Спящая гюрза

Спустя двенадцать дней (он не считал) после возвращения Шерлока, позвонила миссис Хадсон и пригласила попить чаю. Джон не удивился – последний год он встречался с бывшей домовладелицей раз в месяц. Но как она его пригласила! Можно подумать, их неустрашимая миссис Хадсон напугана. Когда он перешагнул порог Бейкер-стрит, опасения подтвердились. Миссис Хадсон разливала чай, щебетала о каких-то мелочах, но улыбалась немного нервно. А потом внезапно сообщила, понизив голос: – Их нет дома. Джон выжидающе поставил чашку на блюдце. – Их почти все время нет дома. Первые пару дней я не волновалась, подумала – какая милая пара. Ведь это чудо, что Шерлок нашел кого-то. В голове не укладывается. Так увлечены друг другом, только по ночам уж очень шумно, ну, ты понимаешь. Внезапно, печенье показалось таким приторным, что заныли зубы. Господи, он сам себе должен быть отвратителен! Его лучший друг воскрес из мертвых и наслаждается жизнью в обществе красивой женщины. Радоваться надо. – Нет, дорогой, мне было очень жаль, что ты не переехал обратно, но я решила – ведь это же Шерлок – все у вас наладится. И Мери такая славная. А потом…Потом мне стало казаться, что Шерлок, – она глубоко вздохнула, – немного нервный. Он не разрешает мне без него подниматься наверх, не разрешает оставаться с ней наедине. Я однажды пригласила ее попить чаю, так думала… Он очень злился. Каждый раз теперь заходит ко мне, как будто проверяет. А вчера вечером… Миссис Хадсон понизила голос до шепота, наклоняясь ближе: – Слышу, в гостиной будто что-то разбилось. Поднялась, постучала – не слышат. Вместо этого опять что-то упало. Я не утерпела и вошла. Сначала я испугалась, думала, они дерутся… Джон, я понимаю, сейчас молодые люди стараются разнообразить свою личную жизнь, но они же могли покалечиться. Джон смотрел, как краска заливает лицо пожилой леди и отставил чашку. Аппетит пропал совсем. Некстати снова вспомнилась Ирен Адлер – как ему хотелось, чтобы она тоже воскресла! С ней Шерлок был нормальным, насколько это вообще к нему применимо. – Джон, дорогой, ты не мог бы присмотреть за ним? Ты же его друг. Нет, подожди, – заторопилась она, предугадав ответ, – что бы ни творилось в его голове, что бы он ни вытворял, я знаю, он по тебе скучает. Ведь вы даже не поговорили. Как же Джон хотел закончить этот разговор. «Присмотреть за Шерлоком»? Тот и думать забыл о нем. Нужно было ответить, но неприятный разговор очень кстати прервали. Хлопнуло входная дверь, и раздался знакомый голос: – Миссис Хадсон! Через минуту на пороге комнаты показался взволнованный Шерлок. Неловкий момент, когда видишь бывшего друга, и осознание, что ты скучал, накрывает с головой, а бывший друг смотрит на тебя и разновидности «взволнованный» превращается в разновидность «паникующий». Хотя паникующий Шерлок был забавным зрелищем. Если бы Джон не был так расстроен, он бы улыбнулся. А так оставалось кивнуть и отвести взгляд. Хотя, почему он должен это делать? Он-то ни в чем не виноват. Джон уставился на Шерлока. – Я пойду, миссис Хадсон, – хорошо, чашки в руках не было. Не хотелось расплескать чай. – У меня ночная смена. Спасибо за приглашение. В глазах старой леди читалось сочувствие, практически невыносимое. Надо было договориться встретиться в кафе. Шерлок молчал и не двигался с места. Чтобы выйти, нужно было или отодвинуть его или вылезти в окно. – Не посторонишься? – осведомился Джон, подходя вплотную. На Шерлоке было такое же пальто, как и в день падения. Вряд ли то самое, кровь на лацканах намертво отпечаталась в памяти – так просто не отстираешь. Шерлок пропустил его, но, когда Джон уже подошел к двери, окликнул: – Джон, я хочу с тобой поговорить. – Так говори, - не то, чтобы он был настроен на душеспасительную беседу, но приятно знать, что некоторые вещи не меняются. Шерлок как был загадкой, так и остался. Только почему у него странный голос? Тут, как в плохом романе, на сцене объяснения, когда страсти накалились до предела, их грубо прервали. – Дорогой, я дома, – Джону показалось, что даже в соседних домах у жильцов заложило уши от этого приветствия. Как Мэри умудрилась звучать так оглушающе, не повышая голоса? В одной руке у нее была дамская сумочка, в другой – скрипичный футляр. Джон с недоверием уставился на столь знакомый предмет и представил очаровательную картину, под названием «визит Майкрофта». Шерлок наигрывает что-нибудь слабо переносимое человеческим слухом, а Мэри вступает каноном. Может, попросить миссис Хадсон поставить камеру? Как бы он ни был зол, это зрелище пропустить не хотелось. – У нас гости? Здравствуйте, миссис Хадсон. Джон. Вы к нам не заглядывали, я даже начала беспокоиться. Прежде, чем Джон успел открыть рот, Шерлок захлопнул дверь прямо перед носом ошеломленной домовладелицы и выхватил у жены футляр. Та улыбнулась, а Джон быстро перебрал в уме ядовитых рептилий, с которыми он ее еще не успел сравнить. – Выпьете чаю, Джон? – Нет, – отрезал Шерлок. – Да, – одновременно с ним ответил Джон. Почему он должен уходить? Почему должен слушать Майкрофта? Между прочим, с ним хотели поговорить. Или уже передумали? Он не обратил внимания на перекосившееся лицо Шерлока и прошествовал наверх. За три года обстановка мало изменилась, только кухонный стол не был заставлен пробирками, неприятно резанув пустотой. – Располагайтесь, Джон. Или, может, вы пока сделаете чай? Будьте хозяином, я на минутку, – донеслось из спальни. – Надеюсь, здесь нет ничего ядовитого? – поинтересовался Джон, с сомнением разглядывая банку с Эрл-Греем. Три года назад в точно такой же Шерлок хранил белладонну. Вопрос предназначался ему, но обиделась отчего-то Мэри. – Джон, я предпочитаю не травить гостей. Особенно, если сама их пригласила. Это непрактично. Он даже не знал, как реагировать на подобный выпад, только невнятно извинился, краем глаза наблюдая, как Шерлок таскается следом за женой по квартире, не отходя ни на шаг. Молча, не глядя на Джона, старательно делая вид, что его здесь нет. Слишком старательно. Ладно, в эту игру можно играть вдвоем. – Мэри, как вы познакомились? Он поставил чашки на стол. Знакомое кресло наводило тоску и усиливало ощущение неправильности происходящего. Миссис Хадсон была права: Шерлок не просто нервничал, он злился и беспокоился. Может, он неправильно подобрал слово, беспокоился Шерлок редко, и когда опасность угрожала не ему, а Джону или миссис Хадсон. Вывод был неприятным, но напрашивался сам: Шерлок беспокоился за Мэри, а значит, считал Джона угрозой. Глупость какая. – Поверьте, это трагическая история. Я вам ее как-нибудь расскажу. Нас свел полет. – Самолеты? – спросил наугад он. – Очевидно, нет, Джон! – у Шерлока был такой вид, когда он очень хотел пуститься в обычные рассуждения о природе человеческой тупости, но обстоятельства мешали. Вместо того, чтобы продолжить, он схватил (схватил?) Мэри за руки и замолчал. – А чем вы занимаетесь? – второй пробный шар. – Сейчас пытаюсь решить вопросы о своем наследстве. Шерлок мне в этом помогает, да, дорогой? Этот тон. У Джона кровь застыла, а в нос ударил запах хлорки. «Отойди в сторону, Шерлок, дорогой. Я предупредил». Звонкий голос манерно тянет по слогам. Бред какой! Мэри-то здесь причем? – Все в порядке? Стараясь не выдать, что мысли забрели куда-то не туда (трудновато, Шерлок прожигал его взглядом), Джон постарался перевести тему: – Кстати, я видел Майкрофта, и он сказал… – Хватит! Его вздернули вверх и второй раз за месяц потащили вниз по лестнице. – Ты ведешь себя дико! – попытался возмутиться Джон. Запасы терпения у него тоже были не безграничны, знаете ли. – Ты ничего не понимаешь. Это опасно. Она опасна! – Тогда почему ты на ней женился? – Это мое дело. Счастливо. Входная дверь чуть не ударила его по носу. Джон боролся с желанием расхохотаться и приложиться лбом обо что-нибудь. «Опасно». Ничего, Шерлок жив и даже весьма бодр, приступами скуки не страдает. Все прояснится, нужно подождать. Надо же, «опасно»!