А в душе я - настоящий мужчина

       В ту ночь Нерол – посланец от Темных эльфов к Светлым, возненавидел миг, когда задумался о поступлении на службу. То роковое мгновение стало первым в черном списке мужчины. Далее, по убывающей, следовали три вещи: согласие на участие в дипломатической поездке, выбор дня отправления и присоединение к попутному каравану.        Немногим ранее «той роковой ночи».        Действие происходило в тронном зале подземного замка Кардарон – столицы Подземной (страны Темных эльфов). В огромном помещении, своды которого удерживали витые колонны, находились сам Повелитель и его верный советник. Первый (как водится – стройный красавец типичного нежного вида, облаченный в многослойное одеяние с длинными рукавами) сидел на своем троне, а второй (что вид имел более мужественный, был широкоплеч и высок, с благородным лицом и паническими мыслями в голове) стоял напротив, сцепив руки за спиной, чтобы иметь возможность незаметно скрестить пальцы в жесте, отпугивающим сглазы. Оба смотрели в упор друг на друга и вели войну искрящимися взглядами.        Кроме шикарного трона, высеченного вручную эльфийскими мастерами из кристаллов, какие «росли» на дне черной подземной реки, во всем огромном зале смотреть было не на что. «Королевский стул» был выполнен в виде лежащего на земле дракона, который распустил свои крылья над тем, кто сидит на его «спине». Ножки были выполнены в виде массивных лап с острыми когтями. Троном своим Повелитель безмерно гордился, а потому все встречи, публичные и приватные, проводил, сидя на своем «сокровище».        POV Нерола        Нет, не смотри на меня. Нет, нет, нет. Отвернись, говорю! Да хватит уже на меня таращиться, не собираюсь я для тебя ту Светлую сватать! Ни за что на свете я больше к ней не сунусь, ни за какие богатства и коврижки!        Отчего я так категоричен? Почему сейчас, как осиновый лист, дрожу от перспективы отправиться в родной город эльфийки, приглянувшейся моему Повелителю? Дело в том, что я знаком с той принцессой лично. Мне не посчастливилось чуть более пяти лет назад, после успешно завершенной дипломатической миссии, остановиться в знаменитом городе Та`арисе и повстречаться с дамой сердца Повелителя.        Мы же все прекрасно помним, что происходило в «славном городе Багдаде» примерно в это время? Веалита, столкнувшаяся с понимающей натурой Аларика, направилась со своим новообретенным другом «в массы» - искать свое счастье. А в массах тех, по злому року, не иначе, оказался и Нерол, заехавший в таверну переночевать перед долгим переходом по пустыне. А в заведении том, как нам хорошо известно, проходили пьяные забавы обделенной вниманием принцессы. Ну, а советники, они, как все мы знаем, по большей степени вежливые, особенно в чужих краях и с пьяными сильными женщинами.        Во-о-от…        - Мой Повелитель!- надеюсь, выкрик звучал не слишком эмоционально.- Прошу Вас, подумайте еще немного! Ну что Вам стоит подождать еще пять или десять лет? За это время девичья краса только крепнет и расцветает…- я совершенно искренне надеюсь, что и ее тоже когда-нибудь сподобится, желательно тогда, когда Повелитель успокоится.        - Ты намекаешь на то, что сейчас моя любимая – уродлива?!- нахмурил точеные брови мой собеседник, доставая откуда-то из-под трона портрет своей немезиды.- Хочешь сказать, что она недостаточно красива? Разве можно описать земными словами эту прелестную розу?- влюбленными глазами Повелитель смотрел на изображение эльфийки, водя пальцами по золотой рамке.        Да, действительно, ЭТУ розу словами не опишешь. Уж не знаю что намалевано на том портрете, но оно явно не соответствует моим воспоминаниям, оставленным прекрасной Веалитой! Ведь не мог же наш строгий (время от времени) и справедливый (местами) правитель отдать свое сердце этой…этой…я даже слов подобрать не могу «кому» - так хорошо воспитан!        - Мой Повелитель, я не могу описать словами красоту Вашей избранницы. Но в этом году на границах с нардарами неспокойно. Я беспокоюсь о Вашем счастье, мой Повелитель. Как же сможете Вы спокойно воевать, зная, что здесь, в окружении стольких незнакомых для нее эльфов, томится Ваша возлюбленная?..        - На что это ты намекаешь?- с подозрением сощурился темноволосый, отрывая ненадолго взгляд от расписанного полотна.- К чему ты упомянул мою красавицу и моих же подданных в одном предложении? Что, есть что-то, о чем я не знаю?        - Как Вам сказать,- я быстро отвел взгляд, проклиная свой длинный язык.        - Голову с плеч!- взревел эльф, заставив меня подпрыгнуть на месте.        - Кому с плеч?        - Всем!        - Но за что?!        - Они осмелились позариться на мою ненаглядную Веалиту!        - Не думаю, мой Повелитель,- кашлянув в кулак, я встал по стойке «смирно».- Никто кроме Вас не в силах оценить всей прелести Вашей возлюбленной.        И ведь ни слова не соврал! Горжусь собой! А вот смотреть так на меня не надо, не надо!        - Одному тебе я могу доверять, Нерол,- начал проникновенную речь мой Повелитель.- Один ты знаешь меня, как самого себя. Выручи меня, друг мой. На этот раз – все серьезно. Я есть не могу, спать не могу, только о ней мечтаю…        Не думал я, что до этого дойдет, но, похоже, придется пустить в ход секретное оружие…        Я достал из-за пазухи свиток и резким движением раскатал его. Длиной он был примерно с три метра, и расстелился по земле от моих ног до подножия трона. Посмотрев в наливающиеся обидой глаза Повелителя, я начал читать имена, комментируя каждое из них:        - Гвеона Серборейская, принцесса Северной державы. Вы клялись ей в вечной любви после того, как увидели портрет, вышитый на платке у ее отца. Когда Вы, бросив на меня управление Подземной, сорвались к своей ненаглядной, вы во всеуслышание объявили, что женитесь «не глядя». Эти слова вы забрали сразу, как только увидели принцессу.        - Это совсем другое! Перед моим приездом Гвеона как раз упала в реку (и куда только ее слуги смотрели)! Из-за того, что кожа ее была тонка, как шелк, она сразу же напиталась водой, и принцессу раздуло, как шар! Она сама мне плакалась в этом…        - Ирида Маврикская, принцесса Остолетии. Увидев профиль, вычеканенный на монетах Остолетии, Вы в очередной раз бросили все дела, уплыв на первом же воздушном корабле, идущем в островное государство. Не напомните, что Вас так испугало, что Вы вернулись обратно на том же самом воздухолете?        - Без комментариев.        - Илиана Белоокая…        - Без комментариев…        - Алоизия Прекрасная…        - Без комментариев!        - Ятория Стерца…        - Без комментариев!!!        Неужели процесс пошел? Смотрите-ка, даже со стула своего подскочил, чтобы вырвать у меня из рук свиток и начать пробегать глазами по строкам, заполненным именами тех особ, в которых Повелитель имел неосторожность влюбиться за неполные три сотни лет своего правления.        - Нерол…        Нет, не смотри так на меня. Не надо…        - Сколько ты уже у меня служишь?- правитель начал на меня наступать, изгибая губы в чрезмерно доброй улыбке.        - Д-двести семьдесят три года, мой Повелитель,- я невольно сделал шаг назад из чувства самосохранения.        - Да, долго. Наверно трудно тебе пришлось со мной?        - Ни-нисколько, мой Повелитель.        - Вот как? Это же замечательно! Раз ты у меня такой понятливый и самоотверженный, наверное, ты не хочешь, чтобы я опять покидал страну ради встречи со своей возлюбленной?        - Не хочу…        - Чудно. Значит, ты привезешь ее ко мне…        Немногим позднее, чем немногим ранее «той роковой ночи»        Мой разговор с Повелителем закончился тем, что мы единодушно решили – ехать мне. На радостях от скорой встречи со своей ненаглядной, «шеф» вручил мне семейную ценность - бабушкину заколку. Со слов Повелителя, его «прапра» сим предметом совершила магический свадебный обряд, позволив другому «прапра» правителя вдеть украшение ей в волосы. Этот подарок предназначался для прекрасной Веалиты, за которой я и должен был направиться по слезной просьбе Повелителя.        И вот сейчас я трясусь в седле, натирая задницу, и глотаю песок, горстями летящий в лицо. Никто меня не предупредил о том, что в пустыне, оказывается, по всем сторонам метет буря. Нет, конечно, я не полный профан в путешествиях и знаю, что подобное явление бывает нередко. Но известие о скорой встрече с несравненной Веалитой совершенно выбило меня из колеи. Любой, кто встречал ее – поймет.        Не знаю, сколько бы мы (я и трое охранников, выделенных мне Повелителем), мотались по «золотым полям», теряя дорогу в клубах поднявшегося в воздух песка, если бы не воля случая. Не иначе как смилостивившись над своей шахматной фигуркой, судьба позволила нам ступить на караванную тропу, по которой как раз тянулось ровной чередой «шествие». По обеим сторонам от вьючных животных на равном расстоянии друг от друга ехали охранники. Все, как один, были одеты в светлые длиннополые одежды, а головы их были обмотаны скрученной жгутом тканью, свободный конец которой закрывал лицо ниже глаз, оставляя лишь узкую щель для просмотра. Когда мы подъехали ближе, нам навстречу отделилось трое охранников, различных только в росте и комплекции. Встретили нас не слишком доброжелательно.        Заговорил с нами самый низкий и худой из них, демонстративно отводя в сторону полу халата и устраивая ладонь поверх рукояти кинжала, спрятанного под одеждой:        - Кто вы?- голос частично заглушался тканью, но по нему можно было разобрать, что говорил совсем еще юнец.        Зная, что пустынные наемники по натуре своей суровы и прямолинейны, я дал знак своей охране не вмешиваться, а сам выехал вперед, останавливаясь перед заговорившим. Не стоит лезть на рожон вдали от родных стен и в явном меньшинстве, даже если это меньшинство было прекрасно обученными воинами.        - Я – советник Повелителя Подземной Шаарата. Я направляюсь с дипломатической миссией в графство Орнское. Нашему переходу помешала буря, мы сбились с пути. Позвольте нам присоединиться к каравану, пока Вы не достигните Та`ариса.        - Почему вы вышли в пустыню во время бури?        - Моя миссия не терпела отлагательств,- если можно так сказать о пинками подгоняющем меня Повелителе, чрезмерно возбужденном предвкушаемой встречей.        - Вам повезло,- наемник убрал руку с оружия и дал знак своим возвращаться в строй.        - Благодарю вас,- я решил соблюсти правила приличия, не ведомые, очевидно, этим головорезам.- Мои воины с готовностью встанут с вами бок о бок, если возникнет нужда.        - Лучше заплатите,- донеслось мне вместе со смешком.        Вот так мы и присоединились к стоклятому каравану, предательски вбившему мне нож в спину наступившей ночью.        Во время перехода с нами никто не разговаривал. Торговцы совещались между собой, шествуя парами и ведя в поводу своих животных. Наемники больше молчали, общаясь одним им понятными жестами. Ну а мне в собеседники достался мой внутренний голос, который сейчас лишь сокрушенно «вздыхал», провожая с грустью каждый сделанный шаг, приближающий меня к возлюбленной моего Повелителя.        «Святая Мать, если ты меня слышишь, сделай так, чтобы наша встреча не свершилась! Образумь Шаарата и пошли мне удачу. Мне ее так не хватает…»,- я взмолился, положив руку на сердце и устремив взгляд ввысь.        С наступлением темноты было принято решение переночевать под открытым небом, расставив временные палатки. Караванщики были столь любезны, что даже отдали пару из них мне в аренду, приняв звонкие монеты в виде благодарности. Установив палатки, мы с моими спутниками разошлись по ним «три к одному». Естественно, самостоятельной единицей был я. Воющий ветер стих уже давно, оставив после себя лишь звенящую тишину, поэтому можно было рассчитывать на спокойный сон.        Но заснуть мне с поразительным упорством не удавалось. Совсем не от того, что я не устал, нет. И не от того, что голову наполняли разные мысли, потребовавшие немедленного решения. Вовсе нет. Мне мешала одна единственная вещь – гогот наемников, доносившихся с другой стороны нашего импровизированного лагеря. Казалось, охранники совершенно не устали нести службу и решили выплеснуть избыток энергии в развертывании шумной попойки.        Они не угомонились ни спустя час, ни даже два. К концу третьего меня уже начинал раздражать даже дружный храп, едва слышно вырывавшийся из соседней со мной палатки. Было чувство, что одного меня разморить никак не могло. И тогда я решил действовать радикально – опробовать выданное мне придворным лекарем средство от стрессов и бессонницы. Признаться, я его еще не успел опробовать. Не верил я тому эльфу с его слащавой улыбкой. Но выбирать здесь особо не приходится. И я полез в свою сумку за флаконом с «чудодейственным препаратом», как выражался лекарь.        Как выяснилось впоследствии, моя интуиция была на удивление прозорлива.