Не переоценивайте себя

«Неделя на то, чтобы всё приготовить для свадьбы? Это невозможно!» - скажите Вы, но Шерлок Холмс так не думает, и он оказался полноправным хозяином своего слова. Он заявил, что свадьба состоится ровно через семь дней и ни днём позже, так оно и случилось. Последние приготовления к свадьбе были закончены, а часы до этого торжественного события быстро сменяли друг друга. Так быстро, что я уже потерял всякую надежду на обретение давно утраченного успокоения. Весь день, день перед свадьбой, я был на нервах, багряный румянец никак не хотел сходить со щёк, а дрожь в руках нельзя было унять. Наверное, мне было бы проще справиться с навалившимся стрессом, если бы не бесконечное количество доброжелателей, решивших, что их поздравления и лишнее напоминание о том, как это всё волнительно, пойдут мне только на пользу. Но было во всём этом и кое-что хорошее: этих самых доброжелателей оказалось так много, что мы с Шерлоком почти и не виделись, отбиваясь от сердобольных, назойливых мух, которым сейчас я был даже рад. Стоит нам с детективом остаться наедине, как незамедлительно встанет ребром вопрос моих чувств к нему. До недавних пор я уверял себя в обоюдном равнодушии, которое было фундаментом нашего общения. Как можно говорить за неделю до свадьбы о своих чувствах к партнёру? Это оказалось бы нормальным, если бы с самого начала наших отношений подразумевался бы скрытый подтекст, но его не было. До последнего я был уверен в безобидности всех тех знаков внимания, которые мне оказывал Холмс, которые говорили скорее о его дружелюбии, нежели любви. Да и что я вообще мог ответить на это «просто так бывает, когда влюблён»? Пробубнив себе под нос что-то вроде: «Спасибо, мне очень приятно это слышать,» - я почти бегом поспешил на очень важную встречу, о которой по непонятным причинам совсем забыл. Мы оба знали, что это наглая ложь, но, тем не менее, Шерлок не собирался меня останавливать. Он вообще вёл себя так, словно ничего не произошло. Возможно, так оно и есть на самом деле и мне не стоит лишний раз себя накручивать. Чего я, собственно, переживаю? Ну, признался мне будущий муж в любви, подумаешь… Со многими и не такое перед свадьбой происходит. Несмотря на то, что подготовка к торжеству шла полным ходом, меня преследовало какое-то на удивление навязчивое предчувствие: что-то пойдёт не так. Хотя вероятность этого была просто ничтожной. Шерлок напоминал командира полка перед решающим сражением: был совершенно спокоен, холоден и угрюм. Если не знать, что детектив руководит приготовлениями к свадьбе, то можно было бы подумать, что он кого-то похоронил. Шерлок учёл всё, что только можно было: стулья, столы, свет, кордебалет… Я прекрасно видел, как сильно устал Шерлок от всей этой суматохи: острое лицо сильно осунулось, а тёмно-карие, напоминающие горячий кофе, глаза теперь стали тусклыми. Мои попытки помочь заканчивались категорическим отказом со стороны детектива. «Я обещал сделать хороший праздник, и мне не нужна в этом ничья помощь,» - говорил он. Но после долгих часов почти слёзных уговоров мне всё-таки поручили самое простое занятие: рассылка писем с приглашениями. В подготовке к свадьбе время летело действительно быстро. За день до намеченного события ко мне на работу пришёл Шерлок. Несмотря на всю свою занятость, детектив старался чуть ли не каждый день навещать меня, хоть и ненадолго. Вот и сейчас, в неожиданно разразившийся ливень, меня ждал у входа в госпиталь Шерлок с зонтиком в руках. - Как ты узнал, что у меня нет зонта? - Утром была хорошая погода, и ты вряд ли взял бы с собой на работу зонт, - холодно обронил детектив. - Ну да, - натянуто рассмеялся я, отворачиваясь от Шерлока. Какой же я жалкий и тупой. Всю дорогу мы шли молча. Шерлок даже старался на меня не смотреть, я в свою очередь пытался найти тему для разговора. Казалось, чувство неловкости возрастает с каждой секундой. Мы уже подошли к моему дому, а я всё никак не мог поднять взгляд на Шерлока и что-то ему сказать. - Джон, - позвал он, беря меня за руку, его лицо исказило сочувственное выражение, - я всё ещё раз обдумал и не хочу, чтобы ты делал это лишь из чувства долга или под гнётом моего признания. Поверь, я не буду на тебя давить в случае твоего отказа, я всё улажу, и всё будет, как раньше. Я же вижу, как ты этого не хочешь… От этого заявления я немного опешил. Уж чего-чего, а похода на попятную от детектива редко приходится ожидать. Если раньше у меня были какие-то сомнения по поводу Шерлока, то сейчас они полностью исчезли. Кто ещё не побоится предложить жениху отказаться от свадьбы за день до её проведения? Только человек, которому действительно не всё равно, что ты чувствуешь, который готов переступить через себя и свои желания. - Спасибо, детектив, - улыбнулся я, чуть касаясь его щеки, - Но мы ведь добрые друзья, которые должны держать данное друг другу слово. Весь оставшийся вечер я провёл в приготовлениях к свадьбе: собрал чемоданы, подготовил костюм к завтрашнему дню. В принципе, на этом моя подготовка к свадьбе и была закончена. Завтра с самого утра ко мне должны были приехать носильщики, чтобы перевести вещи к Шерлоку. За неимение другого занятия, я решил пораньше лечь спать. Одно дело – сказать, другое – сделать. Как я ни старался, никак не мог уснуть. Страх перед грядущим днём оказался сильнее меня и, проворочавшись в кровати до самого рассвета, я раздражённо встал. Взглянув в зеркало, я увидел уставшее обвисшее лицо, которое говорило скорее о желание свести счёты с жизнью, нежели о том, что сегодня должно произойти одно из самых важных жизненных событий. Чтобы исправить эту плачевную ситуацию, у меня было немного вариантов: сделать пластическую хирургию или же нанести макияж. Я не умел пользоваться косметическими средствами, поэтому мне пришлось послать за матерью, которая прилетела ко мне спустя двадцать минут. Только переступив порог дома, она принялась поздравлять меня с грядущим событием и выражать своё недовольство такой поспешностью. Так же она сказала, что была нисколько не удивлена, что мы с детективом решили принять это нелёгкое решение объединиться узами брака, так как она с самого начала подозревала, что он не останется равнодушным по отношению к её мальчику. Закончив приводить моё лицо в порядок, по закону жанра, мама расплакалась, заметив, какой же я стал взрослый и красивый. Последние минуты холостой жизни подходили к концу, под окнами дома на Флит-стрит уже стоял пышный экипаж, присланный за мной Шерлоком. Я отлично запомнил небольшой храм на Грейчер-стрит, серые стены которого грозно возвышались на фоне розоватого предзакатного неба. Несколько раз шумно выдохнув для успокоения, я вошёл в тихий, будто бы мёртвый, храм. Возле пышного золочёного алтаря уже стоял священник в своём чёрном одеянии и с книгой в руках. Переведя взгляд на рядом стоящего с ним человека, я не сразу признал в нём Шерлока. Вместо моего небрежного друга стоял сильный мужчина, стать которого как нельзя лучше подчёркивал чёрный фрак. Безразличное, холодное выражение с лица альфы, заметившего меня, сменилось ласковой, ободряющей улыбкой. Его взгляд словно говорил: «Не трусь, Джон. Всё будет хорошо». Огромными усилиями я заставил себя медленно приблизиться к алтарю под звуки органа. По мере моего приближение к церемониальной кафедре, сердце билось всё чаще, пока и вовсе не оглушило меня. Я почувствовал себя выброшенной на берег рыбой, которой не хватает кислорода, судорожно хватая ртом воздух, старался успокоиться, но, увы, ничего не получалось. Подойдя совсем близко, я ещё раз поднял глаза на Шерлока, который всё это время внимательно следил за каждым мои шагом, будто боялся, что я сбегу. Хотя, не скрою, что в голове пару раз мелькала эта заманчивая идея. Аккуратно взяв меня за руку, Холмс чуть сжал её. Церемония началась. Открыв свою книгу, священник монотонным голосом принялся разъяснять, что человек всю свою жизнь стремится выполнить божественное предназначение: создать семью и продлить свой род; он дал объяснение тому, что есть брак, и, спросив у всех присутствующих здесь, известны ли им причины, по которым этот брак не может считаться действительным, продолжил: - Согласны ли Вы, Джонатан Хэмиш Ватсон, взять этого мужчину в свои законные мужья, любить и поддерживать его в болезни и здравии, пока смерть не разлучит вас? Из-за неприятного кома, застрявшего в горле, я не смог ничего ответить, лишь механически мотнув головой в знак согласия. Священник понимающе кивнул и, повернувшись к Шерлоку, произнёс: - Согласны ли Вы, Шерлок Холмс, взять этого мужчину в законные мужья, любить и поддерживать его в болезни и здравии, пока смерть не разлучит вас? - Согласен, - твёрдо ответил детектив, его голос эхом разнёсся по залу. - В таком случае, властью, данной мне Богом, объявляю вас законными супругами. Можете обменяться кольцами и поцеловать друг друга. Стыдно признаться: я до такой степени разнервничался, что даже не смог надеть дрожащей, как у алкоголика, рукой кольцо, - благо, детектив довольно быстро управился с этой задачей, избавив меня от позора. Шумно выдохнув, осторожно взглянул на супруга. Отвечая на мой немой вопрос, детектив подошёл вплотную, бережно взяв моё лицо в руки и обведя большими пальцами контур скул, медленно склонился надо мной и чуть ощутимо припал к губам. Поцелуй длился всего несколько секунд, но и их хватило, чтобы окончательно добить мои нервы. Тело словно пробило электрическим разрядом, от чего ноги предательски задрожали, и, если бы не сильная рука, так вовремя обвившая мою талию, скорее всего, я бы упал прямо у алтаря. «И ты ещё называешь себя солдатом, Джон!» - с укором заметил внутренний Ватсон. Собрав волю в кулак, я выпрямился, взял под руку Шерлока и натянул на лицо приятную улыбку. Помимо моей мамы и сестры, которая с самым скучающим видом сидела на последнем ряду, Шерлок удосужился собрать даже тех моих родных, кто уже давно жил за пределами Суссекса. Собравшиеся делились на два лагеря: искренне радовавшихся Ватсонов, чуть ли не скандирующих от восторга; и недоумевающих Холмсов, которым, как и мне самому, был непонятен выбор Шерлока. Все уже еле подавляли зевки, с нетерпением ожидая второй части торжества. Если быть более точным – банкета. Насколько мне известно, Холмс не поскупился и выбрал для нашего праздника один из самых лучших ресторанов Лондона. Впрочем, меня это мало интересовало. В Англии не торжественная часть бракосочетания была вовсе необязательной и существовала по сей день лишь по причине всеобщего желания прихвастнуть наличием денег. Считалось, что чем шикарнее выбранный ресторан, тем крепче будет заключённый брак. А пока гости пытались попробовать всё обилие блюд, молодожёны лишь скромно сидели где-то в уголке и молча наблюдали за развернувшейся картиной. Единственным желанием сейчас было просто немного отдохнуть: отсутствие сна сделало своё дело. - Джон, мы можем и не ехать на банкет, - словно бы читая мои мысли, предложил Холмс, помогая мне сесть в экипаж. - Я хочу домой, Шерлок, - обессиленно выдохнул я, закрывая глаза и блаженно откидывая голову на подушки сидения. От шума в висках неприятно пульсировало. Бросив несколько слов какому-то высокому, худощавому мужчине в цилиндре, он поспешил вернуться в экипаж. Я хотел, было, спросить, куда мы едем, но вовремя вспомнив, что на Флит-стрит я в ближайшее время не попаду, закрыл рот. Чемоданы с моими пожитками были уже давно на Бейкер-стрит. Честно признаться, я немного нервничал… Да что там немного, даже, когда на меня напал афганец со штыком, я был больше уверен в своих силах, чем сейчас. Стараясь унять дрожь в руках, я плотно, до хруста, сцепил пальцы в замок. Заметив мои тщетные попытки успокоиться, Шерлок осторожно положил руку мне на плечо, чуть заметно растирая его. - Всё будет хорошо, Джон, я обещаю, - ласково сказал он, открывая предо мной дверь нового дома. Что же, Добро пожаловать домой, Джонатан Холмс.