отомстить тем, кто сверг его семью и втоптал её в грязь. И он непременно сделает это.

***

      — Ваше высочество! — принц Доран, опираясь на костыли и несколько пар рук, почтенно склонил голову перед Эйгоном. Таргариен нахмурился и попросил дорнийского принца вернуться обратно в кресло, чтобы не причинять тому неудобств. Солнечное Копьё встретило их с поистине огромным размахом. На берегу собралось множество людей, желающих посмотреть на новоприбывших. Сам принц Доран с семьёй расположился на каменной насыпи. Все радовались, веселились, кто-то танцевал. Эйгон лишь слегка поморщился и покачал головой, искренне не понимая всеобщей радости. Его приезд означал начало войны, а она никогда не приносила счастья.       — Весьма рад видеть вас, принц Доран. Спасибо, что согласились встретить нас раньше времени.       — Я понимаю, — Доран кивнул, внимательно смотря на Эйгона и полагая, что их разговор состоится чуть позже. Мужчина обернулся и посмотрел на подошедших Джона Коннингтона, Лемору и Тириона. Все они были как никогда спокойны, на лицах — абсолютно нейтральные выражения. Словно не происходило ничего особенного. Однако не всё было так гладко. Драконы приносили невероятное неудобство: Визерион и Рэйгаль отказывались сидеть на цепи, шипя и выпуская пламя на каждого, кто приближался к ним.       — Принц Доран, можно ли бы было как-нибудь обеспечить… кхм, проживание моим драконам? — Эйгон кивком указал в сторону корабля, откуда слышались крики и рёв недовольного Визериона.       — Д-да, мы сделаем всё, что сможем, — Доран быстро заморгал, затем перевёл взгляд на судно, а после вновь на Таргариена. — Ваше высочество, позвольте представить вам мою семью.       Эйгон проследовал за Дораном. Через некоторое время он увидел перед собой нескольких человек, сверлящих его каким-то нервным взглядом.       — Это мой старший сын, Квентин, и его супруга Гвинет, а также их дочери – Рейнис и Эмилия, — Доран указал в сторону людей, которые почтительно склонили головы. Эйгон кивнул им в качестве приветствия, внимательно рассматривая каждого из Мартеллов. Квентин выглядел достаточно мужественным и сильным, однако в глаза Эйгону так и не посмотрел. Его тихая супруга сцепила руки, поглядывая на младшую дочь, которая боязливо косилась на Таргариена, сжимая пальчиками подол материнского платья. Лишь только старшая дочь Квентина, Рейнис, пристально смотрела ему в глаза. Эйгон немного растерялся, смущаясь от столь откровенного взгляда юной девушки. Её тёмные глаза смотрели внимательно, даже, можно сказать, дерзко. Он впервые встречал человека, который так смотрел на него.       Таргариен проследовал за Дораном дальше, спиной ощущая на себе дерзкий взгляд дорнийки.       — Это мой младший сын Тристан, его супруга Мирцелла и их сыновья – Оливар и Ливен, — вновь заговорил принц Доран.       Тристан оказался куда более смелым и вышел вперёд, почтительно склонив голову, а затем подняв на Эйгона взгляд тёмно-карих глаз. Таргариен немного успокоился, ведь нашёлся здесь тот человек, который не побоялся посмотреть ему в глаза.       Эйгон, чуть потупив взор, заметил рядом с Тристаном мальчика, вперившего в незнакомца по-детски любопытный, но осмысленный взгляд. Мужчина отметил золотистые волосы и зелёные глаза юного Мартелла, что было совсем не свойственно этому роду. Вскинув подбородок, Таргариен увидел такие же изумрудно-зелёные глаза у юной девушки, стоявшей сбоку от Тристана и глядевшей на него, Эйгона, с некоторой опаской и… страхом?       «Мирцелла…» — неосознанно пронеслось в голове мужчины. Это имя, всплывшее в памяти, было знакомо ему. Именно его упоминал Тирион несколькими часами назад. Мирцелла. Ланнистер.       Девушка осознала, что Эйгон всё понял, и крепче прижала к себе младшего сына. Тристан аккуратно положил руку на её талию, стараясь как-то успокоить возлюбленную. Таргариен лишь тихо вздохнул и дальше проследовал за Дораном. Присутствие члена семьи Ланнистеров ничуть не радовало его. Он не мог быть спокойным, пока здесь находилась девушка, которая в любой момент могла отправить письмо своей семье в Королевскую Гавань и рассказать все его планы.       «Нужно всё обсудить с принцем Дораном», — подумал он, а затем обернулся, чтобы подозвать сира Коннингтона и остальных приближённых. Теперь их ждёт долгий разговор.       Эйгон уже собирался уходить, однако его взгляд снова встретился с глазами принцессы Рейнис, которая тут же свела брови на переносице, хмурясь.       «Не доверяет она мне», — пронеслось в мыслях Таргариена, когда он всё-таки отвернулся и пошёл прочь, чувствуя на себе напряжённый взор.

***

      — Что же случилось, Ваше высочество? — принц Доран уютно расположился в кресле, вытянув ноги. Кажется, в последнее время болезнь стала брать верх, и мужчина всё чаще оставался в постели: ноги отказывали.       — Не буду вдаваться в подробности. С Дейнерис не вышло ничего хорошего. Я желал быть честным с ней, ведь только так можно построить по-настоящему крепкий союз, а она врала мне всё время. Все эти годы, — Эйгон прошёл ближе к Дорану и сел рядом с ним, напряжённо вглядываясь в лицо союзника. Дорн выступал на его стороне, не было причин не доверять кому-то из дорнийцев, но сейчас он не мог полностью верить никому.       — И что же теперь?       — Теперь мне нужна армия, чтобы вернуть себе Вестерос. Буду решать сначала проблемы глобальные, а уж потом личные, — Эйгон потянулся за кубком и сделал несколько глотков вина. То, что нужно после долгого и изнурительного путешествия. — Я планирую выступать уже через неделю или две. Моим людям нужно оправиться и восстановить силы.       — Я готов предоставить вам своих воинов. Мы собрали со всех земель столько человек, сколько смогли. Я надеюсь, что они помогут вам, — принц Доран изобразил подобие улыбки, а затем глотнул из своей чаши. Руки его тряслись.       — Спасибо, принц Доран. Я благодарен вам за помощь. Трудно найти союзников сейчас, — Эйгон на секунду задумался, а затем поднял взгляд и внимательно посмотрел на Мартелла. — Я хотел спросить у вас. Та девушка рядом с вашим сыном Тристаном, она…       — Ланнистер. Верно. Вас это тревожит? — Доран склонил голову набок, смотря на Эйгога.       — Тревожит, весьма сильно тревожит. Я знаю, кто она и кем приходится королю-узурпатору. Вы ведь осознаёте, что будет, если она сообщит брату о происходящем сейчас?       — Да, конечно. Мирцелла неглупая девочка, она сама всё прекрасно понимает. Я не думаю, что она захочет рисковать своей жизнью и жизнью своей семьи, — Доран пожал плечами, ненадолго задумываясь о чём-то, а затем поднял глаза.       — Я надеюсь на вас, принц Доран.       — Если вам будет спокойнее, то я попрошу Тристана поговорить с ней. Для надёжности, — получив утвердительный кивок, Доран спокойно выдохнул, а затем поджал губы, с неуверенностью смотря на Эйгона. Таргариен склонил голову набок, атмосфера стала слишком напряжённой.       — Говорите, принц Доран. Что вас тревожит? — Эйгон сложил руки на груди, глядя на Мартелла.       — Не хочу навязывать вам свою волю. Однако я подумал... Если с принцессой Дейнерис не сложилось, то, возможно, стоит попытать счастья здесь, в Вестеросе? Мы могли бы заключить союз между нашими домами не только армией, — Мартелл внимательно посмотрел на Таргариена, заставив того задуматься. Чтобы заручиться поддержкой всего Дорна, Эйгон действительно мог бы заключить с ними такой союз. Тогда не останется никого, кто бы мог противиться решению смены династии.       — Кто? — он поднял взгляд на Дорана, мысленно уже представляя образ девушки со жгучими карими глазами.       — Дочь моего старшего сына Рейнис. Она замечательная девушка. Возможно, слегка импульсивная, но все они такие в этом возрасте. Я думаю, она станет отличной партией для вас, — Мартелл замолчал, смерив Эйгона внимательным взглядом. Где-то внутри Таргариен уже знал ответ на свой поставленный вопрос, но слова Дорана взбудоражили его сердце. Лишь одно воспоминание о взгляде дорнийской принцессы вызвало у него непреодолимое желание лично поговорить с ней.       — Что ж, посмотрим, что из этого выйдет, — улыбка скользнула по лицу Эйгона, и он отвёл взгляд в сторону, обратив его к окну.

***

      Ветер развевал её волосы. Рейнис после всей суматохи, вызванной прибытием новых гостей, вышла в сад, чтобы уединиться. Мама увела Эмилию спать, но та закапризничала, поэтому пришлось довольно долго успокаивать её.       «Ты станешь королевой», — вспомнились девушке слова дедушки, сказанные им буквально полчаса назад и никак не выходившие у неё из головы.       Королевой? Она совершенно не хотела ею быть. Она не хотела выходить замуж за этого заносчивого Таргариена, не хотела становиться его супругой. Однако долг был превыше всего. Какие-то отговорки или же протесты не были бы восприняты. Дорну нужен союз, а она должна была его исполнить, претворить в жизнь. Она ведь принцесса.       Рейнис устало вздохнула и подошла к небольшому фонтану, опуская ладони в прохладную воду. Девушку злило то, что всё произошло без её ведома. Неужели так всегда происходит? Ей никогда не приходилось сталкиваться со сватовством, она жила размеренной и свободной жизнью. А теперь что? Теперь Эйгон Таргариен будет её супругом, и нормальной жизни придёт конец.       Девушка нахмурилась, проклиная про себя тот момент, когда нога будущего короля ступила на земли Солнечного Копья. Впереди очередная война. Неужели им было недостаточно того, что произошло несколько лет назад?       Её мнение ничего не значило. Она была простой девочкой, наверное, ничего не понимавшей в политике. И всё же.       Рейнис присела на бортик фонтана, задумчиво глядя на своё отражение в зеркальной глади воды. Вздохнув, девушка на мгновение подняла глаза… Среди зарослей лимонных деревьев промелькнула очертания чьей-то головы. Серебряные волосы. Это был он. Девушка нахмурилась, желая, чтобы Таргариен не заметил её и просто прошёл мимо. Однако чудес не случается.       Эйгон лишь немного повернулся, чтобы перейти на другую тропинку, и заметил её. Рейнис напряглась, зная, что сейчас разговор может выйти далеко не очень приятным. Она была слишком сердита на него, дедушку, да и на всю семью, которая взвалила на неё это тяжкое бремя.       — Принцесса Рейнис? — его голос звучал наигранно и чересчур сладко. Она поморщилась, вызвав на его лице удивление. Мужчина медленно подошел к ней, затем приложил руку к сердцу и поклонился. Глаза у него как-то странно блестели.       — Ваше высочество, — она изобразила подобие реверанса, потом сложила руки на груди и прикусила губу, чтобы не съязвить ему в ответ. Он вызывал у неё жгучее желание уйти. Она бы и ушла, если бы не приличия.       — Что вы здесь делаете? — Эйгон хотел было подойти ещё ближе, но, заметив недобрый блеск в глазах девушки, остановился. Он вновь улыбнулся ей, но эта улыбка не вызвала ответного желания улыбнуться. Она была ей неприятна.       — Думаю, — девушка пожала плечами и посмотрела в сторону, ища спасение у кого-нибудь, но сад пустовал. Все собрались во дворе их дома, все празднуют. — А почему Вы не на празднике? Главный виновник торжества отсутствует, неправильно это.       — Столь шумные мероприятия слишком быстро докучают, — Таргариен усмехнулся, внимательно смотря на Рейнис. Несомненно, девушка цепляла его. Сама Рейнис это прекрасно видела, и от этого ей становилось не по себе.       — Как знаете, — она пожала плечами, хрипло вздохнула и отошла в сторону, надеясь тихо удалиться в свои покои, но Эйгон вскоре нагнал её. Он встал рядом, прожигая девушку пытливым взглядом. Рейнис нахмурилась и резко отвернулась, надеясь, что «Его Величество» отстанет от неё и оставит её в покое. Но куда там. Эйгон в её глазах походил на щенка, который бегал за хозяином. — Что Вам нужно?       — Вы мне просто интересны, принцесса. Учитывая, что мы станем супругами, я бы хотел узнать о вас побольше, — Эйгон вновь улыбнулся, как-то загадочно смотря на свою наречённую. Терпение Рейнис на этом лопнуло.       — Я не настолько счастлива, чтобы говорить с вами обо всём, мой господин. Не нужно расспрашивать, я всё равно не отвечу. Я не ощущаю счастья от мысли, что стану вскоре вашей супругой и от того, что наши земли из-за ваших желаний вновь окажутся под гнётом войны. Именно поэтому я великодушно прошу Вас оставить меня в покое. Прошу извинить меня, — Рейнис вновь сделала лёгкий реверанс и, махнув юбками, быстрым шагом направилась прочь от Эйгона. Она не хотела находиться рядом с ним. Слишком быстро он захотел хорошего отношения к себе.       Она отошла на порядочное расстояние, а затем обернулась, чтобы убедиться, что Таргариен не пошёл за ней. И, слава богам, его там не было. Теперь он встал около фонтана, с задумчивым выражением лица смотря на искрящуюся воду. Рейнис на несколько секунд остановила взгляд на лице будущего короля, а затем, фыркнув, направилась в свои покои.

начало 313 от В.Э.