Старший.

Мы проснулись на рассвете. Точнее, нас попросту бессовестно растолкали Торин и Гэндальф. Непонятно, чего им не спалось в такую рань. Кили уютно сопел у меня под боком, даже не думая вставать, а когда дядя потряс его за плечо, протестующе замычал. - М-м-м… Мам, ну рано же ещё… ещё полчасика, пожалуйста… – пискнул он, спрятав голову под подушку. - Фили, Кили, нам пора, - безапелляционно заявил Торин, обрубая на корню все надежды хотя бы пару лишних минут подремать у остывшего камина. - Давайте, поднимайтесь. - А завтрак будет? - послышался голос младшего из-под подушки. - Перекусим по дороге, - последовал ответ. - Дай хоть умыться... - проворчал я, тоже недовольный столь ранним подъёмом, после чего встал и побрёл в хоббичью ванную. Кто-то из наших уже наладил подачу воды в водопроводе, из-за которого так переживал накануне Бильбо, поэтому я умылся холодной водой и вернулся в каминный зал. Кили сидел на полу, прижимая к себе подушку, и сонно хлопал глазами. Мне даже стало жаль его, ведь дома мы редко когда вставали так рано. Подушка была отнята, а младший отправлен в ванную. Дождавшись его, Торин застегнул свой плащ и указал в сторону двери. - Идёмте. Время не ждёт. - А разве мы не должны попрощаться с хозяином дома? - робко поинтересовался Ори, сжимающий в руке свою неизменную толстую тетрадь, куда делал походные пометки. - Хоббит отказался идти с нами, - ответил ему Торин. - Не думаю, что стоит его будить и устраивать массовое прощание. Мысленно я отметил, что это как-то невежливо, но дяде ничего не сказал. Он и так был не в настроении со вчерашнего вечера. На сборы не ушло много времени. Мы спали одетые, оставалось только накинуть свои дорожные плащи, забрать оружие и выдвигаться. Сонные родичи высыпали из хоббичьей норы, разобрали своих пони и двинулись следом за Торином, возглавлявшим наш небольшой отряд. Шествие замыкал Гэндальф. Сначала мы хотели заглянуть на местный рынок, запастись провизией, но для хоббитов, видимо, это был очень ранний час, потому что по пути нам встретились всего двое жителей Шира, которые гнали на пастбище овец. Приветливые полурослики, пропустив нашу процессию, пожелали нам доброго дня и направились дальше. - Может, нам стоило поговорить с мистером Бэггинсом? - обратился я к Торину. - Вдруг он с утра передумал бы и пожелал бы отправиться с нами? - Ты слышал его вчера, Фили. Он прямым текстом сказал, что мы выбрали не того, а упрашивать я никого не собираюсь. Справимся сами, не впервой. - А я уверен, что Бильбо передумает, - заявил Бофур, раскуривая трубку. - Он вполне ещё может нас догнать. - Да не пойдёт полурослик с нами, - возразил Глоин. - Хоббиты не приспособлены к тяготам дальнего пути, у них вся жизнь расписана по часам и даже минутам. - А спорим, он нас догонит? - хитро прищурился Бофур. - Не догонит. - Ребята, у нас пари! Кто участвует? Мы с братом переглянулись и решили голосовать за то, что Бильбо к нам присоединится. Голоса остальных родичей разделились, в споре не стал участвовать только Торин, видимо, посчитав это ребяческой забавой. Сошлись на том, что, если хоббит не появится до того, как мы пересечём границу Шира, то голосовавшие за него проиграют. Вскоре мы въехали в небольшой лесок, служивший последним рубежом этих гостеприимных земель. Бэггинс всё не появлялся, и кое-кто уже начал посмеиваться, предвкушая удачный выигрыш золотыми и серебряными монетами, как вдруг... - Стойте! Подождите! - раздался позади нашей процессии голос полурослика. Он бежал за нами со всех ног, радостно размахивая контрактом. - Я подписал, - сообщил он, протягивая бумагу Балину. Седой гном достал пенсне, проверил подпись и удовлетворённо кивнул. - Кажется, всё в порядке. Добро пожаловать, мистер Бэггинс, в отряд Торина Дубощита! Мы все тоже радостно поприветствовали засмущавшегося Бильбо. Кажется, только Торин всё ещё не верил в то, что от хоббита будет какой-то толк. - Дайте ему пони! - наконец, скомандовал дядя, разворачивая своего жеребца на тропинку. - Нет, нет, нет! - тут же заголосил новоявленный участник нашего похода. - В этом нет необходимости! Уверяю, я и пешком от вас не отстану! Я частенько ходил в походы по праздникам, знаете ли... Долго говорить мы ему не позволили. Схватив одновременно с Кили мистера Бэггинса под белые рученьки, мы легко подняли его в воздух и усадили на одного из вьючных пони. Очевидно, в седле полурослик никогда не сидел, о чём говорило то, как он вцепился в уздечку. - Он собирается повеситься? - шепнул мне Кили, кивнув в его сторону. Я попробовал объяснить Бильбо, что не нужно так задирать руки, но тут его пони всхрапнул, вскинув голову, и хоббит испуганно перехватил повод ещё крепче. Я почёл за лучшее оставить его в покое. Всё-таки приятно выигрывать пари, особенно когда выигрыш подкрепляется чем-то значимым. Мы с Кили получили по внушительному мешочку с серебром, которое благоразумно припрятали в своих запасах. Бильбо недоумевал по этому поводу, но только до того момента, как не начал чихать, и тут же поднял панику, что забыл дома носовой платок, и поэтому мы должны вернуться. Мы с братом тихонько похихикали себе под нос. А мама ещё переживала, что мы, принцы, не приспособлены к походной жизни. Видела бы она сейчас верещащего по поводу отсутствия платка хоббита. В следующий момент мой смешливый братишка расхохотался в голос: добряк-Бофур оторвал от своего одеяния лоскут ткани и швырнул его полурослику. Выражение лица Бэггинса, когда он принюхался к тряпочке, было непередаваемым. Между собой мы с братом решили, что с таким компаньоном наше путешествие будет весьма весёлым. Вскоре мы обогнули поросшие деревьями холмы и выехали к небольшому ручью, вдоль которого бежала неприметная тропинка, такая узкая, что двигаться приходилось гуськом. Гэндальф расстраивал хоббита разговорами о том, без каких жизненно важных вещей тому придётся обходиться, полурослик всё сильнее жалел о том, что согласился на эту авантюру, а мы просто наслаждались поездкой, словно это была обычная верховая прогулка в наших родных Синих горах. Потом снова въехали в лес, уже не такой легкопроходимый и светлый, где глазастый Кили нашёл парочку съедобных грибов и, зная о том, как их любят хоббиты, отдал находку Бильбо. Тот благодарно кивнул и даже немного оживился. К вечеру наш отряд достиг подножья Мглистых гор, где Торин решил устроить привал и ночлег. Мне и Кили выпала очередь нести дозор первыми, остальные же устроились поудобнее и по очереди захрапели. Громче всех издавал эти звуки Бомбур, который шумно втягивал через открытый рот несчастных ночных мотыльков. Храп не мешал никому, кроме Бильбо. Хоббит сначала перекатывался с боку на бок, потом вскочил, явно намереваясь возмутиться, но поймав на себе любопытный взгляд моего братишки, передумал, кивнул ему, потянулся и направился в сторону рассёдланных пони. Мы не стали его останавливать. В конце концов, мало ли где ему приспичило сделать свои хоббичьи дела. Или просто пообщаться с пони, как выяснилось. Идиллию прервал отвратительный визг где-то вдалеке, и полурослик резко обернулся к нам. - Что это было? - на его лице читалось явное беспокойство. - Орки, - сообщил Кили замогильным голосом. Как этому засранцу удавалось сохранять абсолютно невозмутимое выражение моськи, оставалось загадкой. - Орки? – переспросил Бильбо, в несколько прыжков подскочив к нам. - Убийцы. Их здесь целые дюжины, – поддакнул я брату, сообразив, что ему вздумалось немного попугать хоббита. – Вся долина кишит ими. Я заметил, что Гэндальф тоже не спит, попыхивая своей трубкой, однако маг не сказал ничего против. Очевидно заинтересовался, что же будет дальше. - Они нападают ранним утром, когда ещё все спят, – продолжал свой страшный рассказ Кили. – Быстро и тихо, без криков. Только реки крови… Сработало. Бильбо, дрожа от страха, снова обернулся в сторону долины, лежащей под горой. Братишка весело усмехнулся, явно довольный произведённым впечатлением. Я тоже не смог сдержать ухмылки. Уж очень презабавное лицо было у мистера Бэггинса в этот момент. Веселье прервал Торин. Поднявшись с выбранного на ночлег места, он подошёл к нам. - Думаете, это смешно. Думаете, ночные набеги орков - это шутка. - Мы ничего такого не имели ввиду… – смутился Кили под его грозным взглядом и опустил глаза. - Нет, конечно. Вы ничего не знаете о мире. Дядя явно снова был не в духе. Нет, я всегда знал, что спать сидя очень неудобно, от этого потом болит всё тело, но Торина невозможно было в чём-то переубедить. - Не обращай внимания, – посоветовал притихшему и грустно повесившему нос братишке подошедший к нам Балин. – У Торина предостаточно причин ненавидеть орков. Мы с младшим посмотрели в ту сторону, куда направился дядя, и седой родич принялся рассказывать о том злополучном дне, когда дракон Смауг захватил Одинокую гору, а предок Торина, Трор, попытался отвоевать у него гномье королевство. Именно тогда произошла знаменитая и кровавая битва с орками, которые захватили Морию первыми, и управлял этой армией гигантский бледный орк по-имени Азог Осквернитель, убивший Трора, деда нашего дяди. Его отец, Траин, от горя потерял рассудок и исчез. Лишившись предводителя, наши предки едва не погибли. Оказалось, что если бы не Торин, так и случилось бы. Дядя бился с Азогом, используя вместо щита дубовую ветвь, и отрубил орку левую руку. Остальные твари позорно бежали, утащив своего предводителя с поля битвы. Враг был побеждён, но ценой огромного количества погибших гномов. - И тогда я подумал: «Вот тот, за кем я последую… Кого я готов назвать королём…», - закончил свой рассказ Балин, и, находясь под впечатлением от его повествования, мы дружно и с восхищением посмотрели на Торина. Дружно потому, что пока седой гном вещал, остальные участники нашего похода проснулись и тоже слушали его, а потом молча поднялись, выражая таким образом готовность следовать за предводителем. Дядя обернулся и медленно кивнул в знак признательности. Его взгляд был уже абсолютно спокоен и наполнен жизненной мудростью. - А Осквернитель? - задал вполне логичный вопрос Бильбо. - Что стало с ним? - Он зарылся обратно в ту нору, из которой выполз, - с презрением в голосе произнёс Торин, проходя мимо выстроившихся в ряд сородичей. Мы все дружно посмотрели в его сторону. - Эта тварь уже давно подохла от своих ран. Дядя подошёл к костру, уселся рядом с Кили и тронул его за руку, как бы извиняясь за резко сказанные слова. Младший улыбнулся и слегка кивнул в ответ. Я же заметил, как переглянулись между собой Гэндальф и Балин, словно оба не верили в то, что заклятый враг гномов - Азог Осквернитель - мёртв. Мне даже показалось, что маг что-то знает, но при дяде спрашивать не стал. До утра оставалось ещё много времени, и Торин сказал нам всем ложиться спать. На этот раз часовыми он хотел поставить Нори и Дори, но Гэндальф вызвался сторожить лагерь за них. Мне даже стало интересно, спит ли волшебник когда-нибудь. Кили снова подлез ко мне под бок, уткнувшись в него макушкой и обхватив меня поперёк торса. Он всегда так делал дома, если я болел: забирался на мою кровать и обнимал меня, стараясь поддержать. Но сейчас эти объятия говорили о том, как ему не хватает родного уголка. Братишка словно хотел укрыться от внешнего мира, что мерцающим тёмным покрывалом расстелился сейчас над нашими головами. Я снял с себя походный плащ и укрыл младшего, крепко обняв. Тихое потрескивание костра вскоре убаюкало нас, и до рассвета наш лагерь никто не беспокоил.