Бренненбург - пристанище любви

Даже на утро, проспав часов двадцать, Стив чувствовал себя полностью разбитым. Все вчерашние приключения сказались на его физическом состоянии: суставы болели, некоторые мышцы сводило, а лицо, конкретно изрезанное ножом, горело огнем, глаза он еле открыл, поскольку те слиплись от запекшейся крови. Зато морально он был полностью здоров. Он сел по-турецки на кровати и зевнул, издав протяжный хриплый звук и сонно оглядевшись. В сравнении со вчерашним днем комната выглядела куда пристойней: ковер подсох, так как вся вода немного отступила от их этажа (видимо, над починкой “плотины” уже работали и лишнюю воду откачивали). О прошедшем катаклизме напоминали лишь отошедшие у самого пола, хотя и без того редкие обои. А еще на самом ковре оставалось небольшое темное пятно… Стив поморщился, от чего раны на лице предательски заныли. Рукой он ощупал плотность замотанных вокруг головы бинтов. Убедившись, что все в более-менее порядке, Стив поднялся, на свое удивление ощутив под ногами не влажный ворс ковра, а что-то теплое и относительно мягкое. Он резко отпрыгнул в сторону: - Какого черта, Грег?! Парнишка лежал на полу, раскинув руки и прикрыв единственный глаз. Вторая глазница была пустой, там зияла глубокая рана, которая за столько времени не успела толком затянуться в отличие от “пустяковых” шрамов на стивовском лице, посему кровь стекала по виску, щеке Грегори, затекая в ухо и капая на пол. Он не отвечал, Стив с опаской склонился над ним: - Эй, - еще раз окликнул он “приятеля”, аккуратно положив руку ему на плечо. Целый глаз приоткрылся, чуть не насквозь пронзая Фейса своим холодом, заставляя вздрогнуть. Но руки он с его плеча не убрал. - Может… Стоит забинтовать?.. - Не вижу необходимости, - перебил его Грег, еле слышно вздохнув. - Это не поможет. Медикаментов у нас все равно нет, так что если бы я мог подцепить заразу, это бы уже произошло. - Мое дело – предложить, - фыркнул Стив, поднимаясь. - Почему ты вообще так печешься обо мне? Я же чуть не убил тебя… Уже несколько раз. На лице одноглазого всплыла улыбка, когда он заметил замешательство соседа по комнате. Грегори аккуратно пошевелил пальцами левой руки. - Зачем мне левая рука, если я правша? – резко перевел он тему разговора. Стив сглотнул. - Только не надо ничего с собой делать снова! И со мной тоже не стоит, мне моя левая, например, еще пригодится. - Кстати, то земноводное… Почему оно не спасло тебя сразу? Или почему не наблюдало до победного конца? Так странно, - снова вернулся к прежней мысли Грег, поднимаясь на ноги. - С чего мне знать? – вздохнул Стив, расправляя смявшуюся за время сна рубашку. - Странно. Мне казалось, тебе это интересно, - Грегори чуть потянулся. - Есть хочется, что скажешь? Стив не сказал ничего. Есть действительно хотелось, но проделывать заново весь путь наверх не было абсолютно никакого желания. А что поделать, не умирать же с голоду. Они двигались по очередному коридору: Стив шел быстро и уже успел весьма запыхаться, а ведь вверху было еще пролетов восемнадцать лестниц – не меньше, дыхалка его подводила, ведь пережитый вчера стресс все также сказывался на его физическом состоянии; Грег же был совершенно спокоен, шел себе за Стивом своим размашистым шагом, особо не напрягаясь. Посередине очередной лестницы Стивенс перешел на шаг, тяжело дыша и опираясь на перила. Из-за резкого снижения скорости он был обречен столкнуться со своим сопровождающим, который совсем не глядел под ноги, да и вообще витал в облаках. - Что, совсем силенок не хватает? – осведомился Грегори после того, как наступил своему коллеге на пятку, заставляя того оступиться и прыгнуть чуть не через четыре ступени, дабы не разбить свою многострадальческую голову о старинный дуб. - Экономлю их для предстоящего рабочего дня, - процедил Стив сквозь зубы, а про себя подумал, надоест ли когда-нибудь этому засранцу подкалывать всех, кто его окружает. - Абсолютно глупое оправдание, - отмахнулся Грег, заходя вперед и наблюдая теперь за сопяще-кряхтящим Стивом сверху. - Ох, замолчи, прошу тебя, - Фейс начал свое восхождение на очередной лестничный пролет, - Пожил бы с мое – так уже бы и помер вообще, особенно со своей любовью к острым, во всех смыслах, ощущениям. С губ Грегори сорвался короткий и какой-то немного странный смешок, заставивший Стива поморщиться. С горем пополам, но до кухни они дошли. Общими силами было найдено кое-что съестное: яблоки, хлеб и мясо (неизвестного происхождения, Стив не исключал возможности того, что это была человечинка). Погрузив последнее в печь, он оглянулся на Грега, который пытался есть мелкие кислые яблоки, морща нос. - Вкусно, полагаю? – вскинул он брови, наблюдая за мучениями младшего. - Деликатес! Целое ведро бы съел, - Грегори швырнул недоеденное яблоко в угол, Стив проводил его печальным взглядом. Внезапно с лица сына Тени пропали абсолютно все эмоции, Фейс почувствовал неладное, волосы на его макушке чуть вздыбились. На всякий случай он напрягся, принимая удобную стойку для возможного бегства. Тот поднялся из-за стола: - Скоро вернусь, надеюсь, что к моему приходу уже появится нормальная еда. Он вышел из-за стола, протиснувшись между его углом и шкафом, и вышел, притворив за собой дверь. “Тоже мне – моча в голову ударила”, – отметил про себя Стив, облегченно вздохнувший и оставшийся присматривать за жарящимся мясом. Его “напарника” уже довольно долго не было видно. Человечина (в происхождении мяса сомнений уже не оставалось) прожарилась до самой косточки, ее запахом наполнилась вся кухня и прилежащие помещения. В ожидании Грега повар нетерпеливо постукивал пальцем по столу и поглядывал на запотевший циферблат часов, висящий над полками с опрокинутыми мышами банками крупы. К трапезе хотелось приступить поскорее, но не хотелось получить очередную ссадину промеж глаз, если бы собеседник вернулся в плохом расположении духа. Собеседник вернулся. И про расположение духа сказать было трудно. Голова его была опущена, лица не видно из-под волос. - Да, конечно, - бормотал он, - Вырвать руки… Взгляд Стива сам по себе опустился ниже. Он тут же тихо охнул и зажал рот ладонью. В правой руке Грег держал нечто огромное: не то нож таких размеров, не то железную пластину, оторванную откуда-то. Все это дело волочилось по земле, издавая тихий, но все же отзывавшийся эхом в коридоре скрежет. Ну а левая рука… От нее не осталось почти ничего – какой-то жалкий окровавленный обрубок, обильно орошающий пол кровью. Стив не знал, что ему сказать на это. Да даже мыслей в голове не было, не то что слов на языке. Он привалился к стене и медленно съехал на край табурета, стоящего рядом. Просидел он так, обхватив голову руками, казалось – целую вечность. Его тело было сковано каким-то безмолвным ужасом от осознания того, что такое вообще возможно. - Долго будешь там сидеть? – прозвучал тихий знакомый голос в опасной близости от парализованного Стива. Ответить, естественно, он не смог, поэтому был схвачен за ворот и приподнят над табуреткой. Грег щурил свой единственный глаз и улыбался, заглядывая в лицо Стивенса, дрожащего в его “руках”. - Прости, ты, наверно, так беспокоишься за меня, а я совсем не дорожу этим, - он шумно выдохнул, от чего едва заметно колыхнулись растрепанные волосы Стива, рассыпавшиеся по испуганному лицу, - И тобой самим совсем не дорожу… Хотя нет, не дорожу отдельными частями твоего тела. Стиву, наконец, удалось немного пошевелиться и положить руки на ладонь Грега, сжимающую его ворот. Пальцы разжать не удалось, их обладатель лишь напрягся в ответ на это. А в этот же момент, видимо, на него накатил очередной приступ безумия. - Мне еще интересно узнать, что у тебя внутри, - Стив почувствовал холод лезвия (которое Грег умудрился закрепить прямо внутри разрубленной руки) у себя на животе и судорожно сглотнул, - Но я не стану этого делать, мне хватит на первый раз почувствовать вкус твоей крови… Как жаль, что твои шрамы уже не кровоточат – придется делать новый надрез. Товарищ Фейс попытался отодвинуться назад, но его затылок не очень приветливо встретила каменная стена, от чего он резко выдохнул и зажмурился. Стоило ему вновь открыть глаза, как Грег вплотную приблизился к его лицу, дыша в его приоткрытые после вздоха губы. - Я откушу прямо здесь, ты ведь не против, это лучше, чем если бы я проткнул тебе глаз? – Грегори сжал стивовскую нижнюю губу зубами, боль длилась всего секунду. Вернее, Стиву так показалось, потому как потом его совершенно отвлек язык одноглазого, скользнувший по месту укуса. К тому же, в лицо било его теплое дыхание, заставляя Стивенса все сильнее вжиматься в стену. Грег смял его губу своими, совсем перепачкавшись еще и в чужой крови. Стив чувствовал, как часто бьется его сердце от такой нежелательной близости. Или желательной?.. Низ живота наполнился приятным теплом, дыхание стало громким. Он почувствовал язык Грега уже где-то внутри своего рта, куда тоже попала кровь, на кончиках зубов… Как-то рефлекторно попытавшись сомкнуть губы, Стив коснулся ими теплых губ Грегори. Он просто не мог себя контролировать, теперь уже сам стараясь “забраться” поглубже. Руки сами двинулись к лицу мальчишки: одной он обхватил его шею, притягивая к себе поближе, другой аккуратно провел по щеке, убирая мешающиеся пряди волос. Когда это легкое опьяненное состояние улетучилось из головы Стива, он уже целовал своего соседа по комнате, тихо вздыхая во время коротких, длящихся не более полусекунды, пауз. Происходящее, казалось, вызывало у Грегори лишь приступ любопытства, потому он даже не думал сопротивляться, лишь неловко, казалось бы, отвечая. Стив еще долго продолжал бы сие прекрасное и приятное вместе с тем занятие. Он так увлекся, что не сразу услышал протестующего стона Грега, намекавшего на то, что пора разорвать столь долгий “поцелуй”, а когда услышал – было уже поздно, потому как Грег ждать быть не любитель (пусть и пару секунд). Топор, теперь заменяющий ему руку, звонко свистнул в воздухе, пронзив левое запястье Стива насквозь и пригвоздив его к холодным камням за спиной. В этот раз Стивенс вел себя совсем тихо, теперь, казалось, ему никакие выкидоны теневского сынка не страшны, так что подобие “оха” он издал скорее от внезапности произошедшего. - Грегори! Ну зачем… - жалобно просопел он, весь, тем не менее, залитый краской из-за, наконец подступившего, осознания содеянного. Пальцы пострадавшей руки немедленно свело. Грег, как бы с намеком на то, что он тут хозяин положения, немного развернул свое оружие, не вынимая кривого острия из живой плоти, проделав отверстие побольше, заставляя тем самым Стива поморщиться от грозящего перелома костей. - Мне показалось, на секунду, правда, что ты превысил свои полномочия по отношению ко мне, - пригрозил одноглазый пальчиком и, невероятно для самого себя, мило улыбнувшись. Понимая, что рискует, Стив все же ответил, потому как был весьма конфликтной персоной, если удавалось узреть какую-то несправедливость или (особенно!) вранье, а уж тем более, если те касались его лично: - Вынужден задать тебе тот же вопрос. Ущемляешь мои права по полной программе, да еще и мне делаешь замечания! - Прав тот, у кого в руках власть или сила, - возразил Грег, - Что ты можешь противопоставить мне? Пока Грегори произносил эту короткую фразу, Стив успел отметить про себя, что не он один смутился этой ситуации: всегда бледные щеки худощавого налились краснотой, а взгляд, который он обычно вонзал прямо в стивовскую душу, теперь был отведен куда-то в сторону. Воспользоваться ситуацией он был просто обязан, не только для того, чтобы спасти свою попавшую в плен конечность, но и чисто ради своего же удовлетворения. - Мои методы капитально отличаются от твоих, - действовать надо было быстро, чтобы не получить еще “пулю в лоб”, - Иди сюда, мерзавец. Теперь он ухватил Грега за ворот и резко притянул к себе поближе. Удалось это без проблем, потому что юный мазохист не сразу понял, что вообще произошло. Все той же свободной рукой Стив обнял его спину, прижимая к себе. - Давай, скажи, что тебе не понравилось, тогда я позволю тебе и свои глаза выбить, и руки отрезать. Ну? Грегори все еще прибывал в полном замешательстве, подыскивая слова то ли чтобы качественно соврать и искалечить Стива, то ли чтобы сообщить ему, какой он мерзкий и самоуверенный. Самому Стиву было плевать на итог этих подыскиваний, потому как правда была одна. Он уткнулся в греговскую шею, тихо сопя, и прихватил его там же зубами, тихонько проводя кончиком языка по захваченной плоти. Свободную руку же он направил прямиком под кофту Грега, аккуратно проглаживая худую спину от поясницы до лопаток и лишь чуть царапнув ее после того, как сверху послышалось подобие стона. Разжав зубы, он проложил дорожку из коротких поцелуев по шее Грегори до его ушка и аккуратно провел языком прямо за ним, вызывая у его обладателя череду вздохов и постанываний. - Стив! Совсем с катушек слетел… Прекрати это! – голос Грега чуть дрожал и был совершенно не таким уверенным и властным, как до этого, - Ты.. Ты смущаешь меня!.. - Как это неожиданно, - шепотом отметил Стив, проминая кончиками пальцев его затылок, - Совсем от тебя не ожидал… - Заткнись! – Грег ухватил Стивенса за волосы, запрокидывая тем самым его голову, - Иначе придется зашить тебе рот кривой ржавой иглой… - Зато ты не просишь меня останавливаться, - хитро прищурился Фейс, вглядываясь в единственный греговский глаз, который тот немедленно отвел. - Я не… - Грег чуть отпихнул его от себя, от чего рука Стива соскользнула с его спины на бок. - Чего не? – усмехнулся он, уже добровольно сдвигая руку на живот, зажавшего его в углу монстра. - Не… - Я же не делаю ничего такого, что могло бы вызывать столь бурную реакцию, что ты? – наигранно удивляясь тому, как Грегори вытягивается в струнку, чуть прогибаясь в противоположную от движения его руки сторону. - Прекрати… Иначе я убью тебя….. Серьезно! – добавил он, после тихого стона. Угрозу Стив проигнорировал, лишь сильнее прижав ладонь к какому-никакому греговскому прессу и начав по ходу дела спускать ее ниже. Тот, было, попытался ухватить его извращенствующую руку, но пальцы так дрожали, что удалось это плохо, вернее, совсем не удалось (что являлось для него крайне несвойственным!). Не встретив должного сопротивления, стивовская рука соскользнула под ткань штанов Грега, нащупывая то, зачем туда и следовала. В этот раз стон Грега был очень томным и протяжным. Он попытался отстранить свои бедра, но уже был очень удачно схвачен где-то там, внизу, таким образом, что при его движении назад, пальцы Стива начинали скользить по… - Ооох, нет… Нет! – Грег прижался к нему обратно, чуть переводя дух после мимолетного приятного ощущения. - Ты так возбужден, - проворчал вновь зажатый Стив ему в плечо, начиная уже самостоятельно двигать рукой. - Ничего подобного!.. - Ври поправдивей, - хмыкнул он, с удовольствием отмечая то, как напряжено тело Грегори, - Или, возможно, ты так хорошо имитируешь, что… Он не закончил, потому что получил хорошенький подзатыльник. - Хватит уже! Это слишком странное ощущение. Убери руку… Но стоило Стиву остановиться, как объект внимания сильней прижался к его руке бедрами, никак не отвечая на вопросительно вскинутые брови мистера Фейса. Ради интереса он чуть шевельнул пальцами, вызвав тем самым пару громких звуков, заглушаемых его же макушкой. Тихонько улыбаясь, Стив аккуратно протиснул свое колено между ног Грега и снова принялся обхаживать его шею. Грегори же вздрагивал, прижимался к нему все крепче, повторяя всяческого рода ругательства, на которые Стивенс совершенно не обращал внимания в силу несерьезности их звучания. Действий же внизу он больше не производил, но и руки не убирал, от чего несчастный Грегори метался, не зная, что ему делать. - Если хочешь, чтобы я продолжил… придется тебе отпустить мою вторую руку, - прямо сказал ему Стив. - Как же… Очередной легкий толчок коленкой привел ссутулившегося и втянувшего голову в плечи, Грега в порядок, вынуждая повиноваться и выдернуть засевший в плоти кусок железа. Как только рука Стива оказалась на свободе, в голове стали возникать разнообразные планы отмщения, ведь теперь абсолютно ничего не мешало ему сосредоточиться и закончить начатое. Он повалил Грегори на стол, предварительно смахнув локтем все, что на нем было, и ухватил его за железяку, торчащую из руки. - Это слишком опасно, не находишь? – усмехнулся он, с силой потянув за нож, выдергивая его из раздробленной кости, снова вызывая уже этим неловкий стон однорукого. Грег сжал пальцами длинные пряди пепельно-серых волос, свисавших прямо над ним и щекотавших его лицо. - Зачем ты это делаешь?.. – лицо его было жалобным, как никогда. - Хочешь сказать, что ты сильно против? – промурлыкал Стив, обнимая Грегори за спину и с силой прижимая к себе, зарываясь лицом в его шею. - Стив… - Ты всегда так жесток со мной, но я все равно не отпущу тебя, - одной рукой он начал приподнимать греговскую кофту, второй по-прежнему придерживая его под спину. Своей же целой Грег уперся в его макушку, беспомощно свесив изуродованный обрубок другой руки с деревянного стола, обильно орошая пол алыми каплями. На секунду Стив застыл над ним, всматриваясь в смущенное лицо, испещренное шрамами и ссадинами. Он аккуратно положил ладонь на плечо травмированной руки. - Прости. Все из-за меня… Надо было лучше следить, да и вообще, - он нахмурился, отстранившись и выпрямившись. Грег продолжал бездвижно лежать, но было заметно, что он порядком расслабился. - Моя рука… - прошептал он, - Оставь мне хотя бы нож… Он медленно сел и уткнулся лбом в грудь Стива. - Обними меня. Мне так больно… *** Вокруг было темно, как, впрочем, и всегда. Ничего кроме темноты он не видел за всю жизнь. Лишь пару раз, когда сидел в клетке у торговца, луч солнца подмигивал сквозь тяжелую ткань, которой прутья были накрыты. Ощущение это было не из приятных – чувствительные светло-голубые, почти белые глаза пронзала острая боль. Дошло до того, что ему приходилось пользоваться очками с темными стеклами даже при тусклом освещении или вовсе в темноте. Вот и сейчас, он лежал на боку среди мокрых круглых, стесанных водой валунов, глядя неизвестно куда и неизвестно как далеко. Все, что он мог разобрать – привычное поблескивание отсветов воды на стенах подвальных архивов, где и проходило его жалкое существование вот уже приличное количество лет, счет которым он не вел, потому как не имел и малейшего представления о течении времени, ведь часов здесь нигде, ровно как и календаря, не было, а выше уровня воды он никогда не поднимался – чувствовал себя беззащитным, коим и являлся в те моменты, когда был видим человеческому взору. А еще, абсолютно никто никогда не спускался к нему даже чтобы покормить – еду сбрасывали в колодец, располагавшийся над предписанными ему апартаментами. И еще ни разу эта “еда” даже не пыталась быть свежей. Просто падаль, тела бывших заключенных, столь худые и изможденные, что если и находилось, что отщипнуть от них, то разжевать было совсем невероятно. Такими темпами тело у него самого превращалось в скелет, и похож он был больше на ходячий труп, потому как за все четыреста с лишним лет своего существования не знал, что есть солнце и что есть тепло. Его можно было бы назвать альбиносом, если бы не глаза, которые, как известно, у последнего должны быть красными из-за большого содержания в них сосудов и отсутствия пигмента, который зато полностью отсутствовал в его волосах, отросших до такой длины, которой позавидовала бы любая сударыня. Что касается бледности кожи, то та была почти прозрачной и сливалась с белыми волосами, отличаясь, разве что, просвечивающей голубизной вен. Щелкнув зубами на всплывшую возле камня рыбу, Каернк лениво потянулся, спустив ноги в прохладную воду – жидкости на камнях ему уже не хватало, чтобы оставаться невидимым, а быть увиденным странным парнишкой, с которым Александр в последний раз заглядывал сюда, ему не хотелось. Он с блаженством сполз в прохладу раскинувшегося тут озера, оставив на поверхности после себя лишь пару пузырьков. Жабр у него не было, дышал он, скорее, как земноводное – всей кожей, которой приходилось совсем не сладко в столь неприспособленном водоеме. Уровень воды раньше был намного ниже, в специально подготовленным для него, Каернка, месте, но плотину, за которой располагались не то река, не то море, прорвало, и архивы, находившиеся в самом низу замка, затопило. Вообще, он мог быть не таким одиноким, если бы местные слуги захаживали сюда чаще и болтали бы с ним. Никто же не виноват, что с амфибией почти не о чем говорить из-за того, что тот не видел ничего, кроме этого подземелья, и был совсем не в курсе дел поверхности. Лишний раз вспомнив о Стиве, который старался его игнорировать, Каернк с грустью толкнул коленкой проплывающую мимо коробку, от чего та тихо затрещала, но все же осталась на плаву. - До чего я докатился, не хватает силенок, чтобы разбить простое дерево, - с грустью отметил вслух амфибия, тут же захрипев и закашлявшись – он очень долгое время не открывал рта, чтобы издать хоть какой-то звук, хорошо хоть родную речь не забыл. Когда приступ кашля его отпустил, и он наконец открыл глаза, и без того мрачный свет окружающего помещения окрасился в зловещий багрянец, а откуда-то очень соблазнительно потянуло чем-то съедобным, похожим не то просто на мясо, не то на свеженькую порцию крови. Всплеска, сигнализирующего о сброшенной еде, однако, не было, а разглядеть что-то вокруг было бы очень смешной попыткой, как если бы одноногий решил бы станцевать. Каернк неловко огляделся по сторонам, будто бы это спасло бы положение. Нащупав рукой стену, он двинулся вдоль нее, угол почему-то потемнел, разобрать что-либо не получалось. Внезапно кончики его пальцев скользнули по чему-то мягкому и влажному. Он их тут же отдернул и со всплеском отшатнулся в сторону – на середину коридора. - Кажется, я примерно понял, в чем дело, - сказала мягкая стена, заставляя Каернка поежиться. В тот же миг пол под ногами амфибии стал совершенно непригодным для того, чтобы стоять на нем, так и хотелось поскользнуться и удариться в падении лицом о воду. Каернк сделал несколько неловких шагов назад, но своего нового покрытия пол не поменял и там. Что-то крепко-накрепко ухватило Каернка за щиколотки, от чего он пошатнулся и все же неловко плюхнулся назад, подняв тучу брызг. Тут же его ноги выпустили. - Ой, прости, - вздохнул голос, который подозрительно отчетливо слышался и под водой, - Просто хотел убедиться, что ты здесь. Совсем не вижу тебя… - Еще бы, - прорычал Каернк, высовывая свою невидимую голову из воды и снова пускаясь в приступ кашля. Кто-то аккуратно похлопал его по спине, скорее всего – таинственный обладатель голоса. - Что такое? Вода не в то горло попала? - Просто, - сквозь кашель зашипел Каернк, как мог. - Давно не разговаривал… И не планировал… - Извини еще раз, - чуть веселее заговорил гость, шурша где-то рядом. Это очень напрягало водного монстра, потому как за время одиночества им овладело что-то типа социофобии, хотя ему и хотелось перекинуться с кем-нибудь парой словечек, но тело все же отрицало какой-либо контакт с чем-то более-менее живым. К тому же обладатель голоса не пойми как очутился здесь, да еще и бодро менял свое место положения, не поднимая никакого водяного шума, словно бы и не передвигался по воде, которая была повсюду. - Быть может, изволишь показаться, а то совсем невежливо, - пробормотали уже совсем с другой стороны от места шуршания. - Больно хочется быть вежливым, если со мной никто так не церемонится, - вздохнул Каернк, тем не менее, снова выбираясь на камни. - Я, вроде бы, стараюсь быть, - усмехнулся голос. - О! - закончил он, когда его взору предстало бледное изможденное существо, - Будем знакомы? - Как внезапно, - хрипленько прошептал амфибия, - Не думал, что кому-то будет интересно со мной познакомиться… - И тем не менее? - Каернк. Он почувствовал, что стало чуть теплее, видимо, от чьего-то присутствия. Судя по всему – ему протянули руку для знакомства. Кое-как нашарив ее перед собой, Каернку удалось ее пожать, своей худой и холодной ладонью. В ответ его сжали весьма сильно, боль кольнула его запястье, но он предпочел промолчать и даже постарался не поморщиться, считая, что его физические чувства врут ему из-за долгого их неиспользования. - Слабенько видишь в темноте? – удивился гость, разжимая пальцы, - Я думал, глаза монстров приспособлены… - Индюк тоже думал, - фыркнул Каернк, потирая моментально проявившийся на руке синяк, говорить про свою почти стопроцентную слепоту ему не хотелось, все же - самая его большая слабость, - Ладно, не хочу огрызаться перед хоть каким-то редким гостем. Прошу извинить мои нелестные речи – редко приходится общаться. - Все чудесненько, и не такое слышали мои уши, - улыбнулся обладатель голоса. Тут послышался скрип тяжелой двери – кто-то вошел в архивы. Каернк тут же беззвучно соскользнул в воду, дабы не вспугнуть потенциальную жертву. Потенциальная жертва двигалась, однако, крайне осторожно, без лишнего шума, словно стараясь расслышать невидимого врага, находящегося в паре десятков метров от нее и полностью обратившегося в слух. Амфибия также отметил, что никто кроме Александра и Стива не знал о его существовании, кроме еще, пожалуй, гостя, который, казалось, теперь полностью отсутствовал, так как тепла его больше не чувствовалось, ровно, как и каких-либо звуков, относящихся к его персоне. Шаги вошедшего приближались. Каернк удовлетворенно улыбнулся, наслаждаясь ощущением того, как его собственное тело превращается в H2O, снижая до минимума шанс обнаружения. В такие моменты надо было быть предельно сконцентрированным, ведь если “расщепление” произошло бы слишком быстро – восстановить тело было бы трудновато. Процесс, однако, происходил быстро сам по себе, а основной задачей было сконцентрировать свою душу в небольшом плотном пузыре воздуха, похожим на что-то вроде сферы. “Сфера” чуть колыхнулась от подводной волны, вызванной шагами находящегося уже совсем рядом существа. Существа… Несмотря на то, что нюх у Каернка был презамечательнейший, ему так и не удалось отнести вошедшего к какой-либо принадлежности. Запах попусту отсутствовал, что было невозможно ни для людей, ни для каких бы то ни было других живых существ. Наконец, нога опустилась где-то совсем рядом, едва не задев амфибию, который моментально выпустил клыки и вонзил их в бедро, как делал всегда, чтобы жертва не только не могла бежать, но и истекла кровью как можно скорее: сил, чтобы тягаться даже с человеком, у Каернка было маловато. Всплески энергии отмечались лишь в разгаре погони за не попавшей на его зубы жертвой, когда всякое плавающее барахло загораживало путь. Жертва взвыла, над водой колыхнулся огонь фонаря, заставляя водного монстра мысленно зажмурить глаза, которыми его нынешний облик не обладал. Каернк разжал зубы, удовлетворенный количеством крови, толчками льющейся из рваной раны, окрашивающим толщу воды в приятный алый цвет. Ругань сверху стала еще громче, когда пострадавший оступился на все еще скользком полу и рухнул на четвереньки в воду. Амфибия попытался хватануть его за столь беззащитное в этот момент горло, но его зубы щелкнули в каком-нибудь миллиметре от него, потому как “вроде как человек” вовремя отдернулся от поверхности воды, словно был научен правилам здешней безопасности и вызубрил их полностью. - Вот черт, а я надеялся пройти здесь без приключений! – рычал новый гость, хватаясь за прокушенную ногу и вновь поднимаясь. - Беги-беги, это бесполезно, - фыркнул Каернк даже не надеясь, что язык монстра будет понятен уху незнакомца, и тот услышит лишь привычное всем не задерживающимся здесь на долго прежним людишкам. А зря, “все же человек” обернулся в сторону невидимого шара, издавшего реплику: - Это совсем не смешно и очень даже больно, - уже чуть спокойней говорил он, отодвигаясь в сторону суши. - Ничего, скоро настанет такое время, когда ты больше не почувствуешь... – Каернк осекся, осознав, что преспокойно болтает с человеком, который с какой-то стати распознает его слова, - А!... В этот момент он больно схлопотал по “макушке”, отлетев в тяжелую полку, стоявшую рядом и разбившись, вновь принимая родной облик. - Твою налево! Что ты за хрен?! – вскочил возмущенный всем на свете Каернк и зашагал прямо на истерично бултыхающуюся и пытающуюся отступить назад дичь, которая, правда, догадалась потушить фонарь, чтобы быть менее различимой в темноте (хотя брызги и высококачественный мат с потрохами выдавали примерное местоположение, ничего конкретного в этой истерике понять было нельзя). Боясь подойти слишком близко и получить еще один пинок, амфибия, тем не менее, продолжал угрожающе приближаться. - Судя по всему, ты знал, что я здесь обитаю, - шипел он, - Так какого черта тебе сюда понадобилось? Медом намазано что ли? - Вот же… Почти ничего уже не понимаю, - человек закашлялся, замерев, наконец, сидя по плечи в воде, - Я… Александр попросил забрать пару склянок. Монстр замер. Новый персонал? Да уж, ему мало что было известно из того, что происходило наверху. Но упускать добровольно пришедший сюда кусок мяса, при том, как он отметил, весьма сочный, не хотелось. - Ну и что ты предлагаешь? Даже если я сжалюсь и отпущу тебя, ты далеко не уйдешь и помрешь где-нибудь наверху от потери крови, - пожал он плечами, - Лучше оставайся и принеси хоть какую-то пользу – накорми меня… - Еще чего, - жертва со всплеском поднялась, как ни в чем не бывало, на ноги, - Я не планировал тут так запросто умирать, даже если бы ты оторвал мне голову! Каернк раздраженно цыкнул, что он вообще церемонился с этим кем-то, кого уже мог давно проглотить. - Вот скажите ему, что меня слишком много, и что от обжорства тоже можно умереть, - продолжал гость, обращаясь к стене, заросшей теплой и скользкой плотью непонятного происхождения, - Ты хоть зубы то чистишь перед тем, как так ими хватать за части тела? Занести же можно какую-нибудь заразу… - Да я тут себя в полном порядке содержу, хотя бы чтобы для себя любимого выглядеть прилично, - возмутился монстр, подходя к самой суше, на которую выбралась еда, но не заходя на нее, - А не аристократик ли ты часом? – вскинул брови Каернк, заметив в слабом свете, удачно падающем именно на этот сухой клочок, гостя, довольно неплохо выделяющегося на темном фоне архивов своей бледной кожей. - Если бы у меня не было четкого представления о том, сколько ты тут проторчал без солнца, я бы задал тот же вопрос, - нашел в себе силы усмехнуться задыхающийся после истерики человек, тут же поглощенный приступом мучительного кашля, - Ох блин… А чего ты ждешь в стороне? Ты же можешь ходить по берегу… - Могу, но не хочу показываться какому-то простолюдину, которого скоро сам себе подам на обе… - Каернк снова осекся. Ну вот опять, он же еще ни разу не представал видимым существом перед этим парнишкой, а тот уже знает о его…бледности? Глупость, но… откуда?! - Ну-ну, господа, хватит уже, это ни к чему не приведет, - внезапно подал голос первый загадочный гость, - Константин, м? Тебе совсем не помогает отрезвин? Второй гость сел на острых камнях, обхватив голову руками: - Почти не вижу Вас, ужасно себя чувствую, - в следующую секунду он охнул, зажимая нос, из которого полилась кровь, - Ну вот… - А нога как? Больно, должно быть… Да и столько крови, ее баланса то восстановить быстро не получится… - Говорю же – ужасно себя чувствую! – проворчал Константин, срывая с шеи белое жабо и утыкая в него лицо, - Нога уже в порядке, чего не могу сказать о штанине. Каернк наблюдал всю эту сцену молча, не находя разумного объяснения происходящему. О нем так и не вспоминали, пока он озадаченно не вздохнул, поправляя очки, сползшие на кончик острого носа. - Да, ты, зови меня Тенью, - сказал первый гость, ухватив амфибию за локоть и почти насильно выволакивая его на берег, - Мы же толком не закончили нашего знакомства, прерванного этим милым существом, - он кивнул на человека, сидевшего рядом, который тут же ощетинился. - И в каком месте я милый, а? Извольте не разбрасываться не нужными прилагательными. И вообще, я хотел бы уже забрать эти дурацкие бутылки, за которыми я сюда пришел, и покинуть вас, ребятки! - Ах, ну конечно, - состроил миленькое личико Тень, - Иди, забери их, мы постараемся побороть желание оторвать от тебя пару-другую кусочков. Недоверчиво покосившись на улыбающегося стража Сферы, постепенно затягивающего своим телом все архивы и на земноводное, все еще пытающееся освободить сжатую сильными пальцами руку, Константин поднялся, все еще зажимая нос тканью, и быстро пошлепал по коридору. - Разве не милый? – заулыбался Тень, когда новоявленный дворецкий Александра удалился достаточно далеко. - Намного милее смотрелся бы у меня в желудке, - огрызнулся Каернк, руку которого так и не отпустили, - Мне больно. - Любое прикосновение – маленькая боль, - качнул головой помрачневший страж, но быстро повеселел вновь. Он нагнулся к самому лицу амфибии. - Кстати, очень мило выглядишь, когда превращаешь свое тело в воду… Твоя душа так хорошо видна, не то что у некоторых других товарищей твоего вида, - прошептал он, - Кстати, и вкуснее смотрится, том числе. Ох, и не делай такого лица! Да, я не мог удержаться и съедал их кругленькие темные души, - он наконец разжал пальцы, давая Каернку свободу, которой тот не ожидал получить так внезапно, из-за чего кубарем скатился в воду. Его тело чуть дрожало из-за услышанного. Этот… Тень?.. Ел души его сородичей?.. Голова чуть закружилась. Это же хуже, чем смерть. - Кстати, твой пузырек с мыслями и чувствами намного светлее, чем у всех тех, - решил хоть немного отвлечь его Тень, улыбаясь воде в том месте, в котором в нее свалился водяной, - Видимо это от того, что ты еще никого сам не убивал, да и не контактировал со всяким злом из верхнего мира? Не знаю… Ты мне кого-то напоминаешь, - улыбнулся он, уходя в свои мысли и оставляя Каернка беспомощно лежать на дне. *** Грег устало привалился к плечу Стива, который химичил над его левой рукой, вернее, тем, что от нее осталось. От железяки вместо этой конечности отговорить одноглазого не вышло, поэтому Стивенс пытался пристроить опасную штуку поаккуратней, но та никак не желала прямо держаться. - Может, все же забьешь на нее? – еще раз неуверенно предложил он, но получил в ответ наизлобнейший взгляд, на который только был способен Грегори, - Ладно-ладно, я просто уточнил. Вот ведь… Что же делать. Нож снова со скрипом ударился в пол, крепление все еще не выдерживало его веса. - Оставил бы, как было, - пожал плечом нормальной руки пациент, - Меньше возни. - Возни то меньше, а вот кто тебе потом руку, и главное – чем, заменял бы уже от плеча? - Что-нибудь да придумали бы, - зевнул Грег, вытянувшись в струнку. Стив шутливо толкнул уязвимого напарника в бок, от чего тот, видимо не ожидая такого поворота, соскользнул с края кухонной скамейки и отправился лежать на пол. - Как твоя голова, Стиви? Я надеюсь, что цела, потому что я сейчас ее разобью, - раздался грозный рык снизу, на который Стивенс не успел вовремя отреагировать. Одноглазый-однорукий с силой ударил пяткой по все тому же краю скамьи, которая встала на дыбы, катапультировав сидевшего на не монстра в другую часть комнаты. Чудом не угодив лицом в кипящую кислоту, которой до краев была заполнена ржавая железная бочка, Стив отпрянул в сторону, схватив хорошенькую заплесневелую буханочку с полки. - Впихну тебе это в глотку, глупое существо! Грег, тем временем, поднялся, потирая набитую падением шишку. - Твои угрозы – пустые слова, мы уже в этом убедились. Стивенс насупился, отбросив хлеб и попав им все в ту же бочку, заставляя ее содержимое зашипеть и плюнуть пару капель на стену. - Какие тонкие намеки! Хочешь закончить? - Хочу свой нож на законное место, - попытался перевести тему Грег, что вышло крайне плохо, потому что его заставил замолчать короткий поцелуй в губы, - Да что же ты за человек-то такой?! - Совращенный твоей жесткостью, - улыбнулся Стив, поморщившись от боли в раздробленных костях запястья, пострадавшего несколько минут назад из-за этой самой жестокости. - Смотри, батюшка прознает про твою совращенность, и ведь обоим достанется. - Тебе ли волноваться, товарищ мазохист? К великому стивовскому удивлению, Грег не фыркнул, как обычно, на подобное замечание, а напротив – улыбнулся и показал Стиву язык: - О тебе же беспокоюсь, не о себе. И да, - он потыкал пальцем железную “насадку” на левой руке, скрывающую уродливые шрамы и просвечивающую сквозь них переломленную кость, - Давай уже разберемся с этой проблемой, хочу поскорее лечь в постель… Не в этом смысле, - смутился он, заметив, как чуть похотливый взгляд осмелевшего Фейса скользнул по его телу, - Совсем не в этом! - И в этом тоже, - теперь уже клятвенно пообещал Стив, пригрозив пальцем. - Давай просто привинтим ее к моей руке как-нибудь, центр тяжести там, не знаю, ты в этом должен разбираться, - Грег отвернулся, стараясь оставить свое красное как помидор лицо в полной анонимности. - Увы и ах. Если кто в этом и шарит, то это Тень, - он вскинул брови, наморщив лоб, - Совсем не лучший вариант, но что делать, раз уж ТЫ так просишь. Только сам неси свою железку, у меня в запасе только одна целая рука, и ее целостность я хочу сохранить. Пожав плечом, Грег с легкостью поднял железную махину и поволок ее по прилежащему коридору, ища в кромешной темноте спуск на нижние уровни, где почти все время находился его отец. Стиву ничего не оставалось, кроме как семенить позади, периодически давая свои рекомендации к нужным поворотам, делать это приходилось очень осторожно, так как его спутник, как известно, отличался крайне резкими перепадами настроения. После очередного такого совета он едва ли остался жив, лишь чудом не угодив под просвистевший над головой нож, потому как нагнулся вытряхнуть попавший в ботинок камешек. - Зачем такие крайности? – осведомился он, глядя вверх на то, как Грегори выдергивает из стены застрявший в ней металл. - Хочу насладиться полной тишиной, нарушаемой лишь тихими стонами заключенных вдалеке. Стив сглотнул. От одной мысли о людях, запертых в темницах, у него шевелились волосы на голове. Об их мучениях он знал не понаслышке… А ведь им сейчас как раз надо было туда. Выше темниц Тень найти было сложно, а там он был наверняка, следящий за людьми, которых скоро скормят ему самому. Пытаясь занять голову более приятными мыслями, Стивенс надавил на рычаг лифта, заставляя механизм вздрогнуть и со скрежетом придти в движение. Грег молча стоял в углу, облокотившись на балку, которой была отмечена задняя стена кабинки, и разглядывая нож, который держал в руке. Мимо проползали этажи. Спуск длился, казалось, целую вечность. Наконец лифт остановился, он на секунду завис в воздухе, чуть завибрировав и дернувшись вверх, оставляя в животах своих пассажиров неприятное ощущение. Стив толкнул плечом железные двери-створки, и в кабинку ворвался соленый тяжелый и дурманящий запах крови. Грег улыбнулся и вышел в зал первым, остановив Фейса, который застыл в проходе, скованный ужасом от раздающихся из темниц стонов, эхом блуждающих по пустым коридорам подземелья. - Что встал, как истукан? – вывел Стива из комы раздраженный такой паузой Грег, - Эти люди – лишь материал для опытов и жертвоприношений. Ты же ни о чем не задумываешься, когда прибиваешь надоедливого комара или потрошишь рыбу для обеда, например? Чем люди отличаются от других живых существ? Смотрю на тебя, вот, и складывается ощущение… А не человек ли ты часом? Стив вздрогнул, словно от удара. Он не был человеком, но чего-либо человеческого в нем было, все же, больше, чем в других обитателях Брененбурга. Даже больше, чем в мальчишке, бегающим за Александром хвостом, ведь тот сознательно приносил других в жертву ради собственной безопасности… - Да и люди сами друг друга убивают, - прочитал его мысли Грег, - Совсем ты расслабился. Так и на их месте оказаться недолго… Грегори не закончил, потому что разъяренный его монологом Стив, хорошенько размахнувшись, сконтактировал свой кулак с его носом, который предательски хрустнул. - Хватит уже, это совсем не смешно! Даже обезумевший от одиночества и голода Каернк не способен был бы убить, если бы ему давали нормальную еду. - Если бы, да кабы. Люди тоже друг дружку пожирают с голоду. Сколько случаев было… - фыркнул одноглазый, вытирая кровь с лица и одним движением вправляя нос, заставляя оппонента почувствовать неприятную резь под ребрами при виде сего зрелища. - Ну и что тут у вас происходит? – прошептали из темноты. Все присутствующие обернулись в сторону звука, стараясь хоть что-то различить в темном углу, где постепенно материализовался Тень. - Ты-то нам и нужен, - первым нарушил неловкое молчание Грег. - Чем обязан? – страж Сферы принял, наконец, более-менее человеческое обличие и теперь поправлял монокль, поблескивающий в тусклом свете факелов. Он со вздохом оглядел отрубленную руку сынишки, как бы удовлетворившись результатом. Про себя Стив отметил, какой же из Тени жестокий “родитель” – Грегори, как он и предсказал, “наказал сам себя”, а значит, у темного стража была возможность его остановить, которой он не воспользовался… - Приделай мне вот этот вот нож за место руки, м, бать? – добродушно продолжал Грегори, похлопал ладонью по широкому, длинному лезвию, - Очень уж мне эта штука нравится. - А в чем проблема – приделать ее самим? – спросил Тень, взяв в руки орудие внушительных размеров и разглядывая его. - Да не выходит никак, ну… Что тебе стоит?.. - Ладно-ладно, не ной, - вздохнул непривычно мрачный Тень, обдумывая план действий. Он проковырялся со своим чадом несколько минут. Все это время Стив стоял в стороне и хмурился, когда до него долетали обрывки разговора: - Все точно в порядке? – шептал страж. - Все в ПОЛНОМ порядке. Нет, правда! - Ты какой-то зажатый весь… Странно, в общем, ведешь себя… Ну вот, почти. Готов? Грег кивнул, и до уха Стива донесся тихий звук пронзающейся чем-то острым плоти. Грегори сорвался с места, заставляя всех вздрогнуть. - Вот! Просто чудесно! – торжественно заключил он. Теперь его предплечье и острие оружия были соединены между собой железной скобой, удерживающей всю конструкцию в равновесии. - Пойду, попробую все это в деле. И он растворился в темноте, тихо смеясь. Стив, было, рванулся за ним, но вздохнул от боли в левом запястье, за которое его ухватил Тень. - Стоять, любезнейший. - Стою-стою! Рука, - засопел Стивенс, пытаясь освободиться. - А ты не дергайся – и больно не будет, - улыбнулся из кровавого полумрака тот, - Всего на пару слов, уж потерпи. Обреченный вздох ознаменовал то, что пойманный сдался, и Тень заметно расслабился, хоть руки его так и не отпустил. - Ну, давай – рассказывай. - Ч… что? – совсем растерялся монстр. - Что ты там вытворял с моей кровиночкой? Он так смутился, когда я попытался у него узнать. О, ты тоже! Ну же, не интригуй! Стив попытался отвернуть свое малиновое лицо. - Ничего такого, честно! Почти… - он отчаянно замотал головой. - Ты смотри у меня… Сынок мне весьма дорог. И не могу не отметить его полезности. Словно в ответ на его слова из глубин темниц раздался леденящий душу человеческий вопль. Видимо, Грегори нашел первую жертву. Страж Сферы вздрогнул всем телом, от чего своды древнего замка протяжно застонали. - Ох, не обращай внимания, - с облегчением вздохнул он, - Просто приятно, когда где-то рядом проливается кровь. Тень прищурился, прожигая Стива насквозь своим взглядом, пальцы его снова сжались, заставляя монстра изогнуться не в самой естественной позе. - Рука же! Черт… - Тише, мой друг, - урчал Тень, хотя его рука, ставшая уже вовсе не рукой, а чем-то страшным и бесформенным, продолжала сжиматься, да еще и постепенно “затекая” внутрь сквозной раны на запястье, заставляя Стивенса испытывать дикие мучения, - Ты же совсем бессилен. Не можешь остановить Грега, не можешь помочь, спасти если что. Так слаб, что я просто не могу оставить его тебе. Либо становись сильнее, либо отпусти его. - Я буду… я попытаюсь стать сильнее! Хватит… - Фейс, кажется, испытывал болевой шок, из-за чего его тело довольно резко обмякло, а речь переставала быть понятной. Только после этого Тень отпустил его, давая упасть на холодный пол. - Уж попытайся, будь любезен, - проворковал страж, погладив еле живого Стива по голове, - Я буду следить за твоим успехом. А рука… Можешь считать, что это небольшой подарок от меня, чтобы мечты стали явью.