Солнцем в его мир

В зале стояла полнейшая тишина, если не считать отчетливые удары баскетбольного мяча по деревянному паркету. Все, затаившись, наблюдали за Кисэ Ретой — она стояла с грациозно прямой спиной, словно вовсе не собиралась играть серьезно. Однако Касамацу отчетливо видел в ее взгляде сосредоточенность и лишь немного игривости, похожую на ту, с какой хищники играются со своими жертвами, загнанными в угол. Его это, конечно, ни капли не пугало, даже слегка смешило — он был уверен в своих силах и, пускай об ее способностях знал лишь понаслышке, ну никак не ощущал себя загнанным в угол. Кисэ резко рванула с мячом к кольцу, но для Касамацу это не стало неожиданностью, он был готов в любой момент среагировать, а вот большинство других участников от такой внезапности непроизвольно ойкнули. Первоначальной целью Юкио, естественно, было отобрать мяч, он в мгновение ока преградил путь Рете, однако в последний момент не смог совершить задуманное, рука сама по себе дрогнула в самое неподходящее время, тело само по себе остановилось — со всей силы выхватить мяч из ее тонких рук не вышло. Само по себе. Кисэ стремительно продолжила путь к кольцу и тут же забила двухочковый. Парни не знали, нужно ли хлопать, они одновременно болели и за капитана, и за Кисэ Рету. Не постеснялись скрыть свои улыбки, некоторые поаплодировали, однако, все же чувствуя неловкость. — И что это было? — повернулась Кисэ к Касамацу и чуть-чуть надула губки. — Не нужно мне поддаваться, мне даже как-то обидно. Юкио молчал. Был согласен с ней и понимал даже — это действительно неприятно, когда тебя недооценивают и жалеют. Просто… он поймал себя на мысли, что впервые играет против девушки. Да еще и один на один. Одно дело, когда твой противник — парень, другое — девушка. Она слабее, она более хрупкая. «Ну и угораздило же тебя волноваться о такой ерунде, когда на тебя вся команда смотрит! — подумал про себя Касамацу, прикусив нижнюю губу. — Нужно как-то взять себя в руки, сосредоточиться…» Кисэ подала ему мяч. Отыграться не составило труда, Касамацу уверенно рванул к кольцу и спокойно обошел Кисэ, когда та преградила ему путь. Это была отработанная, почти вошедшая в привычку обводка, рассчитанная больше на ловкость, чем на грубую силу, именно поэтому сделать ее в этот раз было даже нужно. Ему лишь на секундочку снова стало неловко, когда она оказалась рядом, потому что представлялось, что одно неловкое движение — и она упадет, сломает себе что-нибудь. Нужно было опираться на ловкость и скорость и при этом стараться быть максимально осторожным. Это было непросто, но постепенно Касамацу, так сказать, приспосабливался. Его уже меньше смущало понимание того, что против него играет девушка. Медленно, но верно он находил такой путь игры, чтобы не быть слишком грубым, больше — внимательным и максимально сосредоточенным. Правда, она все равно его каждый раз удивляла. Ее изворотливость была довольно тяжелой преградой на пути к победе. Как ловко она обходила его — это просто пугало! Вроде бы стоит совсем близко, что никак обойти не смогла бы, но вот Касамацу глянет ей в глаза, и секундой позже в поле зрения уже ее затылок. Счет, однако, пока был в пользу Юкио, правда, отрыв составлял всего два очка. Касамацу был уверен в своих силах и в своей победе, а потому слегка расслабился, глянув в глаза Кисэ. Он ожидал увидеть там напряженность, ведь именно она была инициатором игры, ведь она хотела победить и доказать ему свою гениальность. Но теперь в ее взгляде была… радость? Веселье? Она улыбалась, легко-легко, лишь кончиками губ, и все же заметно. Это слегка удивило Касамацу, заставило сосредоточиться. Но вместе с тем по неясной причине ему самому хотелось улыбаться. Он был уверен, что у нее в рукаве есть еще козырь, самый неожиданный и внушительный. Он был уверен, что использует она его именно сейчас. Так и случилось, тем не менее… удивлению его от произошедшего не было границ. Каждое ее последующее движение предстало ему как в замедленной съемке, каждое было слишком знакомым. Та самая обводка, которую он чаще всего использовал. Точь-в-точь, без каких-либо изъянов. Пока Касамацу удивленно смотрел ей в спину, Кисэ уже подошла к кольцу и… — Что у вас тут творится? — послышался голос тренера. — Касамацу, почему все сидят? И ты чем занят вообще? Касамацу только хотел извиниться, но его перебила Кисэ. — Простите, пожалуйста, тренер, это все из-за меня, — улыбнулась она и помахала ладонями. — Я помешала тренировке, но уже ухожу. — Кисэ? — тренер почесал щетину на подбородке, удивленно приподняв бровь, и прошел в зал. — У тебя тренировка завтра, нечего парней отвлекать. — Прости-ите, — улыбнулась она сильнее и повернулась к Касамацу, кинув ему мяч. — Семпай, спасибо за игру, поздравляю с победой. — Чего сидите?! Марш за работу! — практически одновременно закричал тренер, переваливая свою полную тушку к сидящим на скамейке ученикам. Все взбудоражились, тут же привстали, неряшливо начиная прерванную тренировку. Кисэ забрала свою сумку и направилась к выходу, пока Касамацу не нагнал ее, пробившись сквозь толпу и летящие мячи. — Подожди. — Она повернула к нему голову. — Эм… — он слегка растерялся, оттого что, на самом деле, не знал, что именно хотел сказать ей. Просто чувствовал, что нужно что-то сказать. — И почему я чувствую себя так неловко?.. — почесал он затылок и закатил глаза к потолку. Кисэ чуть посмеялась и пожала плечами. — Последнее очко… — все же начал он, — оно было твоим. Я не победил, не нужно было меня поздравлять. — Нет-нет, ты здорово играл, признаю. — Ты не выложилась на полную, — нахмурился он. — Ты тоже, — улыбнулась Кисэ. Касамацу впервые ощущал себя так странно, не мог нормально поддержать разговор. Она, казалось, уже знала все, что он хотел бы сказать, смотрела ему прямо в глаза, словно мысли читала, и это немного сбивало. Он хмурился, пытаясь придумать, что сказать, пытаясь понять, что хочет сказать. Кисэ кивнула ему на прощание и развернулась, направившись домой. — Признаю, что ты хорошо играешь, — крикнул он ей вслед. — И беру слова по поводу хвастовства назад. Кисэ услышала его и остановилась, развернулась, одарила его своей улыбкой и кивнула в знак прощения. Что греха таить, ей самой безумно понравилось играть с ним. Его попытки быть с ней осторожным были довольно милыми для нее. Это даже сделало его несколько галантным в ее глазах. — Эй, Касамацу, весна в мягком месте разыгралась? — протянул сзади тренер и шмыгнул носом. — Давай тренируйся. — Простите, — на автомате выкрикнул Касамацу и развернулся к летящим мячам.

***

После тренировки в раздевалке все бурно обсуждали сегодняшнюю мини-игру. Некоторые личности поздравляли Касамацу, что его слегка напрягало. — Я не считаю себя победителем, последнее очко было за ней, — хмурился он, стягивая с себя футболку. — Да ладно вам, капитан, не скромничайте, — улыбались вертящиеся рядом первогодки. Ему казалось, что они таким образом пытаются подлизаться. Иначе как это объяснить? Неужели не видели, какой хорошей была ее последняя атака? Юкио решил промолчать — первогодки же, успеют еще научиться разбираться в играх и победителях. Они недолго ворковали над его ухом, развернувшись к своим шкафчикам и начав обсуждать уже Кисэ Рету. Парень, которому посчастливилось держать ее сумку, пел о том, как та прекрасно пахла, какой мягкой была на ощупь и прочую ересь. Самым удивительным было то, что остальные верили в эту чушь и даже сожалели, что не потрогали ее, а ведь сумки были у всех одинаковые… — А она правда умница, да? — подошел к Касамацу Морияма. — Хорошо играет. — Это да, — ответил Касамацу, застегивая рубашку. — Мне даже стыдно, что я так погорячился и оскорбил ее публично, высказав свое предвзятое мнение. Я был уверен, что она играет… без души, что ли. Но в процессе игры понял, что ей действительно нравится баскетбол. Морияма улыбнулся и прижался спиной к шкафчикам. Юкио всегда поражался тому, как молниеносно тот умудряется переодеваться. Армия плачет по нему, серьезно. — Видел ее последнюю обводку? — искоса глянул на него Касамацу. Тот как-то странно ухмыльнулся. — Да уж, а я-то не верил… — Во что? — Не знаешь, как ее называют? Кошка-повторюшка. Говорят, что она способна скопировать любое движение, стоит ей лишь раз его увидеть. — Да ну? Правда, что ли? — по-настоящему удивился Касамацу. — Угу, я тоже не верил в это до сегодняшнего дня. Она начала играть лишь во втором классе средней школы, но уже добилась вот таких результатов, что о ней знает весь город, если не больше. — И все копированием других игроков? — Ну, не могу сказать наверняка. Однако… ты знаешь, из какой средней школы она перешла к нам? — Юкио ожидающе глянул на Морияму. — Тейко. — Поколение чудес, — понимающе покивал Касамацу. — Мда уж, повезло женской команде нашей школы. — Ага. И тебе повезло, капитан. — В смысле? — Она обратила на тебя свое внимание, — вздохнул Морияма и обиженно поджал губы. — Я завидую тебе, капитан. Касамацу закатил глаза, после чего поправил галстук и закрыл шкафчик. — Но все же день был прожит не зря, — снова лицо этого любвеобильного парня приобрело омерзительно глупое выражение, он поднял сжатую в кулак правую руку вверх, словно одержал грандиозную победу, и зажмурился, чуть ли не во весь голос прокричав: — Я увидел нижнее белье самой Кисэ Реты! Далее получил локтем в живот от своего капитана и согнулся пополам от боли. Готов был поспорить, что это был все же его самый сильный удар из всех, что Морияма когда-либо получал.

***

Апрельский вечер был приятно прохладным, а все предыдущие дни стояла теплая погода, из-за чего сакура в этом году зацвела рано, и в тот вечер уже начался первый танец лепестков вишни по ветру, пока еще совсем скромный, но все же прекрасный. Один лепесток легко коснулся щеки Касамацу, погруженного в какие-то свои думы по дороге домой. — О, уже? — тихо спросил он сам себя, вытащив наушник из уха и оглянувшись на расцветшее дерево. Он бы и не заметил первого танца сакуры этого года, если бы не этот лепесток. И не услышал бы, как неподалеку стучит баскетбольный мяч по старому асфальту. Торопиться домой не нужно было, особо важные дела его не ждали, а потому он просто так решил понаблюдать за играющими в его любимую игру. Даже не понаблюдать, а всего лишь мельком глянуть. И почему-то его не сильно удивило, когда, подойдя ближе к тренировочной площадке, он увидел Кисэ Рету. Она пыталась повторить то самое его движение. Касамацу заинтересованно наблюдал, ощущая одновременно и нечто противное, ведь его, можно сказать, копировали, у него отбирали что-то принадлежащее ему, а это не самое приятное ощущение, но, с другой стороны, он чувствовал, что вот-вот подойдет с искренней улыбкой и начнет учить ее, помогать с освоением. Странно. Он был уверен, что она уже без излишних изъянов может сделать его, по крайней мере, еще недавно у нее отменно получалось. Но, очевидно, до автоматизма еще не дошло. Он молча наблюдал за ней, облокотившись о старый зеленый забор, кольцом огораживающий поле. Недолго продлилась ее «тренировка», она очень быстро освоила этот маленький прием, после чего вздохнула и просто стала крутить мяч в руках. Тогда она показалась ему очень одинокой. — Эй, кошка-повторюшка! — окликнул ее Касамацу. Кисэ удивленно повернула к нему свою голову. — Касамацу-семпай? Что ты тут делаешь? — похлопала она глазками. — Давно здесь стоишь? — Да нет, просто проходил мимо и вдруг заметил, что одна девчонка нагло ворует мой прием. — Прости-и, — улыбнулась Кисэ. — Уж больно он мне понравился. После Поколения чудес я уже и не думала, что встречу кого-либо, чьи движения не смогу скопировать с первого раза. — Да ладно? У тебя же получилось там, в зале. — Просто повезло, — помотала она головой, улыбаясь. Далее повисло неловкое молчание. — Не одиноко одной играть? — спросил Касамацу. Он хорошо знал женскую команду Кайдзе и помнил, что там нет ни одной девушки, хоть немного походившей по уровню на Кисэ Рету. У него до сегодняшнего дня было предвзятое отношение к гениям, но теперь… Он совсем по-другому смотрел на Кисэ и по-другому воспринимал ту игру, когда впервые увидел ее. Тогда она показалась ему зазнавшейся хвастунишкой, всем своим видом показывающей собственное превосходство. Теперь же она предстала ему глубоко одинокой девушкой, по вечерам стучащей мячом по этому старому асфальту в полнейшей тишине и одиночестве. Кисэ улыбнулась и протянула ему мяч, слегка склонив голову вбок. — Хочешь составить мне компанию, семпай? Касамацу улыбнулся. — Я не против продолжить сегодняшнюю встречу, — он зашел на поле, бросив сумку возле забора. — А то все же обидно признавать, что меня обыграла девчонка. — Я не обыграла тебя, — нахмурилась она. — Это же ты меня победил. — Ты мне поддавалась, — начал разминать кисти он. — А это еще неприятней. Кисэ лишь кротко промолчала, не скрывая улыбку. Мальчишки же… Проигрывать для них обидно, выигрывать тоже. Кто их поймет?.. В любом случае не важно! Кисэ была счастлива. Уже и не надеялась, что ей снова будет так интересно играть в баскетбол, ведь тот, кто делил с ней эту тренировочную площадку, больше не был заинтересован в баскетболе. Да и, судя по всему, в ней самой тоже.