Не переоценивайте себя

— Джон, поторопись, — недовольно проворчал Шерлок, навёрстывая круги в коридоре. — Я не хочу идти. Кто ты такой, чтобы заставлять меня что-то делать?! Я взрослый мужчина, — подойдя, я практически прокричал ему эти слова в лицо. — Тебе напомнить, кто я? — Холмс крепко ухватился за моё запястье, притягивая ближе. Прожигая меня гневным взглядом, детектив процедил сквозь зубы: — Я твой будущий муж, твой альфа, так прояви хоть каплю уважения. — Если ты не хочешь принимать моё мнение, то почему я должен считаться с твоим? Потому что ты альфа и лучше меня? Ещё не поздно передумать, я никого не держу. — Я уверен в своём выборе, уверен в тебе, но, чёрт бы тебя побрал, Джон, ты невыносим. Я же не предлагаю тебе ничего дурного: просто выбери свадебный костюм, я всё оплачу, всё, что ты захочешь. — Вот именно, — закричал я, — ты заплатишь: не мы, а ты! Получается, что это уже не наша свадьба, а только твоя. Ты что монополизировать меня собрался? Я тебе не вещь! — Джон, — ласково протянул Шерлок, глядя мне в глаза, — мы же оба знаем, что тебе нравится подобное обращение куда больше, чем нерешительное. Не злись на меня, я ведь просто хотел сделать так, чтобы ты был доволен. Я же не знал, что ты захочешь всё сохранить в тайне. — Мог бы сам догадаться. Завтра вся клиника будет обсуждать мою личную жизнь. Мол, он женится, а живот уже виден… Ты хоть представляешь, как это унизительно? — Джон, ну что за глупости? — прыснув со смеху, выдавил Холмс. — Ты же врач и должен знать, что омеги до и после того, как их… кхм, подмяли под себя, пахнут по-разному. Твой запах остался неизменным, следовательно ты всё так же чист и невинен. Слова детектива разозлили меня ещё больше. Возможно, потому, что он был абсолютно прав, а, может быть, дело в том, что мне просто хотелось с кем-то поругаться. Вот бывает так, что тебе вроде бы и не за что злиться на человека, а так хочется устроить ссору, аж внутри всё клокочет от закипающего чувства. Я не хотел, чтобы кто-то знал об этом раньше, чем я буду готов сам всё рассказать. А теперь весь медперсонал будет судачить о том, что неудачника-омегу берёт замуж одна из самых завидных альф Лондона, при этом высматривая, появился ли у меня животик. Но так или иначе аргументы у меня уже иссякли и, если я решу продолжить эту дискуссию, то существует большая вероятность того, что мы подерёмся. И, честно говоря, я даже не могу сказать наверняка, кто из нас одержит верх. А так как мы пока что неженаты, то отложим драку до лучших времён, на медовый месяц, к примеру. — В любом случае, ты должен был сперва поговорить со мной, а уже потом заявляться ко мне на работу, — взяв себя в руки, выдавил я, стараясь сделать обиженное лицо. Пройдя мимо Холмса, я рывком снял пальто с вешалки, набросил его на плечи и поспешил ретироваться, выйдя на улицу. — В следующий раз буду более внимательным, — тихо проговорил Шерлок, явно пытаясь не засмеяться в голос. — И убери это довольное выражение с лица. Я собираюсь выбрать самый мерзкий костюм, пусть все знают, какое чудовище ты берёшь в мужья. — Все будут думать только о том, какими ухищрениями я надел на тебя священное ярмо брака, — просиял Шерлок, выходя следом за мной и крепко сжимая мою руку. «Ну-ну, — подумал я про себя, запирая дверь, — они скорее поверят в то, что я использовал куклу вуду, чтобы заставить тебя жениться на мне, нежели в то, что ты сам сделал мне предложение». В конечном счёте, люди ведь всегда верят в то, во что им удобно верить. Пять дней назад я дал своё согласие Шерлоку. Согласие стать его омегой. В тот день решили отужинать у него, ибо, как выразился детектив, он страдает изжогой с тех пор, как попробовал мою стряпню. Мы мирно сидели, Шерлок что-то рассказывал про своё новое дело, увлечённо жестикулируя и гримасничая. И мне вдруг подумалось, что, если через много лет, мы будем так же сидеть в тепле и уюте, разговаривая о насущных проблемах, я буду очень счастливым человеком. Я не планировал делать это тогда. Не планировал, но, тем не менее, сделал. И, должен признаться, что оно того стоило. Шерлок так обрадовался моему ответу, как не был рад даже трупу, загадочным образом оказавшимся под дверями дома на Бейкер-стрит. «Ты серьёзно, Джон? — спросил он, хмурясь. — Не шутишь?» «Нет, Шерлок Холмс, я абсолютно серьёзен в своём решении. Так что позаботься обо мне, детектив» «Спасибо, доктор Ватсон. Спасибо», — радостно воскликнул он, подлетая ко мне и сгребая в охапку. В мире альф и омег слова согласия могли означать только одно: теперь я его собственность. Звучит дико, но на практике так и есть. Ты не имеешь права говорить с теми, кто неугоден твоей альфе, которая в случае неповиновения может в любой момент заставить понять, кто в доме хозяин. Помимо того, что омеги проиграли альфам в физической схватке, так ещё и природа заложила в голове такой дефект, как покорность. Я надеялся, что в нашем случае всё будет иначе, ведь мы не были истинными или влюблёнными. Просто два взрослых человека решили объединиться и создать семью. Я не хотел стать одним из тех омег, что заглядывают в рот своему мужу и таскают ему обеды на работу за неимением других занятий. Никогда не прельщала перспектива сидеть дома и дожидаться альфу, который худо-бедно пытается обеспечить семью. Стараться для семьи должны две стороны. А сегодня, спустя всего пять дней, Шерлок пришёл ко мне ни свет, ни заря и заявил, что на работу мне не надо. Он, видите ли, обо всём договорился и главврач отпустил меня на все четыре за костюмом к свадьбе. Все мои аргументы в пользу того, чтобы я остался дома, а он выбрал наряд за меня, закончились, поэтому я попросту начал скандалить. Интересный факт: устраивать громкие сцены в компании своего будущего мужа — это, оказывается, очень увлекательное занятие. Возможно, если бы мы с Ларионом так же ссорились, то не расстались бы за месяц до свадьбы. Впрочем, наличие перепалок вовсе не является фактором, который сопутствует семейной идиллии. Я долго думал о том, что же мне преподнесёт замужество, но к чему-то определённому я так и не смог прийти. Порой нам было с Холмсом довольно уютно вместе, зачастую же мы расходились во мнениях и разругивались на корню. Я не был уверен ни в себе, ни в Шерлоке, ни в перспективности этого брака. Но тем не менее я дал согласие. Любой человек на моём месте и в здравом уме ни за что в жизни бы не подписался на такое. Но человек в здравом уме не на моём месте, увы. Я практически ничего не знал о Шерлоке Холмсе, несмотря на то, что мы довольно продолжительное время общаемся. Говорят, что каждый человек — это книга со своим сюжетом. Если бы кто-нибудь попросил меня написать книгу о детективе, то максимум моих о нём знаний едва ли был бы больше тоненького справочника вроде тех, что прилагаются к кофемашинам. Впрочем, сейчас, когда дело уже почти в шляпе, это не так и важно. Будь я прежним, то ужаснулся бы от своего решения. Я бы сказал: «Как же так, Джон? Неужели ты забыл о нашей мечте встретить того самого человека?» Я бы ответил, что не забыл, но мои запросы стали более приземлёнными. Война многое изменила во мне, она сломала того прежнего наивного мальчишку, чуть ли не в муку смолола его кости. Но нет худа без добра. Когда ты долгое время не видишь ничего, кроме бесконечной череды смертей, ты начинаешь ценить жизнь. Каждое её мгновение. После моего увольнения в запас меня начала преследовать практически маниакальная мысль о ребёнке. Что бы я ни делал, чем бы ни старался себя занять, всё сводилось к одному: к неистовому желанию обзавестись потомством. Выглядело это приблизительно так: «Хм, у меня закончилось молоко, надо бы по пути заскочить в магазин детской одежды» или же: «Опять дождь, хорошо бы, чтобы мой ребёнок появился на свет в более тёплое время года». При таком раскладе предложение Холмса выглядит просто манной небесной, внезапно свалившейся на мою голову. Мы не были влюблены, нами двигало взаимная выгода — не более. У наших отношений, помимо ранее названной выгоды, были и приятные плюсы. Мне льстили завистливые взгляды со стороны прохожих. Несмотря на то, что я сам был весьма известен на просторах старика-Лондона, моя популярность никак не могла тягаться с известностью Холмса. Оно и понятно, Шерлок ведь гениален и раскрыл больше дел, чем все детективы Скотланд Ярда вместе взятые, его заслуги перед городом почти что каждую неделю увенчивают центральные заголовки газет. К тому же, Шерлок был достаточно привлекателен… В том плане, что если не знать, кто же стоит перед тобой, то его с лёгкостью можно принять за вполне нормального человека, а не за зануду и хама, коего свет не видывал. Высокий, крепкий альфа с острыми чертами лица и почти чёрными глазами, горящими непоколебимым упорством. Взгляд Шерлока Холмса говорил о нём куда более красноречиво, чем любое его слово. Он был человеком неуёмной жизненной энергии, готовым пойти на любые жертвы ради достижения своей цели. При расследовании одного дела у Шерлока наступил, как он сам выразился, «очередной творческий кризис, преследующих всех гениев его амплуа». Тогда я спросил у него: «А что Вы будете делать, если так и не сможете найти зацепку?» Ответ меня изумил: «А что Вы делаете, дорогой Ватсон, когда к Вам на стол приносят абсолютно Безнадёжного пациента? Правильно, Вы сжимаете зубы и говорите себе, что нет ничего невозможного и абсолютно безнадёжного». Вся его уверенность, граничащая с напыщенностью, мигом исчезла, стоило мне дать своё согласие. Никогда ещё я не видел Шерлока Холмса таким счастливым и таким растерянным. Он до последнего не мог поверить, что я принял его предложение, словно бы это было чем-то, из ряда вон выходящим. Детектив вёл себя, как сапёр-новичок: неуверенно, шаг за шагом, он прощупывал почву на предмет наличия мин. В нашем случае, под почвой подразумеваюсь я, а под минами — возможное сопротивление. Медленно он, прощупывая почву, пытался понять, как же со мной обращаться. Звучит нелепо, а выглядит ещё и смешно. Я, как человек совсем зелёный в любовных делах, просто решил побыть бревном, что, в принципе, является вполне обычным поведением среди омег. Начали мы с простой ходьбы под руки, а закончили псевдо-ласковыми взглядами и поцелуями в лоб. Шерлок явно не хотел давить на меня, и я был ему очень благодарен за это. Не многие могут похвастаться таким терпеливым альфой. В конце концов, стало вполне нормальным просто гулять, держась за руки и болтая о чём-то маловажном. Именно так, разговаривая о какой-то ерунде, которую сейчас я уже и вспомнить не могу, мы дошли до свадебного ателье. Шерлок ободряюще подтолкнул меня к двери, чуть ощутимо сжимая руку на моём локте, будто бы говоря, что сбежать на этот раз у меня точно не получится. Я всегда думал, что заведения подобного рода выглядят приблизительно одинаково: интерьер выполнен в светлых тонах, максимум цветов и украшений. Что же, я оказался прав лишь на треть. Всё помещение оказалось действительно светлым. Казалось, что весь солнечный свет, который мог только быть в Лондоне, сконцентрирован исключительно здесь. Не успели мы переступить порог, как двое консультантов мигом оказались рядом и уже начали буквально буксировать нас в противоположные комнаты. Я встревоженно посмотрел на Холмса, но он лишь ласково мне улыбнулся и слегка качнул головой, давая понять, что так оно и должно быть, что нас ждали и уже всё устроили. Мне было действительно жаль молодого омежку, который носился с костюмами то сюда, то обратно. Ни один комплект для омег мне так и не подошёл. Было как-то странно ощущать себя в некотором роде переростком. Брюки едва доходили мне до лодыжки, а рубашки не могли сойтись на груди. Если бы я знал, что так будет, то на курсах молодого бойца постарался бы схалтурить и выполнять силовые упражнения менее усердно. Хотя я сомневаюсь, что даже это помогло бы мне. В конечном счёте, после двух часов поисков, мы остановили свой выбор на шёлковой рубашке, бежевых брюках и светло-синем пиджаке, который, по словам омеги, выгодно подчёркивает мои голубые глаза. Хоть что-то этот комплект выгодно подчёркивает… С Шерлоком работал другой консультант, и, судя по теряющему терпение виду Холмса, он закончил примерку намного раньше меня. Но увидев меня и продавца с коробками, детектив расплылся в довольной улыбке и, подойдя ближе ко мне, ласково потрепал меня по отросшим волосам. — Если не секрет, а когда у Вас свадьба? — невзначай спросил паренёк, упаковывая вещи в фирменные коробки и повязывая аккуратный бантик. — Через неделю, — как ни в чём не бывало, ответил Шерлок, пристально глядя на меня, высматривая реакцию. Мы ещё не успели обсудить с ним дату свадьбы, но я никак не мог предположить, что он уже всё решил за меня. Сказать, что я был в лёгком шоке — ничего не сказать. Титаническими усилиями воли я заставил себя изогнуть губы в улыбке и постараться не убить его прямо тут, на месте. Тем не менее, я уже твёрдо решил устроить скандал. — Быстро Вы, однако, — омега сдавленно хихикнул, бросая на меня внимательный, холодный взгляд. — Иначе нельзя, он ведь может передумать и сбежать от меня, — засмеялся Шерлок, подходя ко мне и беря за руку. Натянув на лицо слащавую улыбку, я со всех сил сжал его клешню, аж до хруста. И бровью не поведя, Холмс продолжил болтать всякую ерунду, вроде: «О, Боже. Какой мужчина и теперь он мой» или же «Мой Джон такой чудесный, а ещё он участвовал в Афганской войне и у него есть даже медаль за мужество». Омега всё это время выжидающе смотрел на меня, словно бы хотел, чтобы я что-то сказал. Но сказать мне было действительно нечего, оставалось только тупо улыбаться и постараться не убить Шерлока прямо при парнишке. — Шерлок, я всё понимаю, но этого я не понимаю, — выходя из ателье, сказал я детективу, который упорно игнорировал мою злобную мину. — Это твоё обычное состояние, Джонатан, — со скучающим видом заметил Шерлок. — Не умничай. Я ведь серьёзно, Шерлок, так не делается, — я старался говорить как можно более спокойно, но голос сам по себе перешёл на повышенные тона. — Джон, если хочешь закатить истерику по поводу даты свадьбы, можешь начинать прямо сейчас. Только запомни, что я не изменю своего решения, поручения уже отданы и я не собираюсь ждать ещё дольше. Ровно через неделю ты станешь моим супругом — без вариантов. Я и так ждал тебя шесть месяцев, так что теперь ты мой, — гневно выпалил Шерлок. Видимо, он понял, что сказал что-то лишнее и сразу же умолк, плотно сжав губы, словно бы противясь желанию необдуманно сказать что-то ещё. — Этот мальчишка слишком много себе позволяет, так неуважительно смотреть на тебя — слишком, — выдавил Шерлок, скрежетнув зубами. — Да мне всё равно, как он смотрел, и тебе должно быть всё равно, — почти смеясь прыснул я. Умеет же детектив непринуждённо разрядить обстановку. — Я не могу оставаться равнодушным. Просто так бывает, когда влюблён.