Монастырь Смерти - Темная игра

Плоешти, Румыния; 7 ноября Брат Дин, с легкой улыбкой предвкушал их атаки на весьма крупную группу демонологов – пускай и слабых, однако в десяток числом – это было крайне необычно. Они все были предпочтительно одиночками, и застать даже пару-тройку магов вместе было крайне редким занятием. Значит, в самом деле, готовится крупная война между ними и некромантами. А если она начнется, то это будут миллионные жертвы, несмотря на все усилия охотничьих организаций, придется подключить даже армию. Поэтому им сейчас надо обезглавить их, и максимально обескровить. Но чтобы выйти на крупную рыбу, сначала придется довольствоваться вот такими вот отрядами гораздо менее сильных магов. Хотя, по сравнению с обычными операциями, это можно было уже посчитать хорошим делом, пускай не таким как бой с Ароном. «Хороший был противник. Пришлось попотеть, а это редкость…» Они находились в глубине потайного убежища, где-то в недрах подземелий под Плоешти, если Дин не ошибается – прямиком под городской ратушей. Рядом Люсьена передернула затвор магазинной винтовки системы Маузера. Взглянула сквозь линзы оптического прицела, чтобы удостовериться в том, что прицел отрегулирован как надо. Чуть поодаль, на соседнем балконе, спрятавшись в тени, сидела Роберта. Она, в отличии от Люсьены, предпочла взять дробовик, которые был сейчас направлен на потайную дверь. Помимо этого, у каждой в арсенале был набор ножей и немного гранат. У самого Дина в руках был пистолет-пулемет МР-81 – может и немного устаревший образец, сделанный на базе еще старого МР-41, однако надежный, скорострельный и достаточно убойный, а за спиной – в ножнах тихо покоилась катана, ожидая, когда она сможет глотнуть вражеской крови. Однако демонологи пока не появлялись, хотя спугнуть их они не могли – Дин лично ликвидировал все охранные и сигнализирующие системы. А Дин был очень даже хорошим техником, да и в магических амулетах разбирался… нет, проколоться на таких простых и типичных вещах он никак не мог. Иначе он не лучший оперативник Монастыря Смерти. «Просто запаздывают… они обязаны сюда прийти. У них тут все подготовлено к ритуалу» Однако минуты шли одна за другой, а маги все не появлялись. В принципе, такие случаи были не редкостью – порой приходилось целую неделю сидеть и ждать в засаде, чтобы поймать чернокнижника. Но в этом отряде был один из довольно близких к главным демонологам Румынии подчиненных, и он мог дать след на верхушку айсберга. Но пока что они не появлялись. Все отставили свое оружие, заблаговременно поставив его на предохранители. Дин, устроившись поудобнее, повернулся к Люсьене, которая присела у стенки, положив винтовку на колени. - Как думаешь, много убьем нечисти за сезон? - Думаю, больше чем обычно. В конце концов, встреча с лидерами демонологов – такой шанс раз за всю жизнь выпадает. При том – далеко не у каждого. Так что думаю, нам не стоит оплошать. - Ну, я не думаю, что верховный магистр Румынии даст нам второй шанс себя убить. - Верно, - улыбаясь, протянула Люсьена, - а может, тебе лучше с Робертой поговорить? Как раз такой прекрасный момент! - Да ну, сейчас еще демонологи войдут, и застанут нас в самый неподходящий момент! - Зато, как мне кажется, в самый приятный, - Люсьена тихо хихикнула. - Ну-ну-ну, Люсьена. Не ставь меня в неловкое положение! - Ты себя сам в него уже 4 года ставишь. Как маленький школьник, честное слово. - Ну что поделать, такой уж я, - Дин развел руками, улыбаясь идиотской улыбкой до ушей. - Говорите по тише, а то вы всех демонологов распугаете, - донесся с другого конца комнаты негромкий голос Роберты. - Ну, простите, Великая охотница, больше не будем! – Дин ей даже отсалютовал одним из своих пистолетов. Ждать их тройке демонологов пришлось еще три часа, но с огромным опозданием от графика, демонологи все-таки явились. Как они и рассчитывали, прибыли десяток демонологов, двое из которых выделялись тем, что у них были на груди амулеты в виде багровых капель крови, что являлось признаком того, что они уже не простые аколиты. Такие могут и демона полноценного из самой преисподней вызвать. А демон – враг сильный даже по меркам опытных охотников. К счастью, для вызова демона им требовалась подготовка и приличное количество времени, которого тройка Дина им просто не даст. Тройка, разместившаяся на втором этаже залы, который представлял собой пару небольших балконов в довольно обширном зале, позволила всем демонологам пройти внутрь. Зал был практически ничем не обставлен – сложенный из крупных каменных глыб, с лампами по периметру, несколькими колоннами и балконами, а также с одним широким постаментом в центре залы – больше ничего из интерьера не присутствовало. По крайней мере, пока маги не начали проводить свои ритуалы. Дин кивнул, говоря тем самым начать – пока демонологи их не заметили, гораздо более обеспокоенные приготовлениями запаздывающего ритуала. Первым раздался выстрел Люсьены, пуля которой прошила голову одному из аколитов. Роберта, спрыгивая со своего балкона, разрядила свой дробовик в еще двоих, за ней прыгнул Дин, поливающий остальных огнем. Однако дальше пришлось потруднее – демонологи были не желторотыми новичками, даже аколиты, и, быстро справишвшись с первым шоком, поставили огненные барьеры до того, как Люсьена успела вынести мозги третьему аколиту. Дин улыбнулся – бой только начался, а они смогли выбить из строя уже 6 магов. - Ну что, сдаетесь сами или продолжим по-плохому? - Молись, охотник, чтобы не встретиться с нашим властелином! - О, к сожалению, я к нему запаздываю. Однако я думаю, вы с радостью передадите ему привет от меня! – хохотнув, Дин кинул пару серебряных зачарованных шаров, которые заставили огненный барьер истаивать несмотря на все попытки демонологов. - Умри! – Те двое магов, что относились к посвященным, загорелись адским пламенем. Вокруг них начали возникать окутанные огнем силуэты, в то время как акколиты начали формировать в своих руках огненные шары. Как по команде, аколиты начали поливать потоками огня охотников, а огненные духи под прикрытием этого пламенного дождя, ринулись вперед. Прогремел еще один выстрел от винтовки Люсьены, и один из аколитов упал, конвульсивно зажимая рукой простреленную шею. Роберта ринулась в сторону, выпускай еще заряд дроби, которая столкнулась с новой огненной стеной. Дин разрядил остаток обоймы своего МР во второго оставшегося аколита, хотя всего три пули достигли цели, однако ни одна не была смертельной, пускай и заставила аколита, визжащего от боли, упасть и, держась за раны в боку, отползти, окропляя все вокруг кровью. Пламенные духи накинулись на Дина и Роберту. Дин, кинув в сторону МР, выхватил из-за спины освященную катану и рубанул по двум ближайшим тварям. Освященный клинок не раскалился от адского пламени, а вот самим духам пришлось худо, и они, перерубленные, стали истаивать россыпью пламенных искр. Роберта в одного духа кинула нужный амулет, который, охватившись сиянием, рассеял огонь вокруг духа, и зачарованная дробь разорвала духа на куски. Полноценные же маги, обратившись наконец в полу демонических созданий, обрамленных пылающими раскаленными костяными доспехами, стояли улыбаясь. Они прекрасно знали, что в такой форме их будет очень трудно убить даже очень опытным охотникам. А перевес у врага не такой уж значительный, одна ошибка – и смерть вместе с путевкой в пучины преисподней будет гарантирована. - Ну что, охотники, поиграем-с-с-с? – шипя и помахивая тяжелой, покрытой небольшими ятаган-образными лезвиями цепью, произнес левый маг. - Ну, если ты так желаешь… - Дин выхватил пистолет и выпустил короткую очередь тому в колено. Обращенный маг взревел демоническим криком и, взмахнув пламенной цепью, ударил ею по земле в то место, где мгновенье назад стоял охотник, разламывая мощные каменные глыбы. Он был очевидно сильнее – более мощные пластины, пламенеющее оружие и горящие адским огнем глаза. Второй в это время, даже не обращая внимания на пулю из винтовки Люсьены, набрасывается с огромным шестопером на Роберту, разламывая мощные плиты и снеся постамент. Роберта, увернувшись от очередного удара, который переломал толстую, в полметра диаметром, мраморную колонну, разряжает последний патрон обращенному в шею. Ответом ей стали фонтан демонической крови и звериный крик, который сменились новым шквалом ударов. У Дина дела обстояли не намного лучше – пули пистолета не имели никакого эффекта для мощной костной брони обращенных, а те, что попадали в мягкие ткани, не приносили никакого эффекта кроме еще большего бешенства и небольших ручейков крови. Дин бросил в сторону разряженный пистолет и покрепче перехватил катану, снова отпрянул в сторону, избегая нового взмаха цепью, который вновь крошит плиту и оставляет за собой след из россыпи тлеющих багровых огоньков адского пламени. Рывок, поднырнул под удар облаченной в кость кулака, взмах катаной, которая перерезает магу мышцы и сухожилия. С диким ревом, падая на правое, раненное колено, обращенный демонолог резко разворачивается и пытается достать охотника своей цепью, вновь безуспешно. Роберта, отпрянув от очередного удара шестопера, достала пару ножей и, сделав два рывка, накинулась на демонолога, пользуясь возможностью – пока демон держался за окровавленную глазницу, в которую попала удачная пуля Люсьены. Роберта вонзила магу лезвия боевых ножей в основания шеи и, быстро провернув клинки, вырвала их из разорванных тканей. Демонический рев застрял в глубине горла, захлебываясь кровью. Роберта тут же отпрянула от схватившегося за разорванное горло, начавшее валиться на бок огромное тело. Тем временем Дин, исполосовав ударами катаны все мягкие ткани, в который раз отпрянул от демонической цепи. Очередной выстрел Люсьены не возымел эффекта, попав куда-то в спину. Дин уже порядком устал от бесконечного танца смерти, а вот у обращенного сил было хоть отбавляй, хотя изрезанные жили тоже давали о себе знать, и он уже с трудом стоял на ногах, изредка только переступая с ноги на ногу совершая новый удар. Воином он был никудышным, но вот в живучести обращенным не откажешь. Они были ничуть не слабее сильнейших демонов ада, стоит заметить, несмотря на свое земное происхождение. Обращенный взревел, и из последних сил сделал новый рывок на Дина, угрожая того перебить пополам своей пламенеющей цепью. Новый рывок, однако, в этот раз не хватило пары мгновений – полыхающие пламенем лезвия вспарывают кирасу и плоть на боку, как бумагу, обагряя все вокруг кровью. Из горла Дина вырвался крик боли, но он все-таки смог пронзить тело противника, вонзив клинок в сочленение костяного доспеха. Лезвие катаны вышло из спины демонической твари, хотя тут же было сломано сомкнувшимися костными пластинами. С приглушенным криком последний противник упал на колени, выпустив из руки смертоносную цепь, которая истаяла тлеющим прахом. Давя стоны и держась за исполосованный, обожжённый бок, Дин упал на колено, и где-то на краю падающего в пучину мрака сознания до него донесся испуганный крик Роберты. Южная Франция; Агенты Велизара не подвели, и прислали вовремя останки некоего Конрада Несслера, о котором Арону приходилось слышать. Однако сам он к экспериментам Конрада относился скептически. Все-таки, он, будучи еще облаченным в плоть и кровь, не один десяток лет посвятил некромантии, сам провел множество экспериментов, но никогда не вдавался в такие изощрения и гибридизации, как Конрад. Хотя бы потому, что слишком рискованно сочетать столь разные магические дисциплины, да и к тому же рассчитывать на хороший результат. С другой стороны, очевидно, что Конрад в этом преуспел. Видимо, жизнь одарила его необычайным талантом к чародейству. Арон до сих пор с интересом изучал перемены в Посохе. Они были мелкими добавками к его истинной мощи, которую сам Арон еще не до конца познал, несмотря на долгие годы изучения. Источник энергии – это ведь лишь один из его аспектов. Однако даже эти мелкие добавки, столь мастерски вплетенные внутрь структуры Посоха… уже говорило о многом. Об очень многом. Возможно, ему даже стоит заручиться помощью Конрада в изучении Посоха… однако сначала необходимо устранить кукловода, а по совместительству – временного хозяина Посоха, Велизара. А для этого придется действовать быстро. Очень быстро, у него будет всего день или два, пока он не прознает о том, что Арон поднял Конрада преждевременно. И за это время Арону необходимо, во-первых, вычислить местоположение Сердца, а вместе с ним – и Велизара, и во-вторых – он должен, используя Конрада как отвлекающий маневр, ликвидировать самого Велизара. Пока он жив – над Ароном будет висеть Дамоклов меч. Но, к счастью, в своих интригах Велизар допустил, чтобы Конрад отправился в загробный мир. А там, как Арон мог прекрасно слышать, Конрад узнал какую-то чудовищную правду. Скорее всего, она заключалась в кончине каких-то важных для Конрада людей. Любимых людей. Может быть, их смерть и натолкнула его встать на путь магии смерти. Арону это, впрочем, было не важно – главное, чтобы могущественный, ненавидящий всеми фибрами своей души некромант пробудился и нанес свой удар. Пока Арон готовит в тени свой. Конрад провалится, это почти гарантировано – Велизар, раз уж решил того пробудить, все приготовил и к отражению атаки и, скорее всего, к разрушению ненужных ему воспоминаний. Но разве не поэтому Арон поднимает Конрада преждевременно, не правда ли? По крайней мере, Велизар не успеет немедленно перезаписать память разум Конрада, а когда тот провалится, но откроет брешь в абсолютной обороне кукловода – свой ход сделает и сам Арон. Помимо этого, ему на руку играет создаваемый самим же Велизаром хаос – когда с минуты на минуту начнется одна из самых масштабных войн магов в истории этого мира, практически все его силы будут брошены на то, чтобы максимально эффективно воспользоваться замешательством, хаосом и морем смертей и крови. Велизар будет столь же могущественен, сколь и уязвим, на самом то деле. Ведь Велизар зачастую слишком самонадеян – показывает себя, оставляет послания по себе, подставляет себя под удар. Да, он блестящий интриган. Да, он сумел опутать за столь короткий срок весь мир своей сетью агентов и кукол. Да, никогда не можешь быть уверен, что Велизар уже не знает все твои планы от начала до конца, лишь только тебе стоило нанести их на бумагу. Хотя, стоит признать, этого Велизару и не нужно – он прекрасно умеет просчитывать своего противника. Просчитал ли он такой ход? Скорее всего. Но на то и расчет Арона, он воспользуется тем, что Велизар просчитал этот ход. Его выдало то, что он подчеркнул внимание Арона на то, что не надо Конрада воскрешать преждевременно. Пускай. В этом мире не только он один великий кукловод. Арон закончил приготовления к сложному заклинанию, которое в свое время позволило и ему самому восстать из мертвых, и даже, вобрав с собою эссенцию, саму суть Смерти, стать гораздо сильнее, обратившись в лича. Иссушенные, покрытые лишь давно высохшими ошметками кожи, руки некроманта склонились над бренным, безжизненным телом Конрада Несслера. Состояние того было весьма печальным – над сохранностью тела никто не позаботился, что в купе с ранами в теле, вылилось в весьма неприятную для живых картину несвежего, сильно воняющего трупа. С другой стороны, это лучшее состояние, нежели то, в каком пребывало тело собственно Арона, когда его поднимали из мертвых. Арон начал концентрироваться. Он достаточно хорошо за прошедшие два дня изучил отпечаток Конрада на Посохе. Он сможет найти его душу в царстве мертвых и вернуть ее обратно в мир живых. Факт того, что он умер совсем недавно, был как нельзя кстати – тем легче ее будет достать. Однако все равно придется попотеть… если это слово все еще к Арону применимо, конечно же. Потоки магической энергии стали проходить сквозь обветшалое тело Арона с особой силой… он чувствовал, как по его магическому каркасу, поддерживающему его тело, начали проходить искры магической эссенции. Хорошо… Арон начал аккуратно направлять эту энергию в тело Конрада. Зеленоватые искорки стали пробегать по ранам и язвам на мертвом теле, источая легкий зеленоватый туман. Некромант четко слышал, как магическая энергия наполняет тело Конрада, под чутким руководством опытного заклинателя смерти, приобретает упорядоченный вид, создавая магический каркас, который будет удерживать душу и поддерживать останки в целостной форме, не позволяя им в дальнейшем разлагаться и разрушаться. Вот, магические потоки из хаотичных, почти разрушительных для уязвимых останков, потоков, приобрели порядок и форму. Они были готовы к тому, чтобы в них поселилась вырванная из пучин загробного мира душа. Теперь настало самое трудное... Арон, с помощью своей внутренней энергии, пустил свои магические ростки внутрь загробного мира. Он запомнил, как звучит нужная душа… и он слышит ее. Больная, истерзанная, проклятая всеми душа. Она преисполнена гневом, ненавистью, болью. Жажда мести в ней так и клекочет… она почти заглушает нужные Арону нотки. Но ничего, такое ее состояние – оно даже и к лучшему. Ему нужен именно такой Конрад. Магические ростки, потянулись к душе, аккуратно опутали ее, и понесли обратно – в мир живых. Пускай каждое мгновение существования этих ростков стоила очень много сил. Такова была цена за то, чтобы вмешиваться в запретные границы царства мертвых. Вот, они уже преодолевают ту незримую грань между двумя мирами… наконец, бунтующая, горящая пламенем душа Конрада оказывается снова среди живых, и аккуратными магическими манипуляциями Арона, ложится внутрь заранее созданного внутри бренных останков магического каркаса. За все это время лич ни разу не пошевелился, полностью сконцентрировавшись на магических манипуляциях, и только теперь, закончив сложную и выматывающую процедуру, он опустил свою костлявую руку. И в то же время, спустя столько дней, бывшее всего несколько минут назад мертвым тело вновь открыло свои глаза. Яссы, Румыния; Велизар сидел и любовался закатом. В правой руке он держал бокал божоле, прекрасного, 1984-го года урожая, а левой рукой он обнимал уснувшую у него на груди пассию. Он наслаждался, как вкусом напитка, так и пряным запахом духов рыжей красавицы. Сделав очередной глоток, он улыбнулся. Он тихо поставил бокал на столешницу, а сам аккуратно встал, чтобы не разбудить свою пассию. Велизар встал у окна и потянулся. Все шло ровно так, как он и планировал. Когда же он «услышал» произошедшее, он позволил себе тихий смешок. Все танцуют под его игру скрипки. Какой прекрасный бал, в котором пары ясных вельмож даже не понимают, что несмотря на все их величие, они сейчас подчиняются музыкантам, играющим на музыкальных инструментах. И он был среди них. Велизар аккуратно достал старые фотографии. «Ну что же, Конрад, свиделся с ними? Узнал правду? Налился ненавистью и гневом ко мне? Хорошо… ненавидь меня. Желай убить меня. Я и сам себя ненавижу. Всей той искоркой, тем маленьким, слабеньким лучиком света, что еще остается во мне, я ненавижу себя за то, что я творю. Но слишком поздно, чтобы отступать». Темный маг поднес фотографии к маленькой, еще не догоревшей свече, оставшейся после чудесного ужина с очередной дамой. Фотографии начал медленно пожирать огонь. «Я наконец-то смог это сделать… оттого ли, что вернулся Конрад? Или от чего-то другого? Что поменялось? Скажи мне, маленькая искорка, ответь. Этот маленький луч света в моей империи тьмы, ответь мне, что во мне изменилось, чего я и сам не заметил? Что я позволил впустить внутрь себя, чтобы отпустить эти проклятые образы упущенной жизни? Ну же, ненавидящая себя саму искорка души, ответь. Привнеси семя знания в эту чудовищную пропасть неизвестности… почему ты перестала меня терзать? Молчишь? Ну и ладно… молчи… ненавидь меня молча. Или ты меня уже не ненавидишь? Неужели я перестал себя сам ненавидеть? Неужели, ты совсем угасла, а, последнее зерно человечности в чудовище по имени Велизар?»