По ту сторону тоннеля

      Хэбико-сан, увидев, что собеседник заинтересован в его предложении, слегка улыбнулся, затем наклонился к мальчику и заговорчески прошептал:       - Давайте не здесь, Хаку-сан, - он отодвинулся и продолжил наслаждаться представлением, весьма довольный собой.       После того как все разошлись по своим апартаментам, в номер к Хаку постучался Таскэ, и сопроводил его к своему хозяину. Коридор был тёмным, а путь весьма запутанным.       - О-Хэбико-сама, Нигихаями-сама прибыл, - каппа откланялся и удалился, предварительно пропустив гостя в комнату и задвинув за ним сёдзи.       - Как я могу предположить, вы согласны на моё предложение, в противном случае я не могу поведать вам о сути моей маленькой просьбы, - мужчина сидел в своём белом кимоно, при свете ламп его лицо выглядело слегка зловещим. Что за тайну он скрывает?       - Да, я согласен, - ответил юный дракон, иного выхода у него не было. – Я исполню Вашу просьбу.       - Ну что ж, тогда, как вам известно, я являюсь представителем рода Белых змей и если вы слышали, то имеете представление о роде наших занятий, если не слышали, - он взглянул на своего юного гостя, в его взгляде читалась усмешка, - то и славно. Скажу лишь то, что всё, что будет поведано вам в этой комнате, не должно быть предано какой либо огласке, и это не только в моих интересах, - он хлопком раскрыл веер и недвусмысленно провёл им по своей шее. - В силу того, что наш клан сейчас переживает не самые лучшие времена, я не могу предпринимать каких либо активных действий, и мои особо важные дела, что не терпят отлагательств, страдают от этого, равно как и моя репутация. Я бы мог попросить об этом некоторых моих слуг, но за их передвижениями наблюдают. Вам необходимо передать вот эти посылки, скрепленные моей печатью, во дворец Лунного царя и её светлости Сэнгэн-сама, - посылки были миниатюрными, завёрнутыми в дорогую ткань и перевязанные шёлковыми лентами, под которыми были просунуты клочки бумаги с личной печатью Хэбико-сама. - В ответ на эту посылку, вы так же получите письма, адресованные мне, прошу вас доставить их в целости и сохранности. Для Лунного царя предназначается голубой свёрток, розовый же, её превосходительству Сэнгэн-сама, с посылками вам следует обращаться весьма бережно, так как они очень и очень хрупки! Ни при каких обстоятельствах не упоминайте о их существовании, даже в Лунном дворце!       - Позвольте, кого именно мне следует опасаться? – недоумевал Хаку.       - О! Решительно всех, мой юный друг, – он поднялся на ноги и стал расхаживать по комнате. - За эту услугу вы всецело можете рассчитывать на мою помощь в вашем деле. И, прошу вас, не пытайтесь узнать, что скрыто под этой тканью. А сейчас, спрячьте их, завтра дождь, наконец-то закончится, и настанет полнолуние, тогда вы сможете попасть в Лунное царство. Перед тем как отправиться, выпейте это, - он поставил на стол маленький пузырёк с прозрачной жидкостью внутри,- этот эликсир сделает вас неуязвимым для стрел, но длиться его действие будет лишь до новолуния.       После этих слов, Хаку вышел из комнаты Хэбико-сама в полном смятении чувств. Во что же он ввязался?       Утро следующего дня действительно было ясным, мальчик вспомнил слова божества о недельном проливном дожде, он с удивлением обнаружил, что это действительно так. До конца срока отведённого госпожой Юбаба оставалось менее трёх недель. Заплатив за проживание, Хаку стал дожидаться ночи, чтобы начать своё путешествие.       Незадолго до заката, он ушёл подальше от призрачной деревни, чтобы не поднимать лишнего шуму среди её обитателей. Усевшись на вершине горы, он стал ждать восхода луны. Наконец, огромный ярко-жёлтый диск затмил одинокие звёзды. Чем выше поднималась луна, тем бледнее становилось её свечение, и вот, золото сменилось серебром - пора. Выпив безвкусного зелья, Хаку принял форму дракона и направился к самому центру светящегося диска. Мимо уха просвистела стрела, затем ещё одна, но ни одна не попала в цель, он ускорился и плыл по небу, не останавливаясь, изо всех сил стараясь оторваться от преследователей.       Постепенно, воздух вокруг него стал сгущаться, образуя плотную реку из облаков. У её русла находились высокие серебряные ворота. Двое могучих стражников в металлических доспехах охраняли их. Перед вратами было много людей, нет, конечно же, не людей, а всевозможных духов и лунных жителей, все они - кто с обозами, кто с поклажей, стояли у высокой конторки, за которой сидел миниатюрный старец с длинными усами. Одетый в белые одежды, он записывал каждого кто проходил через ворота Лунного царства. Хаку встал в очередь.       - Имя? – скрипучим голосом говорил старик.       - Ватанабэ Охико. Продавщица в продуктовой лавке, – старец кивнул, девушка направилась к воротам.       - Имя?       - Ёсида Мамору, чиновник его величества.       - Имя?       - Нигихаями Кохаку-нуси, посыльный, – старец нахмурил брови, посмотрел вниз, немного помолчал, а затем кивнул,потряхивая своими длинными усами.       - Имя?       Пройдя за ворота, Хаку обнаружил, что город этот ничем не отличается от любых других городов и живёт своей размеренной жизнью, за исключением того, что дворец короля неистово сиял, а на горожанах были одежды разных цветов: красные, золотые, серебряные и белые; каждый из которых подчёркивал статус её владельца. Дворец отделялся от города высокими каменными стенами с тринадцатью вратами, на каждых из которых стояли караульные. От этих врат брали своё начало дороги, делившие город на сектора. Представившись ещё раз, мальчик подождал сопровождающего, что провёл его по аллее к гостевому залу.       За высокими стенами располагался неописуемой красоты сад, состоящий из нескольких композиций и секторов. Сам комплекс имел круглую форму, от чего всё внутри делилось на четыре части и пятую в центре. Среди сада располагались различные постройки, в том числе и дома для прислуги. Благодаря магии сад производил неизгладимое впечатление, не многие божества могут похвастаться подобными чудесами. В каждой из четырёх частей царило своё время года, а в центре все они сочетались вместе: так например, сакура цвела рядом с красными листьями клёна, опадая своими лепестками на заснеженный пруд, подо льдом которого плавали цветные карпы, или же можно было встретить цветочные композиции, где все растения относились к разным сезонам.       Цукиёми-сама ожидал посла в тронном зале. Низко поклонившись божеству, Хаку представился, после чего царь отпустил стражу и прочих вельмож.       - Что же вас сюда привело Нигихаями-кун? На посту вы представились посыльным, значит, у вас что-то есть для меня?       - Да ваше величество, меня прислал Хэбико-сама.       - Интересно, с каких это пор он присылает ко мне драконов? Что-то случилось с его вельможей Тэнгу?       - Простите, но я не знаю. Я лишь случайный знакомый и слышал лишь то, что в клане Хэбико-сама не всё идёт гладко.       - А знаешь ли ты что в этой посылке?       - Нет, не знаю, Ваше величество.       - Открой - посмотри.       - Простите, но я не могу.       - Как это ты не можешь? Сам царь приказывает тебе посмотреть содержимое посылки! Смотри же! – Цукиёми-сама вскочил со своего трона от негодования, когда Хаку вновь отказал ему.       - Довольно! – раздался зычный голос из-за занавески.       - Слушаюс-сь, - царь поклонился в сторону, из которой доносился голос. В то же мгновение лунный владыка преобразился в белого зайца.        Из-за занавеса вышел настоящий Цукиёми-сама. От него исходило слабое сияние, не настолько яркое как солнечное, но при этом ничуть не хуже. Будучи сыном Идзанаги-сама и Идзанами-сама, братом богини солнца Аматерасу-сама и когда-то её мужем, владыка Лунного царства был божеством высокого ранга, владеющего Ночным царством в целом и луной в частности. Сам по себе он был очень высок и красив. Серебристые волосы спадали с плеч и струились по спине, озаряя дорогую, расшитую драгоценными нитями ткань божественным сиянием. Бледная кожа слегка мерцала, будто первый снег, золотые глаза необычайно контрастировали на светлом лице. Царь занял своё законное место, и, отражаясь от трона, по залу разбежались «зайчики», причём по потолку и стенам в действительности бегали полупрозрачные зайчата.       - Я проверял тебя, мальчик, ты - достойный посыльный. Я верю, что тебя послал сам Хэбико-сан, - Его Величество едва заметно кивнул своему слуге и тот вышел из зала, чтобы вернуться туда с маленьким сундучком. - Да, дела в клане Белых змей сейчас идут не лучшим образом. После того как старший Хэбико-сама умер, - продолжил Цукиёми-сама,- на его место претендует его брат и два сына. Жаль я не могу использовать свой авторитет, чтобы прекратить эти глупые козни наследников, это так осложняет дела… - мужчина тяжко вздохнул. - Ладно, пора забрать у тебя ингредиенты*.       Хаку достал из-за пазухи синий свёрток и передал его царю, который, встав с трона, жестом указал ему идти за ним, заяц сопровождал их. Зайдя в кабинет, царь проверил содержимое посылки, и, удостоверившись в его сохранности, передал её своему слуге, тот спрятал свёрток в сундучок, растворившийся в его руках. Владыка Ночного мира начертил ответную бумагу, закрепил её своей печатью и передал Хаку.       - Держи, это передашь Хэбико-сану. А сейчас Иши проводит тебя в твои покои. На землю сможешь вернуться завтра, пропускной пункт уже не работает.       - Следуйте за мной, пожалуйста, – раскланявшись с О-Цукиёми-сама, Хаку последовал совету белого зайца. – Входите, пожалуйста, вам следует лишь позвонить в колокольчик на столе, к вам тут же приду либо я, либо ещё кто-нибудь из наших слуг, - Иши поклонился и закрыл за собой дверь.       Видимо О-Цукиёми-сама, равно как и Юбаба-сама, предпочитал западный стиль. Пусть его дворец снаружи и выглядел как истинно японский замок, зато внутри он был достоин французских королей, правда вместо золота его хозяин больше благоволил серебру, да и роскоши было на один квадратный сантиметр меньше чем у хозяйки купален, но, тем не менее, смотрелось это всё изысканно и изящно. В комнате мальчика стояла огромная пуховая кровать с балдахином, красивый буфетный столик с узорной резьбой, и фарфоровым сервизом, пара огромных китайских ваз, таких старинных, что на них и дышать страшно. Стулья из красного дерева, массивный буковый стол со встроенным секретером и куча всякой резной деревянной мебели, на первый взгляд абсолютно ненужной, украшали комнату и делали её помпезной.       Вечером Хаку был удостоен чести отужинать в обществе царя и его приближённых, что было в этом самым удивительным, так это то, что царица очень любила готовить и в основном проводила всё своё свободное время на кухне, её моти были, бесспорно, самыми отменными во всём мире! По праздникам их продавали в каждой лавчонке этого города, а зайцы помогали Ока-сама испечь столь большое количество вкусных пирожков с начинкой из сладкой бобовой пасты.       Спалось Хаку на новом месте на удивление хорошо. Ему даже приснился сон, где он отчитывается Тихиро в проделанной им работе. Поутру Иши принёс завтрак, а также передал посылку от старейшины заячьей общины, старейшина очень просил передать данный свёрток её святейшеству госпоже Сэнгэн-сама, к которой Хаку держал путь. После обеда Иши проводил юного дракона до портала, где распрощавшись по всем традициям, Хаку продолжил своё опасное, но увлекательное путешествие.       Вернувшись на землю глубокой ночью, он обнаружил, что его по-прежнему поджидают, и под градом бесполезных стрел, он решил сразу же отправиться к великой горе Фудзи. Изрядно вымотавшись после суток полёта, он спустился вниз к горячим источникам, чтобы хорошенько отдохнуть и набраться сил в целебных водах. Зелье хоть и давало защиту, но высасывало из мальчика немало сил. Сняв одежду с посылками и замаскировав её при помощи заклинания, Хаку залез в природный горячий источник. Уставшие мышцы наконец-то расслабились. Смотря в звёздное небо, несколько минут он наслаждался блаженной пустотой в его голове, затем, его внимание привлекла луна: «странно, но сегодня должно быть полнолуние», заметил он, но она убывала. Судя по её фазе, путешествие в Лунное царство заняло порядка шести дней. Уже минус семнадцать из отведённого ему срока.       В кустах послышалось шуршание. Это был всего лишь барсук. Поначалу мальчик не стал обращать на него внимание, но вспомнив, что не каждый барсук просто животное*, он решил сделать вид, что ничего не замечает. Подойдя к кустам, Хаку заколдовал булыжник, тот принял вид его одежды и свёртков, бормоча под нос что-то о перестраховке, так чтобы барсук слышал, он переложил свою «одежду» под другой куст, и отправился дальше наслаждаться тёплой водой. В итоге, через час барсук с радостью убегал, сжимая в зубах «одежду» колдуна.       Отдохнувший, утром Хаку подлетел к самому подножию Фудзиямы, дальше подниматься надо было пешком. У начала пути он встретил пузатого старичка с большими ушами и усами, его усы были настолько длинны, что спадали с подбородка сразу на живот. За плечами он нёс большой мешок, судя по кряхтению пузатика, он был тяжёлым. Скорее всего, этот пузан так же собирался взойти на гору и помолиться Великой Сэнгэн-сама или может О-ана-моти за свои дела, но сам он был весьма тучен, а мешок столь тяжёл, что вряд ли он смог бы подняться на вершину. Начав двигаться вверх по тропе, Хаку то и дело слышал тяжёлое сопение старичка, он кряхтел и вздыхал, пока, наконец, не вскрикнул от боли.       - Ох, моя нога! Моя нога! – причитал пухляк нараспев. Мальчик невольно оглянулся. Старичок сел наземь и потирал свою короткую ногу, было, похоже, что он подвернул её. Спустившись к страдальцу, Хаку предложил свою помощь. – Ох, спасибо тебе мальчик! – пухляк тут же сбросил свою ношу и облокотился на юного дракона.       В итоге, пока они поднимались вверх, Хаку тащил тяжеленный мешок и половину веса его обладателя. На середине пути, находчивые духи организовали лавочку, где продавались вода и рис. У старика, конечно же, денег при себе не было. Накормив и напоив себя и своего попутчика, Хаку продолжил своё восхождение, а солнце тем временем стремилось завершить своё путешествие по небосклону. Всё выше и выше взбирались они на гору, воздух становился всё более разреженным, дышать было тяжко, жар солнца всё усиливался, словно оно проверяло их решимость. Свысока виднелись леса, города и деревни, рисовые поля и пруды, отражающие небо и сияние солнца, вся та жизнь и мирская суета, шумные города, улочки и деревеньки, фестивали, празднества и драмы, всё это казалось таким далёким, словно время остановилось, словно Фудзи вне времени и пространства, действительно - гора бессмертия.       Горизонт замер на стыке дня и ночи. Солнце уже спряталось за ним, но небо цеплялось за подол его кимоно, что розовыми и бледно голубыми оттенками растворялось в наступающей темноте. Первые звёзды зажигали свои неизменные фонари, указывая путникам дорогу к дому, а ведь, наверное, по сравнению с кем-то их жизни равны земным светлячкам, как грустно становилось от этого. Но ярче звёзд и заката горели факелы на вершине священной горы. О-ана-моти, сидя посреди кратера, раскуривал благовония и пил пуэр, паломников встречали невидимые слуги Великой Сэнгэн-сама, из-за чего казалось, что факелы плывут по воздуху сами по себе. Старичка проводили в отдельный домик, появившийся из воздуха, а Хаку тем временем ожидал аудиенции богини в уличной беседке, явившейся взору тем же способом.       Белоснежное святящееся облако спустилось к самой вершине. Лёгкой плывущей походкой богиня сошла с него на землю, её лик был так прекрасен, что внушал трепет. При каждом её движении с расшитого кимоно опадали лепестки цветов.       - Попей воды, юный путник, - велела она, плавным движением руки, указав на родник, возле беседки. - Ты, должно быть, очень устал. Назови себя, кто ты такой и зачем преодолел этот сложный путь к вершине моей обители?       - Моё имя Нигихаями Кохаку-нуси, о, Великая госпожа, я посыльный, - вытерев капли воды, отвечал мальчик. – Я был в Лунном царстве по поручению Хэбико-сама, и привёз вам посылки, как от него самого, так и от старейшины заячьей общины на Луне. – Он достал свёртки и передал их прекрасной Сэнгэн-сама.       Путника напоили, накормили, и предоставили место для ночлега. Пусть у Сэнгэн-сама не было прекрасных апартаментов на земле, зато её личный паланкин сиял золотом и серебром, а орнамент был составлен из драгоценных камней: изумрудов, рубинов, сапфиров, топазов, янтаря и многих других, рисуя разнообразный цвет вишни, слив и яблонь. В нём богиня и отправилась в свои покои. Хаку же разместили во дворце О-ана-моти. Комната, в которую его отвели, была проста и выполнена в традиционно Японском стиле. В одном из её углов стояла икебана, на стене висел свиток с изображением текущего времени года, на котором, мерно подрагивала вода, стекающая вниз, окропляя своими брызгами нарисованные скалы и устланный татами пол, а листья дерева, что одиноко росло среди гор, тихонько шелестели на ветру. На свитке взошла луна и медленно стали проявляться звёзды.       На низком столике стоял чайник с заваренным пуэром, рядом лежали искусно сделанные вагаси, под столом мерно подрагивали угли котацу, ибо на вершине горы было очень холодно. Каким же утомительным выдался день! Футон казался мягче пуха, и уставший дракон тут же предался сну.       Поутру на столе стояли свежезаваренный чай и пиала с рисом, рядом лежало письмо адресованное Хэбико-сану. Когда мальчик вышел из комнаты, дворец, в котором он провёл ночь, исчез, а на камне сидел вчерашний старичок, нога его в этот раз была в полном порядке, а мешок по-прежнему полон. Пухлячку захотелось узнать имя столь доброго молодого господина тащившего его почти весь путь вверх на себе. Выразив ему свою благодарность, он присоединился к мальчику, и вместе они начали спуск с Великой горы. Старик болтал без умолку, рассказывая весёлые истории, присказки и даже страшилки. При расставании выяснилось, что путь их лежит в одно и то же место, обрадовавшись, старичок весело зашагал по дороге, словно нога его никогда и не болела, а так как Хаку очень торопился, он предложил его подвести, естественно на себе. В общем, за всё это время дракон скинул пару килограммов. Уже вечером он распрощался с толстячком на границе призрачной деревни, в благодарность, тот одолжил ему свою волшебную колотушку, оказалось, что этот ушастый усач не кто иной, как Дайкоку-тэн.        Отнеся письма Хэбико-сану, тем самым завершив свою миссию, колдун вновь заселился в гостиницу и отправился в свой номер отсыпаться.       В полдень Таскэ известил юного дракона о скором визите своего хозяина. Одевшись и позавтракав, Хаку стал ожидать гостя.       - Добрый день Хаку-сан, как ваше самочувствие? – вежливо поинтересовался Хэбико-сан. - Я весьма признателен вам за проделанную Вами работу, большое спасибо! – он поклонился.       - Добрый день, Хэбико-сан, спасибо хорошо. Надеюсь, Вы помните о нашем с вами уговоре, - Хэбико-сан весьма настороженно посмотрел на своего собеседника, словно он ждал, что тот забудет об условиях сделки. – Когда вы сможете мне предоставить вашу помощь, чем раньше - тем лучше, я ограничен во времени.       - Мы можем решить вашу проблему сегодня, - молодой змей ехидно улыбнулся, а затем добавил: - с вашей деловой хваткой, вы бы были неплохим торговцем.       В итоге, Хаку, Хэбико-сан, Таскэ и ещё несколько капп, отправились к болоту за храмом Мугэн-яма. Ива, что росла на нём, действительно напоминала женский силуэт. Каппы нырнули в болото, и после пятнадцати минут поисков, всё-таки нашли колокол. Благо он не был очень большим. Обвязав находку верёвками, ёкаи вместе с Хаку вытащили её на берег. Вода стекала с его стенок, а влажный мох облепил золотую поверхность, рельеф из драконов расползался по стенкам из драгоценного метала.       - Теперь его нужно разбить, - отметил Хэбико-сан.       - Да, но для этого его нужно разместить в храме, ведь по условию разбиться он должен при молитве.       - Как же вы намерены разбить столь большой колокол, Хаку-сама? – удивился Таскэ.       - Это не столь важная проблема, ведь, его необходимо разместить в самом храме.       - Думаю, если мы принесём столь большой колокол к самым воротам храма, настоятель не сможет нам отказать, - предположил Хэбико-сан.       - Да, но тащить его в гору, очень тяжело, - заметили каппы.       Хаку подошёл к колоколу и коснулся его волшебной колотушкой, тот резко уменьшился, до такой степени, что стал помещаться на двух ладошках.       - А вы хитрец, - усмехнулся весьма повеселевший змей, глядя на подарок Дайкоку-тэна.       Поднявшись с ним в гору, и увеличив его перед храмовыми воротами, они позвали монахов. Поняв, что происходит, настоятель дал им своё разрешение, при этом сказав, что если у них ничего не получится, то они обязаны вернуть колокол на место, то есть обратно в болото, тогда Хаку снова уменьшил его и повесил в звоннице. Зафиксировав колокол Мугэн с одной стороны, мальчик натянул верёвку, максимально подняв бревно, и со всей силы ударил по нему, думая про себя о том, чтобы поскорее встретиться с Тихиро. Колокол треснул и рассыпался, столпившиеся вокруг монахи не поверили своим глазам, облако пыли начало клубиться на месте разбитого колокола, перед юным драконом возникла дама в кимоно, с её растрёпанной причёски капала вода. ______________________________________________________________________ *Ингредиенты – имеется в виду необходимые вещества для создания эликсира бессмертия, который согласно приданиям изготавливается на Луне и горе Фудзи. Так как змеиный яд широко используется в медицине, то за поставку подобных ингредиентов и снадобий я сделал ответственными именно клан змей. *Барсук – вторыми после животных оборотней в японской мифологии выступают барсуки. Советую почитать японскую сказку «хрустящая гора».