В плену безумия

Бильбо уже месяц жил в Эреборе. Ему и раньше приходилось долго выслеживать жертву, выяснять ее распорядок дня, собирать информацию и искать лазейки, но это уже переходило любые рамки. Он битый месяц тоскливо слонялся по Подгорной крепости, но ни на йоту не приблизился к исполнению задуманного плана. А ведь все начиналось вполне себе неплохо. Бильбо быстро выучил все схемы и уже через пару дней отстроенную часть Эребора знал не хуже любого гнома. Стража довольно быстро потеряла интерес к полурослику, и ему стало только проще следить за Торином, распорядок дня которого ввергал хоббита в такую тоску, что, окажись он на месте гнома, от этой самой тоски бы уже испустил дух. Торин просыпался с первым лучом солнца, а в свои покои возвращался, когда луна висела уже высоко в небе. Большую часть дня он сидел на троне без движения, и лишь изредка Балин приходил за королевской подписью. В это нелегкое время именно на его плечи легло бремя управления королевством. Бильбо не видел, как Торин ест, и с недавних пор сильно сомневался, что тот спал. Изначально хоббит посчитал, что проще всего было бы проникнуть в покои короля и украсть Аркенстон, пока тот спит. Поэтому глубокой ночью он уверенным шагом направился в сторону королевской спальни. Напористо и громко постучав в дверь, он стал прислушиваться к звукам, доносившимся по ту сторону. К его удивлению, ему не пришлось стучаться повторно, и Торин открыл дверь почти моментально, пустыми глазами уставившись на хоббита. Бильбо начал оправдываться: -Простите меня, Ваше Величество, я не знал, что это ваши покои. К своему стыду, мучимый бессонницей я вышел прогуляться и заблудился, не подскажите ли вы мне, в какой стороне расположены спальни? В ответ Торин лишь тыкнул пальцем в сторону одного из проходов и с треском закрыл дверь перед самым носом хоббита. Бильбо недовольно фыркнул. Он понадеялся, что это единичный случай, и в течение всей следующей недели ночью наведывался к покоям короля, каждый раз выбирая разное время. Он осторожно подсовывал маленькое стеклышко под дубовую дверь и каждый раз заставал короля в сидячем положении. Тот любовно гладил Аркенстон, словно выполняя какой-то ритуал, и глядел на огонь в камине. У Бильбо бежали мурашки от этого зрелища, настолько неживым выглядел гном. Вскоре, встретившись с Балином, он раздраженно прохаживался из стороны в сторону, сокрушаясь по поводу неспящего короля, чем сильно напугал гнома. От досады он даже больно прикусил губу, решив, что более не будет делиться подробностями однотипного распорядка дня Торина. Придя к тому факту, что ему остается только выжидать подходящего случая, хоббит стал внимательно следить за Дубощитом еще и днем. Ему в глаза бросилась одна особенность: каждый раз, когда кто-то приближался к королю, тот начинал нервно постукивать пальцами по каменному трону и вертеть головой. Бильбо даже усмехнулся про себя, представляя, что все, о чем мечтает Торин – это чтобы его оставили наедине с Аркенстоном и не тревожили. Сложившиеся обстоятельства довольно сильно выбивали хоббита из колеи, потому он стал чаще утрами заглядывать к Балину, чтобы отвлечь того от грустных дум разговорами, а вечерами с удовольствием пропускал кружку-другую эля с Кили и Фили. Братья довольно быстро приняли хоббита в свою компанию, радуясь находке нового собеседника. Да и Бильбо рад был поделиться с ними новостями, произошедшими за шесть лет на просторах Средиземья. Они сами все это время провели в Эреборе и были отрезаны от повседневных событий, не затрагивавших политику или торговлю. В качестве развлечения, Бильбо иногда пытался развести Торина на беседу. Делал он это скорее из легкого раздражения и желания вывести короля из его апатичного состояния. Обычно он терпел фиаско, но в конце месяца король неожиданно оживился. Бильбо упорно бубнил что-то об активности орков на границах Лихолесья и молву среди народа на этот счет, расхаживая из стороны в сторону. Как внезапно, Торин повернул голову в его сторону и смерил ледяным взглядом: -Пожалуйста, прекрати, это меня раздражает. Бильбо встал как вкопанный. -Простите, что раздражает? -Ты все время мельтешишь у меня перед глазами, - Торин страдальчески прикрыл глаза, - Прекрати, мне это не нравится, - после этих слов он вновь впал в апатичное настроение. Стоит уточнить, что на следующий день Бильбо явился к королю в ярко-зеленом кафтане, который бросался в глаза даже в темноте, а к его похаживаниям из стороны в сторону прибавилась еще и неистовая жестикуляция. Король лишь тяжело вздыхал и устало следил за передвижениями хоббита. Вечером Бильбо неожиданно вспомнил ассоциацию с дикой птицей. Он вдруг подумал, что Торин похож на дикое животное, которое пугают резкие движения. Кроме того, он соблюдает дистанцию, потому приближение к нему любого человека, гнома или полурослика заставляет того нервничать и защищаться. С того дня Бильбо уверенно начал сокращать дистанцию между собой и королем. А к резким жестикуляциям прибавились еще и подпрыгивания, сопровождаемые громкими возгласами. Хоббит был уверен, что сможет таким образом усыпить бдительность Торина, и в подходящий момент украдет камень. К удивлению Бильбо, что-то переменилось в поведении Торина с тех пор, как хоббит стал ежедневно надоедать королю разговорами. Гном стал еле-заметно кивать на низкие поклоны Бильбо. Ему даже стало казаться, что король действительно вслушивается в то, что он говорит. В качестве эксперимента, он стал брать с собой Кили и Фили, которые вначале отнеслись довольно скептически к этой затее, но заметив изменения в поведении дяди, сами стали активно рассказывать Торину обо всем происходящем. Впервые за долгое время он не выглядел таким апатичным, как в первую встречу. Бильбо наблюдал со стороны, как братья шутят и наперебой рассказывают о недавних встречах со старыми друзьями. Хоббит позволил себе весело улыбаться, глядя на них, и не сразу заметил, что Торин уже довольно долго пристально наблюдает за ним. Бильбо даже немного смутился, но встретил взгляд короля открыто. Хоббит готов был биться об заклад, что Торин улыбнулся уголком губ, прежде чем отвел от него взгляд.