Фиалковые глазки

В том, что окружающий его мир с чего-то вдруг сошёл с ума, Иван уже совершенно не сомневался. Мало того, что Германия отчудил, так теперь и Америка в очередной раз доказал, что является на всю голову отмороженным. Наличие вооружённого букетом алых роз Франции прошло мимо внимания наивного русского, поскольку Брагинский никак не смог бы и предположить, что и это имеет к нему отношение. Раздражённый просто донельзя, Россия спешил домой, даже не подозревая, что за ним следят. - Ты уверен, что он не убьёт нас сразу же, как только раскусит? – нервно спросил блондин у своего товарища. - Нуу… - второй крепко задумался. – Брагинский конечно отмороженный, но я не думаю, что он так поступит. Эстония хмыкнул. - С чего такая уверенность? - А то ты не знаешь? – Литва отступил в сторону, стараясь не упустить Россию из виду. – Сколько бы мы не твердили о том, что он воплощение мирового зла, Иван от этого дьяволом не станет. - Это я и сам знаю, – отмахнулся фон Бок. – Но у России очень тяжёлая рука и извечная привычка сначала делать, а потом думать. Ты не забывай об этом. Лауринайтис невесело кивнул: - Что правда, то правда. - Мы слишком долго не могли решиться. Сам видишь, во что это вылилось. Эстония был очень раздражён, и Литва это понимал. - Вижу. - Стоило ли так долго ждать… - Ничего. Сегодня мы сделаем то, что так хотели. - Только бы ничего не сорвалось. Литва перевёл взгляд с удаляющейся фигуры высокого мужчины на друга. - Уже не терпится? - Давно уже не терпится. - Ничего. Скоро Россия будет наш. Иван уже готов был запрыгнуть в автобус, как вдруг зазвонил мобильный. - Твою ж налево! Злое изобретение человечества отвлекло, и автобус в спешке убежал от бедного России. Брагинский от души выругался ему вслед. - Ну и вали нахрен! Я на такси поеду! Так тебе! Потом вспомнился зажатый в широкой ладони телефон. К немалому удивлению Брагинского, звонил Латвия. Россия до того удивился, что даже злиться перестал. - Алло. - Господин Россия? - Нет, бля, папа Римский. - Здравствуйте. - И тебе не хворать, Райвис. - Как поживаете? Голос у Галанте был очень странным. Но вот в чём эта странность, Иван так и не понял. - Как у Христа за пазухой. А ты? С чего ты вообще решил мне позвонить? - Просто так. Видите ли, господин Россия, я бы хотел пригласить Вас к себе в гости. - В гооости? – удивлённо протянул Ваня. - Ну да. Я понимаю, что привыкли приезжать ко мне только летом, да и то на «Новую волну», но всё же. - Да я-то с удовольствием, только вот не понимаю, с чего вдруг. - Ну, просто по-соседски. Губы Ивана расплылись в обворожительной улыбке. - Я рад твоему приглашению и уже хочу приехать. - Тогда приезжайте прямо сейчас, чего тянуть. Судя по голосу, Райвис улыбался. - Ладно, скоро буду. Чего уж тут скрывать, Россия очень любил прибалтов, хотя у них и были весьма напряжённые отношения. Они были как маленькие, немного нерадивые и глупые, но всё равно любимые. Одним словом, в гости Брагинский поехал. А прибалты тем временем готовились. - Это плохая идея, – нервно заметил Латвия. – Может, нам с ним просто поговорить? - И что мы ему скажем? – огрызнулся Эстония. – Что-нибудь вроде: «Господин Россия, мы тут все трое втюрились в Вас по самое не могу и теперь мечтаем завалить куда-нибудь и затрахать до потери пульса, так что будьте так любезны добровольно выбрать одного из нас, а лучше лечь сразу под троих, ибо мы долбанные извращенцы». Так? - Нет, не так. Райвис мучительно покраснел. - А иначе такое и не скажешь. Сам себе признайся в том, что спишь и видишь, как трахаешь Брагинского. - Ты сам не лучше. - Я-то хоть признаю это. Лауринайтис недовольно повёл головой. - Эдуард, воздержись от этих слов. Мы уже говорили о том, что наше отношение к России несколько выше животного желания уложить и трахнуть. Эстония лишь отвернулся. Всё было готово к приходу гостя. Накрыт шикарный стол, главным блюдом на котором были пельмени. Прибалты хорошо помнили о том, что это любимое блюдо Брагинского. - Ладно, – кивнул Латвия, обращаясь сразу к обоим друзьям. – Допустим, мы сможем напоить его лошадиной дозой наркоты, и он перестанет соображать, что происходит. Дальше что? - А дальше мы сделаем так, чтобы России было ну очень хорошо, – ответил Толис. – Когда он придёт в себя, мы его убедим в том, что он сам всё спровоцировал. - Допустим, он в это поверит, – кивнул Галанте. – Но потом-то что? - Потом мы покажем ему наше истинное отношение и позволим выбирать между нами. Он будет чувствовать вину за произошедшее, ему будет неловко. Мы сможем подловить момент. - А где гарантия того, что он не пришибёт нас? Это был самый главный вопрос, и прибалты это понимали. Литва давно задавался этим самым вопросом. - Райвис, – спокойно отозвался он. – Сколько лет мы знакомы с Брагинским? За все эти годы, подумай сам… У нас хоть когда-нибудь была гарантия того, что он нас не убьет? Пора бы уже понять, что он по-своему любит нас, всех троих. И грех этим не воспользоваться. Пусть лучше Россия будет принадлежать кому-то из нас, чем Америке или европейцам. - Если он достанется кому-то из них, то считай, что мы пропали, – сказал фон Бок, поддерживая Лауринайтиса. В итоге Латвии пришлось согласиться с доводами друзей. Россия явился как штык, и часа не прошло. Он как-то даже не удивился тому, что дома у Латвии были все прибалты. Напротив, искренне порадовался и принял приглашение присесть за стол. - Как же мы давно не сидели вот так по-семейному! – проговорил Брагинский, устраиваясь поудобнее на мягком стуле. - И правда, – подтвердил Толис. – Что-то мы совсем друг от друга отдалились. Это как-то неправильно. Ваня ухмыльнулся. - Если бы я тебя не знал, Толик, я бы прям заплакал от умиления. - Эээ… Но я серьёзно. - Да уж, конечно. Ладно, у меня хорошее настроение, так что я притворюсь, что поверил. Тем временем Эстония незаметно высыпал в одну из стопок белый порошок, после чего разлил водку. - Господин Россия, прошу… - О! Эдик, ты такой услужливый сегодня, – Россия едва не смеялся. – Ребята, а вы часом ничего не задумали? - Нет!!! Нервы были на пределе, а потому прибалты все хором ответили на этот вопрос. Да так ответили, что Иван аж подскочил. - Какое…эм…единодушие, однако. Брагинский вновь притворился, что ничего не произошло, и спокойно принял из рук Эстонии стопку. «Только бы обошлось без передоза…» - подумал фон Бок. Вот Россия залпом выпил водку и закусил свеженьким огурчиком. - Вкус какой-то странный… Палёная, что ли? - Что-то не так, господин Россия? – учтиво поинтересовался Литва. - Нет, Толик. Нормально. Если Брагинский и в самом деле что-то подозревал, то он это никак не показывал. - Я положу Вам пельменей, господин Россия. Латвия старательно унимал дрожь в руках и пытался как можно аккуратнее ухаживать за гостем. - Спасибо, Райвис. Давненько ты меня пельмешками не баловал. - Эээ… Угощайтесь. Несмотря на стойкое чувство страха, Галанте просто впадал в экстаз, когда Россия разговаривал с ним. Странное чувство – сильнейшее желание сбежать вперемешку с сильнейшим желанием пасть в ноги и клясться в любви. Примерно то же самое испытывали и Литва с Эстонией. Пожалуй, именно это их и объединило в своё время, сделало сообщниками и тайными воздыхателями, которые больше всего на свете боялись того, кого так отчаянно желали. Россия взялся за еду, и прибалты поспешили уткнуться в тарелки, с трепетом ожидая того момента, когда наркотики подействуют и они смогут воплотить в жизнь давние мечты и фантазии. А таковых было много… - Эдик, налей-ка ещё водочки. Эстония едва не вскочил на ноги. - Да, конечно! Он исполнил просьбу и позволил себе внимательно посмотреть на Брагинского. Совсем скоро наркотик должен подействовать…