История о короле Артуре, волшебнике Мерлине и Томми-разбитая-голова

Похмелье называют самой страшной пыткой, и в этом Мерлин убедился на собственном опыте. Юный маг сдавленно зашипел, пытаясь повернуться и слезть с кровати. Голова болела так, что казалось, будто при любом движении мозг ударяется о черепную коробку. О вкусовых ощущениях во рту вообще лучше умолчать. Почти не открывая глаз, Мерлин все же сполз на пол. Мысль в сознании билась только одна: «Спасите. Гаюс» До лекаря чародей добрался медленно, по стеночке, и, ввалившись в комнату, молча потряс Гаюса за плечо. На большее его уже не хватало. - Что, кто… Мерлин?! – Ужас на лице старика ясно передал, в каком ужасном состоянии был его ученик. К чести Гаюса, он быстро справился с собой и понизил голос. Лекарь встал, отошел к полкам и достал оттуда пузырек с чуть желтоватой жидкостью. Вкус был травянистый, но Мерлин этого не ощутил. Зато уже через несколько минут, мага, что называется «отпустило» и последующее время пришлось отвечать на допросы Гаюса. Тот выпытал все, что только мог, а потому Мерлин отделался хорошим подзатыльником, выговором и обещанием больше в таверну ни ногой. Однако на другом конце замка жители стонали уже не от похмелья, а от грозных воплей Артура, выискивающего нерадивого слугу. Мерлину повезло, что он успел покинуть короля до того, как тот проснулся, потому что пробуждение для блондина произошло с крайне плохим настроением. Связано это было с тем, что был уже почти полдень, а его побоялись разбудить даже рыцари. Король же своё обещание выехать на рассвете не забыл, а потому сильно разозлился, что вынужденно нарушил слово. А вот Гавейн, виновник всех бед, был только рад скромно (из самых лучших побуждений) намекнуть слугам, что Артур в покоях не один, так что к нему лучше не вторгаться. В итоге данный слух уже обсуждался всеми в замке, кроме мрачных Гаюса и Артура. Ну и осчастливленного лечением Мерлина, разумеется, который об этих сплетнях ещё не подозревал. Эмрис старательно бегал по всему дворцу, чтобы не попасться на глаза выискивающему его королю. Вслед юноше тихо посмеивались, кто-то из рыцарей даже делал ставки. Когда Мерлин, прикидываясь кустиком, крался по стеночке одного из коридоров, уже слыша за одним из поворотов вопли Артура, ему навстречу попались Персиваль, Леон и Гавейн. Рыцари посмотрели с непонятным выражением лиц, которое можно было бы принять за… понимание? У юного мага закрались подозрения, что Гавейн уже успел насочинять немало подробностей вчерашних событий. Но выяснять это было недосуг - лучше странное поведение рыцарей, чем очень злой Артур. В итоге, конечно, Мерлин попался. Понял он это, когда его, едва не придушив, дернули сзади за платок, ещё и заломив руку за спину, злобно рыча: - Мер-р-рлин, какого черта ты прохлаждаешься, бестолочь?! - Голос Артура стал внезапно опасно-мягким. - Знаешь, арбалетный болт - отличное лекарство от тупости! - О, тогда на следующей тренировке я обязательно вас вылечу, сир. По привычке съязвил Мерлин, но дергаться не стал, себе дороже. Однако Артуру хватило и этой дерзости, так что он резко оттолкнул слугу, едва не отправив того в полет носом по полу. - Собирайся, мы выезжаем через полчаса. Мы, но не ты. Пойдешь пешком. - Но Артур, это же не меньше недели пути! Взвыл чародей, однако король уже стремительно развернулся, делая вид, что ничего не слышал. Нет, Мерлин, конечно, понимал, что немного побесил друга, но тот иногда был слишком жесток. Хотя, разве с королем Камелота поспоришь? Повздыхав, Эмрис принялся за сборы. Не хватало ещё путешествовать налегке, по болотам и лесам. Пешком. Во дворе замка все собрались на удивление быстро, хотя, чего удивляться - ведь почти все встали, как и планировалось изначально, на рассвете. Мерлин отдал поклажу, предложившему помочь Леону, и хотел уже было проскочить незаметно к конюшне, забрать свою лошадь, но в этот момент почти физически почувствовал тяжелый взгляд уже сидевшего верхом Артура. - Мерлин! Почти командирским рявком окликнул его король, и пришлось, скрепя сердце, развернуться с самой безмятежной улыбкой на лице. Артура аж передернуло. Мерлин заулыбался шире - его безграничное всепрощение и позитив всегда были поразительной защитой от плохого настроение короля. Да и вообще от всех недоброжелателей. Когда они покидали Камелот, волшебник оглянулся на замок, чтобы убедиться - Гаюс стоял у окна рядом с Мерой и оба смотрели вслед небольшому отряду. От этого потеплело на сердце, и Эмрис даже перестал думать о том, как устанет в ближайшие несколько часов. Выдержки и выносливости колдуну хватило на три с половиной часа. После этого он с трудом нагнал коня Артура и решил попробовать себя в роли баньши. - Арту-у-ур… Ну прости-и… Я извиняюсь, что тебе пришлось самому одеваться с утра…. Арту-у-ур… - Заткнись. - Привычно буркнул король, но злости в голосе уже не было. Тем более что рыцари ехали поодаль, и разговор никто не слышал. - В следующий раз посажу в колодки на пару дней. Между прочим, я и так проявляю к тебе небывалое милосердие, как к слуге, но с тобой просто нельзя по-хорошему. - Милосердие, сир? Да уж, я и забыл, что обрекать меня на недельную прогулку это милосердно… Мерлин хмыкнул, но сразу заметил, как в глазах Артура мелькнуло раздражение и совсем немного обиды, когда блондин отвернулся. - Я говорю о том, что любой другой велел бы кинуть тебя проспаться в конюшне вчера, а не позволил бы остаться в своих покоях. Ты что, совсем этого не понимаешь? - Подожди, то есть, я с утра из твоей комнаты ушел? - Мерлин удивленно посмотрел на короля, ощутив прилив благодарности и уже забыв про все обиды. - Нет, из таверны. Конечно из моей, идиот. - Спасибо, милорд… Негромко, но искренне произнес Эмрис, светло улыбнувшись. Артур несколько секунд всматривался в лицо слуги, но затем снова отвернулся в сторону дороги, снисходительно произнеся: - Ладно, скоро найдем место для привала, потерпи ещё немного. Поначалу окрыленный новостями Мерлин думал, что вытерпит ещё час и даже два, но через пять минут мышцы снова болезненно заныли и волшебник постепенно оказался в конце отряда. Эмрис едва поспевал за конями и уже чуть не падал - выносливость никогда не была его коньком, это больше присуще рыцарям, - когда Леон приотстал и как всегда вежливо обратился к магу. - Устал, Мерлин? Извини, Его Величество был так зол утром, что никто не решился с ним спорить. - Ничего, все в порядке. - Мерлин вновь открыто заулыбался, однако рыцарь заметил, что тот и правда вымотан. - Как устроимся на привал, отдохну. Если, конечно, Артур не завалит работой, как всегда. Сэр рыцарь вздохнул, безмолвно признавая правоту мага. Конечно, король его загоняет - накорми лошадей, приготовь обед, помой посуду, дрова собери. Леону всегда было искренне жаль мальчишку, но в этот раз особенно. Поэтому рыцарь без колебаний нагнулся, перехватывая пискнувшего Мерлина поперек талии, и закидывая в седло перед собой боком. Оправившись от удивления, Эмрис наградил Леона сияющим взглядом и улыбкой до ушей. Магу было все равно, кто и что там себе подумает, главное - отдых бедным, несчастным ногам. Разве много нужно человеку для счастья? Артур и до этого изредка оглядывался на плетущегося позади Мерлина, но после сцены, которую украдкой наблюдали все, стал оборачиваться едва ли не каждые полминуты. Сначала король мысленно посмеялся над сердобольным рыцарем, а потом начал грызть себя, что сам не додумался так извиниться. Конечно, королю не пристало подобным образом баловать слугу, но ведь это же Мерлин, да и то, как лопоухий брюнет светился от счастья и заглядывал в глаза Леону, не могло не задевать собственнические чувства короля. Нет, Артур определенно сделал глупость, нужно было наказывать как-то иначе, а не изобретать палку о двух концах… В итоге на привале приподнятое настроение было у всех, кроме погруженного в терзания Артура. Впрочем, на него на удивление быстро перестали обращаться внимание, занятые каждый своими делами, а Гавейн болтал за всех сразу. Мерлин же вызвался помочь Леону собирать дрова и с удовольствием беседовал с рыцарем обо всяких мелочах. Маг не мог понять только одного - почему ему постоянно прожигает спину взгляд чем-то опять недовольного Артура? Обед прошел довольно спокойно, единственный острый момент был, когда Леон осторожно предложил королю снова взять Мерлина к себе на коня, чтобы не замедлять продвижение. Артур в глубине души хотел отказать, но привычка быть королем во всем заставила ответить, как ни в чем не бывало: - Да, так будет удобнее. Если лошадь устанет, поменяйся с Элианом. В ближайшей деревне возьмем ещё одного коня. На этом тема была исчерпана и есть продолжили молча, потому что даже Гавейн был занят действительно очень вкусной едой Мерлинова приготовления. Однако этот день, похоже, решил для всех стать полным маленьких неожиданностей, когда длинноволосый рыцарь сам взялся вымыть посуду. Конечно, у этого была причина - никем незамеченный, красноречивый взгляд Леона в глаза Гавейну и вниз на тарелки. Когда все снова собрались, сытые и отдохнувшие, был уже день. Но впереди ещё полдня езды. Путешественники изредка перебрасывались шутками, однако каждый нет-нет, а задумывался - какие ещё события приключатся с ними за этот неблизкий путь?