Кори. Вырезанные сцены

Гирико никак не мог выбросить из головы эти синие глаза. Один случайный взгляд, и все в душе чародея перевернулось. Мужчина не хотел признаваться себе, но его тянуло к этому мелкому. И дело было не только в его юном теле (а оно было восхитительном). Бензопиле хотелось прижимать к себе эту безумную гильотину, целовать его нежные губы, вдыхать его запах. А главное, Гирико хотел быть на месте Асуры, чтобы Джастин был подле него все время. Фантазии чародея были прерваны стуком в дверь. С Москито бензопила сегодня уже повздорил, в цехе дела шли путем, да и никакой наступательной операции не предвещалось. Мужчина встал с дивана и открыл дверь. Перед ним стоял Коса Смерти. Первым желанием Гирико было закрыть дверь, лишь бы не видеть этого типа. Гордость не позволяла чародею схватить в охапку гильотину и сразу же признаться в своих чувствах. Единственное, что позволил себе бензопила, - развернуться, добраться до дивана и уставиться на огонь в камине. Выставить за дверь гостя он не решался (в тайной надежде неизвестно на что), но и смотреть в глаза Косы Смерти Гирико страшился (ведь он мог выдать свое истинное отношение к нему). Джастин вошел в комнату, закрыл дверь и остановился у дивана в двух шагах. Молчание давило на психику чародея, но он не позволял себе начать разговор. - Гирико… - нарушил тишину Коса Смерти. Бензопила продолжил смотреть на огонь, игнорируя присутствие юноши. - Гирико, а можно дальше? Этот вопрос поставил мужчину в тупик. Он сам жаждал снова прикоснуться к этой холёной коже; вновь слышать стоны, издаваемые этим нежным ртом; опять прижаться к нему всем телом и чувствовать его тепло. Гирико сглотнул, перебирая всевозможные варианты развития событий. - Что «дальше»? – решил уточнить чародей. - Я хочу продолжения… с тобой, - немного запинаясь, ответил Джастин. Если бы бензопила в этот момент посмотрел на Косу Смерти, то заметил бы предательский румянец на щеках. Безумие безумием, а стыд в пареньке еще остался. - А как же Асура? – съязвил Гирико. Гильотина в одно мгновение разозлился и хотел уже разрубить мужчину своим лезвием, но все-таки решил поступить иначе. Он осторожно подошел к дивану, встал коленями на него, бережно обнял мужчину и прошептал в самое ухо: - Он не ты. Этих слов было достаточно, что вскружить голову чародею. Он закрыл глаза, откинулся на спинку дивана и одной рукой притянул к себе юношу, усаживая того себе на колени. Второй рукой он прижал голову Косы Смерти к своему плечу. Вынув зубами наушник, бензопила сказал: - Раздевайся. И не забывай, что ты хороший мальчик. Джастин чуть не взвизгнул от радости и поспешил избавиться от одежды. Гирико вновь поставил щит беззвучия, и на дверях опять появились цепи крест-накрест (необходимые меры предосторожности от любопытных глаз и ушей). Но это не волновало юношу, он был в предвкушении грядущих ощущений. Мужчина снова насладился видом этого прекрасно сложенного обнаженного тела. «До чего же он хорош!» Гирико встал с дивана и подошел к Косе Смерти со спины. «Если близость так желанна, то смотреть в глаза не обязательно», - решил про себя чародей и завязал глаза юноши черной лентой. Бензопила подтолкнул гильотину в направлении кровати и проговорил: - Подожди меня. Я скоро. И пока юноша, полагаясь лишь на осязание, аккуратно залез на кровать и сел, чародей быстро разделся и сам расположился на кровати. Джастин, лишившийся зрения, выглядел очень забавно, но Гирико подавил усмешку. Мужчина сел, вытянув ноги, и усадил юношу к себе на колени, лицом к лицу. - Сегодня ты должен заработать на свое удовольствие, - ухмыльнулся бензопила, ложась на спину. - Как? - Приласкай меня. Прежде чем гильотина попытался уточнить способ, чародей положил обе ладони юноши себе на грудь, заставив того немного нагнуться. Коса Смерти начал выводить замысловатые фигуры на коже мужчины. Зона поглаживаний все увеличивалась, была задействована не только грудь, но и плечи, живот, руки и бедра. Если бы Гирико мог себе позволить, то он бы урчал от удовольствия, но гордость, мать ее! Следить за тем, как Джастин, будто слепой котенок, изучает тело бензопилы, было очень забавно. Однако это было лишь начало. - Не только руки, - указал чародей как можно спокойнее. Юноша замер на мгновение, но, поняв, на что намекает партнер, осторожно поцеловал кожу где-то посередине груди. Теперь сдерживать себя чародею было все труднее. Эти чудные губы нежно касались кожи. Добравшись до сосков, Коса Смерти начал ласкать вначале один, потом второй. Гирико позволил себе легкий стон. - Ниже. Джастин подчинился, и вот уже исследовал языком кубики пресса чародея. - Еще ниже, - настаивал Гирико. Косе Смерти пришлось пересесть, чтобы продолжить исследовать тело мужчины. Но наткнувшись на лобок, он смутился и замер. - Ты же хороший мальчик, - ухмыльнулся чародей. Он приподнялся на локтях, чтобы лучше разглядеть, как алеют щеки гильотины. Бензопила с наслаждением садиста наблюдал, как Джастин перебарывает собственные морально-этические устои (от которых, к слову, осталось не так уж и много). Все-таки жажда новых ощущений победила, и Коса Смерти осторожно провел языком по всей длине плоти мужчины. Чародей издал легкий стон, подбадривая юношу. Тот в свою очередь начал пристально изучать каждый сантиметр новой области исследований. Джастин чередовал типы прикосновений: то целовал губами, то облизывал всей поверхностью языка, то проводил линию лишь кончиком. Гирико блаженно запрокидывал голову, закусывая нижнюю губу, чтобы не дать понять юноше, насколько ему хорошо. Гильотины чувствовал, что член бензопилы становится все тверже, но еще не мог представить, что будет дальше. Чародей прекрасно понимал, что если все так продолжится, то он потеряет власть над ситуацией, и даже испытываемое возбуждение не могло перевесить желание все контролировать. - Хватит, - сквозь зубы процедил Гирико, успевая в последний миг остановить себя и не застонать от наслаждения. Джастин отстранился и сел в позу лотоса, ожидая следующих указаний. Мужчина несколько раз глубоко вздохнул, чтобы прийти в себя. И хотя возбуждение все еще бродило по его телу, но можно было еще подождать. Совсем немного. - Ты заслужил свое наслаждение, - томно проговорил Гирико и слизнул капельку слюны, что притаилась в уголке рта юноши. Тот подался вперед, намереваясь поцеловать чародея, но это не входило в планы последнего. - Стань на четвереньки и расслабься. Джастин кивнул и выполнил инструкцию. Колени бензопилы обняли бедра юноши, а сам мужчина прижался грудью к спине Косы Смерти, вдыхая аромат его кожи. Солнечный шоколад. Именно так, «солнечный шоколад» - другого определения Гирико не мог придумать для этого фантастического запаха. Прежде, чем начать подготавливать девственную дырочку к достаточно активному воздействию, чародей позволил себе несколько раз двинуть бедрами, вызывая у юноши приятные воспоминания о прошлом разе. Увы, как бы аккуратно не пытался действовать Гирико, но кольцо мышц все никак не расслаблялось. Тогда движения мужчины стали резче и грубее. Гильотина все больше втягивал голову в плечи, пытаясь молча всё стерпеть. Посчитав, что приготовлений достаточно, бензопила, направляя свой член рукой, почти полностью вошел. Как бы морально Джастин не подготавливался, но подобной боли он не ожидал. Каждое движение чародея вызывало новую вспышку, которая накатывала поверх прошлых. Но Гирико было не до криков Джастина. Его сводила с ума теснота, и только кольцо мышц, что обхватывало его плоть, имело значение. Чародей вбивался в юношу со всей силой, пока не осознал, что гильотина больше не издает звуков. Бензопила замер, прислушиваясь к дыханию партнера. Оно было хриплым и судорожным (видимо, сорвал голос). Гирико смочил пальцы слюной и увлажнил раздраженный анус. Гильотина вздрогнул и громко втянул воздух носом. Чародей осторожно провел рукой пару раз по члену юноши, пытаясь загладить свою невнимательность. - Прости, - прошептал бензопила на ухо юноши и поцеловал между лопаток. Тот дернул головой, ни то принимая извинения, ни то отказывая в этом. Гирико стал медленно двигаться, почти полностью выходя и входя практически на всю длину. Размеренные движения явно понравились Косе Смерти больше, чем предыдущий бешеный темп. Чародей менял углы вхождения, пытаясь добраться до простаты. Если он сможет простимулировать эту железу, то все былое будет забыто. Наконец, мужчине это удалось: Джастин запрокинул голову, выгнул спину и хрипло застонал. Пытаясь не менять угол, Гирико стал осторожно наращивать темп, доставляя партнеру все больше и больше удовольствия. Казалось, Коса Смерти готов разорваться от блаженства, а оно все увеличивалось, грозя полностью уничтожить личность гильотины. Юноша даже не заметил, как оказался на коленях чародея. Его руки прижимали юное тело к своей груди, а твердая плоть (хоть и уменьшила амплитуду движений) по-прежнему задевала простату, унося Джастину все дальше от реальности. - Я кончу в тебя, чтобы уменьшить жжение, - сипло прошептал Гирико и выполнил предупреждение. Вслед за ним Джастин тоже излился на живот чародея, сопровождая это хрипловатым стоном. Так они просидели еще несколько минут, судорожно сжимая друг друга в объятьях, боясь отпустить и расстаться с этой грёзой. Чародей осторожно положил гильотину на спину, аккуратно выходя из него и распределяя еще теплую сперму по всей длине потревоженного кишечника. После сам лег рядом, нежно обнимая юношу и обдавая его шею своим дыханием. Наконец, их тела немного остыли, а в головах начали появляться обрывки мыслей. Гирико осторожно взял Джастина на руки и понес в сторону ванны. Коса Смерти постарался прижаться к мужчине настолько, насколько это было вообще возможно. Тот все с той же нежностью опустил свою драгоценную ношу поперек ванны и, наконец, снял повязку с глаз юноши. - Прими душ и не забудь сходить в туалет. Мы же не хотим, чтобы о наших шалостях кто-нибудь узнал, - буквально промурлыкал Гирико в затылок Джастина. К тому моменту, когда Коса Смерти вышел из ванны, чародей сидел на кровати уже в штанах, но еще без рубашки. Гильотина, как вначале этой встрече, осторожно подобрался к мужчине и обнял его со спины. - Когда я снова приду, мы опять пошалим? – игриво спросил юноша, целуя шею бензопилы. А что мог ответить Гирико? Разве он откажется от возможности вновь и вновь овладевать этим телом? Снова и снова вдыхать аромат кожи? Опять и опять прижимать его к себе, веря, что это не в последний раз?