Старший.

Дальнейший наш путь проходил относительно спокойно. По крайней мере, призраки и звери-убийцы нам пока что больше не встречались. Бильбо, узнав о том, что произошло на постоялом дворе в его отсутствие, пока они с Оином искали лекарственные травы, пришёл в такой ужас, что его пришлось отпаивать прихваченным с собой элем. Ну, хотя бы в обморок не стал падать, как Ори. В целом, путешествие по лесу можно было даже сравнить с обычной прогулкой. Никто нас не преследовал, никто не собирался убить, расчленить и сожрать, поэтому даже у Торина заметно улучшилось настроение. - А вам это не кажется странным? – тихо поинтересовался Бильбо, вклиниваясь между мной и Кили. - Что именно? - Обычно нас кто-то постоянно преследует. - Бильбо, сплюнь! – брат ловко перемахнул через торчащий поперёк тропинки древесный корень. – Тебе, что, понравилось постоянно от кого-нибудь удирать? - Ой, нет, – хоббит сразу замотал головой. – Лично мне уже с лихвой хватило. - Как и нам. Кили снова пошёл спиной вперёд, рискуя приложиться затылком об какую-нибудь ветку. Такое впечатление, что у него как будто на этом самом затылке глаза были. - Я боюсь, что ты так ударишься, – забеспокоился полурослик. – Может, не стоит испытывать судьбу? - Не ударюсь, – младший задорно улыбнулся. – Настоящий воин должен уметь… - Кили! – рявкнул Торин, шедший впереди отряда. Брат резко развернулся и врезался лбом в низко висящий сучок. - Ну, вот, я же говорил, – забормотал Бильбо, помогая мне поднять младшего на ноги. Братишка помотал головой, как бычок, которому двинули дубиной промеж рогов, зажмурился, потом поморгал и снова заулыбался. - Дядя опять орёт? - А то ты не слышишь, – я стряхнул с его плаща еловые иголки, вытащил из волос маленькую шишку и подтолкнул дальше по дороге. – Топай, давай. Перехватив сердитый взгляд дяди, я покачал головой, показывая, что смысла начинать перепалку нет. Кили всегда был непоседлив, его от этого не отучишь, и, если он не перерос свою непоседливость в подростковом возрасте, то сейчас этого и подавно не произойдёт. Да и зачем? Братишка не был бы собой, если бы внезапно стал серьёзным и суровым, как Торин. Конечно, он всеми силами старался походить на дядю, только надолго его не хватало. Но я любил младшего именно таким, какой он есть, и другого брата себе не пожелал бы. Несмотря на опасения Бильбо, погони за нами пока не наблюдалось. Тропинка словно сама расстилалась под ногами пушистым травяным и моховым ковром, птицы весело щебетали над головами, среди зелени деревьев мелькали солнечные лучи, отражаясь серебристыми бликами на оружии идущих впереди родичей. Эти две недели, что мы пересекали лес, нас никто не тревожил, возможно, благодаря какой-никакой магии Гэндальфа, которому удалось замести следы. В воде у нас недостатка не было. То тут, то там мелькали в густой траве родники с кристально чистой и зубодробительно холодной водой, а однажды мы набрели на целую лесную реку, из которой Кили потом невозможно было вытащить целый день. Не подействовали даже угрозы Торина оставить его в этой реке, потому что остальные родичи тоже пожелали отдохнуть, освежиться и устроить постирушки. Бильбо снабжал наш отряд ягодами. Оказалось, полурослик прекрасно в них разбирается и не тащит в рот, что попало, как некоторые, даже если ягоды выглядят привлекательно. Мы добавляли чернику и морошку в жаркое, успели насушить немного впрок, чтобы потом жевать по дороге, но, в основном, просто съедали сразу. В пище тоже нужды не было. Лесная река полнилась рыбой, в силки всегда попадалась куропатка или неосторожный заяц, да и рука Торина не потеряла былую лёгкость, а глаз - меткость, когда он подстреливал животное покрупнее. Кили по лесному зверью принципиально не стрелял, объясняя это не жалостью к живности, а нежеланием тратить стрелы не на врага. И, всё-таки, Гэндальф где-то чего-то не учёл. Однажды ночью, когда наш отряд устроился на ночлег, и почти все, кроме нас с братом, спали, вдалеке послышался звук, похожий на вой. Кили, мастеривший у костра очередную стрелу, сразу вскинул голову и вопросительно посмотрел на меня. Я, приложив палец к губам, кивнул на пригорок, и младший тут же бесшумно исчез наверху. Конечно, мне следовало пойти с ним, но я считал, что иногда нужно позволить братишке почувствовать себя взрослым и ответственным гномом. - Это волки или снова эти ужасные варги? – шёпотом поинтересовался Бильбо, незаметно появившись рядом. Очевидно, чутко спящего мистера Бэггинса разбудил тот самый вой. - Не знаю, – так же шёпотом ответил я. – Сейчас Кили вернётся и скажет. Прошло, наверно, минуты две, которые показались мне вечностью, после чего брат тихо спустился к нам. - Это не волки, – уверенно заявил он. – Я ни с чем не спутаю этот вой. Младшего трясло мелкой дрожью. Не знаю, избавится ли он когда-нибудь от своих страхов, переживши нападение варгов ещё дома, в Синих Горах. Я похлопал его по плечу и ободряюще улыбнулся. - Нужно разбудить остальных и уходить. Тем более, что рассвет уже близко. Родичи не задавали лишних вопросов, когда я кратко пояснил, что в нескольких лигах отсюда появились варги. Те ли самые, что несли на себе орков во главе с Азогом, или же просто отдельная стая, - было неважно. Выяснять никто желанием не горел. Мы быстро затушили костёр, свернули лагерь и, подхватив немногочисленные пожитки, тронулись в путь. Солнце нас спасло и отсрочило погоню. Ясный рассвет залил просеку, по которой мы едва не бежали, и после пары часов безостановочной ходьбы Гэндальф заявил, что дальше можно не спешить. - Ты же говорил, что запутал наши следы! – рявкнул Торин, обвиняющее ткнув в волшебника пальцем. - Я и запутал, – спокойно ответил тот. – Значит, орков что-то или кто-то ведёт. Может, даже ваш запах. А я не всесилен, господин Дубощит. Могу лишь предложить подождать преследователей и попробовать перестрелять их. - А я говорил, что надо чаще мыться, – пробубнил себе под нос Бильбо. Тут же рядом фыркнул Кили, зажимая себе рот обеими руками. В чём-то полурослик был прав, дядя не так часто принимал лесные ванны, как мы с братом, хотя возможности у всех нас были одинаковы. - Давайте поедим? – робко предложил Бомбур, прислушиваясь к печальному урчанию желудка. - Некогда! – отрезал Торин. – Идём дальше, если не хотите стать закуской для варгов! - Орки будут где-то отсиживаться в течении дня в любом случае, – возразил Гэндальф. – Не подкрепившись, далеко не уйдёте. Так что давайте завтракать. Его поддержали все. Погоня как-то сразу отошла на второй план, все мысли были заняты лишь едой. Да и кто бы отказался от завтрака, состоящего из наваристой ухи, поджаренного с травами мяса и душистого чая? Даже Торин, бубня себе под нос что-то по поводу того, что Гэндальф захватил место главного в отряде, не отказался от своей порции. Услышав неподалёку какое-то повизгивание, Кили сразу полез в кусты прямо с недогрызанной косточкой в зубах. Я даже за штанину его ухватить не успел. Выругавшись себе под нос и бросив беглый взгляд в сторону Торина, который, к счастью, не заметил исчезновения младшего, я юркнул в тот же куст. За ним, прямо под деревом, возились два волчонка, и брат, естественно, сразу шагнул к ним. - Стой! – сдавленно прошипел я. Куда там, Кили уже придумал, куда он денет недоеденную заячью ножку, и тут же оказался рядом с волчатами. Ещё не приученные, видимо, к тому, что мир кругом полон опасностей (кого-то это напоминает), они тут же набросились на предложенное угощение, урча и отпихивая друг друга лапами. - А если бы тут волчица была, дурень? – я отвесил Кили подзатыльник, но он только поулыбался и, как ни в чём ни бывало направился обратно в лагерь. Конечно, одной косточкой дело не закончилось. Собрав у всех родичей остатки трапезы и объяснив это тем, что нужно прикопать объедки, дабы не привлекать внимание хищников, братец снова юркнул в кусты. Я за ним. Великий Махал, так и поседеть недолго с таким родственником! За кустами нас уже поджидали волчата, но, едва они только радостно бросились в нашу сторону, из-за дерева показалась крупная серая волчица. Один короткий рык, - и детёныши вернулись к ней, поджав короткие хвостики и понурив головы. Я так и застыл, сообразив, что мечи остались в лагере, и отбиваться придётся при помощи клинков поменьше. - Хорошая… собачка… – пролепетал Кили, протягивая, тем не менее, руку с плошкой, в которой находились кости, к волчице. Та угрожающе заворчала, обнажив белые клыки. – Мы… это… Мы не собирались трогать твоих детёнышей. Только немного покормили. Ты же не убьёшь нас за это? - Я сам тебя убью, если она нас не загрызёт, – прошипел я, незаметно доставая из-за наруча кинжал. Волчица почему-то не спешила нападать, внимательно наблюдая за нами. Я даже заметил, как она сглотнула, учуяв запах мяса. - Мы, вот, сейчас это тут оставим и уйдём… Не сводя взгляда с волчицы, Кили медленно присел, высыпал кости из плошки прямо на траву, так же медленно поднялся и шагнул назад. Волчата всё смотрели на мать, постукивая хвостиками по земле. Наконец, она снова коротко рыкнула, но уже не угрожающе, и детёныши набросились на еду. - Мы… это… пойдём, да? – младший сделал ещё шаг, и я вместе с ним. Волчица махнула хвостом, и в следующий момент нас просто сдуло оттуда. - Где вы были? – Торин сурово воззрился на нас, стоило только вылететь из кустов. - Мы… – начал Кили. - Нужду справляли, – ответил я, взглядом обещая братцу прибить его. - Наткнулись на… – брат сделал большие глаза, хотя, куда уже. - Барсуков. Мы напугали друг друга. Как раз сейчас эти самые «барсуки» хрустели костями, а потом, пошумев кустами, удалились. Дядя подозрительно посмотрел на нас обоих, потом махнул рукой и велел собираться. Следующей ночью стало понятно, что никакая погоня от нас не отстала, хоть в запасе и был целый день. Нам не удалось даже нормально поспать. С какого-то перепугу Гэндальф отправил вместо меня и Кили на разведку Бильбо, и, вернувшись, полурослик сообщил, что преследующие нас орки и их варги всего в паре лиг отсюда. Но это было ещё не всё. Хоббит наткнулся на какого-то зверя, похожего на огромного медведя, и этот медведь оказался знаком Гэндальфу. Меня это, конечно, не удивило. По-моему, маг знал всё Средиземье, а Средиземье знало его. - Считаю, надо идти назад, – заявил Двалин. - И стать добычей орков? Тут Торин был прав. Если бы мы сейчас решили вернуться, то точно угодили бы в ловушку, и вот тогда Азог расправился бы с нами с превеликим удовольствием. - Есть один дом, – Гэндальф прервал начавшийся между родичами спор. – Совсем неподалёку. И мы могли бы укрыться на время. - Чей же это дом? – хмуро поинтересовался Торин. – Друга или врага? - Ни то, ни другое, – ответствовал волшебник. – Он или поможет нам, или… убьёт всех. Опять из огня, да в полымя. И почему нас вечно кто-то хочет убить? Можно подумать, мы всем костью в горле стоим. - А у нас есть выбор? – снова обратился дядя к Гэндальфу. В этот же момент где-то совсем недалеко раздался леденящий душу звериный рык. Я знал, как рычат медведи, но этот звук был громче и страшнее. Кили аж в мой рукав вцепился, хотя с медведями, как с варгами, ему сражаться не приходилось. - Нет, – коротко ответил маг. Раздумывать было некогда. Пришлось сразу срываться с места и бежать. Конечно, постоянного многочасового бега не выдержал бы никто, мы делали короткие остановки, чтобы отдышаться, быстро глотали что-нибудь съестное, пили воду и снова бежали. И так почти целый день. Лесная чаща осталась позади, теперь перед нами раскинулась степная полоса, пересекаемая ручьями и небольшими болотцами. Здесь Гэндальф снова принялся нас подгонять, дескать, потому, что на открытой местности мы были для врага, как на ладони. К счастью, степь вскоре снова сменилась ещё одной лесной просекой, правда, шла она под уклон, и можно было легко споткнуться, улетев вниз. Задыхаясь от быстрого бега, я мысленно попросил Махала сделать так, чтобы это не случилось с Кили, потому что… да потому что это был Кили. Вдалеке уже слышалось рычание варгов и мерзкая лающая речь орков. И тут снова прозвучал тот рёв, который, по словам Гэндальфа, мог принадлежать огромному медведю. Все резко остановились, но расслабиться маг не позволил. - Сюда! Скорей! – скомандовал он и побежал дальше, ловко перескакивая попадающиеся на пути ветки и пеньки. И тут лес неожиданно опять закончился, выводя нас на открытую полянку, покрытую желтоватой травой. На другом её краю виднелся добротный дом, окружённый природной оградой из аккуратно подстриженных кустов. Повторившийся медвежий рык помог открыться второму дыханию. Мы бежали так, словно нас гнала стена пламени или что-то такое же жуткое. Ко всеобщему удивлению, Бомбур, самый толстый и неповоротливый, обогнал всех и первым вкатился в ворота. Я догнал его уже во внутреннем дворе дома, и мы вдвоём, не успев затормозить, врезались в тяжёлые дубовые двери, окованные железом. Кили, очевидно, решил нам помочь и тоже со всего размаху впечатался в воротину. Естественно, с перепугу никто сразу не сообразил поднять засов. Кроме Торина, конечно, который, наверно, вообще не знал, что такое страх, если его даже толпа орков напугать не могла. Дядя подскочил к дверям, сорвал щеколду, впуская всех внутрь, и в тот же момент мы налегли на створки, совершенно случайно зажав между ними огромную медвежью морду с оскаленными клыками. Зверь явно был против того, что нам удалось удрать, и наверняка ещё больше разозлился, когда его удалось выпихнуть наружу и запереть двери. - Что это было? – выдавил из себя Ори, повернувшись к Гэндальфу. - Это хозяин дома, – ответил тот. – Его зовут Беорн, и он оборотень. Ну, конечно. Можно было даже не сомневаться, что волшебник знал и этого монстра. - Иногда он - громадный чёрный медведь, а иногда - громадный могучий человек. Медведь непредсказуем, а с человеком можно договориться. Однако, он недолюбливает гномов. Подумаешь! Наш народ вообще мало, кто любит. Называют нас жадными, алчными, нелюдимыми, даже не разобравшись. В принципе, это не наши проблемы, главное, что мы между собой живём дружно. В доме Беорна было тихо и спокойно. Относительно, если не считать того, что мы сюда вломились, захлопнув двери прямо перед носом хозяина, и он, злющий, бродил где-то снаружи. Жилище было большим. Очень большим, словно всю мебель и домашнюю утварь увеличили раза два в размерах. Всю переднюю часть дома занимали кухня, жилая комната и какая-то подсобка, а в задней, ничем не отгороженной, размещалась скотина. На меня с любопытством уставилась коза, что-то проблеяла и повернулась задом. - И тебе привет, – задумчиво произнёс я, расстилая прихваченное на постоялом дворе дорожное одеяло прямо на усыпанном сеном полу. - Ты ей не понравился, – усмехнулся Кили, копаясь в дорожной котомке. - Н-да, я ужасно расстроился… – улыбнулся я в ответ и взялся помогать брату устраивать постель. - Ложитесь-ка все спать! – внезапно скомандовал Гэндальф. – До утра вам ничего не угрожает. Надеюсь… – добавил он едва слышно, обращаясь, очевидно, к самому себе, однако, мы с Кили его услышали. - Да, может, этот Беорн не станет ломать собственный дом, чтобы добраться до нас, – предположил брат, снимая плащ и сооружая из него подобие подушки. - Нас всё равно больше, – ответил я, делая то же самое со своей курткой. – Он же не дурак, чтобы так рисковать. Младший согласно покивал и, особо не раздумывая об опасности снаружи, улёгся спать. Затихли и остальные родичи, Гэндальфа так же не было слышно. Я уже начал дремать, когда Кили привычно подкатился мне под бок. - Хочу, чтобы приснился дом… И мама с её черничными пирогами… – пробормотал братишка. - Хорошо бы… – ответил я, приобнимая его за плечи. Дом - именно то, чего нам больше всего не хватало в пути. Как не хватало ждущей нас уже так далеко отсюда матери… Только долго думать об этом не получилось. Уже через пару минут, убаюканный мерным сопением брата, я сам провалился в сон. Не знаю, спал ли Торин ночью вообще, но растолкал он меня, лишь только за окном забрезжил рассвет. - Разбуди Кили, – коротко бросил дядя, бесцеремонно толкая в толстый бок блаженно похрапывающего Бомбура. - Да, сейчас, – пообещал я, подавляя зевок, и для верности потыкал брата пальцем в плечо. Естественно, это не сработало. Младший продолжал сладко сопеть, свернувшись калачиком. Остальные, шумно и протестующе зевая, начали подниматься со своих мест, почёсываться и сворачивать то, на чём спали. – Кили, вставай. Я снова потормошил брата, но в ответ раздалось протестующее мычание. Пришлось стащить с него походное одеяло и побрызгать в лицо холодной водой. Заодно умыл. - Фили, за что? – младший перевернулся на спину и осоловело похлопал ресницами. Я кивнул в сторону большого окна, где столпились родичи. - Кажется, они уже что-то обсуждают без нас. - Ой, ну и пусть обсуждали бы. Всё равно потом могли рассказать… - С каких это пор ты пропускаешь самое интересное? – подначил я братишку. Ответом мне был почти что суровый, но больше сонный взгляд карих глаз. - Бильбо будить? – Кили кивнул на мирно сопящего рядом хоббита. В последнее время полурослик старался держаться поближе к нам с младшим. Может, потому, что мы вели себя с ним более дружелюбно, чем другие. - Пусть пока спит, – решил я. – Дядя не стал его трогать, значит, не нужно. - Ага, значит, ему можно спать, а мне нет? – капризно протянул братишка. - Кили, не ной! – мне пришлось одёрнуть его. – Ты воин, в конце концов, а Бильбо - нет. Похоже, такой ответ более-менее удовлетворил младшего. Сопел он, конечно, недовольно, но встать встал и принялся сворачивать одеяло. Выудив несколько уже поселившихся в густой шевелюре Кили соломинок, я потащил его к месту сбора нашего отряда. - Нельзя было сюда приходить, – недовольно ворчал Глоин, выглядывая в окно. – Это ошибка. - Послушайте, что я вам скажу, – обратил на себя внимание Нори. – Надо рвать когти. Уйдём через чёрный ход. - Я не собираюсь от него удирать, даже будь он чудовищем, – одёрнул родича Двалин. Естественно, заинтересовавшись, о чём шёл спор, мы с братом выглянули в окно. Во дворе, спиной к нам, стоял высокий мускулистый человек, обнажённый по пояс, и размашисто рубил дрова. - Не о чем здесь спорить, – встрял в разговор Гэндальф. – Нам не пройти через Лихолесье без помощи Беорна. Вот оно что. Значит, сейчас мы лицезрели того самого оборотня собственной персоной. В принципе, не такой уж он и страшный. По крайней мере, со спины. - Орки настигнут нас ещё до того, как мы войдём в лес. В этот момент внимание волшебника привлёк проснувшийся и присоединившийся к нам полурослик, который вместе с нами выслушал короткую лекцию о том, что Беорн рвёт на куски всякого, кто ему не нравится. - Я пойду первым, – заявил маг, опять всё решив за нас. – Бильбо, ты пойдёшь со мной. - Я? – хоббит явно был против. – Разве это хорошая мысль? - Да. А все остальные ждите здесь. И не выходите, пока я не подам сигнал. - Ясно, – отозвался Бофур, повиснув на окне. – Ждём сигнала. - И никаких резких движений и громких звуков, – добавил Гэндальф перед тем, как выйти на улицу. – Не мельтешите. Выходить только по двое. Ясно? Хотя, знаешь, что Бомбур? Ты за двоих сойдёшь, так что выходи один. Жующий морковину родич согласно покивал в ответ. - А какой будет сигнал? – запоздало спросил Бофур, когда маг уже вышел на улицу. Естественно, об этом никто не поинтересовался, а волшебник не посчитал нужным сказать. - Думаю, мы поймём. Я подошёл к окну и выглянул на улицу. Гэндальф уже завёл разговор с хозяином дома, который, однако, сначала игнорировал собеседника, но потом обернулся, грозно сжимая в руках топор для колки дров. Бильбо сначала благополучно прятался за волшебником, но тому на месте не стоялось, поэтому Беорн заметил нашего полурослика. Судя по выражению лица этого оборотня, он не очень был рад тому, что кто-то нарушил его покой, но и нападать, вроде, не собирался. - Сигнал! – воскликнул Бофур, когда Гэндальф махнул рукой, очевидно, что-то объясняя хозяину дома. – Пошли, пошли, пошли! Мне почему-то казалось, что сигнал должен был быть немного другим, однако не успел и рта раскрыть, как Двалин и Балин выскочили наружу. - По-моему, это была плохая идея… – протянул Кили, заметив, как Беорн снова схватился за топор. – Как бы нам не пришлось от него отбиваться. - Будем отбиваться только если он нападёт первым, – отозвался я. Волшебник снова махнул рукой, и Бофур, расценив это, как очередной сигнал, отправил на улицу Оина с Глоином. Теперь Беорн выглядел несколько ошарашенным, однако, грозного вида от этого не потерял. Следом выскочили Дори и Ори, а затем настала и наша с братом очередь. - О, Фили и Кили, – представил нас Гэндальф. – А я уже и забыл о них. Остальные родичи присоединились к нам, едва только маг договорил фразу. Вот только интересно, как можно было забыть про нас с младшим? Специально так сказал, или это уже старческие проблемы с памятью? - Ещё Нори, Бифур, Бофур и… кхм… Бомбур, – закончил волшебник. - Это все? – поинтересовался Беорн, очевидно, решая, что с нами всеми делать. – Ещё будут? В этот момент из дома вышел Торин и совершенно спокойно, безо всякого страха, взглянул в глаза оборотня. У того был такой вид, словно он видит дядю не впервые, а, может, это царственная осанка производила благоприятное впечатление. - Торин, сын Траина, сына Трора и Беорн, хозяин этих лесов и земель, – представил их Гэндальф друг другу. Оборотень долго смотрел на нашего родича, а потом кивнул на дверь. - Идите в дом. Несмотря на грозный внешний вид и не очень приятные манеры, Беорн пригласил нас позавтракать. Огромный стол оказался просто раем для тех, кто соскучился по домашней пище. Тут были и сыр, и молоко, и рассыпчатая каша с мёдом, и большие клубни варёного картофеля, и другие свежие овощи. Видимо, хозяин дома предпочитал пить исключительно воду или же молоко, потому что ни эля, ни пива я не заметил. Мясного он нам тоже не предложил, но мы были так голодны, что сметали со стола всё, что там было. - Так значит, ты и есть тот самый Дубощит. Это был не вопрос. Скорее, утверждение. Налив всем из огромного кувшина в такие же огромнее кружки парного молока, Беорн повернулся к Торину. - Скажи, почему Азог Осквернитель охотится за тобой? - Ты знаешь Азога? – дядя явно удивился. – Откуда? Из рассказа оборотня мы узнали, что его народ первым заселил горы, а потом пришли орки и вырезали почти всех. Кого не убили - забрали в рабство, чтобы издеваться ради развлечения. Невольно мои пальцы сжались в кулаки, и я чуть не сломал деревянную ложку, которой зачерпывал кашу. Кили сердито засопел рядом, что говорило о его отношении к оркам. Остальные молча слушали и смотрели на Беорна, кто настороженно, кто испуганно. - Есть и другие вроде тебя? – попытался отвлечь его Бильбо. - Когда-то было много, – последовал ответ. - А теперь? - Теперь… всего один. Я шумно выдохнул. Это ж какими надо быть тварями, чтобы уничтожить ради забавы целый народ? Да никто, кроме орков, так не делает! Да, войны всегда были, есть и будут, за пищу, за территорию, за власть, но только орки уничтожают всё живое вокруг себя, словно стараясь таким образом самоутвердиться. - Значит, вам нужно выйти к Горе до конца осени? – поспешил сменить тему Беорн, испытующе взглянув на Гэндальфа. - До наступления Дня Дьюрина, да, – уточнил маг, попыхивая трубкой. - Ваше время на исходе. Вот те раз. Оказывается, мы были в пути всё лето, а уже и осень подступила. Как же быстро время прошло. Я скосил глаза на Кили, но его, похоже, больше интересовал хрустящий ломоть хлеба с маслом, чем количество дней пути. С другой стороны, сейчас правильнее всего было подкрепить силы, а не предаваться размышлениям. Узнав, что для того, чтобы сократить путь, мы собираемся идти через Лихолесье, Беорн предупредил, что это не очень хорошая идея, поскольку там творится нечто нехорошее, и орудуют какие-то страшные твари. Ну, страшными тварями нас не испугать, поэтому я последовал примеру брата и с удовольствием вонзил зубы в хрустящую корочку, которую Кили намазал маслом и протянул мне. Плохой новостью оказалось то, что земли, которые мы сейчас проходили (или пробегали), по утверждению Беорна кишмя кишели орками, а наш отряд так некстати передвигался пешком. Это усложняло ситуацию. В этот раз нам повезло, но так же не могло продолжаться постоянно. Орки скакали на своих варгах, а эти твари были быстрее и выносливее, чем мы. - Я не люблю гномов, – заявил оборотень, поднимаясь со скамьи. – Они алчны и слепы. И не видят ценность жизни тех, кто слабее их. Беорн схватил со стола мышь, которая до этого забралась на руку Бофура, а тот спихнул грызуна. Я фыркнул, всем своим видом показывая, что это не так. Вот мой брат никогда не причинял вред тем, кто меньше и слабее его. - Но орков я не люблю больше, – хозяин дома подошёл к Торину. – Что вам нужно? - Мы видели, у тебя есть крепкие сильные пони, – ответил за дядю Гэндальф. – И лошадь. Одолжи их нам на время. А взамен мы можем… - Я подумаю, что вы можете сделать взамен, – перебил волшебника оборотень, отпуская мышь на пол. Грызун тут же спрятался в сене, а Беорн снова обернулся к нам. - Насколько же велико твоё желание отомстить Азогу, если ты взял с собой в этот поход столь юных воинов? Совсем мальчишек. Взгляд янтарных глаз оборотня под кустистыми бровями остановился на Кили, который, жуя кусок свежего хлеба, с интересом наблюдал за бегающей по столу ещё одной мышью. Словно почувствовав, что на него смотрят, брат тут же обернулся к Беорну. - Кто мальчишка? Я? По сердитому сопению я понял, что младший обиделся. - Я воин, а не сопляк какой-то! - Я вовсе не собирался оскорбить тебя, принц, – хозяин дома учтиво склонил голову. – Прости, если мои слова показались тебе обидными. Но давно ли ты пересёк рубеж совершеннолетия? Кили вздохнул и закатил глаза. Пришлось пнуть его под столом ногой, чтобы не ляпнул чего-нибудь необдуманного. - Нас учили сражаться с детства, – процедил брат. – И я уже взрослый. Достаточно взрослый для того, чтобы защитить дом и семью. - Это похвально, – улыбнулся Беорн. – Но очень неразумно со стороны твоего старшего родственника, – он перевёл взгляд на Торина. – Отправлять юнцов на верную погибель. По выражению лица Кили я понял, что сейчас он вспылит. Поспешно накрыв руку брата своей, я обратился к оборотню: - Простите, а можно нам ещё молока? Хозяин дома кивнул и налил мне и братишке добавки. Сердитое сопение рядом со мной поутихло, отчего я смог облегчённо выдохнуть. В доме Беорна мы пробыли ещё два дня и за это время успели наколоть поленницу дров, прополоть грядки, вычистить стойла у всех животных и навести порядок во всём жилище. Торин, конечно, пытался ворчать и возмущаться по поводу того, что в уборщики не нанимался, но Гэндальф быстро остудил его пыл. Оборотень даже милостиво позволил нам постирать и высушить вещи и вымыться самим. До чего же приятно было искупаться в горячей воде с самым настоящим душистым травяным мылом! - Кили, давай я тебе волосы расчешу, – предложил я, когда мы, пахнущие чистотой, устраивались на последний свой ночлег в доме Беорна. - У! – тут же запротестовал младший и потряс лохматой головой. Не знаю, откуда у него взялась эта нелюбовь к расчёсыванию волос, ведь они у братишки были, не в пример остальным, не жёсткими, как грива пони, а шелковистыми, да ещё и волнистыми, как у мамы и дяди. Вообще, я подозревал, что Кили считал это ещё одним отличием от остальных гномов, как и отсутствие бороды, поэтому старался, чтобы причёска была характерно гномья, то есть, спутанная и всклокоченная. - А если я попрошу тебя взамен этого расчесать меня и заплести косицы? – посулил я. Сработало. Братишка с детства любил перебирать чьи-нибудь волосы, неважно, мои, мамины или дядины. Он словно бы успокаивался, когда это делал. В своей шевелюре младший позволял плести косы только на какой-нибудь праздник, зато кому-то их заплетал с несказанным удовольствием. - А вы всегда так делаете? – робко поинтересовался Бильбо, застав как раз тот момент, когда Кили ловко скрепил четвёртую косицу у меня на виске металлической бусиной. - Конечно, – отозвался брат. – Тебя это удивляет? - Не совсем. Точнее, уже не очень. Я заметил, что у вас все родственники так делают. Дори только что начёсывал такое странное сооружение на голове Нори, а Двалин… - Что, Двалину тоже заплели косы? – Кили тут же вскочил на ноги и с горящими от интереса глазами собрался рвануть проверить догадку, но я успел ухватить его за ворот рубахи и вернуть на место. - Сиди. Ты мне кое-что обещал. Скосив глаза на расчёску в моей руке, братишка тяжко вздохнул и попробовал использовать свой фирменный щенячий взгляд, но ему это не помогло. Примерно через полчаса тяжёлых усилий его волосы, наконец, приобрели свой естественный вид и блеск. Закрепив их сзади заколкой, я взъерошил младшему чёлку, но он состроил обиженное лицо и улёгся спать, демонстративно повернувшись ко мне спиной. Остальные родичи тоже улеглись, Гэндальф и Беорн о чём-то тихо беседовали у камина, но перед тем, как провалиться в сон, я почувствовал, как ко мне под бок кто-то подкатился и обнял поперёк пояса. Кили не изменял своим привычкам, но эта меня нисколько не раздражала. Поутру мы оседлали вверенных нам пони, получили ещё несколько наказов и советов от Беорна, после чего, попрощавшись с ним, направились в сторону Лихолесья. Я несколько раз обернулся. Оборотень стоял на одном месте, словно желая убедиться, что мы уехали, но я был уверен, что он просто таким вот образом нас охранял. Обернувшись в последний раз, я уже не увидел нашего нового знакомого, но на какой-то миг мне показалось, что между деревьями промелькнула чёрная лохматая тень. Надеюсь, мы с тобой ещё встретимся, хранитель леса…