Время меняет людей

      POV Вольфрам.       Я так рад, что Юури вернулся! Правда, было немного обидно оттого, что он меня не узнал, но мне это не помешало радоваться его возвращению.       Многие думают, что я изменился, но это не так. Время без Юури и приключений сделало меня тише, а не изменило. Просто волосы отрасли и я стал выглядеть старше, благодаря им. На самом деле, когда Юури вернулся, я сильно устал в тот день и был относительно тихим. А Юури так обрадовался, когда узнал меня, так обнял! Я был готов растечься лужицей, если бы не одно обстоятельство… я был голым… Мне пришлось прервать эти объятия, о которых так давно грезил. Эти теплые, нежные объятия… Я напомнил ему о своей наготе и все было улажено. Я так сильно по нему скучал. Тяжело признавать это, но я даже плакал по началу, но потом, эдак через год, они кончились и мне оставалось только тяжело вздыхать и верить, что на следующий день Юури вернется и мы будем счастливы. Выходит, вчера Истинный король услышал мою мольбу и привел Мао назад. Он так изменился… Стал взрослее, мускулов прибавилось, взгляд тоже повзрослел, но все же добродушные детские черты остались, а может, просто у меня были галлюцинации от усталости. Знаете, как это бывает? Сидишь, что-нибудь делаешь, а глаза слипаются, и ты видишь совсем не то, что есть на деле.       Мне было очень одиноко. Развлекал себя рисованием, чтением, прогулками, но все равно хотелось лезть на стенку. Юури, блин… Приучил к приключениям… А теперь, когда он «в отпуске», этих приключений нет. Я не стал делать как мама, я сидел в замке и дальше города не ходил. Боялся… Кхм! В смысле я не боялся мира, я боялся, что пропущу момент возвращения Юури в его второй дом.       Как я уже говорил, мне было одиноко. В замке все сразу стало таким монотонным без Юури. Конрад тоже разленился… Но! У меня же есть Грета! Она каждый день рассказывала мне, как у нее дела, что она знает и как ей хочется учиться, но из того, что говорит Гюнтер она понимает только «аф… мяв… бух… вя…» и на этом все. Тогда я решил учить ее самому. Теперь жизнь немного пришла в движение. Грета оказалась очень способной ученицей, она схватывала все на лету и очень усердно работала над домашним заданием. А что я? А мне остается только гордиться!       Конечно, это не могло заменить тех приключений, в которые умудрялся вляпаться Юури, даже в те, к которым он вообще не имел и не мог иметь отношения. И от скуки я завел себе питомца-котика. Кличка Мурик. Кот очень умный, серо-белый, короткошерстный дворняжка. Потом мне подарили еще одного. Этот был породистым. Мелкий хулиган тоже был серо-белым, но со временем немного порыжел загривок, живот и лапки. Мне очень нравилось ухаживать за ними, наблюдать, и тут я понял, что хочу этим заниматься. Завел себе еще хомяка. А как-то, катаясь на своем коне по лесной дороге недалеко от замка, я услышал жалобный полуписк-полумяв. Остановился, чтобы посмотреть, слез с коня, подошел к кустам, раздвинул ветки и не поверил своим глазам: там, в колючках и репейниках лежала раненая кошка. И не просто кошка, а золотистая! Дикие золотистые кошки очень редкие и занесены в книгу Сохранения. Их начали истреблять из-за восхитительного золотого меха, стоящего бешеные деньги. Эта была страшно ранена и напугана. «Можно брать тепленьким», — подумал бы на моем месте браконьер. Поблизости никого не было. Говорят, эти животные не любят показываться на глаза, что делает добычу их меха еще более проблематичной. Вдобавок ко всему, они очень быстры, проворны, а некоторые даже умеют маскироваться. У них очень хорошее ночное зрение и прекрасный слух. Обоняние тоже хорошее — хищники все-таки. Не кошки, а сокровища! Но их практически невозможно увидеть в дикой природе, в их естественной среде обитания. Живут эти создания в лесу и прячутся на деревьях. Питаются рыбой, грызунами, способны угнаться за белками, даже едят мясо животных крупнее их. Они одиночки.       Их размеры тоже сравнительно небольшие — 0.5-1м. Вместе с хвостом до 2–х м. В холке 50-80см. Тело хорошо слаженное мускулистое. От середины брюха к коленному суставу задней лапы идет специальная сладка кожи, для скорости. Коническая голова с высоко посаженными большими ушами и огромными глазами, чаще зеленого и голубого цветов. Под глазами, в зависимости от тона шерсти, имеется подводка: у более темного оттенка меха светлая, а у более светлого — темная. Их глаза немного заострены кверху. Иногда на щеках и лапах есть полоски или пятна. Густая опушка вокруг шеи придает им схожесть с лисами, а роскошный длинный хвост — грациозность и великолепие. Сама шерсть совершенно разной длины, но на хвосте она всегда длиннее. У самок кончики ушей черные, а у самцов коричнево-черные кисточки.       Передо мной лежала самка. У нее был ярко-песочный оттенок меха, коричневая подводка вокруг глаз, и не просто голубые, а синие глаза! Очень красивая! Я не мог позволить ей погибнуть. Бедная кошка… Она была так напугана! Это было видно по тому, как затравленно она выглядела. Кошка внимательно следила за каждым моим движением, но была слишком слаба, чтобы встать на лапы или хотя бы оцарапать меня. Я осторожно взял ее на руки и понес в замок.       Вернувшись, я отнес кошку в свою комнату и побежал за Гизелой. Девушка осмотрела ее, обработала раны и сообщила, что я спас не просто кошку очень редкого вида, но еще и беременную. Эти существа размножаются крайне редко и это связано с тем, что они долгожители. Эта киса моя ровесница. Они вымирают оттого, что их истребляют быстрее, чем они успевают оставить после себя потомство.       Время шло. Я наблюдал за Джесси (так я назвал кошку), а она за мной. Долгое время она не доверяла мне, но подружилась с моими котами и даже с хомяком. Однако потом, видимо, поняла, что я не желаю ей зла, и расслабилась. Даже мурлыкать начала… Я с нетерпением ждал рождения котят. Я ухаживал за ней.       Беременность у диких золотистых кошек длится очень долго и из-за этого при родах либо половина котят рождается мертвыми, либо сама мать умирает от перегрузки на ее организм. Котята ведь появляются на свет очень крупными. Я хочу, чтобы вся эта семья выжила. Я не позволю своей пациентке погибнуть! Еще никому не удавалось позволить диким золотистым размножиться в неволе. Да и вообще жить в неволе. Так что я буду первым!       Беременность у Джесси подходила к концу, уже было видно, как малыши двигаются в ее животе. Только-только она смогла стоять на лапах, но пришлось снова ложиться из-за того, что живот был очень тяжелым.       Юури вернулся как раз тогда, когда со дня на день должны появиться долгожданные детеныши. По идее, я и сегодня должен был спать в своих покоях, но Юури вернулся и он мог что-то заподозрить. Джесси сейчас нуждалась в постоянном наблюдении, если меня не будет рядом и она начнет рожать, то будет очень плохо!       Одна ночь, Юури, одна ночь. В остальное время до родов моей пациентки я буду в своей комнате!       Я, конечно, безмерно счастлив возращению моего жениха и я мог нормально спать рядом с ним, но тревога меня доконала! Очень плохо спал этой ночью!       Но на утро, едва встало солнце, я поспешил в свою комнату. По-быстрому натянул на себя, что под руку подвернулось, накинул белый халат, завязал хвост и побежал в комнату.       На пороге я впал в ступор… Не сложно догадаться, что я там увидел, и что повергло меня в шок. У Джесси начались схватки! Я с трудом вспомнил все, что говорила мне Гизелла, как надо принимать роды у кошки. Животное должно пользоваться своими инстинктами и хотя бы половину всего сделать самостоятельно.       Золотистая кошка лежала на своем месте в гнездышке около стены. Подстилка была в крови. Тело кошки то и дело сводила судорога и, было видно, какие потуги совершаются в ее теле. Она мурлыкала в такт им. Ладно, таких подробностей рассказывать не буду.       Роды начались. На часах было половина шестого утра. Роды домашних кошек делятся на три периода: в первом периоде происходит раскрытие шейки матки, открытие родового канала; во втором рождаются котята; в третьем выходит послед. Как правило роды проходят легко, но… А-а-ай! Ну, вот что мне мешало пойти в город и принять роды у двух-трех кошек?! Хоть какой-то опыт был бы! А то, только теоретический материал знаю. И Гизеллы сейчас в Нью-Макоку нет…       Первый период проходил около двух с половиной часов. А ведь кто-то мне сказал, что у диких животных они всегда проходят быстро и легко… А может проблема в обстановке?.. Ну, конечно! Во-первых, эта кошка очень молода и вполне возможно, что это ее первые роды, в связи с этим она напугана и может сознательно оттягивать роды. Во-вторых, мне она доверяет, но не так, чтобы делиться своей добычей. Это может быть из-за недоверия. Еще как вариант, Джесси дикая кошка и должна рожать на природе, а здесь, в замке, в четырех стенах, нервничает. Все сходиться к неуверенности, страху и недоверию. Нужно ее успокоить. Но как?..       Но вот спустя еще минут десять, появился первый плод! Джесси, следуя материнскому инстинкту, начала его вылизывать, улучшая кровообращение. Со стороны выглядит грубо, но я-то понимаю, что так надо, иначе котенок не сможет дышать. Потом через двадцать минут начал рождаться второй. И в этот момент в комнату зашел Юури. Самка была слишком занята и не заметила его. Юури тихо подошел ко мне и встал позади, потом опустился на корточки и стал наблюдать за нами глазами размером с блюдце. Я на него зашипел:       — Юури, не мешай! Не надо так пристально смотреть!       Мао закивал и взгляд смягчился, когда вышел второй котенок и сразу громко запищал. Водный мешок, окружающий котенка, разорвался в матке кошки, поэтому ничего с него снимать не пришлось. Юури еще немного посидел со мной, но потом поднялся и, чтобы не мешать и не нервировать нас, вышел из комнаты. После рождения третьего котенка роды прекратились. Джесси выглядела очень уставшей, но продолжала мурлыкать. Видимо, боль еще не прошла. Но три симпатичных крошечных котенка уже вовсю сосали молоко. Мать прикрыла их хвостом, чтобы не замерзли. Голенькие еще.       Я погладил кошку между ушами и сказал:       — Я горжусь тобой, Джесси. Ты постаралась на славу! Родила таких очаровательных котят! Ты молодец, девочка.       От моих слов кошка затарахтела еще громче. Я улыбнулся, встал и вышел из комнаты. Дальше Джесси в моей помощи не нуждается.              Я подошел к двери кабинета Мао и тихо постучал.       — Да, — раздалось с той стороны двери.       — Юури, это я, — приоткрыв дверь и просочившись в шелку, сказал я. Юури отложил какие-то документы, поднял на меня взгляд и улыбнулся:       — Вольфрам! Ну, что, как все прошло?       — Все хорошо. Все живы и здоровы. Три котенка.       — Это прекрасно!       — Извини, что нагрубил.       — Ты был занят, да еще и таким важным делом, а я тебя отвлек. Все хорошо. Ты сам-то как? Всю ночь ворочался.       — Да… Я должен был спать в своих покоях, ведь там кошка и она должна была вот-вот окатиться.       — А почему ты мне не сказал?       — Я боялся, что ты можешь заподозрить, будто я тебе изменяю.       — Кто тебе сказал такую глупость? Да ты самый верный здесь! Я тебе целиком и полностью доверяю!       — Спасибо, Юури. Я пойду, искупаюсь, а то вон какой «чистый», — я кивнул на свой халат и усмехнулся.       — Конечно, иди.       — Сегодня опять допоздна? — я указал на огромные стопки бумаг на его столе.       — Да… А что делать? — пожал плечами мой жених. — Работа не ждет.       — Хорошо, тогда не буду отвлекать, — я уже собирался выйти в коридор, как жених меня окликнул:       — Вечером расскажешь мне о своей питомице?       — Конечно, — кивнул я. О-ой! Я так устал! Думаю, что засну быстрее него… Вслух, естественно, я этого не говорил.       — Тогда, пока, — Юури повернулся и поплелся работать. Бедный… Интересно, а Истинный так над ним пошутить решил? Растрепал Юури все нервы, не пуская к нам, теперь завалил работой. Специально, что ли?       — Пока, — сказал я прежде, чем закрыл за собой дверь.              Я все-таки вырубился… В саду на лавке среди роз... А тут еще и погода ветреной была… Собирался дождь, тучи закрыли солнце, поэтому я млел от прохладного ветерка, пропитанного влажностью и запахом грозы. Дремал я, значит, дремал и тут меня коснулось что-то влажное и лизнуло в руку. Было очень щекотно, поэтому я хихикнул и открыл глаза. Лучше б я этого не делал… На меня смотрели два горящих фиолетовых глаза на фоне золотой шерсти, за спиной два больших крыла, сильные лохматые лапы и продолговатое туловище, судя по всему, еще средней длины хвост. Несмотря на то, что глаза горели, взгляд был добрым. Вытянутая морда, мокрый черный нос, небольшие висячие уши. Юури бы назвал это создание крылатым золотистым ретривером, но я то знаю, кто это. Это огненный пес. Эти создания по телу в точности, как большие добродушные собаки ретриверы, только крылья есть, долго живут и владеют различной магией. Этот, так как он золотистый, владеет магией огня. Говорят, эти собаки привязываются к тем, кого первым увидят после рождения. Из-за этого браконьеры находят их гнезда и разоряют, забирают новорожденных щенков, а мать убивают. Ужасные люди…       Эти животные обычно выбирают в хозяев мадзоку с подходящей им силой. Они, как и дикие золотистые кошки, занесены в книгу Сохранения. Никто почти ничего о них не знает. Хм-м-м… Какие они у меня все дикие редкие золотистые долгожители… У меня только один вопрос… Откуда это чудо здесь взялось? Ой! Точно! Во-первых, эти чудики умеют летать. Во-вторых, сегодня ветрено и влажно, его могло сдуть ветром, пока он куда-то летел. В-третьих… а-а-а… Ну да… я в саду один.       — И что дальше? — спросил я, садясь.       Пес наклонил голову набок и что-то вякнул.       — Прости, я не понимаю собачий.       Пес насупился и ткнулся носом мне в руку.       — И?       «Ретривер» закатил глаза. Кошмар, я не знал, что собаки так умеют… Ну, хоть это и необычная собака. Он, значит, схватил меня за рукав и потащил куда-то. Стыдно это признавать, но я испугался. Вырываться попросту боялся. Мало ли, что этой скотинке в голову взбредет… «Шедоу такой преданный и спокойный… Одним словом — болван». Цитата. Я поднял глаза и увидел, что пес ведет меня в замок. В одном из окон на втором этаже на подоконнике сидел Юури, свесив ноги вниз, и самозабвенно играл на Мотеки какую-то детскую песенку. Подучился бы что ли для приличия… Точно надо поторопиться! Пес, будто прочитав мои мысли, резко дернул меня на себя так, что я упал на него, он расправил крылья и взвыл ввысь. Меня затошнило. Ненавижу качку! Он подлетел к окну, на котором сидел Юури. Мао оторвался от своего занятия и, увидев меня на крылатой собаке, только и смог, что выдавить из себя:       — Ё маё!..       — Юури, милый, подожди малесь, я доберусь до замка, а там уже можешь разразиться грозой… — че-е-ерт! Из-за приступа тошноты и головокружения я ни черта не соображаю!       — Х-хорошо, Вольф. Только грозой разразиться небо, а не я… И ты весь зеленый…       — Нет. Правда? — с сарказмом вякнул я и подергал пса за ухо:       — Спусти меня отсюда, чудик!       Чудик фыркнул и слегка взбрыкнул, заставив меня впиться губами в губы Юури. Какой сты-ы-ыд! Я мысленно принялся драть на себе волосы. Я же не хотел его целовать! Пес как будто ухмыльнулся и нарочито медленно стал снижаться. Юури так и остался сидеть, как молнией пораженный, разве что Мотеки не выронил. Потом потряс головой и снова заиграл.       Пес опустил меня на землю и я, все еще слегка пошатываясь, поспешил в кабинет Юури. Мао также сидел на подоконнике и играл на Мотеки, когда же он закончил, сразу поспешил забраться назад и закрыть окно, потому что такой ливень сразу полил! Фух!       — Юури, я не хотел этого делать… Это все пес!       — Я понимаю. Просто слегка удивился…       — Слегка?! Да ты там так сидел будто увидел что-то ужасное и в этот же момент стал каменным!       — Все хорошо, Вольфрам. Ну, ладно, я сильно удивился. А кто это такой? Один из твоего зверинца? — с легкой улыбкой поинтересовался жених, указывая на дверной проход. Я обернулся и зарычал, увидев огненного пса:       — Ты еще здесь, чудик?!       — Чудик? Ты его так назвал? — спросил Юури, подходя к псу и приседая на корточки перед ним. Пес начал льнуть к нему. Я вскипел! Взгляд этого зверя был до того издевательский! В его взгляде было четко видно «Смотри! Завидуешь, да? Я так могу, а ты нет!» Ух, как я зол!       — Он милый! Чудик, да? — пес лизал щеки парня, а когда коснулся его губ, я окончательно сорвался с цепи: громко зарычал, подошел к двери, около которой они сидели, развернулся и, громко хлопнув этой самой дверью, удалился. Правда, это не скрыло моего шипения. Блин! Постоянно забываю об этих волосах! Прищемил дверью и вырвал клок. Гадство!              Вечером я очень злой рассказывал Джесси о сегодняшних происшествиях. Кошка сидела напротив меня и слушала, изредка кивая головой. Она все понимает, но ничего ответить не может. Но я рад даже этому.       Котята выглядели хорошо. Крохотные, но все равно значительно крупнее обычных домашних.       — Джесси, что мне делать? Я нагрубил ему, а этот пес словно издевается надо мной! Что я ему сделал? — снова всхлипнул я. Да, я почти расплакался…       Золотистая положила лапку мне на колено и заглянула в глаза. Потом она кивнула на дверь — в нее кто-то настойчиво скребся. Кто бы это мог быть? Джесси, видимо поняв, что свою задачу она выполнила, пошла к котятам. Я приоткрыл дверь: на пороге стоял крылатый пес с букетом полевых цветов в зубах. Так, а когда я успел повелителем зверей заделаться? Хотя, при чем здесь это?       Пес смотрел на меня такими глазами и выглядел таким подавленным, что я впустил его в покои. Чудик отдал мне букет и подошел к Джесси, положил перед ней сырую куриную ножку и полюбовался котятами. Потом он снова вернулся ко мне и ткнулся носом в руку. А глазки-то такие несчастные! Видимо, прощения просит… Ага, щаззз! Сначала напугал своими глазищами, потом меня едва не стошнило, затем он опозорил меня перед Юури, далее заставил меня ревновать… И после всего этого я должен его простить?!       — Ну ладно. Прощаю тебя на этот раз. Но запомни: еще раз так неожиданно полетишь вместе со мной и улетишь далеко и надолго без меня, но с огнем на спине! И еще раз прикоснешься к моему Юури не по-дружески, то можешь пенять на себя!       Услышав то, что я его простил и выслушав мои требования, пес просиял, встал на задние лапы, а передние положил на мои плечи, крепко прижавшись мордой к моей щеке. Вот ведь, подлиза… И что мне с ним делать? Чудик тем временем отлип от меня и лизнув в щеку опустился назад. Потом подбежал к столу, взял из стопки пергамент и зубами взял перо, обмакнул его в чернила и что-то написал. Вернувшись ко мне с этим пергаментом в зубах, он протянул его мне. «Будешь моим хозяином?» — было написано там. И, кстати, коряво, но понятно. Я и не знал, что животные умеют писать…       — Откуда ты взялся? — оторвав взгляд от «послания», спросил я.       Пес снова побежал к столу и вернулся ко мне с чернильницей и пером. Когда он опустил чернильницу на пол, я еле удержался, чтобы не рассмеяться: язык у пса был весь синий! Он не понял, почему я надулся. Потом чудик, пожав плечами, снова начал писать на том же листике. Через пять минут моему взору предстал такой текст:       «Мы, крылатые магические псы, обитаем только в Нью-Макоку. И рано или поздно ищем своих хозяев. Меня и моих братьев и сестер выкрали у моей матери и посадили в одну клетку с другими щенками. Все мы принадлежали одному человеку. Я когда открыл глаза и увидел перед собой этого страрикашку, желающего править миром, не привязался к нему и мои братья и сестры тоже. Ни один щенок к нему не привязался и он решил нас убить. Однако, мы смогли убежать. Я вырос здесь в лесу, не смотрел на людей. А вот ты меня заинтересовал меня. Мы похожи и ты полностью мне подходишь. Ты демон, у тебя магия огня, и по внешности я хотел именно такого, как ты. В общем, ты меня полностью устраиваешь. Надеюсь, что и я тебя. Вот так».       — М-м-м… А имя у тебя есть?       Пес отрицательно покачал головой.       — И даже Джесси, других моих котов и хомяка не съешь?       Тут он так замотал головой, что мне показалось, будто она сейчас отвалится. Он что-то снова написал.       «Я люблю кошек! Я же необычный пес! И других животных я очень люблю!»       — Ладно… То есть ты хочешь, чтобы я стал твоим хозяином? — на всякий случай уточнил я. Не то, чтобы я не понял, ну, а вдруг он совсем не это имеет в виду. Вдруг, он просто хочет, чтобы я его покормил?       Крылатик кивнул.       — Ну что ж. В принципе, я не против. И я должен дать тебе имя?       Животное кивнуло еще раз.       — Даже не знаю… Давай ты пока побудешь Чудиком? А потом я придумаю тебе имя подостойнее? Я же совсем о тебе ничего не знаю.       Пес задумался и кивнул.       В дверь тихо постучали. Я перевел взгляд на часы. Одиннадцать часов. И кому надо ломиться в мои покои так «рано»? Я встал, подошел к двери и открыл ее: передо мной, переминаясь с ноги на ногу, стоял Юури. Еще в своем черном костюме. Видно, только что закончил работать…       — Вольфрам, извини, я тебя разбудил?       — Нет. Проходи. Ты чего так «рано»? — я изобразил в воздухе кавычки.       — Я это… ну, в общем… Прости меня! — воскликнул он и протянул мне букет разноцветных роз. Они сговорились, что ли?       — За что? — принимая подарок, спросил я.       — Я не знаю… Я что-то не то сделал и ты разозлился… Прости меня… Я не хотел обидеть тебя…       — Вундеркинд, ты само совершенство! Это не твоя вина, Юури! Это все Чудик!       — Чудик? — он заглянул мне через плечо и посмотрел на болтающих Джесси и крылатого ретривера. — Разве не я виноват?       — Мне кажется, что я сейчас четко и ясно сказал, что виноват не ты. Просто Чудик позволил себе лишнего… — последнее предложение и тихо прорычал, покосившись на собаку. Крылатик услышал и попятился к окну. Джесси помахала ему лапкой.       — Все в порядке?       — Да.       — Ты сегодня будешь спать у себя?       — Не знаю… Чудик, — обратился я к псу, — ты присмотришь за зверями? Джесси? Ты не против если он останется за главного?       Кошка покачала головой и снова принялась вылизывать котят .       — А-а-а… Нет, не важно… — осекся Мао.       — В чем дело? — внезапно меня захлестнула нежность к нему. Да такая щемящая! Просто не могу! Так хочу его обнять, поцеловать, приласкать… Но он оттолкнет.       — А можно на котят посмотреть? Джесси не возражает?       — Конечно, можно, только… Джесси, ты как на это смотришь?       Кошка покивала, одобряя. Похвастаться хочется. Ой, не понять мне этих девчонок…       Мы с Юури подошли к подстилке, на которой лежала золотистая, и присели на корточки. Кошка, лежащая на боку и прикрывающая, предположительно лапы, хвостом, приподняла его, являя миру своих детенышей. Им всего один день отроду. Даже меньше.       — Они прекрасны, — восторженно прошептал Юури. Мать замурлыкала от похвалы ее котят. Внезапно один из малышей громко запищал, и Джесси поспешила накрыть своих детей теплым хвостом.       — На сегодня все. Пошли?       — Куда? — Юури погладил кошку по голове.       — Куда-куда!.. В покои! Куда… — притворно насупился я.       — А, да! — мой жених поднялся и пошел к выходу. Я поспешил за ним.              По коридору мы шли не разговаривая. Почти все уже спали и в коридоре никого, кроме нас, не было. Юури вздохнул и, будто решившись на что-то, неуверенно взял меня за руку. Как мило… Он покраснел и стесняется даже этого… А ведь вчера творил невесть что: то обнимет, то поцелует. Обидно только, что не в губы. Но сегодня я ведь его поцеловал. Нет! Это был просто случай! Не скажу, что несчастный, но и счастливым его не назовешь. Я в ответ сжал его ладонь и посмотрел на его лицо. Хи! Серьёзный какой! Смотрит в пол, весь из себя смущенный, но серьезный! Думает о чем-то. Миленький!       — Юу!.. Ой!       — Вольф!.. Упс!       Это мы после долгих раздумий решили поделиться своими «великими» мыслями и перебили друг друга.       — Кхм… Ты первый, — уступил Юури.       Я приподнялся и легонько чмокнул его в щечку, сказав:       — Ты очень милый, когда смущен.       На что жених пискнул:       — И поэтому ты специально вгоняешь меня в краску?!       — Это было всего один раз и почти что неправда, — фыркнул я. — Давай теперь ты.       — Что? — сморгнул он.       — Говори, чего хотел! Я слушаю!       — Не могу… — пробурчал Юури.       — Это почему?       — Ты весь настрой испортил… — снова недовольно пробурчал Мао.       Опаньки! А вот это уже интересно! Чего это он? О чем-то важном думал, взял меня за руку, теперь я ему настрой испортил… Стоп! Может ли это быть… Признанием?!       Ой, Истинный, о, Истинный! Пусть это будет правдой, а не моими фантазиями!       — Юури… — может его еще раз поцеловать? Нет, не выйдет. Нужно еще ждать подходящий момент. Только не струсь, умоляю, Юури, не струсь!       — Что?       — В душ пойдешь первым!       — Ладно, Вольф… — немного ошарашено согласился брюнетик.       Блин! Еще немного и я замацаю его прямо здесь и сейчас! Юури, пожалуйста, не мучай меня! Не будь таким миленьким!       А руку-то так и не отпустил… извращенец…