Дополнительные материалы - 3
4 ноября 2014 г., 23:10
***
Отрывок из дневника Шестовицкого. Около десятилетия назад я приобрёл весьма необычный шкаф для своего кабинета. Спонтанная покупка, но, как мне сказали, вещь не бросовая. Мои советчики не ошиблись. Она прослужила мне очень, очень долго. Этот огромный старинный шкаф выполнен, безусловно, в готическом стиле. Тёмное дерево местами потёрлось, а лак лопнул, но вызывать специалиста я не стану. Он несколько мрачный, но удивительно гармонично вписывается в богатый деловой интерьер. Если не задумываться и не вглядываться так глубоко, то он напоминает мне огромную плитку горького бельгийского шоколада. Резные стойки плавными винтами устремляются к массивному карнизу. Почти чёрные чугунные замочные скважины и такие же небольшие ручки прекрасно дополняют его гордый силуэт. В нижней части моего шкафа расположены небольшие выпуклые элементы, за которые вытягиваются глубокие и вместительные ящики. Узор на фасадах, вырезанный из дерева неизвестным мастером, уникален и не повторим никем более. Словно сказочный витраж, искусное переплетение завитков открывает путь в глубочайшую темноту, туда, где каждая секунда страха дороже всей бесценной жизни. Он – нечто большее, чем просто антиквариат, стоящий в запылённой комнате. Это – произведение больного искусства. Место, в котором кошмары обретают плоть и кожу. Мой шкаф хранит в себе красоту, которая показалась бы зловещей даже моим коллегам. Заспиртованные отрезанные головы. Но я готов поклясться, что каждая голова прекрасна! С выдавленными глазами, с открытыми ртами или без кожи – все они совершенны. Они находятся в заспиртованном состоянии, и можно не опасаться, что пошлый запах гнили потревожит мой покой. На каждом лице любовно сохранена гримаса ужаса, хотя столько времени прошло с тех пор... Никого ничего не интересовало. Ни тогда, ни сейчас, когда всё вышло из-под контроля. Мы проводили жестокие эксперименты над живыми людьми, а то, что они страдали от болезней головного мозга, даже в некоторой степени забавляло моих коллег. Тогда нам пришло поручение сверху: разработка проекта «Гипноз. Исследования и эксперименты. Исследования гипнотических состояний». После проект получил название «Подснежники»… В нём были задействованы безнадёжно больные люди. Люди, которые могли бы спокойно дожить свою пару беспокойных лет. Иногда меня мучает совесть за то, что я тогда подписался на такое, но что я мог сделать? Это была моя будущая карьера. Это было начало моей новой жизни, признание среди ученых, медиков, среди психиатров и психологов и многих-многих других. Этот проект был лишь малой частью моих разработок. Я начинал с Брагинова, а закончил… Закончил не скоро. После первых «Подснежников» мне и моей бригаде вручили премию, о которой можно было только мечтать. Меня повысили, предоставив доступ к некоторым досье на пациентов и позволив распоряжаться определённой областью архива. Я не хотел больше заниматься гипнозом, но вышестоящему руководству было крайне интересно наблюдать за полным подчинением людей, выполняющие самые странные и порой даже страшные пожелания. Проект «Подснежники» был восстановлен. Теперь голова имела особое значение среди моих коллег. Или это что-то значило только для меня? Нашим первым собирателем голов был пациент Астер-Дирен Грант. Он долго страдал от раздвоения личности, а когда его второе я брало над ним верх, он без каких-либо колебаний срубал голову одним ударом, используя большой тесак. Ему не требовалось глубокого гипноза для того, чтобы его сознание, именуемое Диреном, полностью получило контроль над телом. По неизвестной причине Астера частично нашли в уборной. Голова его покоилась на сливном бачке. Тело пациента Гранта мы так и не нашли. Отрубленные им головы, да и его тоже, хранятся на верхней полке с ярлычком «Астер-Дирен Грант. МКБ-10 F-44.8. Первый среди последних». Со временем коллекция пополнялась другими головами умалишённых. Руководство было в восторге. Мне обещали Райский Рай и море денег, грандиозный взлёт и бесплатное обучение в зарубежных корпусах. Но это были лишь слова, а я продолжал работать. Мне разрешили поставить эксперимент над одной особой. Бедняжка страдала гебефренической шизофренией. Лечение этого типа было очень опасно, её организм не принимал «Аминазин». Другие нейролептики вводились только ударной дозой. Бедная Луиза. Она была очень способной девочкой и выполняла на отлично все приказы. Это был, пожалуй, самый лучший эксперимент за всё время моей работы. Я решил перевести её на более экзотический вариант, в отличие от Гранта она брала цепь и сдавливала шею жертве, пока не слышался хруст и не происходило последующее отрывание головы. На счету Луизы Морган более 20 голов, несколько я оставил себе и отправил на третью полку с ярлычком «Луиза Морган. МКБ-10 F-20.1. Детям прощается всё». Я не знаю, как она закончила свою жизнь. Мне говорили, что она выбросилась из окна женского отделения, некоторые говорили, что она была беременна и от передоза вспорола себе живот. Слухи, не более того… Иногда мне жаль, что я не отслеживал её состояние после проекта. Мой рискованный эксперимент. Бедная, маленькая Луиза. Я всё ещё помню тебя. Время шло, а головы продолжали быть пиком моей славной карьеры. Я не был против. Вот только никто не собирался выполнять свои щедрые обещания. Сейчас я чуть более чем просто огорчён. Работа больше не приносит мне такого удовольствия как раньше. Мне кажется, будто кто-то метит на моё место. Надо будет выяснить, кто у нас такой смелый. Последним собирателем голов, по слухам, был Крис Уокер, бывший начальник охраны Горного Массива. Я знал этого мужчину. Славный, очень даже славный. Всегда приходил вовремя, а качество его работы было на высоте. К сожалению, он сам нарвался… Мы его предупреждали. Я до сих пор помню процедуры кондиционирования… Иногда я опасаюсь, что после окончания проекта меня могут так же поиметь в самые нейроны. Крис отлично справлялся с поставленной задачей. На его счету сейчас огромное количество голов. Мы даже предоставили ему персональное место складирования голов: библиотеку на втором этаже вестибюля. Он должен был относить их туда и красиво расставлять по полочкам. Стиль Криса совершенно не похож на стили тех, кто был до него. Он жесток по отношению к пациентам. А вообще у него просто не было стиля. Могу даже признаться, но это только между нами… Я его боюсь. Да, время летит незаметно... Я слишком потерялся в воспоминаниях. Мне пора идти, Карл обещал пропустить меня сегодня без отметки в журнале посещений. Сейчас я рискую всем, что у меня есть и будет.***
Опубликовано на сайте WikiLeaks (отрывок). В психиатрической лечебнице «Горный массив» ставят опыты над людьми. 11.09.2014 Вейлон Парк, бывший сотрудник корпорации Меркоф, опубликовал видеозапись, шокировавшую мировое сообщество. Опубликованные данные свидетельствуют о том, что в психиатрической лечебнице «Горный массив», принадлежащей корпорации, проводились эксперименты по созданию так называемого «Сверхчеловека». Имеются косвенные доказательства того, что исследования не только не преследовались законом, но и были проспонсированы правительствами нескольких стран (подробнее – в приложенном документе).
