Цена памяти

Велька совсем не желала просыпаться — ей было так тепло, хорошо и спокойно, что очень не хотелось, открыв глаза, увидеть загробный мир. Но вот что было странно — откуда в загробном мире взяться запаху пирожков? Решившись проверить, где находится, девушка приоткрыла один карий глаз и с удивлением отметила, что в собственном доме. Это обрадовало. Она открыла второй... — Лучше бы это был загробный мир, — простонала Велька, полностью прячась под одеяло. — Мечтай, — с неприкрытой ехидцей обломал ее сидящий напротив Рольф. — И учти: пирожками, честно добытыми из дома старосты, делиться не буду. Можешь не принюхиваться. — Шел бы ты обратно, — с надеждой предложила девушка, — вместе с ними, а? — Ведешь себя, как типичная деревенская дура, — заметил вампир, выходя. — Я уже начинаю сомневаться, что вытаскивать тебя из леса было правильной идеей. Ладно. Что сделано, то сделано. Я к своей печке с пирожками. Зови, если что. — К моей печке! — крикнула вслед травница, но ей в ответ раздался лишь звук хлопнувшей двери. — Да уж... — со смешком прошептала Велька. — И впрямь веду себя, как полная дура. — Не полная, — раздалось из кухни. — Раз признала. Девушка в ответ смогла лишь ударить кулаком в стену, после чего с чувством выполненного долга завернулась в одеяло и уснула. Когда Велька открыла глаза, за окном стоял солнечный погожий денек. Это было довольно странно: травница привыкла, что староста ежедневно будил ее самое позднее — сразу после восхода солнца, после чего девушке в срочном порядке приходилось готовить зелья как для прихворнувших людей, так и для огорода или домашнего скота. Встав с кровати и потянувшись до хруста костей, она первым делом прислушалась к своему внутреннему состоянию — лихорадки не было, но это значит... Это значит, что она пролежала минимум два дня!.. Схватит халат, Велька бросилась на кухню, но вампира там не было. Зато был тазик холодной воды с еще мокрым полотенцем, куча переставленных баночек, в том числе со снотворным, и жирная тарелка из-под пирожков. — Свинтус, — беззлобно выдохнула травница, прислоняясь спиной к печке. Вся злость на самоуправство вампира испарилась, оставив чувство умиротворенности. В конце концов, Рольф ее спас. Непонятно, правда, зачем?.. И как сумел отыскать в лесу?.. Девушка тряхнула каштановыми кудряшками: вопросов было много, а ответы мог дать только один человек, тьфу ты, вампир. И появляться в доме травницы он пока не спешил. — Опасается, — подумала Велька и помрачнела. — Или у него больше нет причины возвращаться. Но причина у Рольфа, видимо, была, потому что под вечер в дверь поскребся черный волк. И, дождавшись, когда ему откроют, попытался проскользнуть внутрь. — Ага, щассс, разбежался, — ухватила его за загривок раздосадованная Велька, прождавшая напрасно весь день. Зверь бросил на травницу укоризненный взгляд. — Гхыр с тобой, — отвела глаза девушка, отпуская его. — Но взамен ответишь на мои вопросы!.. Последнюю фразу она прокричала уже вслед наглой зверюге. — Вкусно, — одобрительно кивнул вампир десятью минутами спустя, вгрызаясь в сочный беляш с мясом. — Не мог у своей Маруси поесть? Или в доме старосты пирожки тоже кончились? — едко осведомилась травница, кивая на пустую тарелку из-под них. — Не мог, — лаконично ответил Рольф. — К тому же, она не моя, так что перестань ревно... — вспомнив пульсары, он замолчал. — Не ревную. Но больше тебе не доверяю, — помолчав, произнесла Велька. — Когда ты уезжаешь? Какого гхыра ты вообще забыл в нашей деревне?! И, наконец, почему свалился именно на мою голову? — Кто еще на чью свалился, — проворчал в ответ вампир. — Я хочу спать, ты где ляжешь? — Вот опять! — Велька почти сорвалась на крик. — Что? Наглею? Я могу уйти в будку, мне не... — ТЫ УХОДИШЬ ОТ ОТВЕТА! ВОТ ЧТО! — Я вообще ухожу, — попытался отшутиться Рольф, но травница восприняла его слова буквально. — Хорошо. Уходи. И больше не возвращайся. — Эй, полегче! Я лишь хотел сказать... — Лучше помолчи, — оборвала его Велька. — А с какой, вообще, стати я должен отвечать на твои вопросы? — зло процедил вампир. — Кто ты мне? — Никто, — горько улыбнулась девушка. — Как и ты мне. Так что не задерживайся! Уверена, у тебя есть дела важнее. — Я никак не могу тебя понять, Велька, — скривился Рольф. — У тебя на лбу написано: ты не хочешь, чтобы я уходил. Но при этом делаешь все, чтобы я свалил как можно быстрее! — Ничего у меня на лбу не на... — травница замерла на полуслове, после чего переспросила. — Как ты меня назвал? — Велька, — удивился вампир. — Разве тебя не так зовут? — Откуда? — свистящим шепотом поинтересовалась девушка, которую посетило нехорошее подозрение. — Откуда ты знаешь мое имя? — Ты сама сказала, — чуть нервничая, ответил вампир. — Не говорила, — отрезала травница. — Может, в деревне услышал, — попытался отмахнуться Рольф, испытывающее вглядываясь Вельке в лицо. Та нехорошо усмехнулась, выставляя ментальный блок и поднимая руку в атакующем жесте: — Никто из деревни не знает. Попытка номер три! Откуда? Повисла пауза. Первым не выдержал вампир. — Хорошо! Если тебе станет легче: да, я могу читать мысли. Довольна? — О да, — протянула Велька, краснея против воли. — Я безумно рада, что все мои глупости больше не будут открыты широкой публике! — Да пойми ты, я не со зла! Это происходит помимо моей воли! — А предупредить нельзя было? — вкрадчиво поинтересовалась девушка. — Неужели тебе... Ты... Да как тебя только земля носит, мерзавца такого?! — Прости, — только и ответил Рольф. — Я уеду, можешь больше не опасаться за свои мысли. — Вали, — мгновенно остыла Велька, падая на табурет и пряча от стыда лицо в ладонях. Кивнув, вампир вышел. Уже когда он отъезжал, девушка не выдержала, бросившись к окну и распахивая его. — Постой! Мужчина обернулся. — Как тебя на самом деле зовут? Лицо вампира скривилось: — Какая разница? — Хочу понять, почему соврал даже в такой мелочи! — Скажи я правду, ты бы меня больше на порог не пустила, — Рольф подъехал к окну и понизил голос. — Видишь ли, я не меньше твоего хотел бы знать, как меня зовут. А еще, откуда я. И зачем приехал в деревню. Мне продолжать? — Д-да, — сглотнув, кивнула Велька. Такого поворота она не ожидала. — Я очнулся в сугробе, весь в крови, часть моих внутренностей была разорвана, судя по всему, несколькими гвордами. Кто меня хотел убить и за что — я вспомнить так и не смог. Как не смог вспомнить приезд к старосте, Марусю, лишенца и как еще до встречи с тобой оборачивался волком. — Но ты же... Ясно. Прочел ее воспоминания? — Да. И мысли старосты, когда вернул Марусю домой по твоей просьбе. Но хоть я теперь и знаю, как обстояли дела после моего приезда в деревню, все равно не могу этого вспомнить! И думаешь, я мог вывалить это на тебя в первый же день знакомства? — Не думаю, — отрезала Велька, и Рольф грустно улыбнулся, прощаясь. — Я уверена в этом. Заходи в дом, пока я снова не простыла. — Ты шутишь? — За тобой могут охотиться убийцы, — уже мягче напомнила травница. — Внутри безопаснее. Возвращайся. — Чтобы ты потом опять меня выгнала? — изогнул бровь вампир. — Нет уж, хватит с меня твоих «уходи», «вали», «убирайся»! Велька лишь улыбнулась, наблюдая за тем, как Рольф с ворчанием разнуздывает коня. — Чтобы я смогла вернуть тебе память, глупый волчара! — прошептала она. — Я не глупый, — возмущенно крикнул вампир из конюшни. — А ты действительно сможешь? Велька опустила ментальную защиту. Уже закрывая окошко, она услышала тихое «спасибо». Заснуть травница не смогла. Из головы никак не желал выветриваться ночной разговор с вампиром. Впрочем, и сам вампир, в настоящий момент дрыхнувший мертвым сном на печке, уже который день занимал все мысли девушки. По всему выходило, что за Рольфом кто-то охотился, более того, чуть не убил. Неудивительно, что ослабший вампир не смог справиться после этого с такой мелочью, как лишенец. Но вот что было дальше?.. Вельке с трудом верилось, что мужчина мог превратиться в волка и сбежать от нежити, с его-то характером скорее бы предпочел умереть на месте. И травница в очередной раз невольно восхитилась своим гостем. В нем было все, о чем только можно мечтать: красота и сила, ум и гордость, привлекало даже то ослиное упрямство, с которым вампир оберегал свои тайны. — Влюбилась, — была, наконец, вынуждена признать девушка. — Деревенская знахарка запала на вампира-аристократа... И ее разобрал горький смех. Отсмеявшись, Велька с удивлением обнаружила выступившие на глаза слезы. — Еще чего, — принялась она яростно оттирать их. — Видела бы меня Вольха... Точно подняла на смех! Задумавшись о подруге, тоже влюбившейся в вампира, причем взаимно, травница чуть успокоилась. — Пусть все идет своим чередом, — решила она, наконец. — Когда-нибудь должна же и я обрести счастье. На худой конец, — тут девушка издала очередной смешок, — еще жива идея вырастить гомункулуса! — Будет к послезавтрашнему утру, — кивнула Велька, подавляя зевок. — К вечеру бы... — Хмырь Завьялович, я ближайший месяц буду сильно занята, поэтому не нагружайте меня несрочными заказами! — Но Маруся... — Ваша племянница не сможет в будущем перед каждой гулянкой пить эликсир красоты, так что пусть привыкает рассчитывать на собственные силы. — Ладно... Я понял. Перенесем гуляние на два дня, чтобы вы успели приготовить снадобье. — Дело ваше, Хмырь Завьялович, — равнодушно пожала плечами травница, закрывая дверь, а внутренне просто кипя от негодования. Ее вампира захотела увести какая-то деревенская девка. На мгновение у Вельки возникло желание подменить эликсир красоты на какое-нибудь бородавочное или, для пущей надежности, слабительное зелье, но таких мыслей девушка тут же устыдилась. Пусть вампир сам разбирается со своими поклонницами. Вздохнув, травница отправилась на кухню. Поклонницы поклонницами, но кормить Рольфа пока что приходилось ей. Ворча про себя, Велька с удивлением осознала, что рада этому факту. Даже очень. Заваривая чай из высушенных трав, девушка поймала на себе пристальный взгляд зеленых глаз. — Давно проснулся? — Как только запахло курником, — проказливо улыбнулся Рольф. — Еще бы, — фыркнула в ответ Велька. От стены отчуждения, еще вчера стоявшей между ними, не осталось и следа. — Могла и не спрашивать. За столом мужчина оказался с воистину вампирской скоростью и волчьим аппетитом. — Как в тебя столько умещается? — Регенерация требует энергии, легче всего ее восполнить из еды. — А волк? — Ему много не надо. В зверином обличье есть другой минус, — тоном заговорщика начал Рольф, и Велька заинтересованно подалась вперед. — Приходится прощаться с одеждой или нести ее в зубах. И когда я превращаюсь обратно... — Я поняла, — хихикнула травница и, чуть помолчав, все-таки решилась задать давно мучащие ее вопросы. — Как ты смог вытащить меня из леса? Как нашел? И почему вернулся? — Может, займемся чем-нибудь другим? — Например? — увидев тень смущения на лице вампира, травница даже растерялась. — Сварим мне зелье, — вкрадчиво предложил Рольф. — Эй! Я еще не доел! — До обеда не помрешь, — непреклонным голосом, в котором сквозил смех, произнесла Велька, держа тарелку на дразнящем от мужчины расстоянии. — Дай мне поесть, — с хохотом сдался вампир. — Уговорила, я отвечу на вопросы. Удовлетворенно хмыкнув, девушка вернула тарелку на место и направилась разбирать свои травяные запасы. Вернуть память Рольфу нужно было как можно скорее. Отвязаться от Маруси, впрочем, тоже. Опять погрузившись в свои мысли, Велька едва не пропустила мимо ушей краткий рассказ вампира, больше напоминавший отчет. — Я отвез Марусю домой, просмотрел память старосты и тех, кто попался мне на глаза, выслушал благодарность всей семьи, получил несколько признаний в любви, — тут он театрально замолчал, но, уловив запах боевого пульсара, поспешил продолжить, — дождался пирожков и вернулся к тебе. В конце концов, не можешь же ты истерить — да-да, называю вещи своими именами! — весь день! На такое даже вампирши не способны... Вот только... — Вот только?.. — В доме никого не было, хотя охранный контур стоял. Твои следы, уходящие в лес, было уже почти не видно. Оставалось надеяться на звериное чутье. — И ты превратился в волка? — Да, спрятав одежду под лежавшим рядом корытом. — Но тогда?.. — глаза Вельки округлились. — Ага, — хмыкнул Рольф. — Обратно я тебя тащил голым. — Всегда подозревала, что ты скрытый извращенец, — сдавленно проговорила травница. — Надеюсь, ты не шел так через всю деревню?! — Нет, — улыбнулся вампир. — Но я чертовски замерз. Несмотря на все уговоры Вельки остаться сегодня дома, Рольф предпочел черной тенью убежать в лес. С одной стороны, девушка прекрасно понимала его желание найти зацепки, но с другой... Мало ли, что с ним может случиться? Вдруг опять появятся убийцы... — Я почти поправился, могу читать мысли на расстоянии и сам просто сгораю от желания встретить тех вампиров для поучительной беседы, — с долей раздражения отозвался мужчина в ответ на высказанные вслух опасения травницы. — Это им надо меня бояться, Вель. Так что не беспокойся. Мягкое сокращение имени так взволновало девушку, что опомнилась она, лишь когда за волком закрылась дверь. — Будь осторожен, — подумала Велька, на миг снимая ментальную защиту, после чего продолжила толочь в ступке семена подсолнуха. В том, что Рольф ее услышал, девушка не сомневалась. К вечеру практически все компоненты для зелья памяти были в том или ином виде приготовлены. Взмокшая Велька, глянув на часы, бросилась накрывать на стол, ожидая, что с минуты на минуту в дверь начнет царапаться голодный волк. Бухнувшись, наконец, на табурет, травница вытянула уставшие ноги и закрыла глаза. Часы равномерно отсчитывали вначале секунды, затем минуты... Когда свой ход сделала часовая стрелка, Велька начала волноваться. — Где ж его леший носит?! — вновь и вновь шептала про себя девушка. Первая мысль о том, чтобы броситься в лес на поиски Рольфа, была отброшена как глупая — и вампира не отыщет, и себя опять в каком-нибудь сугробе похоронит. Когда снаружи, наконец, послышался звук скребущихся когтей, травница опрометью бросилась открывать. Открыла и замерла, уловив запах крови. Волк тем временем шмыгнул внутрь. Когда Велька на слабеющих ногах зашла на кухню, Рольф был уже одет и даже сидел за столом. Поймав дикий взгляд травницы, он со вздохом вернул на место запеченную куриную ножку, понимая, что вначале придется объясниться. Но не успел он и рта раскрыть, как девушка спросила: — Ты ранен? — Что? А, нет... Это была не моя кровь. — Тогда приятного аппетита, — кивнула Велька, прикрывая глаза и опираясь спиной на дверной косяк. Выступившее на лице вампира изумление в любой другой день могло бы рассмешить ее, но только не сегодня. — Что-то случилось? — с тревогой поинтересовался Рольф. И забеспокоился еще сильнее, когда девушка вместо ответа слабо всхлипнула и бросилась в другую комнату. Ругнувшись, вампир направился, было, следом, но наткнулся на охранный контур рядом с дверью и был вынужден остановиться. — Велька! — Ешь давай иди, — глухо раздалось из-за двери. — Я хочу спать, не мешай. — Думаешь, мне теперь кусок в горло полезет? — Ну так запихни себе в любое другое место. — Ты опять за свое? — Это ты опять за свое! Эгоист гхыров! Ты о ком-нибудь, кроме себя, умеешь думать? — Впусти, — попросил вампир. — Давай поговорим как нормальные люди. — Как нормальные люди? И это предлагает вампир? — не удержалась травница от ехидства, которое, впрочем, не помогло скрыть слезы в голосе. — Оставь меня в покое! — Хорошо, — медленно, словно размышляя, проговорил Рольф. И до Вельки донесся звук захлопнувшейся двери. — Даже не поел, — всхлипнула девушка, накрываясь с головой одеялом и уже не сдерживая рыданий. — Эгоист! Эгоист! Полный эгоист!!! И какого гхыра я так сильно волновалась! Да чтоб ему!.. — Так вот в чем дело, — раздался совсем рядом хмурый голос вампира, и Велька почувствовала, как ее вытряхивают из-под одеяла. — Как ты?.. — от удивления слезы высохли почти мгновенно. — Окно, — хмыкнул Рольф. — Его зачаровать ты не догадалась. — Уйди, — обиженно просопела девушка, пытаясь вернуть себе одеяло. — Я, правда, устала! — Послушай, Вель, — судя по тону, вампир начинал терять терпение, — почему бы тебе не перестать прогонять меня всякий раз, как у тебя портится настроение? — А почему бы тебе не... — Я просил за меня не волноваться, — сердито прервал Рольф. — А ты что учудила? И, главное, зачем? — Сам знаешь, — отвернулась Велька. — В конце концов, ты несколько дней развлекался тем, что читал мои мысли... — Я же не все подряд при этом запоминал. Да и что такого важного мог узнать? Что ты считаешь меня на редкость прожорливым? — Не это. — Что сожалела, когда я не ушел в собачью будку? — Перестань нести ерунду! — возмутилась травница. — Я говорю о серьезных вещах, а ты... — А я?.. — подхватил вампир. — А ты смеешься надо мной! — Нет же! Над чем?! — Да над тем, что я влюбилась в такого эгоиста! Повисла пауза, после чего Велька захлопнула себе рот ладонью. — Врешь, — сипло пробормотал вампир, разглядывая травницу так, словно в первый раз увидел. — Вру, — легко согласилась девушка, соскакивая с кровати. Но не тут-то было. Рольф притянул ее обратно, усадив к себе на колени. — А мы сейчас это проверим, — вампир облизал пересохшие губы, подаваясь вперед. Велька не возражала. Рольф осторожно убрал с мокрого лба девушки прядь волос. Велька даже не проснулась. «Видимо, и впрямь чудовищно устала за день», — понял мужчина, откидываясь на подушку и размышляя. Все мысли сводились к вопросу о том, когда же вампир успел, незаметно для себя, влюбиться без памяти в это чудесное создание... Рольф усмехнулся. Последняя фраза пришлась ему особенно по душе. Едва не отправивших его на тот свет вампиров мужчина нашел сегодня, валяющихся в лужах собственной крови, что могло означать только одно: мстить больше некому. Но, даже при взгляде на них, даже после тщательного обыска и осмотра трупов, вампир не вспомнил ничего, относящегося к его прошлой жизни. А раз так, то больше не было смысла рыскать по лесу, ища новые зацепки. Не особо верил Рольф и в то, что Велька сумеет его исцелить. Уж больно молодой и неусидчивой была его любимая. Пожалуй, он мог уехать в ближайшую Долину и, попросив помощи, ждать возвращения воспоминаний. Это было бы самым разумным решением, но означало оставить Вельку на неопределенный срок. Нет! На это он не готов был пойти. — Ну и черт с ней, с памятью, — решил Рольф после недолгих размышлений, наблюдая, как девушка во сне прижимается к нему все плотнее. — Есть вещи, ради которых можно заплатить и такую цену.