Vampire AU (Immortals)

Возможно, Санхек должен был попросить, чтобы его отвезли домой, в его собственную квартиру, но он не хотел оставаться один. Он также не был уверен, что ему нужна компания. В голове крутилось слишком много мыслей, и больше всего ему хотелось, чтобы они исчезли. Но, несмотря на это, ему нужно было отвлечься.        По крайней мере, прекратились слезы.        — Хонбин когда-нибудь рассказывал тебе, что с ним случилось? — тихо спросил Санхек.        Джехван посмотрел на него. Они остались вдвоем в спальне Джехвана, Воншик и Хонбин удалились в свою комнату. Джехван рылся в комоде в поисках пары домашних штанов, чтобы переодеться, а Санхек сидел на краю кровати и наблюдал за происходящим.        — Я знаю его историю лишь обрывками. Он не захотел со мною откровенничать, — сказал Джехван. — Они удерживали его несколько дней и жестоко пытали. Я не виню его за то, что он не хочет говорить об этом.        Санхек ничего не сказал, просто уставился на ковер, его мысли носились по кругу. Послышалось движение — Джехван переодевался, и вот уже в следующее мгновение он стоял на коленях перед Санхеком, одетый в серые мягкие треники и больше ничего. Он положил руки на колени Санхека и заглянул ему в лицо. — Любовь моя.        — Я хочу, чтобы все это закончилось, — прошептал Санхек. — Я хочу вернуть Сондже. Я хочу, чтобы этот вампир умер. Я хочу жить.        Джехван прикусил нижнюю губу. — Я не могу вернуть тебе Сондже, время вышло, и я не считаю, что его нужно было обращать. Если есть какие-то сомнения, то ответ — нет. Сейчас он покоится с миром, Санхек, он больше не страдает. Как и моя семья и друзья, мой создатель. Что же касается остального — в конце концов, мы уничтожим этого вампира, я могу это обещать. А ты…        — Я умру, как Сондже, — оцепенело отрезал Санхек. — Если мне повезет. Если нет — все будет происходить еще медленнее, — кончики пальцев Джехвана слегка впились в бедра Санхека, который накрыл своими ладонями его руки. Он покачал головой. — Прости меня. Я… ты не заслуживаешь этого. Я все время думаю об этом: Сондже на металлическом столе, я смотрю на него, а потом я вижу на этом же столе себя, а ты смотришь на меня.        — Не надо, — хрипло сказал Джехван. Он встал, наклонился к лицу Санхека. — Не надо, — он обхватил лицо Санхека обеими руками. — Санхек. Не надо.        — Он звал меня, — прошептал Санхек. — Потому что любил меня, потому что думал, что я смогу его спасти. Но я не смог. А Хонбин тоже звал Хакена или Воншика? Они тоже не смогли его спасти, — он с тяжестью сглотнул. — Кого же я буду звать, Джехван?        Джехван отдернул руки и резко развернулся, отходя на несколько шагов. Его спина напряглась. Санхек сжал губы, пытаясь проглотить новую волну слез. Ему это удалось, но едва ли.        — А ты не думал, — сказал Джехван, по-прежнему отвернувшись и не глядя на него, — позволить мне обратить тебя? Или Хакену, или Воншику? — его голос был очень спокойным.        Санхек почувствовал, как участилось его сердцебиение.        — Я… да. Да, я думал об этом. Джехван коротко рассмеялся, оглядываясь назад.        — Полагаю, тот факт, что ты не поднимал эту тему, означает, что твое решение — нет.        — Это… это… я не знаю, — честно признался Санхек. — Я не хочу умирать, но я также… не хочу обращаться только потому, что не хочу умирать. Это выглядит трусливо. Я и так достаточно трусливый.        Джехван подошел к нему и сел на кровать рядом с ним.        — Скажи мне, если передумаешь. Я не сделаю этого, если ты не попросишь, я не смогу причинить тебе боль таким образом, но если ты попросишь, я не буду колебаться.        Он был так напряжен, горел страшной надеждой, что Санхек вынужден был отвести взгляд.        — Завтра похороны Сондже, — прошептал он. — Мне нужно подумать и поговорить с Ильхуном. И, возможно, с остальными, прежде чем принимать решение.        Джехван кивнул.        — Конечно… Но Санхек, желание жить — это не трусость.        — Это так, если ценой будут жизни других, — сказал Санхек.        Это немного рассмешило Джехвана.        — Я бы пожертвовал ради тебя половиной мира, но я-то эгоистичный ублюдок, — сказал он, а затем зевнул, слегка потягиваясь. — Солнце встает, — он медленно моргнул. — Когда ты собираешься уходить?        — Я…– Санхек сделал паузу, задумавшись. — Мне нужно заехать за Ильхуном и Хеншиком примерно через пять часов.        Поездка на похороны Сондже займет около часа, и они решили, что будет лучше, если они поедут вместе. Никто из них не хотел оставаться один на один со своими мыслями.        Джехван коснулся руки Санхека и зацепился пальцами за его рукав.        — Отдохни со мной, — мягко сказал он, и Санхек кивнул. Джехван забрался к спинке кровати, откинув одеяло, чтобы под ним можно было уютно устроиться, а Санхек стянул с себя рубашку и снял джинсы. По его коже побежали мурашки, и, проскользнув под одеяло, он быстро прижался к Джехвану, чья кожа, как всегда, была горячей.        Джехван вздрогнул, когда Санхек обхватил его за плечи, и Санхек понял, что дело было не в его холодном прикосновении.        — Что случилось? — спросил он.        Джехван прижался лицом к плечу Санхека, его глаза закрылись.        — Иногда мне трудно смириться с тем, что ты здесь, со мной, — прошептал он, его речь казалась немного смазанной. Должно быть, солнце уже выглянуло из-за горизонта, и магия утягивала Джехвана за собой. Джехван провел кончиками пальцев по заживающим следам укусов на шее Санхека, прикосновение было нежным. — Никогда не думал, что снова обрету что-то подобное.        — Я знаю, — сказал Санхек, подумав, что и он никогда не думал, что снова окажется здесь. Но это был его собственный выбор, и, наверное, даже странно, что Джехван, оплакивавший потерю отношений с Санхеком, жаждал всего этого снова и снова. Он исцелялся, а Санхек, вернувшись, снова впился в него когтями. — Я ошибся, Джехван? — прошептал он. — Мне следовало держаться подальше — было бы менее больно, если бы я…        — Может быть, — пауза. — Нет. Даже если это мимолетно, даже если после всего я буду страдать еще больше — сейчас я доволен тем, что ты здесь, — пробормотал Джехван, прежде чем снова зевнуть. Его тело обмякло, и Санхек поразился тому, насколько сильно Джехван доверяет ему. — Я люблю тебя. Я бы хотел, чтобы этого было достаточно.        Санхек посмотрел на лицо Джехвана и нахмурился, слегка. Слова звучали без выражения, почти сливаясь воедино, а лицо Джехвана было просто расслабленным, глаза закрыты.        — Достаточно для чего? — спросил Санхек. Джехван не ответил, оставаясь неподвижным. — Джехван.        Джехван издал тихий стон, нахмурив брови.        — Я не знаю, — невнятно пробормотал он, слабо взмахнув рукой для убедительности. — Чтобы все исправить.        Горло Санхека сжалось, эмоции захлестнули его с головой. Да. Он желал, чтобы все наладилось, чтобы вселенная смилостивилась и позволила им быть счастливыми.        — Я хочу остаться с тобой, — прошептал Санхек, заключая лицо Джехвана в свои ладони. — С тобой и с остальными. Но я не знаю, достаточно ли я силен, чтобы обратиться, смогу ли я жить с болью от потери друзей, одного за другим, с болью от убийства, от причинения этого горя другим.        Джехван ничего не ответил, его лицо было безучастным, губы слегка поджаты. Санхек ненавидел, что он не дышит, словно кукла, красивая и совершенная, но вечно молчаливая и неподвижная. Он осторожно потрогал ухо Джехвана и, не дождавшись никакой реакции, наклонился вперед, прижался ртом к губам Джехвана, которые были как всегда теплыми и мягкими.        Джехван издал слабый звук, но не шелохнулся, и Санхек поцеловал его крепче. Он немного перевернул их, вдавливая Джехвана в матрас, и Джехван застонал сильнее, слегка выгнув спину. Ему было так… так…        Джехван поднял руку, чтобы провести по затылку Санхека — движение было вялым, и кончики пальцев нежно прошлись по коротким волосам на задней стороне шеи. От этого прикосновения Санхек прервал поцелуй, коротко всхлипнув.        — Любовь моя, — прошептал Джехван, слегка приоткрыв глаза, хотя было очевидно, до чего тяжелы его веки. Санхек еще раз всхлипнул, пытаясь смахнуть слезы и не преуспевая в этом. — Санхек. Мой Санхек, — Джехван провел рукой по волосам Санхека и коснулся его щеки, проведя кончиками пальцев по следам слез. — Почему?        — Я бы хотел, чтобы того, что я чувствую к тебе, тоже было достаточно, — сказал Санхек, и слова оборвались. — Но ведь это не так, правда? Этого недостаточно, — все было кончено. Кончено. Они ничего не могли сделать.        Джехван отнял руку от лица Санхека, на кончиках пальцев осталась влага от слез, и поднес эту руку ко рту, прикоснувшись подушечками пальцев к губам. Он закрыл глаза.        — Нет, — пробормотал он, и его рука опустилась, оставив влагу на губах. — Я не думаю, что достаточно.        Рот Санхека искривился, он стиснул зубы и опустил голову на грудь Джехвана. Все это было слишком, он устал бояться и испытывать боль. Он просто хотел, чтобы все прошло.        Джехван дышал, медленно, за него, и Санхек старался подражать его ритму, сосредоточиться на нем, чтобы успокоить свой разум и бешено колотящееся сердце. Через несколько мгновений Джехван поднял руки и провел ими по волосам Санхека, пытаясь успокоить его, но от сладкой нежности этого движения снова навернулись слезы, и Санхек, не поднимая головы, схватил Джехвана за запястья и прижал их к кровати по обе стороны от головы Джехвана.        — Не надо, — глухо произнес Санхек.        Возвращение к Джехвану было ошибкой. Это всегда было ошибкой. Но в этот раз он облажался еще сильнее. Джехван никогда не оправится, а Санхек… Он влюбился, как раз вовремя, чтобы умереть. Влюбился в человека, который едва существовал.        Джехван чуть сдвинулся, пытаясь опустить руки, но Санхек легко удержал их. Ощущения были странными, совершенно чуждыми их привычному поведению. Но Джехван был слаб при дневном свете.        Стояла тишина, лишь дыхание и стук сердца Санхека. Джехван не мог его повторить. Санхек сумел прекратить плакать, но это его состояние все еще было хрупким.        — Я так устал от боли, — прошептал он, а затем тяжело выдохнул.        Снова тишина.        — Что я могу сделать? — наконец спросил Джехван, слова прозвучали мягко. — Я не могу зачаровать тебя при свете дня.        Это было довольно досадно. Санхек должен был выбраться из своих мыслей.        — Я не знаю. Мой мозг переполнен, все вокруг расплывается, и я… я просто хочу покоя.        Джехван снова дернул запястья, чуть резче, но Санхек все равно не отпустил их. Он еще не мог смириться с возможностью того, что эти руки будут касаться его. Но и отступать, уходить тоже не хотелось. Джехван вздохнул.        — Может, секс поможет? — мягко спросил Джехван, и Санхек инстинктивно покачал головой. Они всегда на это опирались, не так ли? Секс — единственная уравнивающая константа. Единственное, что они могли сделать правильно.        — Я не думаю… я не думаю, что смогу сейчас выдержать твои прикосновения, твои губы, это слишком больно, — прошептал Санхек. Потому что он любил Джехвана, не хотел его бросать. Ему было больно. — А ты… сейчас же день. Ты едва можешь двигаться.        Джехван с трудом переместил ноги, так что они оказались по обе стороны от бедер Санхека, обхватив его тело, и в животе у Санхека все сжалось.        — Вот так, — прошептал Джехван. — Можешь сделать это, если хочешь, если это то, что тебе нужно.        Санхек поднял голову, заглядывая в лицо Джевана, но тот выглядел изможденным до мозга костей. Волосы беспорядочно падали ему на глаза, и он выглядел таким маленьким, прижатым к постели. Санхек удивлялся, как его собственные руки могут выглядеть такими большими на запястьях Джехвана.        Ему хотелось. Но Джехван…        — Мне бы это помогло, я думаю, но для тебя это слишком тяжело, не так ли? Ты плакал, когда я трахал тебя в последний раз, — тихо сказал Санхек, Джехван отвел взгляд. — И у нас давно не было близости.        — В прошлый раз… ох, я не могу сейчас думать, — проговорил Джехван, слова выходили невнятными. — Это было слишком — иметь тебя внутри себя и отказываться от того, что я любил тебя. Люблю тебя.        — А теперь? — прошептал Санхек. — Это все еще будет слишком?        Джехван скривил рот, и это был достаточный ответ.        — Да, — сказал он. — Но я хочу этого.        Санхек отпустил запястья Джехвана, провел кончиками пальцев по чувствительной коже предплечий, но Джехван не убрал руки с матраса.        — Ты снова будешь плакать? — спросил Санхек.        Пауза.        — Возможно.        — Я не хочу этого, Джехван.        Джехван слегка улыбнулся.        — Если кому из нас лить слезы, то я бы предпочел, чтобы это был я, — сказал он. Его глаза распахнулись, и он посмотрел на Санхека с самым мягким выражением. — Я хочу этого, Санхек. Я уже давно этого хочу.        Санхек провел ладонями по рукам Джехвана, затем по его плечам, зацепившись кончиками пальцев за острый выступ ключиц. Он уже чувствовал, как напряжение покидает его больные мышцы, когда его мысли переключились на ощущение кожи Джехвана на его коже, на треск его чар, на то, как прекрасно Джехван выглядит сейчас, податливый и ожидающий. В это было легко погрузиться, легко позволить себе увлечься.        Он провел руками по груди Джехвана, по его ребрам, по мягкому животу, а затем наклонился вперед и поцеловал Джехвана в грудную клетку. Джехван застонал, запустил руки в волосы Санхека и тут же отдернул их, как будто вспомнил.        — Спасибо, — прошептал Санхек и снова прижался губами к груди Джехвана, проходясь поцелуями по пути, проложенному его руками, вниз по ребрам Джехвана к животу, загибаясь внутрь. Джехван все еще дышал, но уже сбился с ритма.        К тому времени, когда его губы коснулись пояса штанов Джехвана, они оба были уже на пути к полному возбуждению, и Джехван вздрагивал, дрожь волнами пробегала по его телу.        Все это было так знакомо, подумал Санхек, стягивая с Джехвана треники, но, как и предыдущей ночью, разительно отличалось от того, что Санхек не мог описать. Когда Санхек взял член Джехвана в рот, Джехван сдавленно вскрикнул, слабо выгнувшись всем телом. Этот звук словно заполнил Санхека, заглушив все остальное.        Бедра Джехвана сжались вокруг торса, и Санхек с легкостью остановил его извивания, удерживая его в неподвижном состоянии. То, что он мог это сделать, то, что Джехван пытался выгибаться и извиваться, но не мог — это доходило до сознания Санхека, заставляя его щеки пылать в пьянящем порыве. Он поглощал Джехвана до тех пор, пока его нос не зарылся в волосы у основания члена Джехвана, и наслаждался вкусом, ощущением Джехвана на языке, тем, как Джехван задыхался от любви снова и снова, словно его уже сломали.        Санхек медленно отстранился, нежно посасывая. Джехван тяжело выдохнул, когда его член оторвался от губ Санхека. Санхек поднял голову и увидел, что Джехван уставился в потолок.        — На что это похоже? — прошептал Санхек, прикоснувшись губами к кончику члена Джехвана. Джехван простонал, зажмурив глаза, и Санхек лизнул щелку его члена, просто чтобы побыть жестоким. — Каково это, днем?        — Я чувствую…– начал Джехван, но остановился, покачав головой. — Не могу объяснить. Все плывет, размыто, и всего так… так много.        Санхек опустил руку с бедра Джехвана и провел ею между ног, чтобы нежно прижать большой палец к промежности. Джехван вздрогнул, словно чары Санхека действительно добрались до него. Санхек медленно провел большим пальцем по промежности, надавливая, дразня, и прошептал:        — Слишком много?        Джехван задыхался, рот его был приоткрыт.        — Нет, — прошептал он, и Санхек провел языком по стволу его члена, затем опускаясь ниже, между ног. Джехван понял, что сейчас произойдет, за несколько секунд до того, как это случилось, и попытался сомкнуть ноги, резко вдохнув, но Санхек успел раздвинуть их и поднять вверх. Он согнул колени Джехвана и прижал их поближе к груди, для лучшего доступа. — Санхек…        Санхек прижался ртом к входу Джехвана, облизывая его, и Джехван… он едва не закричал. Это был самый громкий звук, который Санхек когда-либо слышал от него во время секса, и в следующее мгновение Джехван запустил руки в волосы Санхека, пытаясь оттолкнуть его голову, а ноги все еще пытались сомкнуться. Обе попытки были слабыми.        Санхек удержал его, прижал к себе, обвел языком, прежде чем просунуть его внутрь, но лишь слегка. Джехван едва не заплакал, запутавшись пальцами в волосах Санхека. — Не надо, — задыхался Джехван, — Пожалуйста, я не–        Санхек отступил, немного отстранившись, и ноги Джехвана перестали сжиматься вокруг него.        — Тебе нравилось делать это со мной, — прошептал Санхек, напоминая. Он прижал кончик пальца к входу Джехвана, смазанному слюной, и надавил, не проникая в него, а просто дразня. — Хоть это и неловко. Тебе нравилось заставлять меня извиваться.        — А теперь моя очередь? — Джехван хныкал. — Я… Санхек…        Санхек повернулся к нему лицом и поцеловал внутреннюю сторону бедра Джехвана.        — Не буду, — тихо сказал он. — Я не хочу быть жестоким. Даже если ты этого заслуживаешь, — он ввел кончик пальца в Джехвана, и вампир издал сладкий, высокий звук, откинув голову назад. — Мне нужна смазка. Не заставляй меня снова пользоваться ртом.        Джехван извернулся, как мог, так как Санхек крепко прижимал нижнюю часть его тела к кровати, и слабо потянулся к тумбочке. Санхек придержал его, слегка улыбаясь сонным, не скоординированным попыткам Джехвана открыть ящик. Он опустил голову, продолжая наблюдать за Джехваном, и лизнул то место, где исчезал кончик его пальца, и Джехван издал тихий стон, сжавшись вокруг него.        Затем Джехван снова перекатился на спину, и быстрота движения, казалось, дезориентировала его, а глаза остекленели на мгновение, прежде чем он смог моргнуть.        — Вот — сказал он, его голос был уже хрипловатым. Он протянул маленький флакончик со смазкой, и Санхек осторожно вытащил кончик пальца, чтобы принять смазку. — Давай быстрее, — прошептал Джехван, еще больше раздвигая ноги. Его бедро дрожало под губами Санхека.        — Я не хочу причинять тебе боль, — прошептал Санхек, но послушался. Он убедился, что его пальцы хорошо смазаны. Джехван был таким податливым и готовым под его руками, но это все равно обеспокоило его, когда он сразу же ввел в него два пальца.        — Ах, — выдохнул Джехван. Санхек поднял голову и увидел, как обнажаются его клыки. Он издал еще один легкий звук, когда Санхек развел пальцы в стороны внутри него.        — Хорошо? — спросил Санхек, вспомнив, как в прошлый раз он снова и снова спрашивал, все ли в порядке, и Джехван отвечал да, да, хотя Санхек не был уверен, что это было правдой.        Джехван дрожал, его глаза были закрыты.        — Мне… мне нужно, чтобы ты…– Он вздрогнул на вдохе. — Если ты будешь медлить, я просто развалюсь на части.        Санхек выпустил пальцы из Джехвана, на мгновение отстранился, чтобы нетерпеливо стянуть с себя боксеры, а затем скользнул обратно по телу Джехвана, так что их лица оказались на одном уровне. Джехван обеспокоенно моргнул, открыв глаза — он выглядел таким разбитым. Санхек потянулся вниз, обхватил свой член и размазал смазку по всей его длине.        — Я хочу, чтобы на этот раз ты сказал мне, если я сделаю тебе больно, — сказал он, пристально оглядывая лицо Джехвана, его покусанные губы и стеклянный взгляд.        Джехван коснулся щек Санхека, самым мягким из прикосновений. — Это помогает? — прошептал он, слова слились воедино, и Санхек отшатнулся. Он снова схватил Джехвана за запястья, на этот раз одной рукой, потому что Джехван был маленьким, а Санхек мог держать оба его запястья в одной руке, мог запрокинуть их за голову. Джехван тихо проскулил. Санхек опустил голову и прижался к губам Джехвана, закрыв рот поцелуем в знак молчаливого извинения. Это было все, что он мог сейчас сделать, чтобы не рассыпаться в прах.        Джехван устало приподнял бедра, и Санхек, не удержавшись, подался вперед, может быть, слишком быстро, слишком грубо, и вошел внутрь одним плавным движением. Джехван вскрикнул, звук был грубым, словно вырванным из горла, и выгнулся дугой, напрягая зажатые руки. Санхек прижал его к себе: одна рука на запястьях, другая распластана по животу. — Посмотри на меня, — сказал Санхек хриплым голосом.        Джехван отвернул лицо в сторону, прижав его к своей руке, глаза его были закрыты, а брови нахмурены. — Пожалуйста, — задыхался он. — Пожалуйста…– Его бедра продолжали сжиматься вокруг бедер Санхека, и он был таким тесным. Санхек не знал, пытается ли он прижаться к нему или отстраниться.        Санхек толкнулся вперед, и Джехван вздрогнул, задыхаясь, а Санхек замер.        — Посмотри на меня, — повторил он, и Джехван быстро моргнул, словно это могло прогнать красные слезы. — Я делаю тебе больно.        — Да, — всхлипнул Джехван, и слеза скатилась по его щеке. — Да, да, ты… Боже, не останавливайся–        Санхек ненавидел себя. Он прижал Джехвана к себе, оттянул бедра назад и снова подался вперед, вздрогнув, когда Джехван вскрикнул. Он сделал это еще раз, и еще, и каждый раз Джехван издавал тихий прерывистый звук, а его ноги обхватывали тело Санхека, слабо пытаясь притянуть его ближе.        — Любовь, любовь моя, мой… Санхек, — стонал Джехван, когда Санхек резко подавался вперед, сбиваясь с ритма, потому что Джехван ломал его, слабый, податливый и сладкий, такой сладкий…        Санхек резко отпустил Джехвана, просунул руку под его поясницу и перевернул их так, что Джехван оказался на нем, а его ноги обхватили его талию. Как и раньше, быстрое движение на мгновение дезориентировало Джехвана, и он ошарашено уставился на Санхека.        Санхек стиснул зубы, борясь с жжением в глазах и комком в горле.        — Я не могу, я…– Санхек на мгновение зажмурился, глубоко дыша через нос, а затем снова открыл глаза. — Вот так. Можешь?        Джехван тихонько застонал.        — Ты жестокий, — произнес он, и это прозвучало эхом — Санхек вспомнил, как говорил Джехвану то же самое пару лет назад. Но у него не было времени думать об этом, потому что Джехван уперся руками в грудь Санхека, приподнимаясь. Он был так медлителен, его сильно трясло, голова поникла.        Джехван слегка покачнулся, как только оказался в вертикальном положении, и ему потребовалось несколько мгновений, чтобы собраться с силами и немного приподняться, а его бедра дрожали от усилий. Когда он снова опустился на член Санхека, они оба вздрогнули: волосы Джехвана закрыли его глаза. Он попытался снова приподняться, но тут же рухнул вперед, на грудь Санхека, и руки его безвольно сложились между их телами.        — Я не могу, — выдохнул он. Он обмяк, прижавшись к Санхеку, а его голова оказалась под его подбородком. — Я слишком слаб.        Санхек обнял его, провел рукой по его спине и обнаружил, что его кожа блестит от пота. Он смахнул слезы, прижался ртом к волосам Джехвана и приподнял бедра. Не слишком удобно, но достаточно, Джехван застонал, прижимаясь к нему. Их ритм сбился, и, казалось, ни одного из них это не волновало.        Джехван приподнял голову и поцеловал Санхека в открытый рот. Он был так прекрасен.        — Я люблю тебя, — прошептал Джехван, прижимаясь к его губам. — Я бы отдал тебе все все на свете, Санхек, я так тебя люблю.        Санхек застонал, звук получился высоким и неожиданным. Он зажмурил глаза, но не смог сдержать слез, горло его сжалось. Он поднял руку и просунул два пальца мимо полных губ Джехвана в его рот, отчасти для того, чтобы утихомирить звуки, которые превращали Санхека в слезливое месиво. Джехван рассеянно посасывал пальцы, закрыв глаза.        Когда Санхек убрал руку, его пальцы были покрыты слюной, и он опустил их вниз, коснувшись того места, где соединились их тела. Джехван дернулся, от чего Санхек улыбнулся. Он провел кончиками пальцев по растянутому входу Джехвана, а затем ввел один из них рядом со своим членом.        Джехван застонал и прижался к нему, впиваясь ногтями в грудь Санхека.        — Кончи для меня, — прошептал Санхек на ухо Джехвану. — Или ты хочешь еще?        Он задвигал бедрами, а Джехван задыхался.        — Я превратил тебя в монстра, — стонал он.        — Может быть, — ответил Санхек. Может быть.        Он провел второй рукой между их телами, обходя член Джехвана, и прижал кончики трех пальцев ближе к отвертстию, снова толкаясь вверх. Джехван застонал, кончая, содрогаясь на теле Санхека. Он выдыхал слова, бессвязный поток Санхек Санхек Санхек Санхек Я люблю тебя, ты мне нужен, пожалуйста, пожалуйста, боже…        Это окончательно добило Санхека, и он кончил, движения стали медленными и резко контрастировали с их обычной неистовостью, напряжением. Вместо напряжения, он просто… кончил, оргазм сладко сжимал все его существо, его член был внутри Джехвана, а Джехван все еще содрогался от последних импульсов, всхлипывая.        Санхек вынул палец, и перевернул их с Джехваном на бок, лицом друг к другу. Затем он очень осторожно вышел, и единственной реакцией Джехвана был вдох через приоткрытые губы. Его волосы прилипли к лицу от пота, глаза закрыты, грудь вздымалась от редких всхлипов.        — Спасибо, — прошептал Санхек. Он посмотрел на его лицо, отметил складку между бровями вампира.        В ответ на это Джехван неожиданно фыркнул. Он открыл глаза и встретил взгляд Санхека.        — Иногда можно и побыть эгоистом, — тихо сказал он, а затем его глаза снова закрылись.        Санхек притянул Джехвана к себе, прижал его к груди и натянул одеяла на их плечи.        — Я не хочу быть эгоистом, если это означает, что я причиню тебе боль, — прошептал Санхек, глядя в лицо Джехвану и наблюдая, как разглаживаются его брови, а губы расходятся, когда он засыпает. Санхек наклонился вперед и нежно поцеловал Джехвана в приоткрытый рот. — Любовь моя.        Он чувствовал умиротворение. Это было облегчение, пусть и временное. Сердцебиение замедлилось, конечности стали вялыми.        Серия тихих звуковых сигналов заставила его вздрогнуть, и комната слегка осветилась. Он перевернулся и увидел на тумбочке свой телефон, экран которого светился. Он хотел было проигнорировать его, но тут пришло еще одно сообщение, с особенным звуком. Ильхун.        Санхек протянул руку и открыл телефон. Первое сообщение было с работы, его разослали всем сотрудникам. Желудок рухнул куда-то вниз. Произошла еще одна смерть. Не один из них, а другой офицер полиции. Его нашел гражданский после рассвета, и теперь они были заняты тем, чтобы все скрыть.        Тревога закрадывалась обратно, ледяные путы острой реальности пробирались под одеяло, чтобы снова задушить Санхека. Сообщение Ильхуна гласило: Он становится быстрее. Он был прав. На этот раз спокойной ночи не случилось.        Сегодня ночью умрет еще один из них, если все пойдет по ускоренному сценарию. Ильхун и Хеншик были в безопасности — они будут с Санхеком, на похоронах. А вот Минхек и Ынкван, Лухан и Минсок, младшие стажеры, все еще патрулирующие улицы вместе со своими наставниками — они были легкими мишенями.        Санхек убрал телефон, и тревога уступила место странному, отстраненному оцепенению. Он посмотрел на Джехвана и снова обнял его, прижав ближе        Кожа Джехвана остывала во сне, и Санхек старался не думать о том, что столько людей, которых он любил, так или иначе были мертвы.