Старший.

- Фили, - представился я. - И Кили, - добавил братишка. - Должно быть, Вы - мистер Боггинс? У несчастного заскулившего хоббита вытянулось лицо. - Нет! Вам сюда нельзя! Вы ошиблись домом! - едва не завопил он, пытаясь закрыть дверь, но мой брат оказался сильнее и проворнее. - Что? - спросил он, в недоумении таращась на хозяина дома. - Неужели всё отменили? - А нам не сказали, - я посмотрел на младшего, после чего перевёл взгляд на хоббита. - Отме... Ничего не отменили! - вдруг заявил он, словно удивляясь, кто мог сказать подобную глупость. - Какое облегчение! - радостно заулыбался Кили и, оттеснив Бильбо в сторону и попутно вручив ему своё оружие, прошёл в дом. Я - следом. - Поосторожнее с ним, - предупредил я, сгружая свой меч в руки мистера Бэггинса. - Я его только что наточил. - А здесь очень мило, - заметил мой брат, оглядываясь по сторонам. - Сами построили? Заприметив у стены небольшой сундучок, он отчего-то решил, что может использовать его для очистки сапог от дорожной грязи, что и сделал. Да, братец, несколько дней похода уже лишили тебя всяческих манер... - Что? - переспросил хоббит. - Нет, это старый фамильный дом. Пока я вручал опешившему Бильбо остальное своё оружие, он заметил, какое безобразие творит Кили, и, конечно, возмутился. - Это сундук с приданым моей матушки! Прекратите, пожалуйста! На помощь сундучку пришёл наш дядя Двалин, уже, очевидно, весьма уютно здесь обосновавшийся. - Фили, Кили, идём, поможете нам, - позвал он, приобняв младшего за плечи. - Мистер Двалин, - поприветствовал его братишка, явно обрадовавшийся этой встрече, и направился вместе с родичем в комнату, служившую, видимо, столовой. Там нас уже поджидал всегда приветливый Балин. - Перетащим это в коридор, иначе тут все не поместятся, - сказал он, указывая на стол. - Что значит, все? - испуганно пискнул хоббит, следуя за нами. - Сколько вас ещё будет? И тут дверной звонок оповестил о вновь прибывших. - Нет! Нет! Нет никого дома! - завопил явно рассердившийся Бильбо. А я и не знал, что они могут злиться. Кили, тащивший стол вместе с нами, весело прыснул. Видимо, понял мои мысли насчёт нашего мистера Бэггинса. Я улыбнулся в ответ. А хоббит продолжал возмущаться и делал это до тех пор, пока снова не открыл входную дверь. Судя по звукам, в дом ввалилась внушительная куча гномов. Я узнал голоса Бофура и Бифура, но очевидно, что и остальные были нашими сородичами. Я выглянул в коридор. Так и есть: наши близкие и дальние родственники, и пусть некоторых из них я видел всего раз или два в жизни, но узнал всех. Кряхтя, они помогали друг другу подняться на ноги, отряхивались, здоровались с обалдевшим Бильбо и подходили к нам. Последним в доме оказался тот самый Гэндальф, о котором говорил дядя Торин, высокий седой старик в сером балахоне и остроконечной шляпе. Причём, он тут же начал отдавать распоряжения, не обращая внимания на открывающего и закрывающего рот хозяина жилища. Что ни говори, а еды у Бильбо было много. Насколько я знал, хоббит жил один, однако, это не мешало ему делать запасы, которых могло хватить на целое семейство. Пока мы накрывали на стол, если, конечно, это можно было так назвать, а хоббит суетился между нами, всё ещё не оставляя попыток возмутиться и выставить нас за дверь, я уловил краем уха, как Кили спросил Бофура о Торине, которого среди наших не было. Что ответил дядя, я не разобрал из-за хоббитского верещания, понял только, что старший родич прибудет позже. Скорее всего, уговаривал пойти в поход кого-то ещё. А гномы всё тащили и тащили снедь на стол. Заприметив, что мой братишка пытается один тащить внушительный бочонок с элем, я пришёл ему на помощь. - Фили, Кили... - забормотал маг, когда мы прошли мимо. - Мистер Гэндальф, - отозвался я. Младший как-то робко улыбнулся ему в ответ. - Оин, Глоин... Балин, Двалин... - продолжал пересчитывать нас по пальцам седой волшебник. Не хватало только Торина, о чём не преминул сообщить Гэндальфу Бифур, опять же на кхуздуле. - Он немного задерживается, - сообщил магу Двалин, подпирающий стену в компании кружки с элем. - Он ездил на север на встречу с нашим кланом. Он придёт. Я тоже надеялся, что дядя присоединится к нам, иначе всё наше собрание в доме хоббита не имеет никакого смысла. Торин - наш предводитель, и без него двигаться дальше мы не сможем. Дальше настал, собственно, сам ужин. Под возмущённые писки и визги Бильбо мы набивали рты всем подряд, словно соревновались, кто больше съест. Как ни странно, Бифур, будучи ярым приверженцем хороших манер за столом, думал недолго и с удовольствием принял участие во всеобщем бедламе. Одним из наших любимых развлечений было швыряться едой в Бомбура, который, несмотря на свой вес и внешнюю неповоротливость, довольно ловко ловил всё, что в него летело. - Кто будет эль? Налетай! - я влез на стол и довольно аккуратно прошёлся по нему, почти не задев посуду, с тремя кружками в руках. - Дай мне, братец! - весело выкрикнул Кили, стукнув меня по ноге. В подпитии были уже все гномы, иначе как можно было объяснить то, что обычно суровый Двалин в шутку налил эля в слуховую трубку Оина? - Давайте на счёт три! - предложил Бофур. Все тут же подняли кружки и принялись стучать ими одна об другую. - Раз, два! - Пьём! - продолжил за него Кили и тут же присосался к своей посудине. Все остальные, и я в том числе, поддавшись этому порыву, принялись пить наперегонки, обливаясь элем. После этого последовал шумный процесс под названием "кто громче отрыгнёт". Впервые за столько дней нам было по-настоящему весело, чего не скажешь о хозяине дома. Я слышал, как Бильбо возмущался по поводу грязи, следов на ковре и сломанного водопровода. Его можно было понять. Скорее всего, такой бедлам он видел впервые в своей жизни. - Извините... Простите, что перебиваю, но куда мне поставить мою тарелку? - обратился к хоббиту всегда вежливый Ори. Он был младшим братом Нори и Дори, увлекался чтением и летописями, и я искренне не понимал, зачем ему нужен был устроенный Торином поход. - Ори, давай её мне, - предложил я собрату свою помощь и с ходу швырнул тарелку в сторону раскуривающего трубку Кили. Младший мгновенно сориентировался и, схватив сей предмет столового сервиза, швырнул его стоявшему у мойки Бифуру. В том же направлении полетела вторая тарелка. Бифур перехватил их, даже не оборачиваясь. И тут мы с братом вошли, как говорится, во вкус. Тарелки, чашки и миски летали по всему дому, заканчивая своё путешествие на кухне. Бильбо верещал, как будто ему поджаривали пятки, умоляя нас оставить столетний сервиз в покое. Его волновала даже судьба столовых приборов, которые могли затупиться. Видя такое дело, хитрый Бофур переглянулся с сородичами и чиркнул ножом по вилке. - Оу, вы это слышали, парни? - спросил он Нори, Дори и Глоина. - Он сказал, мы затупим ножи. - Нож тупи, ложки гни! - подхватил его мысль Кили, запевая незатейливую песню, сочиняемую на ходу. - Бей бутылки, пробки жги! - продолжил я, швыряя тарелки в уже привычном направлении. - Блюда все разом бей об по-о-о-ол! - протянул глуховатый, но не лишённый голоса Оин. - Бильбо Бэггинсу назло! - закончили мы фразу все вместе, а песня продолжилась дальше. Хоббит не знал, куда ему бежать, и что из посуды спасать в первую очередь. Не понимаю, как можно быть настолько привязанным к каким-то вещам. Бофур достал свою свирель, Оин дул в носик заварочного чайника, как в трубу, и под этот музыкальный аккомпанемент вся грязная посуда вскоре блестела чистотой. К слову, мы ничего не разбили. У Бильбо вытянулась физиономия от удивления, когда он увидел свои любимые миски и тарелки стоящими башенками на кухонном столе. - Гляньте на его лицо! - пискнул среди всеобщего хохота Кили, и вдруг... раздался стук в дверь. Все сразу замолчали. - А вот и он, - произнёс маг в повисшей в воздухе тишине и пошёл открывать. На пороге стоял Торин. - Гэндальф, - поприветствовал его дядя, входя в дом и снимая походный плащ. - Ты говорил, это место будет нетрудно найти. Я заблудился. Дважды. Я бы вообще не нашёл его, не будь этого знака на двери. - Знака? Там нет никакого знака! Её красили неделю назад! - снова возмутился Бильбо, явно желая проверить правдивость слов волшебника, но тот уже захлопнул злосчастную дверь и повернулся к хоббиту. - Там есть знак. Я сам его поставил, - Гэндальф развёл руками, словно оправдываясь. - Бильбо Бэггинс, позволь тебе представить предводителя нашей компании: Торин Дубощит. - Значит, это и есть хоббит, - задумчиво произнёс дядя, оценивающе разглядывая полурослика со всех сторон. - Мистер Бэггинс, Вам доводилось сражаться? - Простите? - переспросил Бильбо. - Меч или топор? Что предпочитаете? - Я весьма недурно кидаю каштаны, если хотите знать, - хоббит подбоченился, явно набивая себе цену. - Но я пока не пойму, к чему весь этот разговор. - Так я и думал, - усмехнулся Торин. - Он больше похож на торгаша, чем на вора. Остальные сородичи тоже начали посмеиваться, и мне это не понравилось. Пусть этот полурослик и не производил впечатления опытного воина, но за его счёт нам достался весьма неплохой ужин, да и заночевать все явно собирались в его же доме. Я выразительно наступил на ногу, улыбающемуся братцу, что сразу его отвлекло, и он непонимающе уставился на меня. Я покачал головой, всем своим видом выражая, как мне не нравится его поведение. Подействовало. Кили потопал следом за Бильбо, и я услышал, как он извиняется за дядины слова. Несмотря на такое насмешливое к нему отношение, хоббит предложил отужинать и Торину, благо, еда ещё оставалась. За столом дядя рассказал о том, что на Совет пришли послы всех семи гномьих кланов, однако, ко всеобщему нашему сожалению, оказалось, что в поход на Эребор идти только нам. - Вы, что, уже уходите? - с явной надеждой спросил Бэггинс, стараясь сделать вид, что ему очень жаль. - Бильбо, дорогой мой, нельзя ли здесь прибавить света? - Гэндальф подрубил на корню все его чаяния. Хоббит согласно угукнул и пошёл за свечой. Маг, тем временем, разложил на столе какую-то карту и принялся рассказывать о том, что где-то далеко на востоке, за горными хребтами и реками, за лесами и пустынными землями находится одна уединённая вершина. - Одинокая гора... - прочитал появившийся с подсвечником Бильбо. Глоин подтвердил, что его брат Оин прочитал знамение, говорившее о том, что пришло время возвращаться туда. Что, согласно предсказаниям, когда вернутся в Эребор вороны, правление зверя закончится. - Какого зверя? - насторожился хоббит. - Имеется ввиду Смауг Ужасный, - как ни в чём ни бывало пояснил Бофур, попыхивая своей трубкой. - Страшнейшее и величайшее из бедствий нашего времени. Мы дружно посмотрели на сородича, кто с интересом, а кто с явным неодобрением. Впрочем, последнее его волновало мало. - Огнедышащий дракон, - продолжал дядя. - Зубы, как бритва, клыки, как крюки для мяса, и очень любит драгоценный металл. - Я знаю, что такое дракон, - Бильбо начал нервно заламывать пальцы. - А я не боюсь! Я готов идти! - внезапно вскочил с места Ори. Выглядело это весьма забавно, учитывая то, что владел он очень "грозным" оружием, а именно - рогаткой. - Я дам ему попробовать гномьей стали по самые гланды! Половина наших одобрительно загудела, однако, мудрый Балин напомнил, что подобная задача едва ли по силам целой армии, но никак не тринадцати гномам. Кто-то тут же начал возмущаться. - Ну, что ж, пускай нас совсем немного, - подал голос я. - Но все мы воины. Все до единого! До последнего гнома! - я даже хлопнул ладонью по столу, почувствовав воодушевление собственными словами. - И вы забываете, что вместе с нами волшебник, - поддержал меня Кили. - Гэндальф убил сотни драконов в своё время! О, как. Оказывается, наш маг не так прост, как кажется на первый взгляд. Или же его заслуги сильно приукрашены, однако, это не помешало сородичам снова поднять одобрительный гул. - Нет, нет, Кили, я бы не сказал, что я... - запротестовал волшебник, но старших гномов уже заинтересовали его подвиги. - Сколько тогда? - спросил Дори. Гэндальф даже закашлялся, а все наши уже требовали ответа. Бильбо попытался их успокоить, но безрезультатно. Сородичи замолчали только когда, когда подал голос Торин. - Хватит! - рявкнул он, поднимаясь с места. - Если мы прочли эти знаки, думаете, другие не смогли сделать то же самое? Начали расползаться слухи... Дракона Смауга не видели уже шестьдесят лет. Многие посматривают на гору. Думают, размышляют, взвешивают риск. Возможно, все богатства нашего народа никто не охраняет, а мы будем сидеть сложа руки, пока другие посягают на него? Или используем этот шанс, чтобы вернуть Эребор?! Мы с родичами поддержали его согласными криками, но Балин благоразумно остудил наш пыл, напомнив, что главные ворота запечатаны, и входа в гору нет. - А вот здесь, мой милый Балин, ты ошибаешься, - проговорил Гэндальф, достав, будто из воздуха, искусно выплавленный ключ. Выяснилось, что этот ключ передал ему на хранение отец Торина, Траин, а теперь он принадлежал нашему дяде. - Если есть ключ, то должна быть и дверь, - сообщил я прописную истину. Маг рассказал нам, что существует потайной ход в нижний ярус. - Есть другой вход, - обрадовался не унывающий Кили, обняв меня. - Если мы найдём его, - добавил Гэндальф. - Но гномьи двери невидимы, когда закрыты. Ответ точно скрыт где-то на этой карте, а у меня не хватает знаний его разгадать. Но... в Средиземье найдутся те, кто это сможет. Дело, которое я задумал, требует от всех скрытности и изрядной доли мужества., - тут он бросил взгляд на хоббита. - Если мы будем осторожны и разумны, я верю, что нам это под силу. - Поэтому нам нужен вор, - поддержал мысль мага Ори. - Хм, причём, отменный, - согласился Бильбо. - Мастер, я бы сказал. Дальше начались споры о том, насколько хорошим мастером воровского дела является сам мистер Бэггинс. Гэндальф их пресёк. Казалось, он вырос, и в комнате вдруг стало тесно. - Довольно! Если я сказал, что Бильбо Бэггинс тот, кто нам нужен, значит, так и есть! Хоббиты передвигаются удивительно бесшумно, - продолжил волшебник уже спокойнее. - Они могут проскользнуть под носом у кого угодно. Если дракону уже известно, как пахнут гномы, то запах хоббита ему совершенно незнаком, что даст нам явное преимущество. Ведь ты просил найти меня четырнадцатого участника похода, - обратился он к слегка опешившему Торину. - Я выбрал мистера Бэггинса. Он не так прост, как кажется на первый взгляд. Вы не представляете, какие у него скрытые возможности. И он не представляет. Очевидно, Бильбо и в самом деле о своих возможностях не подозревал, потому что, пока Гэндальф расхваливал его, полурослик всё пытался возразить и вставить своё слово, попеременно меняясь в лице. - Ты должен довериться мне, - обратился маг уже конкретно к озадаченному Торину. - Ну, хорошо. Будь по-твоему, - согласился дядя. - Дайте ему контракт. Хоббит тут же начал протестующе верещать, но его и слушать не стали. Балин, поднявшись с места, вручил через Торина нашему "вору" внушительного вида бумагу, где оговаривались все условия, с которыми его нанимают участники похода. Больше всего Бэггинса озадачили указанные в контракте распоряжения о похоронах и то, что может с ним случиться, если встретиться нос к носу с драконом. - Испепеление? - уточнил он, дочитав до этого пункта. - Ну да, моргнуть не успеешь, как он спалит тебя живьём, - как бы между прочим сообщил Бофур, попыхивая трубкой. Хоббит явно расстроился, потому что вид у него стал такой, будто он собирается упасть в обморок. - Представь себе печку с крыльями, - не унимался дядя. - Вспышка света, жгучая боль, и - пуфф! - ты уже горстка пепла. - Кто тебя за язык тянул? - спросил Балин, наблюдая за реакцией Бильбо, который всё-таки упал в обморок. Пришлось отпаивать полурослика чаем. Он всё твердил, что сам в порядке, и что ему просто нужно немного посидеть. Потом они с Гэндальфом заспорили. Маг убеждал, что весь мир лежит за окном, а хоббит возражал, что не может просто взять и сорваться невесть куда. Дальше со стороны волшебника начались какие-то увещевания. Наверно, он продолжал уговаривать Бильбо пойти с нами в поход, но о чём точно они говорили, я не знал, а привычки подслушивать у меня не было. Кили начал сонно клевать носом после сытного ужина, но когда заметил, что я на него смотрю, встрепенулся и улыбнулся мне, предлагая уцелевший помидор. Я, конечно, поделился с младшим и этим помидором, и уцелевшим куском белого хлеба. Жевали мы уже через силу. Впрок, как говорится. Кили прислонился головой к моему плечу и зевнул. Другие гномы тоже уже выражали желание вздремнуть перед дальнейшим походом, но без позволения хозяина дома это было бы уже совсем наглостью, учитывая, что мы разгромили его кладовую с припасами. - Вы выбрали не того хоббита, - услышал я последнюю фразу, сказанную полуросликом Гэндальфу, после чего Бильбо направился, наверно, в свою спальню. - Что ж, похоже, мы лишились нашего помощника, - резюмировал Балин, провожая его взглядом. - Может, это и к лучшему. Обстоятельства всегда были против нас. В конце концов, кто мы такие? Торговцы, рудокопы, игрушечных дел мастера. И не годимся в герои легенд. - И всё же среди нас есть воины, - мягко возразил ему Торин. - Старые воины, - ответил Балин. - Любого из этих гномов я предпочту целой армии с Железных холмов, - решительно произнёс дядя. - Ибо они откликнулись на мой зов. Преданность, честь и горячее сердце - большего я просить не смею. - Ты не обязан это делать, - седой гном поднялся с места. - У тебя есть выбор. Ты благородно правил нашим народом, ты подарил нам новую жизнь в Синих горах. Жизнь в покое и процветании. Поверь, такая жизнь дороже, чем всё золото в Эреборе. - От моего деда к моему отцу - этот ключ перешёл ко мне, - Торин явно не собирался отступать и возвращаться назад. - Они мечтали о том дне, когда гномы Эребора вернут свой родной дом. У меня нет выбора, Балин. У меня - нет... Балин и сам понял это, согласно кивнув головой. - Тогда мы с тобой. Вместе до конца... - он хлопнул дядю по плечу и уселся поближе к камину. Вообще, в его возрасте уже не стоило бы отправляться в дальний путь, полный опасностей. Сидел бы себе с трубкой у камина, пил чай и рассказывал истории прежних битв, но вместо этого оставил дом, как и мы, и пошёл за Торином. Этот поступок был достоин уважения. Вскоре все наши тоже начали потихоньку подтягиваться в комнату с камином. Там, всё-таки, было теплее, а ночи ещё содержали в себе весеннюю прохладу. Торин задумчиво затянул песню о Мглистых горах, и старшие по очереди присоединились к нему стройным многоголосым хором. Кили о чём-то задумался, глядя на танцующие языки пламени. Я впервые заметил у него такой взгляд - не взбалмошного мальчишки, ещё не до конца понявшего, во что ввязался, а именно взрослого рассудительного гнома. Сейчас он был похож на Торина... По мере того, как продолжалась эта незатейливая песня, сородичи вставали со своих мест и подходили к дяде, как бы показывая, что они последуют за ним, несмотря на любые препятствия. Потом Бильбо всё же позволил занять гостям свободные кровати, но на всех их не хватило, поэтому мы с братом, как самые молодые, расположились на полу поближе к камину. По крайней мере, нам досталась большая удобная подушка и мягкое одеяло. Уже совсем сонный Кили сразу подлез ко мне под бок и через минуту уснул, забавно сопя. Я обнял его, как в детстве, и вскоре тоже провалился в сон...