История о короле Артуре, волшебнике Мерлине и Томми-разбитая-голова

Артур был молчалив всю дорогу до своих покоев, но и в них не стал более разговорчивым. Молодой король встал напротив окна, смотря задумчивым взглядом на виднеющийся за стенами Камелота лес. Мерлин некоторое время постоял за спиной Артура, кашлянул, шаркнул ногой, но эффекта действия не произвели. Маг шумно вздохнул, прошелся по комнате, снова вздохнул, привлекая к себе внимание. Однако спина Артура оставалась все такой же недвижимой. В конце концов, Эмрис не выдержал. - Как думаешь, это связано с магией? По-моему, там и правда что-то странное творится, да и Мера сказала, что деревня возле болот, а это не самое уютное место, всякие там комары, болезни, лягушки... - Мерлин, ты можешь заткнуться? Я думаю, а ты своей болтовней мне мешаешь. - Не перенапрягайся, а то поранишься ещё... Тут же немного уязвлено фыркнул маг, за что получил тяжелый взгляд Артура. Инстинкт, выработанный годами служения у Артура, подсказал, что лучше смыться подальше от монарха, пока в слугу не полетели кувшины, латные перчатки и прочие тяжелые предметы. - Мерлин... – Угрожающе начал король, но юноша уже бегом выскочил за дверь. О дубовую створку с глухим звяканьем ударилась, так удачно подвернувшаяся под руку пустая чернильница... Посмеиваясь, Мерлин направился к Гаюсу. Все равно больше, чем он, не знал никто, и кроме него совета было ни у кого не получить. Да и Мера тоже была там, а она могла бы припомнить что-то, что не пожелала рассказать при короле. Что-то о магии. Мерлин все гадал, насколько сильной ведьмой она была. В комнатах Гаюса было как всегда тихо и уютно, лишь резкий запах настоек немного портил атмосферу для непривыкших к нему людей. Сам лекарь стоял возле сидящей на скамье Меры и осматривал её изуродованную голову. Не успел Эмрис раскрыть рта, как Гаюс произнес: - А, Мерлин, ну наконец-то. Разбери травы, которые мы сегодня купили. Я несколько занят. Пришлось со скорбным вздохом приниматься за раскладывание всех примочек лекаря по полочкам и баночкам. Любопытство просто распирало юного мага, и он точно бы начал допросы, если бы Мера и Гаюс не заговорили на пониженных тонах. - Спасибо, старый друг, за помощь. Я и не ожидала так легко добиться аудиенции у короля. - Пустяки, это было не сложно. Мерлин – личный слуга Артура. Мера слегка улыбнулась и повернула голову в сторону юноши, мягко улыбаясь. - Да, я узнала его. Не думала, что доведется лично увидеть Эмриса. - Откуда вы знаете?.. Маг едва не выронил охапку сушеных трав, смотря широко распахнутыми глазами на женщину. Об этом друидском имени знали лишь единицы среди людей и магические существа. Но Меру он точно никогда не встречал, так откуда она могла узнать? Гаюс поспешил объяснить, пристально и серьезно смотря в глаза ученику. - Мерлин, послушай внимательно, но не вздумай никому об этом говорить, тем более Артуру. Мера – из волшебного народа ферришин. Одна из разновидностей фей, они умеют обращаться в людей и жить в браке с теми, кого любят, отказываясь от бессмертия. И имя, кстати, тоже не настоящее, Мера - это древнее слово, означающее «волшебство». Но, поверь, она не несет зла. - Я и не думал плохого. Так все же, Гаюс, есть какие-то догадки, что может нападать на Гриндлоу? Мерлин сел на стул, скрестив руки на груди, и раздумывая над полученной информацией. Пока что, чем больше юный маг узнавал, тем более странным и неожиданным становилось это приключение. Между тем вместо лекаря ответила ферришин. - Боюсь, что никто из нас даже не догадывается, что это может быть. Да и в наших землях никогда не было магов с тех пор, как ушли друиды, так что я не думаю, чтобы поразившее нашу деревню чудовище было чьим-то творением. Я лишь стыжусь, что когда закрывала сына, зажмурилась и не видела, как выглядит эта тварь. Большего сказать наверняка нельзя. - Все это очень странно... – Протянул старик и переглянулся с Мерлином. Юноша подпер щеку рукой, молча кивнув. Очевидно, что в Камелоте они ничего не узнают, только по прибытии на место. А жаль, потому что Мерлину уже не терпелось подергать Судьбу за хвост и окунуться с головой в новое приключение. Но красноречивый кивок Гаюса на дверь ясно дал знать – иди, Мерлин, погуляй. Ничего не поделаешь, пришлось выйти и оставить Гаюса наедине с Мерой. Поскольку Артур своим поведением дал понять, что выходной на сегодня Эмрису никто пока не отменял, а больше никаких дел у Мерлина не находилось, то вставал очень важный вопрос – что делать? Обычно юный маг только жаловался на бесконечные заботы, но когда его от них освобождали, готов был на стенку лезть от скуки. Идти к королю значило опять нарваться на перебранку, а лекарь дал понять, что его лучше не трогать вообще. Таким образом, напрашивался только один выход – во второй раз в жизни наведаться в таверну. Во «Встающем солнце» было на удивление многолюдно. Молоденькие девушки носились от одного завсегдатая к другому, но основное скопление людей было вокруг центрального стола. Мерлин вжал голову в плечи, когда среди напряженной тишины вдруг раздался поистине драконий рев мужицких глоток. Причина оказалась довольно предсказуемой. Мерлин приподнялся на мысочки, чтобы взглянуть на происходящее за столом. Благородный рыцарь Гавейн, а для своих просто неисправимый болтун и повеса, мерился армрестлингом с кузнецом. Оба мужчины сидели красные, как раки, а по вискам из-под мокрых челок катились капельки пота. Мерлин заинтересовался зрелищем и тоже стал молча наблюдать за состязающимися. Несколько напряженных секунд никто из обоих мужчин не уступал один другому, а потом рука Гавейна начала медленно клониться в сторону стола. Рыцарь стиснул зубы, а кузнец позволил себе небольшую ухмылку. В этот момент, казалось, никто из наблюдателей даже не дышал. - А я говорил, что у тебя жена просто пышечка? Внезапно вякнул Гавейн, и дальнейшие события развивались молниеносно. Кузнец взревел, явно готовый сейчас уже убить заносчивого рыцаря, но тот воспользовался тем, что противник отвлекся, и с глухим стуком ладонь кузнеца ударилась о крышку стола. И снова Мерлин вздрогнул от дикого рева ликующих зрителей. Кузнец со злостью швырнул плуту шесть золотых монет и едва не выбежал из таверны. Зато Гавейн с довольной ухмылкой сгреб к себе деньги и встал из-за стола, сопровождаемый поздравлениями и похлопываниями по плечам. Рыцарь успел заметить, уже хотевшего улизнуть мага, и сразу схватил того за предплечье. - Мерлин! Ты куда собрался, даже не поздоровавшись? Ну-ка иди сюда, я сегодня при деньгах, выпивка за мой счет! Не успел юноша опомниться, как Гавейн уже оттащил его к одному из столиков у стены и заказал мимоходом кувшин медовухи. Было очевидно, что рыцарь в таверне чувствовал себя, как дома. В итоге Мерлин сидел рядом с длинноволосым брюнетом, весело бахвалившимся о своих сегодняшних достижениях. И если на рассказе о том, как Гавейн уделал кузнеца и парочку наемников Эмрис улыбался, то когда рыцарь стал расхваливать достоинства той или иной девицы легкого поведения, юноша краснел и прятал глаза. Потому что Гавейн говорил действительно очень громко. - Ну, так что это я все о себе да о себе... – Внезапно очнулся рыцарь, - Вы с Артуром поссорились? - Н-нет, с чего ты это взял? – Мерлин с искренним недоумением посмотрел на рыцаря. - Ты обычно постоянно рядом с ним, а сегодня вот в таверну посреди дня заходишь. Мне, конечно, приятно, что ты наведываешься в мою вотчину, но это, по меньшей мере, странно. - А, так ведь Артур дал мне сегодня выходной, да и Гаюс вовсю занят Мерой. Вот мне делать и нечего. - Не говори мне об этой Мере, я как подумаю, что завтра в очередной поход... И только представь, в какие-то болота, где нет ни одной таверны! Нет, Мерлин, сегодня у меня праздник, я прощаюсь с разгульной жизнью на неопределенный срок! – Гавейн разлил медовуху по двум поистине королевского размера кружкам и, приосанившись, гордо произнес, - Так выпьем же за дружбу и за прекрасный Камелот! От такого тоста Мерлин отказаться не мог. Пришлось выпить. Но и от следующего «за короля Артура» отказаться тоже было нельзя. И за упокоение Утера, и за славу падших рыцарей, и за добрую память Ланселота, и за мир во всем мире, и за успешное окончание похода, и за... В общем, Гавейн был мастером попоек, и тосты у него не кончались никогда. Уже через пару часов Мерлин соображал настолько плохо, что мог лишь глупо хихикать на все реплики рыцаря. То, что при этом сам Гавейн оставался почти идеально трезвым, мага в этот момент уже совершенно не волновало. Однако мужчина все-таки прекратил «приучать мальчика к взрослой жизни», когда Эмрис начал тихо сползать куда-то под стол, а стоило его снова посадить ровно, обвил рыцаря руками и принялся сопеть ему куда-то в район ключицы. Пришлось с тяжким вздохом брать юношу за шкирку и вытаскивать из таверны. Однако уже через две улицы Мерлин, едва ворочая языком, напрочь отказался идти самостоятельно. Гавейн, грозно цыкнув на посмеивающихся стражников, наплевал на все приличия и просто подхватил несносного мага на руки. Идею заявиться к Гаюсу рыцарь откинул сразу – тот его со свету сживет за такое состояние любимого ученика. К другим рыцарям тоже на глаза не покажешься – потом сальными шуточками замучают. Не то чтобы Гавейн сильно из-за них переживал бы, но вот Мерлина это точно доведет. Так что выход оставался только один – сдать ношу с рук на руки Артуру. Самый кошмар было идти по коридорам дворца, состроив постную мину, с полусонным слугой короля на руках. Стража делала вид, что ничего не видит, служаночки откровенно застывали с выражением полнейшего шока на личиках, а лакеи и пажи едва не запинались и провожали не менее удивленными взглядами. Гавейн старательно делал вид, что он – не он и всем всё мерещится. - Ваше Величество, Артур, не откроете, пожалуйста? Смиренным тоном позвал Гавейн, руки которого были заняты трогательно сопящим Мерлином. Последний был споен до такого состояния, что разбудить его было практически невозможно, так что рыцарь спокойно говорил в полный голос. К чести Артура, из своих покоев он вышел почти сразу, словно чувствовал, что к нему зайдут. Однако шок на лице короля это явственно опровергал. - Гавейн, что это? - Это Мерлин, милорд. Мы немного посидели в таверне и, в общем, я немного переборщил, так что... – Гавейн состроил самое невинное выражение лица, пользуясь все ещё ошарашенным состоянием Артура, и быстренько вручил ему мага. – Забирайте, а я, пожалуй, пойду. А то Гаюсу его тащить – значит огрести по самое нехочу, а к остальным рыцарям тоже нельзя – жизни не дадут. В общем, доброго вечера, милорд! Блондин только моргал, переваривая весь тот поток слов, который вывалил на него болтливый рыцарь, а Гавейн уже шустро скрылся за дверью, великодушно закрыв её за собой. Ещё несколько секунд потребовалось, чтобы осознать, что он, король Камелота, сейчас стоит, как полный дурак с собственным слугой на руках напротив закрытой двери. Выругавшись, Артур оценил правоту Гавейна – сбагрить Мерлина больше было некуда. Пришлось, придушив голос здравого смысла, сгрузить спящего мертвецким сном слугу на край кровати, предварительно стянув с юноши сапоги и куртку. Король немного посверлил взглядом безмятежное лицо Эмриса, повздыхал, разделся, не забывая постоянно рассказывать в пустоту, какой Мерлин идиот и пьяница. Полегчало. Особенно после того, как Артур, забравшись в кровать, мстительно подгреб все одеяло под себя. Для молодого короля, приключение начиналось хуже некуда.